Русские воеводы XVI–XVII вв.

Впрочем, наказаний за «ложные вести» устав не предусматривал. Его составители из двух зол выбирали меньшее: лучше было лишний раз поднять тревогу, даже ложную, чем узнать о набеге слишком поздно.

За самовольный же отъезд сторожей и станичников со службы предусматривались очень суровые наказания. «А которые сторожа, не дождавшись себе смены, со сторожи съедут, а в те поры государевым украинам от воинских людей учинится война, и тем сторожам быть казненными смертью». За каждый лишний день служилые люди получали с припоздавшей смены довольно большую по тем временам денежную компенсацию: «по полуполтине на человека на день». Правильность несения службы контролировали воеводы и станичные головы. Если выяснялось, что «они стоят небрежно и неусторожливо и до урочищ не доезжают, а хотя приходу воинских людей и не будет, и тех станичников и сторожей за то бить кнутом».

Но устав не только требовал, он и создавал условия для успешного несения пограничной службы. «Боярский приговор» предусматривал обеспечение сторожей и станичников хорошими конями.

Случалось, что сторожа и станичники, торопясь вовремя доставить «вести», загоняли своих коней насмерть, теряли имущество. Устав предусматривал в таких случаях денежную компенсацию.

Строго была регламентирована и продолжительность службы на границе. Каждая сторужа должна была «стоять с весны шесть недель, а по осени по месяцу». Станицы объезжали свой участок границы в течение 15 дней, да еще 2 недели были в резерве в своем пограничном городе, чтобы прикрыть границу, если «которую станицу разгонят» напавшие татары.

Каждый участок границы, на котором стояло несколько сторуж и станиц, возглавлялся станичным головой. В его распоряжении был отряд «детей боярских» численностью 100–130 человек. Им платили большое по тому времени жалованье – «польская служба» считалась трудной и опасной. «Станичным головам, которые ездят на поле в станицы, давать проезжего по четыре рубля, а детям боярским, которые ездят с ними в станицы, давать проезжего по два рубля человеку».

Были составлены подробные «росписи», где именно быть «стоялым сторужам», на сколько верст и в какую сторону двигаться «разъездным сторужам», до какого урочища нести службу и где встречаться с разъездами соседней сторужи. Всего в росписи было 73 сторужи, которые объединялись в крупные участки: «донецкие сторожи» и т. д.

Свои особенности имела сторожевая служба на «засечной черте». Специальная «лесная стража» охраняла заповедные пограничные леса и «засеки». На высоких («призначных») деревьях сооружались караульные площадки. Там стояли кузова со смолой и берестой, которые поджигались в случае опасности. Клубы черного дыма, поднимаясь над «призначными деревьями», оповещали о набеге. Постоянно были наготове гонцы, сообщавшие о появлении степняков в пограничные города.

В уставе исключительное значение придавалось инициативе и самостоятельности сторожей и станичников, которые в большинстве случаев могли надеяться при столкновениях с татарами только на собственные силы да на отличное знание местности.

Основные положения «Боярского приговора о станичной и сторожевой службе» действовали более 100 лет. Пожалуй, немногие воинские уставы в мире имели столь долгую жизнь.

Реорганизация станичной и сторожевой службы на основе «приговора» требовала значительного времени, а его-то и не оказалось в распоряжении русских воевод. Весной 1571 г. Девлет-Гирей начал очередной поход. Он собрал около 40 тыс. конных воинов, крымцев и ногаев. Основные силы России в тот момент направлялись в поход на Ревель, поэтому «береговые воеводы» на Оке имели в своем распоряжении не более 6 тыс. ратников. Под Кромами крымская орда «перелезла» Оку и в обход Серпухова, где стоял с опричным войском Иван Грозный, устремилась к Москве. Татары зажгли московские посады и Земляной город, начались пожары в Кремле. Но ворваться в столицу Девлет-Гирею не удалось. Полк воеводы Михаила Воротынского отбил все атаки крымцев. А когда хан начал отступление, Михаил Воротынский вместе с ратниками «провожал» хана до самого Дикого поля.

Однако удачные действия полка Михаила Воротынского мало повлияли на общее положение. Главные силы хана Девлет-Гирея успели уйти. Крымский посол хвастался в Литве, что «ханские люди» убили в России 60 тыс. человек и еще столько же увели в полон.

В это же время восстали казанские и астраханские татары, разорвала вассальные отношения с Москвой Большая ногайская орда.

А Девлет-Гирей готовился к новому нашествию, мечтая о полном завоевании России.

Он заранее распределил между своими «царевичами» и мурзами русские города, выдал купцам «проезжие грамоты» для беспошлинного торга на Волге. Турецкому султану Девлет-Гирей обещал завоевать Россию в течение года, а царя Ивана пленником привести в Крым.

Примечания