Недалеко от Земли

Фредерик Хоуп бережно закрыл папку, скользнул взглядом по настенным часам и потянулся к аппарату связи с Президентом.

Президент был молод, ему не стукнуло еще и сорока пяти. Когда двери Овального кабинета закрылись за спиной Хоупа, глава Соединенных Штатов шагнул ему навстречу, протягивая руку и обнажая в улыбке безукоризненные зубы. Он был похож на Джона Кеннеди в его лучшие годы. Несомненно, похож. Только звали его иначе – Чарльз С. Дуглас. Генерал помнил Кеннеди. Во времена Карибского кризиса, когда он только получил лейтенантские звезды, это лицо не сходило с телевизионных экранов. И потом тоже. Когда случилась трагедия, ввергшая страну в многодневный шок. Оказалось, что не так уж это и трудно – убить надежду Америки. Он хорошо усвоил урок и, наверное, отчасти из-за былой юношеской впечатлительности с возрастом стал одним из лучших специалистов по предотвращению кризисных ситуаций. Во всяком случае, так считали и в администрации Президента, и на Капитолийском холме, поэтому при создании Комитета по контролю за космическими исследованиями (как своими, так и чужими), подчиняющегося непосредственно главе Белого дома и обладающего почти неограниченными полномочиями, кандидатура Хоупа на должность шефа новорожденной организации была утверждена подавляющим большинством голосов. Были, конечно, и сомневавшиеся, считавшие, что крупный ученый с мировым именем смотрелся бы на этом месте гораздо привлекательнее. Но железная логика Президента, видевшего будущее несколько иначе и, как ныне выяснялось, более верно, не оставила камня на камне от доводов оппонентов. И вот теперь, как бы ни высокопарно это звучало, час пробил.

– Располагайтесь, генерал, – сказал Президент, приглашающе поведя рукой в сторону кресел, где уже сидели двое молодых людей. – Я надеюсь, все знакомы друг с другом, и никого представлять не надо.

Все трое, глядя друг на друга, утвердительно кивнули. Хоуп сразу узнал новоиспеченных экспертов администрации. Один из них, Уильям Мартин, был известным астрофизиком, специалистом в области межзвездной материи, второй, Говард Эш, – компьютерным гением, создателем совершенных моделирующих программ. Любопытно, подумал Хоуп, как в нашем случае Президент намерен их использовать? Как людей, способных разобраться в головоломной ситуации и найти единственный правильный ответ? Что ж, посмотрим...

Глава Белого дома стер с лица улыбку, прошел к своему креслу и занял место за столом. После этого он, прищурившись, посмотрел на генерала, и негромко произнес:

– Мы вас слушаем, Фредерик.

Хоуп отметил это «мы», мгновенно оценив расстановку сил в кабинете, еще раз мельком подумал о том, как все-таки чертовски похож нынешний Президент на своего легендарного предшественника из шестидесятых годов прошлого века, и приступил к изложению сути дела, обещавшего большую головную боль всем правительствам мира.

Когда он закончил, Чарльз С. Дуглас хмуро поглядывал на своих экспертов, а те, в свою очередь, не сводили глаз с генерала. Высокий, склонный к полноте Мартин смотрел изучающе, как бы прикидывая, что еще можно извлечь полезного из предоставленной Хоупом информации, а Эш настороженно поблескивал стеклами очков, небрежно сидящих на хищном орлином носу, видимо, старался представить себе будущее развитие событий.

– Вопросы? – наконец сказал Президент, ломая хрупкую тишину.

– Не понимаю! – взорвался астрофизик. – Почему все-таки все считают, что Сфера – это не естественное образование?

– Возврат ПП в точку старта, – напомнил Хоуп.

– И что?! – вновь вспылил Мартин. – Ни о чем это еще не говорит. Едва высунув нос в не такой уж дальний космос, мы столкнулись с явлением, превосходящим наши нынешние знания, и тут же поспешили объявить его происками пришельцев со звезд. Чушь! Я уж скорее готов согласиться с мнением моего русского коллеги Бородина, хотя далеко не всё мне в нем нравится. Во мнении, не в Бородине. А возврат в точку старта… Да, пока необъяснимо. Подчеркиваю – пока. Надо посчитать, поработать с моделями, может, и выявится какая-то закономерность. По большому счету мы еще и не приступали к практическому изучению законов Вселенной. Вот давайте и приступим. Только без ажиотажа.

– А что вы скажете об изменении психики людей? – Хоуп не сдавался.

– Я специально просматривал все материалы, касающиеся состояния пилотов до и после полетов в космос, – подал голос Эш. – И материалы НАСА, и русские источники. Они довольно единодушны во мнении, что даже ближний космос меняет психику людей. Что уж говорить о дальнем. Астронавт до старта и астронавт после выхода в пространство – это два разных человека. Так что, действительно, не перегибаем ли мы палку?

– Многолетние исследования в рамках проекта «Голубая книга» говорят о том, что земное человечество находится под наблюдением, – мрачно сказал генерал. – Надеюсь, против этих фактов вы не станете возражать.

– Да, – недовольно произнес Эш, – тут действительно много непонятного и не поддающегося строгому анализу. С этим как-то… – он пошевелил пальцами, не найдя нужного определения.

– Вот именно, – Хоуп строго посмотрел на него. – До сих пор правительства всех стран стараются скрыть подобную информацию. А дыма без огня не бывает. Не хотелось бы повторения июльских событий пятьдесят второго года. Прошлого века, разумеется.

– Неопознанные объекты над Белым домом и Капитолием? – уточнил Президент, выказывая приятную для генерала осведомленность. – Вы всерьез полагаете, что это может произойти вновь?

– По роду своей службы, сэр, – Хоуп перевел взгляд на Дугласа, – я всегда обязан предусматривать самый худший вариант.

– Тогда вы должны согласиться, что 11 сентября 2001 года народу Соединенных Штатов был причинен более тяжкий урон, чем тот, который смогли нанести все ваши вместе взятые тарелки за всё время своего существования. И это были всего лишь террористы, то есть обычные люди, которых профукала наша доблестная служба безопасности, если, конечно, в этом ужасном событии не было двойного дна…

– Прошу прощения, сэр, – генерал спокойно перенес пощечину Президента, – но все-таки попытайтесь меня понять. Если сентябрьский террористический удар стал трагедией для Америки, то следствием нынешних событий может стать оккупация всей Земли, а это будет уже ка-та-стро-фа! И оправданий для нас с вами, знавших, но не сумевших или не захотевших сию катастрофу предотвратить, не будет никогда.

– Умеете бить в слабое место, Фредерик, – осуждающе сказал Чарльз С. Дуглас, – этого у вас не отнимешь. Ну, хорошо… Что, собственно, вы предлагаете?

– Основных предложений два, – быстро заговорил Хоуп, – отправка инспекционной группы на Базу ПП с целью получения стопроцентно достоверной информации и масштабное развертывание производства аппаратов ПП на Земле, имея в виду максимально ускоренное освоение пространства Солнечной системы.

– И только-то! – Президент, не скрывая иронии, усмехнулся. – Ну, а мне, надо полагать, вы отводите роль скромного посредника между вами и русскими?

– Лучше вас этого никто не сделает, сэр!

– Я в курсе. Тем более, что программа ПП приоритетна для России, ни с кем другим они и разговаривать не будут. А кого, генерал, вы намерены отправить на орбиту?

– Команду из восьми человек, сэр. В нее войдут два пилота ПП из нашего резерва, четыре квалифицированных специалиста по нештатным ситуациям и психолог-эксперт, в совершенстве владеющий гипнозом. Возглавит ее полковник Редфорд.

– Да-а-а, – протянул Мартин, двумя пальцами оттягивая узел галстука вниз, – «Звездные войны», эпизод седьмой! «Комитет наносит ответный удар»! Ваши квалифицированные парни – из спецназа, да?

– Помолчи, Уильям, – оборвал его Дуглас, – ты еще успеешь сказать свое слово. Ради Бога, генерал, что это вы затеваете? Пожалуйста, поподробнее. И зачем вам еще два пилота? Ведь на Базе есть наши астронавты.

– Я должен убедиться в том, что они все еще наши, сэр! – И без того тонкие губы Хоупа превратились в едва заметную твердую складку. – Для того я и посылаю именно такую команду, чтобы исключить любые случайности. Параллельно с тестированием психоматриц испытателей должен состояться рейд ПП с моими людьми к Сфере. Они захватят с собой пару орбитальных ядерных ракет класса «космос – Земля» для проверки преграды на прочность…

– Тысяча извинений, мистер Президент! – вновь завелся астрофизик. – Такого рода эксперименты должны проводиться учеными, а не спецназом Комитета…

И снова Дуглас остановил Мартина, на этот раз резко хлопнув ладонью по столу и свирепо глянув в его сторону. Потом мальчишески подмигнул Эшу и обратился к Хоупу:

– Не отвлекайтесь на него, генерал, глава государства пока что я. А с этими господами я имел честь когда-то учиться в одном колледже, поэтому они питают, как, впрочем, любые гении, совершенно искренние иллюзии, что мы все еще на равных. Мне это пока не мешает, хотя в будущем они вынуждены будут снять розовые очки, единожды убедившись в том, что решения здесь принимаются не коллегиально. Но их мнение я буду учитывать всегда, потому что они – лучшие в своих областях знаний.