Подлинная Мандала-терапия. Практическое руководство по работе с Самостью

- -
- 100%
- +
С тех пор мандала прочно и навсегда вошла в профессиональный арсенал практикующих психологов и арт-терапевтов по всему миру, и с каждым годом интерес к ней только растёт, захватывая всё новые страны и континенты. То, что начиналось как спонтанное, почти бессознательное рисование одного человека, стоявшего на грани полного безумия и отчаяния, выросло в целое направление психотерапевтической помощи, помогающее тысячам и тысячам людей обретать утраченное душевное равновесие. И сегодня, когда мы берём в руки лист бумаги с начертанным кругом и начинаем его заполнять, мы невольно прикасаемся и к древней мудрости Востока, и к гениальному открытию западного психиатра, сумевшему соединить несоединимое.
Путь, пройденный мандалой от сакрального религиозного символа до признанного психотерапевтического инструмента, был долгим и невероятно трудным, но именно благодаря ему мы имеем сегодня уникальную возможность использовать этот удивительный метод в своей повседневной работе с клиентами. Теперь, когда мы достаточно ясно понимаем, как именно совершился этот судьбоносный исторический поворот и кто именно стоял у его истоков, мы можем смело двигаться дальше в нашем исследовании. Следующим логическим шагом станет осмысление того, что же такое Самость в понимании Юнга и почему именно мандала стала её идеальным, совершенным графическим выражением, не имеющим аналогов.
Когда Карл Густав Юнг впервые столкнулся с тем, что его пациенты в моменты глубочайших переживаний спонтанно начинают рисовать круги, он отдавал себе отчёт в том, что за этим феноменом скрывается нечто гораздо более значительное, чем просто художественное самовыражение или прихоть уставшего мозга. Наблюдая за десятками и сотнями рисунков, он снова и снова убеждался, что круг возникает именно тогда, когда психика оказывается в состоянии кризиса и отчаянно ищет путь к восстановлению утраченного равновесия. Это заставило его задуматься о существовании в глубине человеческой души некоего центра, который в минуты опасности берёт на себя управление и начинает выстраивать защитную структуру, зримым образом которой и становится мандала.
Юнг прекрасно понимал, что то, что люди привыкли называть своим «Я», то есть Эго, – это лишь вершина айсберга, тонкая плёнка сознания на поверхности безбрежного океана бессознательного, скрывающего в себе невообразимые богатства и опасности. Эго отвечает за нашу адаптацию к внешнему миру, за принятие решений, за осознание себя как отдельной личности, но его силы далеко не безграничны, и в моменты тяжёлых кризисов оно может оказаться бессильным перед натиском хаоса. Именно тогда, когда Эго терпит поражение и отступает, из глубины поднимается нечто иное, более могущественное и древнее, способное навести порядок там, где сознание уже не справляется.
Это нечто Юнг назвал Самостью, или Self, вложив в это понятие совершенно особый, глубокий смысл, далёкий от обыденного словоупотребления. Самость – это не просто уважение к себе и не самооценка, как можно было бы подумать, а центральный архетип всей психики, её ядро и организующий принцип, вокруг которого выстраивается вся личность. Если Эго – это центр сознания, та часть нас, которая говорит «я хочу» и «я делаю», то Самость – это центр всей психики целиком, включая и сознание, и бессознательное, и светлые, и тёмные её стороны, объединённые в нерасторжимое целое.
Представить себе соотношение Эго и Самости можно через простой и наглядный образ, который часто использовал сам Юнг в своих лекциях и книгах для лучшего понимания слушателями. Эго подобно маленькому островку посреди бескрайнего океана – островку, на котором мы живём и который считаем своим домом, своей территорией, подвластной нашему контролю и управлению. Но остров этот окружён безграничными водами бессознательного, в которых скрыты и чудовища, и сокровища, и именно Самость является всей этой целостностью – и островком, и океаном, и всем, что в нём обитает, вместе взятыми.
Задача человеческой жизни, её высший смысл и предназначение, заключается в том, чтобы постепенно, шаг за шагом, расширять границы своего сознания и приближаться к осознанию собственной Самости, к встрече с этим внутренним центром. Этот путь Юнг назвал процессом индивидуации – уникальным, неповторимым путешествием каждого человека к самому себе, к своей подлинной, глубинной природе, скрытой под слоями социальных масок и родительских предписаний. Индивидуация – это не превращение в эгоиста, а, напротив, обретение такой полноты бытия, при которой человек становится способен вместить в себя и примирить все внутренние противоположности.
В процессе индивидуации человеку предстоит встретиться со своей Тенью – теми качествами, которые он в себе не принимает и прячет глубоко внутри, проецируя их на окружающих и обвиняя других в том, чего не хочет видеть в себе самом. Ему предстоит также наладить отношения с Анимой или Анимусом – бессознательными женскими и мужскими фигурами внутри психики, которые являются проводниками в мир чувств и духа соответственно. И наконец, кульминацией этого долгого и трудного пути становится встреча с Самостью, с тем внутренним образом целостности, который с самого начала направлял человека, оставаясь невидимым.
И вот здесь мы возвращаемся к мандале, потому что именно она, как выяснил Юнг, является тем совершенным символом, в котором Самость обретает своё зримое, графическое воплощение, доступное для восприятия и анализа. Когда человек в процессе индивидуации приближается к состоянию внутренней целостности, когда противоречия начинают примиряться, а хаос уступать место гармонии, он начинает спонтанно рисовать круги, даже не подозревая об их глубинном значении. Мандала становится зеркалом, в котором Самость отражает саму себя, позволяя Эго увидеть то, к чему оно стремится на протяжении всей жизни.
Юнг обнаружил поразительную вещь: в центре мандалы почти всегда оказывается то, что символизирует Самость, – звезда, цветок, кристалл, сияющий камень или просто пустота, наполненная светом. А всё пространство вокруг центра, все эти линии, узоры, цветовые пятна и геометрические фигуры – это и есть карта того пути, который был пройден, и тех препятствий, которые ещё предстоит преодолеть на пути к целостности. Таким образом, мандала становится не просто рисунком, а настоящей картой души, по которой можно отследить, на какой стадии индивидуации находится человек и что ему мешает двигаться дальше.
Важно понимать, что Самость – это не какая-то статичная, раз и навсегда застывшая структура, а живой, динамичный центр, постоянно изменяющийся и развивающийся вместе с человеком. Соответственно, и мандалы, отражающие состояние Самости, никогда не повторяются, даже если их рисует один и тот же человек на протяжении многих лет. Каждая новая мандала – это снимок текущего момента, фотография внутреннего состояния, сделанная рукой самого человека без участия сознательного контроля, если, конечно, он позволяет себе рисовать спонтанно, не задумываясь о красоте и правильности.
Именно поэтому работа с мандалой в психотерапии даёт такие удивительные результаты, недоступные при использовании других методов, основанных только на разговоре. Человек может часами рассказывать о своих проблемах, анализировать их, строить теории, но при этом так и не приблизиться к реальному пониманию того, что с ним происходит на самом деле в глубине. Мандала же обходит все интеллектуальные защиты, все привычные способы самообмана и показывает истинное положение вещей, тот реальный образ Самости, который сложился к данному моменту.
То, что древние мудрецы называли «познанием самого себя», в юнгианской психологии обрело конкретный, практический инструмент реализации, доступный каждому, кто готов взять в руки карандаш и бумагу. Наблюдая за тем, как меняются его мандалы от сессии к сессии, от месяца к месяцу, от года к году, человек получает уникальную возможность увидеть собственную индивидуацию в динамике, проследить свой путь к Самости шаг за шагом. И это знание часто оказывается гораздо более ценным и достоверным, чем любые интерпретации психолога, потому что оно добыто собственным трудом и собственным переживанием.
Каждый человек, берущий в руки книгу по самопознанию, в глубине души надеется найти в ней не просто сухую теорию и набор упражнений, а живого собеседника, мудрого проводника, который поведёт его по неизведанным тропам собственной души. Вы уже познакомились с истоками мандала-терапии, узнали о том, какой глубокий смысл скрыт в этом древнем слове, проследили за тем, как Карл Густав Юнг превратил сакральный символ в инструмент психотерапии, и поняли, кому адресована эта книга. Теперь настал момент самого важного, самого интимного обращения – того разговора, который происходит между автором и читателем с глазу на глаз, без посредников и свидетелей.
Эта книга писалась не для абстрактной массы, не для безликой публики, а для каждого из вас в отдельности – для того психолога, который устал от бесконечных теорий и ищет живой, работающий инструмент, способный реально помочь его клиентам. Для того искателя, который перепробовал уже десятки методик личностного роста и разочаровался в них, потому что они обещали быстрое счастье, но не давали главного – настоящей, глубокой встречи с самим собой. Для того человека, который находится сейчас в кризисе, которому больно и страшно, который потерял опору и не знает, куда идти дальше, и которому нужен не просто очередной совет, а надёжный компас в бушующем море жизни.
Мандала-терапия, о которой пойдёт речь на этих страницах, – это не очередная модная методика, не способ быстро и без усилий решить все свои проблемы и стать счастливым за один вечер. Это глубокий, серьёзный, требующий времени и терпения путь, но путь этот ведёт к самому главному, что только может быть у человека, – к его собственной душе, к его подлинной сути, к тому, что Юнг называл Самостью. И я хочу предупредить вас сразу: на этом пути вас ждут не только радостные открытия и приятные инсайты, но и встречи с тем, что вы так долго прятали от себя в самых тёмных углах своего внутреннего мира. Но не пугайтесь этого – именно встреча с Тенью, с непринятыми сторонами себя, и даёт ту самую целостность, к которой мы все стремимся.
В этой книге вы найдёте не только теорию, но и множество практических упражнений, диагностических протоколов, техник работы, которые можно применять и в профессиональной деятельности, и в личной практике самопознания. Но самое главное, что я хочу вам передать, – это не просто знания и умения, а отношение, подход, способ видеть и чувствовать мандалу как живое отражение живой души. Когда вы научитесь смотреть на круг не как на геометрическую фигуру, а как на портрет человека, рисовавшего его, перед вами откроется совершенно новый мир, полный удивительных открытий и глубоких прозрений.
Особенно важно это для тех из вас, кто является практикующим психологом или психотерапевтом и планирует использовать мандалу в работе с клиентами. Я прошу вас, помните всегда об ответственности, которая лежит на вас, когда вы предлагаете человеку заглянуть в глубины собственной души через этот удивительный инструмент. Мандала – это не просто тест, который можно быстро провести и интерпретировать по готовым схемам, это живая ткань души, требующая бережного, уважительного, почтительного отношения. Не торопитесь с выводами, не навязывайте клиенту свои интерпретации, дайте ему самому открыть то, что скрыто в его рисунке, и будьте рядом как надёжный, поддерживающий проводник в этом путешествии.
Для тех же из вас, кто будет работать с мандалой самостоятельно, в одиночку исследуя собственные глубины, у меня тоже есть важное напутствие. Не ждите быстрых результатов, не ставьте себе жёстких сроков, не требуйте от себя немедленных прозрений и изменений. Путь к Самости – это марафон, а не спринт, это медленное, постепенное, органичное разворачивание того, что уже заложено в вас изначально. Просто рисуйте свои мандалы регулярно, не оценивая их с эстетической точки зрения, не сравнивая с образцами и чужими работами, и со временем вы начнёте замечать, как меняются ваши рисунки, а вместе с ними – и ваша жизнь.
Помните также о том, что мандала – это не только инструмент познания, но и прекрасный способ саморегуляции, снятия стресса, восстановления душевного равновесия в трудные моменты жизни. Когда вам тревожно, когда вы чувствуете, что внутренний хаос захлёстывает вас, просто возьмите лист бумаги, обведите тарелку или любой другой круглый предмет и начните заполнять этот круг цветом, линиями, формами, не задумываясь о результате. Вы удивитесь, насколько быстро этот простой процесс способен успокоить ум, собрать разбегающиеся мысли, вернуть ощущение центра и опоры.
И ещё одно, пожалуй, самое важное, что хочется сказать вам, дорогой читатель. Не относитесь к этой книге как к истине в последней инстанции, как к догме или незыблемому канону. Всё, что здесь написано, – это результат многолетних исследований, клинической практики, наблюдений за тысячами мандал, нарисованных разными людьми в разных ситуациях. Но каждый человек уникален, каждая душа неповторима, и никакая теория не способна вместить всего богатства индивидуального опыта. Берите из этой книги то, что откликается вам, что кажется живым и истинным, и смело отбрасывайте то, что кажется вам чуждым или сомнительным.
Я буду искренне рад, если этот труд станет для вас не просто книгой, которую вы прочитали и поставили на полку, а настольным руководством, к которому вы будете возвращаться снова и снова в поисках ответов на новые вопросы. Если мандала-терапия войдёт в вашу жизнь и станет её неотъемлемой частью – как профессиональный инструмент или как способ личной практики, – значит, моя работа была не напрасной, значит, те семена, которые я пытался посеять на этих страницах, упали в благодатную почву и дадут со временем добрые всходы.
А теперь, когда все вступительные слова сказаны, когда мы познакомились и настроились на общую волну, пришло время начинать наше путешествие. Впереди – долгий и увлекательный путь через теорию архетипов, через диагностику символов и цветов, через практические техники и клинические случаи, через возрастные особенности и современные исследования. Путь этот будет непростым, но я обещаю вам, что каждый шаг на нём будет приближать вас к главной цели – к встрече с собственной Самостью, с тем внутренним центром, который делает нас по-настоящему целостными и подлинными. В добрый путь, дорогой читатель
С уважением и верой в вашу внутреннюю мудрость,
Автор книги, Основатель Академии прогрессивных технологий «Квантовый прыжок», Действительный член Европейской Академии естественных наук (Германия, Ганновер), кандидат технических наук Капитонов Александр Евгеньевич, SPIN: 7783—6324
Архетип целостности: Мандала в истории, культуре и аналитической психологии
От сакрального к психологическому: Круг как универсальная модель мироздания
Когда мы произносим слово «мандала», за этим простым звукосочетанием открывается бездна смыслов, накапливавшихся тысячелетиями в самых разных уголках нашей планеты, от заснеженных гималайских вершин до знойных пустынь Северной Америки. Это явление поистине планетарного масштаба, не знающее ни географических, ни культурных, ни языковых границ, ибо круг принадлежит не какой-то одной традиции, а всему человечеству в целом, будучи универсальным языком души, понятным каждому независимо от его происхождения.
На протяжении всей истории люди разных рас, вероисповеданий и цивилизаций снова и снова возвращались к одной и той же форме – к кругу, словно повинуясь какому-то внутреннему императиву, заложенному в самой природе человеческой психики задолго до появления каких бы то ни было культур. И чем пристальнее мы вглядываемся в этот феномен, тем яснее становится, что за внешним разнообразием конкретных проявлений скрывается нечто единое, глубинное, архетипическое, принадлежащее не отдельным народам, а всему роду человеческому в его движении к самопознанию и целостности.
В Тибете, высоко в горах, куда веками не могли добраться чужеземцы, буддийские монахи на протяжении многих поколений создавали удивительные песочные мандалы, которые по праву считаются вершиной этого сакрального искусства и глубочайшим выражением восточной мудрости. Монахи, прошедшие многолетнюю подготовку и посвящённые в тайные практики, насыпают из мельчайших крупинок окрашенного мрамора сложнейшие композиции, изображающие дворец того или иного просветлённого божества, со всеми его залами, вратами, защитными кругами и бесчисленными символическими деталями.
Каждая такая мандала – это не просто красивый рисунок, а точнейшая геометрическая карта вселенной, отображающая не внешний, видимый мир, а мир внутренний, духовный, мир божественных энергий и состояний сознания, которые может пережить человек на пути к просветлению. Создание песочной мандалы занимает дни и даже недели кропотливейшего труда, требующего от монахов полной концентрации, безупречной точности и глубочайшего медитативного погружения в процесс, когда каждое движение, каждый вдох и выдох наполнены священным смыслом.
Но самое поразительное в тибетской традиции ожидает зрителя в финале, когда готовая мандала, этот шедевр, созданный с таким невероятным трудом и любовью, подвергается ритуальному разрушению, и это действо потрясает до глубины души каждого, кто становится его свидетелем впервые. Монахи, только что с благоговением творившие эту красоту, вдруг берут щёточки и начинают сметать цветной песок в кучу, безжалостно уничтожая то, чему посвятили столько времени и сил, и делают они это с совершенно невозмутимыми лицами, без тени сожаления или печали.
Смысл этого действа глубок и поучителен: мандала создаётся не для того, чтобы ею любовались и хранили вечно, а для того, чтобы напомнить самому творцу и всем присутствующим о главном законе бытия – о непостоянстве всего сущего, о том, что ничто в этом мире не вечно, что всё возникает и исчезает, подчиняясь великому круговороту жизни и смерти. А песок, оставшийся после разрушения, торжественно ссыпается в ближайшую реку, чтобы воды унесли эти благословенные крупицы во все моря и океаны, распространяя по миру ту энергию и ту мудрость, которые были вложены в создание мандалы.
Если из Тибета мы перенесёмся в Индию, на древнюю землю, породившую Веды и Упанишады, мы встретим там ближайших родственниц тибетских мандал – удивительные геометрические композиции, известные под названием янтр, которые с незапамятных времён используются в индуистских и буддийских тантрических практиках.
Слово «янтра» в переводе с санскрита означает «инструмент», «приспособление», «механизм», и это название точно отражает суть этих изображений, которые служат не столько объектом поклонения, сколько именно инструментом для работы с сознанием, для его настройки и трансформации. В отличие от многих других сакральных изображений, янтры предельно абстрактны и геометричны: они состоят из треугольников, квадратов, кругов, лотосов и точек, каждый из которых имеет строго определённое символическое значение и определённым образом воздействует на психику созерцающего их человека.
Центральным элементом большинства янтр является точка-бинду, символизирующая неразделённое единство сознания и бытия, тот самый непостижимый источник, из которого разворачивается вся вселенная со всем её многообразием форм и явлений. Вокруг этой точки выстраиваются сложные геометрические структуры: треугольники, направленные вершинами вверх и вниз, олицетворяют мужское и женское начала, их взаимодействие и взаимопроникновение, из которого рождается вся жизнь.
Круги и лотосы символизируют различные уровни сознания, раскрывающиеся по мере продвижения практикующего от внешнего, грубого мира к внутреннему, тонкому, к самому центру, где происходит окончательное слияние с абсолютом и достигается состояние просветления. Созерцание янтры – это не пассивное рассматривание картинки, а активная внутренняя работа, требующая огромной концентрации и ведущая к глубочайшим изменениям в состоянии сознания.
Когда же мы обращаем свой взор на Запад, в средневековую Европу, мы с удивлением обнаруживаем там тот же самый архетип, воплощённый, правда, в совершенно иных формах и материалах, но несущий ту же глубинную идею целостности и божественного порядка. Достаточно войти в любой старинный готический собор, поднять голову вверх, и ваш взгляд, следуя за устремлёнными в небеса линиями колонн и арок, неизбежно упрётся в огромное круглое окно-розетку, сияющее всеми цветами радуги в лучах проходящего сквозь него солнечного света.
Эти удивительные окна, составленные из множества кусочков цветного стекла, скреплённых свинцовыми перемычками, были не просто архитектурным элементом и не просто украшением, а глубочайшим богословским символом, доступным для понимания каждому прихожанину, даже не умеющему читать.
Круглая форма окна символизировала вечность и совершенство Бога, не имеющего ни начала, ни конца, в отличие от земного, тварного мира, который всегда ограничен во времени и пространстве. Цветные стёкла, складывающиеся в сложные композиции, изображали сцены из Священного Писания, жития святых, сцены Страшного суда, и каждый цвет имел своё символическое значение, понятное верующим той эпохи. А солнечный свет, проходя сквозь эти стёкла и окрашиваясь в их цвета, становился зримым образом божественного света, нисходящего в мир и преображающего его, дарующего надежду и указывающего путь к спасению. Сидя в полумраке собора и глядя на сияющую розетку, средневековый человек получал возможность хотя бы на мгновение прикоснуться к той небесной гармонии, к которой была устремлена его душа и которая обещана ему после конца земных страданий.
Но, пожалуй, самым поразительным и для многих неожиданным проявлением того же самого архетипа являются ритуальные круги североамериканских индейцев навахо, которые создавались ими на протяжении многих веков задолго до того, как первые европейцы ступили на американский континент. В пустынях Аризоны и Нью-Мексико, среди красных скал и кактусов, шаманы этого народа создавали свои знаменитые песочные картины, ицца́а, которые, как и тибетские мандалы, использовались исключительно в целительских целях и были окружены глубочайшей тайной. Когда кто-то из соплеменников заболевал – телом или душой, а для индейца эти вещи неразрывно связаны, – шаман приступал к созданию особого рисунка, предназначенного именно для этого больного и именно для этого конкретного недуга.
В полном молчании или под тихое пение священных гимнов шаман насыпал на землю, покрытую ровным слоем очищенного песка, сложнейший узор, используя цветные порошки, получаемые из растёртых в пыль горных пород, древесного угля, цветочной пыльцы и кукурузной муки. Рисунок мог изображать духов-покровителей, радугу, молнию, священные горы или тех мифических существ, которые, согласно преданиям, участвовали в сотворении мира и обладают властью над болезнями. Создание такой картины было священнодействием, в ходе которого шаман входил в контакт с теми самыми силами, которых он призывал на помощь больному, и рисунок служил не просто изображением, а местом их временного пребывания, порталом в иной мир.
Когда рисунок бывал полностью завершён, наступал самый ответственный момент ритуала: больного усаживали прямо в центр мандалы, лицом к востоку, к восходящему солнцу, дарующему новую жизнь и надежду на исцеление. Считалось, что, сидя внутри священного круга, соприкасаясь с ним своим телом, больной впитывает в себя те целительные силы, которые заключены в рисунке, что духи, изображённые на песке, входят в него и изгоняют болезнь, восстанавливают утраченную гармонию и равновесие. Затем шаман совершал ряд магических действий, прикасаясь к больному и к различным частям рисунка, а в конце ритуала песок, на котором сидел пациент, собирали и выбрасывали подальше от жилища, чтобы вместе с ним удалить и саму болезнь, не дать ей вернуться.
Что самое удивительное во всех этих культурах, разделённых между собой тысячами километров, веками, а иногда и тысячелетиями, не имевших никаких контактов и никакой возможности обменяться информацией, – они совершенно независимо друг от друга пришли к одному и тому же образу.
Образу круга как священного, защищённого пространства, как места встречи человека с чем-то неизмеримо большим, нежели он сам, – с богами, с духами, со вселенной, с собственной глубинной сущностью, как вместилища целительных сил, способных восстановить утраченную гармонию и вернуть человека к целостности. Это поразительное совпадение не может быть случайным, оно свидетельствует о чём-то гораздо более глубоком, чем просто культурное заимствование или миграция идей.


