- -
- 100%
- +
– Здорово, – улыбнулась я.
– Да, тем более что все чуть не сорвалось. Эта женщина думала, что я несерьезно отношусь к работе, если рисую сердечки на щеках. Пф-ф! Пришлось показать ей несколько других моих платьев, чтобы она убедилась в качестве. А сегодня прислала фото дочки и сказала, что та просто счастлива.
– Судить по внешности – последнее дело.
– Вот и я о том же! – Дара покрутилась в кресле, а потом резко перевела тему. – Какие у тебя планы на выходные? Будешь пересматривать Миядзаки[15]?
– Нет. Завтра Сашка устраивает вечеринку.
– Ого! Жаль, завтра юбилей моей бабушки и его нельзя пропустить. Иначе нагрянула бы к вам. Егор тоже будет?
– Да, конечно.
Дара мне подмигнула, но я отвела взгляд. Лучшая подруга в течение нескольких лет была в курсе моей тайной любви. Она постоянно говорила, что на моем месте давно бы рассказала Егору о своих чувствах, а если бы он их отверг, то многое бы потерял. Но у меня просто не хватало духа признаться. К тому же я всегда считала, что парень должен сам сделать первый шаг, а девушка может только подтолкнуть его в нужном направлении.
Кроме того, существовала еще одна причина молчать. Егор несколько лет встречался со своей одноклассницей Дианой. Подающий надежды музыкант из обеспеченной семьи и дочка владельца сети стоматологий. Красавец и красавица. Оба высокие, темноволосые, уверенные в себе. Они казались идеальной парой, которую никто в мире не в силах разлучить.
Я решила даже не пытаться это сделать, а потому перепробовала разные способы забыть Егора, но тщетно. Так любовь стала главным моим секретом.
Но полгода назад все изменилось. Я не поверила ушам, когда узнала, что Егор и Диана расстались, так как она уехала учиться в Италию. Дорога к сердцу Егора вновь оказалась открыта. Однако в то время я была слишком занята подготовкой к поступлению.
А сейчас… Сейчас у меня появился шанс. Егор оставался одинок, о чем Дара прекрасно знала, а потому уговаривала меня действовать.
– Так-так… Значит, завтра ты должна выглядеть потрясающе, – задумалась она.
– И как же мне это осуществить? Разве что сделать пластику.
Честно говоря, я была далека от бьюти-блогеров и девушек-айдолов с их идеальными лицами и фигурами. Моя внешность казалась мне слишком блеклой: тонкая кость, нос с горбинкой, светлые глаза и неяркие брови, которые постоянно приходилось подкрашивать. Совершенно ничего особенного. Из толпы меня выделяла только длина волос.
– Да ну тебя! – махнула рукой Дара. – Ты симпатичная и без всяких операций. Тебе нужно просто подчеркнуть свои достоинства.
– Каким образом?
– Распусти волосы. И накрути.
– Предлагаешь ходить растрепанной?
– Предлагаю показать товар лицом. Ты вечно косы заплетаешь. Разве волосы – не твоя гордость? Вот и используй это!
– Ладно, попробую.
– Следующий пункт программы – одежда. – Дара поднялась со стула. – Помнишь, что тетя подарила тебе на день рождения?
На вешалке в глубине шкафа висело платье нежно-лавандового цвета с рукавами три четверти. За весну и лето я выгуляла его всего несколько раз. Вырез казался слишком глубоким, а юбка – слишком короткой.
– Оно же мини! – ужаснулась я, тоже встав с кровати.
– А надо миди или макси, как большинство твоих юбок? Оно только на ладонь выше колена. С юбками Сейлоров[16] не сравнить! – Дара указала на книжную полку, на которой стояли фигурки длинноногих красавиц в коротких нарядах, напоминающих матроски[17]. В детстве двоюродная старшая сестра приобщила меня к истории о девушках-воинах, и с тех пор началось мое увлечение азиатской культурой.
– Не знаю, стоит ли его надевать…
– Конечно стоит! Покажи-ка его!
Я нехотя распахнула шкаф и вытащила вешалку с платьем. Дара подошла ко мне, взяла ее из моих рук, а потом закрыла дверцу, чтобы стало видно зеркало.
– Смотри, как красиво! Разве я не права? – Она приложила платье ко мне. – К твоим голубым глазам очень подходит.
– Хорошо, уговорила, – сдалась я.
Дара была права. Платье действительно выгодно подчеркивало мои черты. И почему я столько времени его игнорировала?
– Только не переборщи с мейком и обязательно скинь мне фотку.
Дара снова подмигнула, и я показала ей жест «окей».
Завтра должен быть хороший день, раз придет Егор. Пусть он улыбается. Я так люблю его улыбку.
Глава 3
Все утро и весь день я не могла найти себе места. Сашка пригласил гостей к шести, но время тянулось невероятно медленно. Секунда казалась минутой, минута – вечностью. Я успела прибраться в квартире, пролистать ленту в соцсетях и несколько раз переодеться, в итоге остановившись на том самом лавандовом платье. Правда, вырез на нем я ушила.
Сегодня хотелось выглядеть идеально.
Несмотря на то, что Егор много раз бывал у нас дома, я давно перестала считать его визиты чем-то простым, обыденным. Все началось четыре года назад, тридцать первого августа.
Календарное лето подошло к концу, однако стояла невероятная жара. Егор прятался под бетонным козырьком нашего подъезда и ждал Сашку, чтобы встретиться с ним после поездки в спортивный лагерь. А я как раз возвращалась из магазина канцтоваров с рюкзаком, полным новых тетрадок, ручек и смешных стикеров с пандами.
Сначала я даже не узнала своего старого знакомого – так сильно он вырос и загорел. Егор перестал быть мальчишкой с разбитыми коленками, с которым мой брат катался в рампе[18] на самокате. Занятия плаванием сделали плечи Егора широкими, так что простая футболка больше не могла скрыть его атлетичную фигуру. От него пахло новым одеколоном и мятной жвачкой, и когда он лукаво улыбнулся мне и помахал в знак приветствия, я поняла, что больше никогда не смогу считать его просто другом.
С тех пор мое сердце билось сильнее с каждой встречей, а неловкость связывала по рукам и ногам, словно липкая паутина. Все стало так сложно. По крайней мере, для меня.
Я потратила целых два часа, чтобы завить волосы, но результат стоил того. Мягкие кудри гармонировали с легким платьем. Завершал образ неброский макияж в корейском стиле. Я постаралась как можно тщательнее нанести тональный крем и скрыть румянец, который появлялся на лице в самое неподходящее время.
– Соберись! – сказала я себе. – Егор не станет воспринимать тебя всерьез, если будешь краснеть, как школьница.
Потом я покрутилась в облаке цветочных духов, отправила Даре свое фото и получила от нее эмодзи-огонек.
В половине пятого Сашка вернулся из магазина. В этот момент я как раз поправляла прическу возле большого зеркала в коридоре.
– Да красивая ты, красивая. – Усмехаясь, брат поставил на пол пакеты с продуктами.
– Как я могу тебе верить, оппа? Позавчера ты говорил, что я страшная, как брукса[19], – с тем же оттенком иронии ответила я.
– Разве это был я? Ты меня с кем-то спутала, – возразил он и протянул руку к моей голове.
– Не смей!
Мне чудом удалось уклониться, не дав Сашке взъерошить волосы и погубить весь труд. Я наградила его разъяренным взглядом.
– Ты что делаешь? Я столько времени потратила на укладку!
Мои слова не произвели на него впечатления. Он снял кроссовки и невозмутимо отправился с пакетами на кухню.
– Не парься так. Такую красоту ничего не испортит.
Я бы не парилась, если бы Сашка говорил серьезно. Но он никогда не упускал возможности ударить по больному месту.
– Кстати, а для кого ты так вырядилась? – Братец высунул лохматую голову из-за угла.
– Для себя, – буркнула я.
– Конечно. Так я и поверил.
С ухмылкой на лице он вновь скрылся на кухне. А через пару секунд раздался звонок в дверь. Я бросилась к глазку и тут же отпрянула.
В подъезде стоял парень в джинсах, черной мотоциклетной куртке с красными вставками и шлеме. Его лица было не разглядеть, но я прекрасно знала, что это точно Егор, ведь среди друзей Сашки больше никто не ездил на мотоцикле. Почему он пришел на полтора часа раньше?
При виде парня моей мечты сердце зашлось в бешеном ритме, но я не могла пошевелить и пальцем. Тогда звонок прозвенел еще раз.
– Аня, открой уже! – прокричал Сашка с кухни.
Голос брата вывел меня из оцепенения. Действуя будто на автопилоте, я повернула ключ в замке и впустила гостя. Тот первым делом снял шлем и улыбнулся. Так, как умел только он.
– Это квартира Астафьевых? Я точно туда попал? – весело спросил Егор.
Обескураженная его вопросом, я ничего не сказала. Разве могли распущенные волосы, платье и макияж сделать меня настолько неузнаваемой? Или Егор просто решил пошутить?
Тем временем гость сделал шаг вперед и обвел взглядом прихожую. Я машинально отступила к стене.
– Вроде те же обои, та же мебель… А вот вы, девушка, мне не знакомы. – Он посмотрел на меня, и в его глазах блеснули лукавые искорки.
– Правда?
– Да. Не помню, чтобы здесь жили лесные эльфы.
От услышанного комплимента у меня перехватило дыхание. Я даже моргнула несколько раз, пытаясь убедиться, что не сплю. Ведь раньше Егор не говорил мне ничего подобного. Но пока я гадала, в чем причина его странного поведения, он неожиданно решил выйти из игры.
– А брат твой дома? – спросил Егор, повесив на крючок куртку и оставшись в простой черной футболке.
– Да, на кухне…
– Пойду поздороваюсь.
Егор снял кроссовки, отнес в гостиную гитару в чехле и отправился к Сашке. А я так и осталась в коридоре, пытаясь понять, что же такое сейчас произошло.
Это был флирт или шутка? Действительно ли парень моей мечты удивился, увидев меня в новом образе? Или просто нашел повод разыграть? Тогда почему он так быстро перестал притворяться?
Я не могла найти ответ ни на один вопрос. От слов Егора все еще кружилась голова и слегка дрожали руки. Но я почувствовала одно – в наших отношениях что-то изменилось. Только неизвестно, что именно.
Когда через несколько минут я зашла на кухню, в нос тут же ударил запах картошки фри. Очевидно, ребята решили не ждать официального начала вечеринки. Сашка с аппетитом уплетал бургер, а Егор пил колу. Он обернулся, в то время как брат даже не посмотрел в мою сторону. Впрочем, я давно привыкла к подобному.
– Знаешь, твоя сестра так выросла. Скоро тебя перегонит, – улыбнулся Егор, обмакивая ломтик картошки в томатный соус.
– Мелкая? Смеешься? – ответил Сашка.
– Просто ты не замечаешь, потому что видишь ее каждый день.
– Значит, нужно меньше ее кормить.
– Кто бы говорил, оппа, – подала голос я, приблизившись к столу.
– Сегодня я за старшего, поэтому ты должна меня слушаться. – Брат сделал глоток из стаканчика.
– Вообще-то, я уже не ребенок. Мне восемнадцать.
– С каких это пор?
– С марта.
– Не бойся. Если он будет морить тебя голодом, приходи ко мне, – подмигнул Егор. – Держи!
Он протянул мне ломтик картошки. Я уставилась на него немигающим взглядом. Простого жеста оказалось достаточно, чтобы смущение вновь накрыло меня с головой. В далеком детстве Егор точно так же делился конфетами, когда приходил к нам в гости. Он ободряюще улыбался, но с каждой секундой я чувствовала себя все более неловко.
Что делать? Взять или отказаться?
Пока я мучительно пыталась принять решение, Сашка выхватил у друга ломтик и отправил его в рот.
– Эй! – вскрикнула я.
– Будешь много есть – станешь круглой, как бургер, – авторитетно заявил братец и запил картошку колой.
– Думаешь, тебе это не грозит?
– Не-а. У меня от природы атлетичное телосложение. Завидуешь?
Сашка втянул живот. Я не сдержалась и прыснула от смеха.
– Тому, какой ты тощий?
На самом деле в словах Сашки была доля правды. Он имел нечеловеческий аппетит, ел за троих и оставался худым как жердь. А мне приходилось постоянно контролировать свой вес. И если я съедала кусочек маминого пирога, то на следующий день питалась одними салатами. Я очень ждала, когда этой вселенской несправедливости придет конец и Сашкин метаболизм замедлится. Так не могло продолжаться вечно.
– Вы забавные, – усмехнулся Егор. – У меня нет братьев и сестер, но с вами такое ощущение, что есть.
Его голос напомнил мне, что мы с Сашкой на кухне не одни, и Егор тоже стал свидетелем перепалки. К сожалению, такое происходило не в первый раз. Но сейчас меньше всего хотелось выглядеть в глазах Егора маленькой обиженной девочкой. От ужасного стыда меня спас еще один звонок.
– Пойду открою, – сказала я.
– Подожди-ка!
Сашка выскочил из-за стола, обогнал меня на пути в коридор и распахнул входную дверь. На пороге стоял худощавый парень с кудрявыми волосами до плеч, в потертой джинсовой куртке, таких же штанах и тяжелых ботинках.
– А, это ты, Кир, – с явным разочарованием произнес брат, увидев басиста группы.
– Не рад меня видеть?
Кирилл без приглашения вошел в квартиру.
– Я тебе всегда рад. – Сашка пожал ему руку.
– Только ожидал увидеть кого-то другого. – Гость улыбнулся уголком рта.
С Кириллом я познакомилась гораздо позже, чем с Егором, и немного его побаивалась. Он обладал настолько пронзительным взглядом серых глаз, что, казалось, видел людей насквозь, в то же время выражение его лица оставалось непроницаемым и спокойным.
– Не бойся, девушки скоро придут. – Кирилл похлопал Сашку по плечу.
– Ты точно не телепат?
– Чтобы узнать твои мысли, не нужно быть телепатом.
Кирилл повернул в сторону кухни-гостиной, и я оказалась у него на пути.
– Привет, малышка, – бросил он, обходя меня справа.
– Но я не малышка!
– А кто же ты еще? – усмехнулся Сашка, следуя за другом.
* * *Вечеринка была в самом разгаре. В колонках ревела музыка. Комнату освещал только диско-шар, отбрасывающий на стены разноцветные блики. Неясные силуэты парней и девушек сплетались в танце в центре гостиной или прятались за шторой у окна. Тем временем другая компания ребят болтала за уставленным бутылками столом и доедала еще теплую пиццу.
В полумраке я не могла сосчитать людей, собравшихся у нас дома. К тому же кто-то из них постоянно выходил в подъезд. Кажется, гостей пришло порядка пятнадцати. Все они были приятелями Сашки, но большинство из них я не знала, поэтому решила держаться поближе к тем, с кем могла завязать разговор.
Егор и Кирилл что-то активно обсуждали, сидя на диване. Они говорили с таким жаром, что не заметили, как я осторожно присела рядом.
– Нам срочно нужен новый клавишник! – услышала я раздраженный голос Егора.
– И где его взять? Тем более срочно. Мы и так долго искали человека, – ответил Кирилл.
– Но надо что-то делать!
– Ты не думаешь, что хоть какой-то клавишник лучше, чем никакой? Тем более Андрей прилично играет.
– Да, но с ним мы точно не закончим альбом. Он же вообще не дает нормально работать! Детский сад и бессмысленные понты, – процедил Егор сквозь зубы.
– Я тоже от него не в восторге. Но если мы снова начнем кого-то искать, все затянется еще на пару месяцев.
– А с ним затянется навсегда! Ему то одно не нравится, то другое. Еще и опаздывает постоянно.
– Ты тоже являешься вовремя два раза из пяти, – усмехнулся Кирилл.
Егор хлопнул друга по плечу.
– Да, но я предупреждаю, что задерживаюсь или подменяю кого-то на работе. И я не смотрю на всех как на дерьмо! Думаю, этому придурку вообще не нужна группа. Ему же плевать на наше мнение. Пусть выступает сольно и делает, что хочет.
– Я так понимаю, ты принял решение. – Кир откинулся на спинку дивана.
– Да, – кивнул Егор. – Если он останется, я уйду.
– Не надо делать резких движений.
– Да просто достало!
Я подвинулась к ним поближе, стараясь быть незаметной. Правда, по закону подлости, случайно задела Кирилла рукой. Он медленно повернулся ко мне и слегка улыбнулся.
– Подслушиваешь, малышка?
– Я же просила не называть меня так! – возмутилась я в который раз за вечер.
Это прозвище приклеилось ко мне еще в детстве. Сейчас от него было самое время избавиться. Не хотелось, чтобы из-за слов Кирилла я продолжала оставаться ребенком в глазах Егора.
– Ну, раз ты большая и взрослая, зачем шпионишь за нами?
– Я не собиралась…
От пристального взгляда Кира захотелось провалиться под землю.
– Друг, это же не конфиденциальный разговор. Тут кто угодно мог нас услышать, – вмешался Егор, указывая на толпу. Я почувствовала благодарность за то, что он за меня вступился. – Сане мы тоже скоро все расскажем.
– Да, конечно, – ответил Кирилл бесстрастно и снова обратился ко мне: – Только ты не проболтайся.
Он жестом изобразил, будто застегивает рот на молнию. Я нервно сглотнула и закусила губу. Обстановку разрядил один из гостей, парень среднего роста с модным андеркатом[20]. Он вошел в гостиную и направился прямо к нам. В руках у него была гитара Егора.
– Друг, положи, где взял. По-хорошему прошу. – Егор был явно недоволен тем, что его инструмент взяли без разрешения.
– Нет, ты нам сыграешь. Зачем принес, если не собирался играть?
Появление гитары привлекло внимание других гостей, сидевших за столом неподалеку.
– О-о-о! Сыграй, Егор! – крикнул один из них.
– Да! Давай! – присоединились другие.
Подчиняясь просьбе, Егор нехотя взял гитару, а Сашка, услышавший просьбы друзей, зажег споты[21] на потолке прямо у нас над головой и выключил музыку в колонках.
– Сегодня вам крупно повезло! – Брат обвел взглядом присутствующих. – Специально для вас – бесплатный концерт! Когда о нас узнает вся страна, будете рассказывать об этом дне своим детям.
– Ну тебя! – Егор махнул на Сашку рукой.
Гости заняли свободные стулья и пуфы, приготовившись услышать песню. Я тоже затаила дыхание. Раньше мне не приходилось слушать Егора, сидя так близко, – вытянув руку, я могла бы дотронуться до него.
В вечерней тишине сначала зазвучали первые аккорды, а затем и проникновенный голос Егора. Гости застыли, зачарованные мелодией. Все, включая меня. Его длинные пальцы уверенно скользили по грифу. Он играл и пел так самозабвенно, что оторвать взгляд было невозможно.
Встретил тебя в старом паркеВ самом конце февраля.Небо горело так ярко,Что отогрелась земля.Скрипки волшебные звуки,Солнце в твоих волосах.Не отпускай мою руку –Мы полетим в небеса.Ты здесь –Только это мне важно.Ты здесь,Как хотела однажды.Ты здесь,Я теперь точно знаю.Ты здесь –Все, о чем я мечтаю.Я не хочу тратить годы.Жить, никого не любя.Я мог бы выбрать свободу,Но выбираю тебя.Я слышала эту песню в первый раз. Наверное, Егор написал ее за последние несколько месяцев.
Он действительно обладал огромным талантом. Я хотела бы слушать его музыку вечно. Но вскоре прозвучал последний аккорд. Вместе с ним в груди что-то сжалось, оставив послевкусие грусти. На мгновение наступила тишина, а затем комната взорвалась шумными аплодисментами.
– Слушай, круто! – крикнул один парень.
– Сам написал? – восхищенно спросил другой.
– Сам! – подтвердил Сашка с улыбкой.
Одна из приглашенных девушек, с черными волосами и серьгой в носу, аккуратно смахнула слезинку, стараясь не размазать стрелки.
– Егор, это нереально! – сказала она. – Сыграешь еще?
– Нет, на сегодня все, – ответил он, убирая гитару в чехол.
– Ну пожалуйста!
– Просите, что хотите, только не играть.
– Я учту.
Гостья задорно подмигнула Егору. Надеюсь, в темноте никто не заметил, как скривилось мое лицо.
Популярность Егора у противоположного пола была вполне заслуженной. Многие девушки не могли устоять перед его природным обаянием и красотой. Однако сердце предательски саднило каждый раз, когда я видела этому подтверждение. Я не имела права ревновать, но ядовитое чувство все равно продолжало по капле отравлять мою душу. Правда, глубоко внутри еще жила надежда на взаимность и счастливый финал. Крошечная такая надежда. Поскольку сейчас Егор ни с кем не встречался, и я, и гостья вечеринки оказались в равных условиях.
Сашка похлопал друга по плечу, а затем обвел взглядом собравшихся.
– На чем мы остановились? Ах, да! – и он снова включил плейлист.
Как только ажиотаж спал, кто-то устремился танцевать, а кто-то собрался в небольшие группки по интересам. В воздухе витала веселая и теплая атмосфера.
Тем временем Егор скрылся на балконе. Его исчезновения не заметил никто, кроме меня. Решив, что не стоит упускать такой шанс, я последовала за ним.
Глава 4
Открыв балконную дверь, я поежилась от прохладного ветра. Если днем солнце еще грело по-летнему, то после заката осень полностью вступила в свои права. В темном небе белела половинка луны, в свете которой по широкому проспекту проносились автомобили. Я часто выходила на балкон вечером, чтобы с высоты седьмого этажа полюбоваться городом. Точно так же, как сейчас это делал Егор.
Он стоял передо мной, расслабленно опираясь на перила и глядя куда-то вдаль. В его руках я заметила баночку энергетика. Еще недавно Егор вместе со всеми смеялся над удачной шуткой Сашки, но теперь от веселья не осталось и следа.
Я застыла на пороге, не решаясь сделать следующий шаг и нарушить уединение парня. Его точеный профиль выделялся на фоне ночных огней. Я могла бы смотреть на него вечно, но подумала, что нужно все-таки быть смелее. Набрав в легкие воздуха, я подошла к Егору. Он бросил на меня быстрый взгляд.
– Классно играешь… – произнесла я с легкой улыбкой. – Ты бы мог собирать стадионы.
– Стадионы… Скажешь тоже. – Он усмехнулся и опустил голову.
– Я серьезно. У тебя настоящий талант.
– Талант был у Джимми Хендрикса[22] и Фредди Меркьюри[23].
– Но они тоже не родились знаменитыми! Представь, лет через пять вы дадите концерт в «Олимпийском».
– До этого еще далеко. Мы пока первый альбом дописать не можем, – грустно произнес он и вновь взглянул на проспект.
– Почему?
Егор, Сашка и Кирилл всегда казались такими уверенными в себе. Они дышали и жили музыкой. Я даже не думала, что ребята могут испытывать трудности в любимом деле. Как будто мозг не хотел признавать, что они – просто люди со своими проблемами и тревогами, и что их песни не рождаются по мановению волшебной палочки.
– В последнее время я дико устал… И еще перестал слышать музыку. – Егор сделал глоток энергетика.
– У тебя проблемы с ушами?
Из-за моего вопроса он чуть не подавился.
– Нет, ты не так поняла. Я перестал представлять музыку в голове, – объяснил Егор, когда откашлялся. – Обычно мелодия приходит ко мне сама. Буквально преследует, пока я ее не запишу. Но сейчас я слышу только тишину.
– Творческий кризис?
– Вроде того. Уже несколько месяцев ничего не приходит в голову. Никаких мыслей, идей и эмоций. А еще новый клавишник…
– Но сегодня ты играл потрясающе. Я раньше не слышала эту песню.
Егор взглянул на меня и печально улыбнулся.
– Я написал ее полгода назад. Перед тем, как все началось. Просто не исполнял. Она вызывает слишком много воспоминаний.
Стоя в шаге друг от друга, мы вместе смотрели в ночь. Где-то внизу сиял большой город и шумела автострада. Кажется, я впервые видела Егора таким. Энергичное выражение покинуло его лицо, а глаза казались потухшими. Раньше я всегда замечала в них искры – когда он играл на отчетных концертах в музыкальной школе, когда катался в рампе на самокате с моим братом или играл в компьютерную игру. Эти искры не гасли из-за того, что Егор уставал на тренировках, разбивал колени в кровь и редко попадал на пьедестал на соревнованиях по плаванию. Мой старый друг привык жить азартно, но сейчас я совершенно его не узнавала и, что хуже, ничем не могла помочь.
Несмотря на то что я окончила музыкальную школу по классу фортепиано, сочинение мелодий казалось мне сродни квантовой физике. Я могла играть только чужую музыку, но не создавать свою. Егор же, напротив, с детства был музыкальным вундеркиндом. Он выиграл массу конкурсов и в десять лет написал первую композицию. Но, возможно, ему не требовалась помощь, а просто хотелось выговориться.
– Почему ты решил спеть эту песню сегодня? – спросила я после небольшой паузы.
– Просто подумал: почему бы и нет? Меня уже отпустило то, что мешало исполнять ее раньше. Я оставил прошлое в прошлом и… – мой собеседник осекся. – Не знаю, зачем говорю все это.
Подобное происходило не в первый раз. Люди часто делились со мной наболевшим, в том числе незнакомые. Видимо, я производила впечатление человека, которому можно многое рассказать.
– Извини, что загрузил своими проблемами, – пробормотал Егор.
– Ничего страшного. – Я слегка улыбнулась и обхватила себя руками, безуспешно пытаясь согреться.
Егор заметил мою дрожь. Сам он накинул кожаную куртку, прежде чем выйти на балкон. На мне же было легкое платье, полупрозрачные рукава которого никак не защищали от холода.