- -
- 100%
- +
Катя попыталась вырваться из крепких объятий Никиты. Парень с сожалением разжал ручищи, понуро опустил голову и отошел в сторону.
Вокруг уже собралась толпа испуганных и растерянных рабочих. Строители тихо переговаривались, сочувственно поглядывали на шокированную женщину. Маску самоуверенности сорвало с лица высокопоставленной гостьи и мужчины всех рангов с жадностью впитывали ужас, исходивший от «обнаженной» первой леди. Перед лицом смерти все равны и слаще всего это осознавать простым людям.
Губернатор опомнилась, дрожащими руками одернула пыльный пиджак. Смахнула с лица пряди волос и бросила на директора уничтожающий взгляд. Глаза из мягко – шоколадных превратились в непроницаемые, пустые. Застывшее выражение на лице пугало сильнее самых колких слов.
Спичка вздрогнул, поежился, словно почувствовал дуновение ледяного ветра сквозь припекающие лучи солнца, словно сморчок на раскаленной сковороде, посерел, сдулся.
Угрюмые охранники обступили мужчину со всех сторон, захватили в плотное кольцо. Но Кирилл не заметил этого. Он не сводил завороженного взгляда с гипнотизирующих глаз женщины – кобры.
– Это, это не я, Е – к – катерина Львовна. Вы же мне верите? Это не я! Я же вот, рядом с Вами… шел. И я мог попасть. Это не я, клянусь, чем хотите! – Спичка затрясся мелкой дрожью. Капли пота выступили на перекошенном, измученном лице.
Хмурые бугаи вопросительно взглянули на хозяйку.
– Парни, оставьте его. Очень сильно сомневаюсь, что лист оторвался случайно, но в преддверии губернаторских выборов можно ожидать еще и не такого. – Махнула Снежная рукой. – Все. Думаю, на сегодня впечатлений достаточно. Уезжаем.
Женщина развернулась на каблуках и промаршировала к выходу.
Охранники поспешили за ней.
Двое рабочих подхватили под руки убитого горем директора и поволокли в контору. Остальные еще долго чесали затылки и спорили о том, что же теперь будет.
Водитель Дима, веселый, беззаботный парень, уже спешил к Королеве навстречу. Подхватил женщину под руки, усадил в машину и прыгнул на водительское сиденье.
Екатерина всегда старалась держать дистанцию между собой и подчиненными. Так было лучше и для нее и для окружения. Но сейчас попросила Никиту сесть рядом с ней в лакированный «Мерседес».
Двое других ребят, тихо переговариваясь, разместились в черном джипе.
– Как Вы, Екатерина Львовна? Я чуть не умер от страха за Вас! Вот, ешкин кот, случится же такое! Прямо мистика какая – то. – Повернул Дима простоватое возбужденное лицо к госпоже губернатору.
– Как видишь, жива. Пока. Правда, чуть не стала плоской, как тот лист. Однако, тот, кто это сделал, слишком легко решил от меня избавиться. Ничего не выйдет! – Мотнула головой женщина и погрузилась в невеселые мысли.
– А Вы думаете, кто – то специально подстроил? – Замер водитель и озадаченно почесал затылок.
– Димон, хорош языком чесать! Екатерине Львовне сейчас не до разговоров. Твое дело рулить, а не сплетни собирать. – Обрубил любопытного сотрудника Никита и повернулся к женщине, – Екатерина Львовна, домой?
– А? Что? Какой домой! Рабочий день в самом разгаре! Дима, в Правительство!
Никита обиженно надул сочные, как у юной девушки, губы, но не посмел перечить хозяйке и мрачно уставился в окно.
Водитель пожал плечами и отвернулся. Огромного, угрюмого Никиту он побаивался. Для ближайшего окружения главы не являлось секретом: молодой, серьезный охранник давно по-мальчишески наивно и безответно влюблен в подопечную. И ради нее готов хоть в огонь, хоть в воду.
Машина, словно касатка, переливаясь чисто и любовно вымытыми черными боками, рванула с места. Джип охраны не отставал, следовал за «Мерседесом» по пятам. И скоро процессия влилась в общий поток на оживленной трассе.
Глава 4 (А) рбалет интеллигентной хищницы
Предвыборная гонка – театр.
Кто талантливей сыграл,
тому и рукоплещет восторженная публика.
Неизвестный авторЕкатерина нажала кнопку на дверце. Затемненное стекло с легким шорохом поползло вверх, надежно отделило хвостовую часть автомобиля от любопытного водителя.
Женщина тронула Никиту за руку. Брови богатыря сошлись на переносице, он повел могучими плечами, и крепкие мышцы заиграли под тонкой рубашкой.
– М – да, тело у него безупречное! – Восхитилась Королева и тут же себя одернула, – я не имею права портить жизнь молодому парню и так слишком много грехов. А все – таки отсутствие секса почти три месяца дает о себе знать.
Она все еще до конца не могла поверить в то, что Максим может уйти навсегда. С надеждой ожидала, когда муж остынет и позвонит первым.
– Никита, проверь с ребятами каждого рабочего, каждого клерка на заводе. Чтобы ни одна крыса не промелькнула мимо. Всю подноготную: любовниц, недвижимость, связи – в общем все. Интересно знать: что за смертник решил устроить мне темную. А заодно выясни: почем нынче человеческая жизнь.
Мужчина кивнул.
– И вот еще что. Никит, спасибо. Если бы не ты, лежать бы Екатерине Снежной расплющенной под ржавым листом. Спасибо, ангел хранитель. – Женщина с благодарностью заглянула в глаза охранника, погладила шершавую щеку.
– Это моя работа, Екатерина Львовна. Я привык выполнять ее добросовестно. – Покраснел парень. Лицо обмякло? yо между бровями по – прежнему лежала глубокая складка.
– Да нет. Не каждый станет рисковать жизнью ради постороннего человека. – Уверила спасителя госпожа губернатор.
Парень сверкнул глазами, сжал тонкие прохладные женские пальцы в огромных лапищах:
– Вы для меня не посторонняя! И прекрасно это знаете! Будь моя воля…
– Но, все же кое-что скажу, только не обижайся, пожалуйста: перестань меня опекать! Я не привыкла жить по чьей – то указке! И еще, Никит, тебе известно, у меня есть любимый муж и…
Парень стиснул ладони начальницы так, что захрустели костяшки пальцев.
– Муж объелся груш! Этот хлыщ, франт и бабник?! Да он и волоска Вашего не стоит! – Выкрикнул мужчина.
Тесно, неловко прижал Катерину к теплой твердой груди, впился мягкими губами в ее. Женщина почувствовала, как бешено колотится сердце спутника, как нарастает безумная, пожирающая разум страсть.
Она оттолкнула Никиту и отвесила звонкую пощечину.
Охранник отшатнулся, потер покрасневшее место и взглянул на женщину полным мольбы взглядом.
– Никогда. Больше. Не смей. Этого делать. Понял?! – Процедила рассерженная Екатерина и отвернулась к окну. Руки все еще дрожали, пришлось вцепиться в дверцу, чтобы скрыть волнение.
Бугай уперся взглядом в окно, сжался в комок, словно побитый любимой хозяйкой преданный щенок.
«Мерседес» плавно припарковался.
Глава выскочила из машины и в одно мгновение влетела по лестнице здания Правительства.
Никита проводил Екатерину долгим взглядом. Щека нестерпимо горела и он машинально потер красное место.
Водитель взглянул на разъяренного охранника и усмехнулся:
– Что, Никитос, получил благодарность от Снежной королевы? Будет тебе наука! Господа никогда не скажут челяди: «Спасибо.» Зачем улыбаться тем, с кого и взять – то нечего.
Богатырь сгреб наглого водителя в охапку. Словно перышко, приподнял над землей, встряхнул и рыкнул в испуганное лицо:
– Что ты о ней знаешь?! Не сметь трогать даже словом! Понял, козел недоделанный! Услышу – прибью.
Разжал цепкие руки и отвернулся.
Дима кулем повалился на асфальт к его ногам, отполз и забрался в машину.
Двое других охранников переглянулись. Проводили взглядами удаляющуюся фигуру понурого Никиты. Сочувственно покачали головами, но промолчали: трогать старшего группы в таком состоянии никто не решался.
В последнее время Екатерина сильно нервничала. Не только серьезная ссора с мужем заставляла первую леди одного из крупнейших регионов страны тревожно вздрагивать по ночам. Срок пребывания на посту губернатора заканчивался только через два года. Но согласно недавно принятому Указу Президента с этого года глав областей должны выбирать жители и каковы будут результаты выборов – одному Богу известно. Однако, расчетливая, опытная действующая глава не собиралась полагаться на непредсказуемое снисхождение Всевышнего.
Рыжая бойкая красавица Екатерина Снежная первые семнадцать лет жизни провела в стенах родного дома вместе с пятью сестрами. Глубоко религиозные родители воспитывали девочек в строгости и страхе перед загробной жизнью.
Все изменилось, когда юная девушка попала в когти престарелого влиятельного бизнесмена Константина Фадеева. С помощью любовника Катя поняла: ее душу сжигает огнем только одно сильное чувство – безумная страсть к власти. Молодая женщина быстро поднялась по карьерной лестнице и, наконец, достигла небывалых высот – заняла пост губернатора одной из крупнейших областей страны.
И сейчас, по прошествии стольких лет борьбы, Снежная не собиралась отдавать власть кому бы то ни было. Слишком высокую цену заплатила за нее, когда исполняла на протяжении десятилетия прихоти жестокого любовника – маньяка. Работа по подготовке ее кандидатуры к выборам кипела вовсю. Штаб предвыборной кампании раскинулся в просторном, солнечном кабинете на втором этаже в Доме правительства и губернатор частенько наведывалась в «мозговой центр».
Екатерина бесшумно прошла по мягкой ковровой дорожке коридора и уже потянула на себя ручку двери, но остановилась, прислушалась к громкому спору между руководителем штаба Вадимом Хомутовым и интеллигентным генеральным консультантом Олегом Титкиным.
– А я говорю, дурья ты голова, это будет отличный ход! Каждому человеку в силу своего природного любопытства хочется заглянуть в чужую жизнь. Еще интереснее в ней покопаться, расковырять грязными ногтями нарывающие раны или давно заветренные болячки. Почему думаешь, мы все так любим по – вечерам заглядывать в чужие окна? А? Да нас хлебом не корми, а дай посудачить за чужой счет. То – то же, молчишь! – Горячился громогласный, деятельный крепыш – Хомутов.
Екатерина притаилась, разгорающийся за массивной дверью спор интриговал.
– Да пойми ты, Вадим, Снежная королева никогда на это не согласится. Во – первых, вторжение в частную жизнь должностного лица запрещено законом. И вряд ли кто – то из госчиновников на такое добровольно согласится, а уж тем более губернатор. А во – вторых, – понизил и без того тихий голос Титкин, – уже ни для кого не секрет: далеко не все так безоблачно и шоколадно в личной жизни нашей подшефной. Ты ведь слышал, разбежались они с мужем.
Госпожа губернатор представила как Олег снимает огромные очки в толстой, старомодной оправе, тщательно протирает запотевшее стекло и одергивает мятый пиджак.
– Ой! Правда, мальчики! Такие подробности рассказывают, жуть берет! – Сделала огромные испуганные глаза креативный работник Алиса и изобразила кислую мину на хорошеньком, гладком личике. Глуповато хихикнула, поправила на стройных длинных ножках неприлично короткую юбку.
Снежной наскучило слушать сплетни и она распахнула дверь.
Все трое разом обернулись и застыли. Глава едва не рассмеялась, заметив испуганное выражение на лицах.
От неожиданности Хомутов едва не свалился со стола, на котором любил посидеть. Так казалось, он находится ближе к «народу» и своей вольной позой задает в маленьком коллективе свободную, творческую атмосферу.
Олег закашлялся. Вытянул из кармашка аккуратно сложенный клетчатый платок и усердно высморкался.
Алиса отмерла, натянула улыбку, подлетела к госпоже губернатору и затараторила:
– Ой! Екатерина Львовна, здравствуйте! Отлично выглядите! А мы тут обсуждаем новую идею.
– Что именно вы тут обсуждаете, мне прекрасно известно. А свое красноречие, Алиса, оставьте для работы. На меня можете его не тратить – бессмысленно. – Бросила женщина, вошла в комнату, опустилась на крутящийся стул и с удовольствием вытянула ноги.
– Екатерина Львовна, мы тут вот подумали: хорошо бы для поднятия Вашего рейтинга дать крупицу информации личной жизни первого лица региона. Вы, как один из лучших знатоков человеческих душ, знаете: все мы любим заглядывать… – Начал руководитель группы и неуверенно потер подбородок.
– Я все слышала: Вы слишком громко думали. Алиса, будь добра, кофе. – Глава устало откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза.
Как ни крути, а все же сегодняшнее приключение на заводе давало о себе знать: нервы на пределе.
– Вам как обычно? – Уточнила девушка.
– Да. Черный с солью. – Катерина метнула взгляд в Вадима, – а насчет Вашей идеи – я подумаю. К тому же нужно посоветоваться с Максимом. Огласка семейной жизни может повредить его бизнесу.
Взгляд свернулся тихим покорным котенком, и веки устало сомкнулись.
– Да уж. Куда хуже. Репутации Глыбы, по моему, уже ничто не может повредить. Жигало он и есть жигало. У мажоров в лексиконе нет слова «репутация». – Подумал беззлобно Хомутов. А вслух поспешил добавить:
– Отличненько! Екатерина Львовна, это великолепный ход. Ваши избиратели будут на седьмом небе от счастья. Сразу станете с ними как бы на одну ступень, на один уровень. Люди поймут: госпожа губернатор – не небожитель. Она такой же обычный человек, как и все. Уверяю, это беспроигрышный вариант!
Вадим потер руки от нетерпения, расплылся в медовой улыбке.
Екатерина приоткрыла глаза и отрубила:
– Я не сказала: «Да». Я сказала: «Подумаю». И хватит об этом. Переходим к следующему вопросу.
Алиса поставила перед женщиной дымящуюся чашку. Глава с наслаждением втянула запах кофе. Отхлебнула приличный глоток и продолжила краткое совещание.
– Она великолепна! Такой красивой, сильной женщины я еще не встречал. Максим Глыба не достоин ее, не достоин! Снежной нужен настоящий мужчина: смелый, умный, любящий! – Подумал наблюдатель и глубоко вздохнул.
Пока Королева оставалась для него лишь мечтой. Пока.
Глава 5 (Я) корь для Королевы
Человек, который совершил ошибку
и не исправил ее, совершил еще одну ошибку.
КонфуцийВечером Екатерина долго не решалась позвонить мужу. Наконец, перебрав все возможные для самой себя отговорки, нажала кнопку вызова.
– Алло. Катя, привет. Не ожидал услышать тебя в такое время. Черт, Катя! Три часа ночи! Ты в своем уме! – Зашипел муж и грязно выругался.
– Милый, кто там? – Раздался в трубке сонный женский голос.
– Максим, извини, что отрываю… от важных дел. Но мне срочно нужно с тобой поговорить! – Решительно выкрикнула Катерина и сжала кулачки.
Пусть неверный муженек развлекается, сколько хочет. Ей уже почти все равно! Но Снежная не позволит его многочисленным потаскушкам сорвать предвыборную кампанию! Макс обязан помочь ей, законной жене, сохранить губернаторское кресло. Потом – скатертью дорога!
Губернатор услышала, как муж вышел из комнаты и захлопнул дверь.
– Важный вопрос не может подождать до завтра? Или я должен, как твоя свита, в любой момент бросить все дела и бежать исполнять прихоти Королевы? – Закричал он в полный голос. – У меня рано утром важное совещание: куча проблем накопилась. А ты по – ночам названиваешь и не даешь спать!
Это она – то не даю ему спать?! Наглый врун!
Женщина с большим трудом подавила волну раздражения. Дела. В первую очередь дела. Без губернаторского кресла от Снежной останется только пустая оболочка.
– Я сегодня посетила твой завод.
– Отлично! Поздравляю! Можно я в честь этого знаменательного события запущу салют завтра?! А сейчас пойду…
– Максим, сегодня на твоем предприятии кто – то пытался меня убить.
– Что – о – о?! Как?! Ты цела?! – Максим закричал так, что зазвенело в ушах. Катя поморщилась и отодвинула трубку.
– Да. Все в порядке. Руки – ноги на месте. Я бы рада поистерить, побиться головой о стену. Вот только, к сожалению, времени нет. Да и валерьянкой отпаивать некому. Если бы не Никита, помнишь его – мой верный охранник, лежала бы сейчас под ржавым толстенным листом. И еще, Максим, хотела попросить тебя о помощи.
– Ох, Катя! Что же мне с тобой делать? А без тебя? Завтра же после совещания срочно вылетаю в регион! Все переверну вверх дном, но найду эту гадину, рискнувшую тронуть мою женщину! Кать, можно остановлюсь в твоей квартире? У меня ремонт. А в гостинице, сама понимаешь, не очень хочется.
– Да, да, конечно. Так удобнее. Непременно у меня. – Слишком поспешно ответила Снежная и прикусила губу. Осторожно отключила сотовый.
– Все это ради предвыборной кампании. Только ради моей цели. – Попыталась саму себя заверить женщина. Но сердце предательски учащенно забилось, словно у девочки перед первым свиданием.
Катя разволновалась до предела. Огромное количество выпитого за вечер кофе и пережитые события не давали уснуть. Хозяйка квартиры огромным усилием воли поборола желание напиться: не хватало еще завтра дышать перегаром на Максима. Она не даст подлому предателю лишний повод для сарказма и встретит его во всеоружии. Пусть посмотрит, кого потерял. К счастью, есть более действенный повод расслабиться.
Рыжая нимфа натянула кожаные брючки, косуху, вязаную шапочку и выскочила на пустынную улицу. Глубокая ночь встретила россыпью миллиардов звезд. Госпожа губернатор глубоко вдохнула свежий, наполненный терпкими запахами сухой листвы и осенних цветов воздух. Легко побежала к стоянке.
В будке охраны темно. И не мудрено: в четыре часа ночи в спальном элитном районе не встретишь ни одной живой души. А потому парни несут службу без лишних хлопот, спокойно отдавшись в объятья Морфея.
Катерина пробралась к красному «Харлею», запрыгнула на сиденье. Мягкая кожа приятно скрипнула. Наездница повернула ключ зажигания. Мотор забухтел, приветствуя любимую хозяйку. Снежная прищурилась от удовольствия: как давно она не сидела на любимом железном коне!
Странное для женщины – политика пристрастие к мотоциклам, свободной байкерской жизни глава приобрела еще во времена, когда занимала пост министра финансов. Необычное увлечение стало отдушиной, позволило пережить гнет и издевательства жестокого, властного любовника.
Женщина мотнула головой, прогнала упрямые, гнетущие мысли. В наушниках заиграла рок – музыка. Глава крутанула ручку газа до упора. Мотоцикл бешено бухнул, рыкнул, словно дикий зверь, и через секунду испуганный, разбуженный охранник увидел лишь шлейф пыли и выхлопных газов.
Ощущение полета охватило госпожу губернатора, показалось, еще мгновение, и она взлетит над трассой.
Как хорошо! Стремительный ветер, любимая музыка и адреналин, много, много адреналина. Вот чего так не хватало все эти бессмысленные долгие недели. И зачем только она переключилась на алкоголь, когда здесь такое! Необыкновенное! Рвущее душу на куски, так, что хочется плакать!
И Королева заплакала. Соленый поток лился, уносил с собой боль, разочарование, заполнял наездницу тихой радостью и покоем. Завтра, завтра увидит Максима. И в этом тоже великое счастье! От их встреч всегда рождался внутренний свет, хотелось звонко петь, безудержно хохотать, исполнять дикие танцы. Чего еще могла желать влюбленная женщина? Ни к чему противиться мощному потоку тепла и света! Любовь в ней. От чувства, как и от себя, не скрыться.
Глава 6 (Л) ютому зверю тоже нужен отдых
Что мое, то не делимо!
Неизвестный авторС шести утра Екатерина от волнения не могла найти себе места. Тщательно уложила волосы в высокую прическу: муж обожал, когда она открывала изящную, нежную шею. Выбрала любимое бледно – фиалковое платье, воздушное, словно облако. Сверху набросила длинный, тонкой вязки кардиган. И с трепещущим сердцем отправилась на работу.
День выдался напряженный. Сотни срочных звонков, десятки нескончаемых переговоров и затяжных встреч. Круговорот дел засасывал, словно гниющее болото, не желал отпускать свою жертву из тягучих объятий.
И все же госпожа губернатор летала, словно на крыльях. Ожидание встречи с горячо любимым человеком придавало сил и уверенности. Заставляло двигаться вперед. Она подгоняла медлительные стрелки часов, злилась и ворчала на визитеров, заламывала пальцы, сотни раз мысленно разыгрывала сцену встречи с мужем. Но и к концу дня не смогла придумать, о чем говорить и чуствовала себя растерянной и подавленной.
Вечером Катерина тихо вошла в квартиру. Уже с порога услышала аромат туалетной воды Максима. Как ей не хватало этого запаха! До дрожи в коленях. Та, кто знает, как пахнет любимый, никогда не расстанется с этими воспоминаниями.
В уютной гостиной мягко горел торшер. Максим как всегда в безупречном дорогом костюме стоял спиной к двери и колдовал над журнальным столиком.
Хозяйка квартиры повела носом:
– М – м! Пахнет вкусно!
Муж обернулся. Взгляды встретились. И оба надолго замолчали не в силах произнести ни слова.
– Почему? Почему тебя так долго не было рядом? Где скитался? Зачем послушал меня и уехал, бросил, оставил одну? Прошу, никогда, слышишь, больше так не делай никогда! Иначе, от боли погибну! Любимый, меня разорвет на кровавые кусочки от тоски по тебе! – Молил взгляд женщины.
– Не плачь, родная! Я больше не заставлю тебя страдать никогда! С этого момента мы навсегда вместе! Навсегда! – Успокаивал васильковый, смеющийся взгляд мужчины.
Разве могут обмануть глаза?
– Ах! Да, Кать, я вот подумал: с работы придешь уставшая. Дай – ка закажу каре ягненка, салатиков разных, вина – все как ты любишь. – Неловко прервал затянувшееся молчание муж. Привычно взъерошил темно – русые волосы и опустил глаза.
– Спасибо за заботу. Мне приятно. Очень. – Эхом откликнулась она и не в силах была отвести глаз от любимого. Жадно впитывала каждое движение, мимику, вздох, боялась, что видение исчезнет, растворится.
Обжигающий, словно уголь, взгляд Максима – разве померещилось?
Снежная озадаченная опустилась на диван. Сложила на коленях руки лодочкой.
Поджарый красавец засуетился, неловко откупорил бутылку вина. Плеснул в стаканы кровавую, густую жидкость и пододвинул тарелку жене.
– На. Ешь. Приятного аппетита.
– Угу. Спасибо. Тост произнесешь?
Максим, наконец, снова поднял васильковые глаза. Искры смеха прятались глубоко, глубоко в уголках. Но она разглядела. И все внутри возликовало.
Нет, не показалось: все правда, все правда! Он все еще любит. Хозяйка квартиры почувствовала, как бешено застучало сердце.
– Э – э, я предлагаю выпить за тебя – самую чудесную женщину на планете. И за то, что сидишь сейчас передо мной целая, невредимая и здоровая.
Глыба неуверенно улыбнулся.
Господи, что за чушь он несет? Сейчас она плюнет мужу в лицо и будет права. Дурак! Где носило? Должен был оберегать единственную любимую женщину на земле. Если бы он оказался рядом – ничего бы не случилось. Гордость заставляет страдать обоих влюбленных, ведет по дороге испытаний и постоянно проверяет на прочность. И часто выигрывает неравное пари у самовлюбленных людей.
Госпожа губернатор смотрела на гостя долгим, понимающим взглядом.
Господи, как хороша Снежная в минуты покоя и радости! Сколько женской доброты, мягкости и девственной красоты сквозит в каждом движении.
В таинственной атмосфере внезапного доверия голос Екатерины прозвучал особенно глубоко и проникновенно:
– А я выпью за нас. То есть за тебя. Спасибо, что приехал поддержать.
Стаканы звякнули в поцелуе и спасительный, дурманящий напиток скрыл неловкость ситуации.
После ужина супруги сидели на диване. Каждый боялся сказать лишнее и обернуть теплую беседу в новую непримиримую ссору.
Вино помогло сгладить разногласия, выяснения отношений показались пустыми, ненужными, мелочными.
Волны безумной наэлектризованной энергии парили в воздухе. От них становилось душно. Хотелось сбросить окутывающие путы одежды немедленно.
– Ты в этом платье такая невинная и беззащитная, словно редкая красавица – бабочка, еще не знающая, что на нее уже устроена охота, и сачок вот – вот перекроет доступ к свободе. – Хрипло пробормотал мужчина. Взял холодную руку жены и прикоснулся к ней горячими губами.
– Катенька, не бойся. Я смогу защитить. Только верь.
Губы неумолимо приближались к ее губам.
– Защитить от кого? От себя? – Успела промелькнуть робкая мысль, прежде чем мозг окончательно отключился и в полные права вступило царство инстинктов.
Максим растянул любимую на пушистом пестром ковре. Тряпки отлетели мгновенно, словно осенние листья на ветру. Страсть неутомимая, замешанная на пожирающей душу любви, прорвалась с космической скоростью. Катя так любила его смелые руки, крепкое тело, требовательные губы. Жаждала власти над своим истосковавшимся телом и душой. И дождалась. Максим ворвался в нее уверенно, с остервенением. Екатерина летела, летела в пространство. Не осознавала реальность происходящего и некому было отделить настоящее от игры больного воображения. Все поглотила страсть. И крик наслаждения вырвался из груди, выплеснул весь клубок чувств.