Любовь вне Закона.

– Сколько тебе надо, – спокойно ответил Хворостов.

Девушка от греха подальше положила огнестрельное оружие на специально оборудованное место.

– Значит так, Хворостов, пари так пари. На полностью равных условиях. Поэтому предлагаю на стрельбу двенадцать секунд. Времени вполне достаточно. Выиграет тот, кто уложиться вовремя и выбьет наибольшее количество баллов. Идеальный вариант, сорок.

Кириллова дерзко посмотрела в глаза самоуверенного мужчины, который словно заворожённый смотрел на юную девушку, которая до безумия возбуждала его. В нём медленно пробуждался голодный, опасный хищник, который был готов в любую минуту сорваться с цепи и заставить гордячку вести себя совершенно иным способом. И зверь сорвётся и возьмёт своё, но не сегодня и не сейчас. Будучи профессиональным снайпером с боевым опытом более десяти лет, он мог, а главное, бесспорно, умел ждать, и нападать только в самый подходящий момент, когда цель полностью находится в его власти…

– По рукам, – Дмитрий протянул руку навстречу девушке. – Давай, лихая девочка. Покажи класс.

– По рукам, – Валерия крепко пожала мужскую ладонь и лукаво усмехнулась, продолжая всматриваться в огромные глаза Хворостова, которые были наполнены неприкрытой страстью, в глубине зрачков горел, нет, полыхал, пожирающий, душераздирающий, убийственный пожар.

– Руку отпусти.

– Что? – словно очнувшись от дурмана, проговорил Дмитрий.

Валерия дёрнула ладонью, но вместо того, чтобы освободить её руку, Хворостов интуитивно сильнее её сжал и грубо дёрнул девушку на себя. Через секунду она буквально была вжата в массивное накаченное мужское тело, которое отличалось ярко выраженными мышцами живота и бёдер. Крепкие руки Хворостова мгновенно сжали осиную талию Кирилловой.

– Девочка, остановись пока, непоздно, – тяжело дыша, прошептал мужчина, медленно опуская свои шаловливые руки вниз по спине, неотвратимо следуя к аппетитной женской пятой точке. Упругие округлости давно манили мужчину, в своих мечтах он уже исследовал каждый уголок манящего и опьяняющего тела…

– Испугался, – и снова в голосе неопытной малышке, прозвучали безрассудные дерзкие и провокационные нотки. – Страшно! Увидел, как я обращаюсь с оружием и пригорюнился, – Лера игриво надула свои алые губки, – ничего, Хворостов, с мужиками иногда такое случается. Привыкай. Не ты первый, не ты последний.

– Сука. Я тебе шанс даю на спасение.

– Чего? Какой шанс на спасение? – своевольная и бесконтрольная бестия, резко дёрнулась, но не смогла вырваться из стальной хватки Хворостова. – Струсил. Испугался. Признайся. И сам ты, сука испуганная. Кабель недобитый.

Дмитрий накрыл своими тёплыми, шершавыми ладонями небольшие девичьи округлости ниже спины.

В глазах Леры заблестел страх, сопряжённый с каким-то необъяснимым чувством, которое зарождалось в самом центре живота и молниеносно, словно электрические разряды, пробегал по всему телу, вынуждая молодую девушку внутренне содрогаться при каждом уверенном и непоколебимом движении мужских пальцев. Руки Хворостова не больно, но довольно властно сжимали мягкие округлости Валерии, причиняя лёгкий дискомфорт и одновременно пробуждая страсть…

– Пусти, урод.

– Не пущу, – мужчина склонился и остановился в опасной близости от сочных, малиновых губ Валерии. – Ты проиграешь. В результате я тебя трахну. Это неизбежность. Так, к к чему откладывать неизбежное.

Хворостов наслаждался полной растерянностью Кирилловой, он с удовольствием наблюдал, как с её самоуверенного, решительного личика сползала маска холодности и цинизма, глаза наполнились неподдельным страхом, сердце тревожно колотилось с такой неимоверной скоростью, что ещё пару секунд и оно выскочит наружу.

– Боишься. Девочка, ты ввязалась в игру, – Хворостов медленно провёл кончиком носа по заледеневшему лицу Валерии, – исход, которой предрешён.

– Правда, – Кириллова сексуально провела своим длинным, болтливым язычком по аппетитным губкам ягодного цвета, которые наверняка и по вкусу напоминали самую вкусную и сочную ягоду-малину. – А ты бы очень хотел меня трахнуть. Прямо здесь, – девушка покосилась на довольно большую тумбочку.

Вульгарные слова, пошлое предположение безумно заводили и ещё сильнее возбуждали Хворостова, который сам пребывал в состоянии заряженного оружия, которое готово выстрелить, как только нажмёшь на спусковой крючок. В штанах становилось тесно, он ощущал небывалое, огромное желание, разум был полностью поглощён лишь мыслями о том, как это строптивая, горячая малышка повержено, с вожделением будет стонать от его страстных прикосновений, мужчина хотел услышать пьянящие женские стоны, впервые Хворостов возжелал не только получить удовольствие, удовлетворить свой недюжинный голод, он захотел поглотить, пленить девушку, поселиться в её мыслях и сердце. Она стала его наваждением, проклятием, ловушка, которую он сам подстроил, сыграла с ним злую шутку. Теперь Хворост уже не был уверен, что именно он контролирует ситуацию.

– Пусти, придурок, – яростно прокричала Валерия, активно двигая бёдрами, стремясь скинуть со своей попы властные мужские руки. – Пусти, хуже будет.

Детские угрозы маленькой девочки забавляли сильного и решительного Хворостова, конечно, он хотел Кириллову, но не собирался переходить черту и силой принуждать к близости. Мужчина лишь желал проучить высокомерную девушку, которая имела наглость откровенно и смело бросить ему вызов. Она должна была признать свою ошибку и проявить слабость, но чем сильнее Дмитрий прижимал несгибаемую гордячку к своему возбуждённому телу, тем больше и больше осознавал, что сам становиться заложником ситуации.

– Лерочка. Прекрасное Создание, твой жених, по всей видимости, ведёт себя более деликатно. Может, он даже не целовал тебя?

Валерия растерянно посмотрела в хищные, пожирающие глаза своего мучителя.

– Пошёл ты к чёрту. Это не твоё дело. Ты переходишь все границы.

– Ясно, – удовлетворённо проговорил Хворост. – Значит, нет.

Хворостов радовался нечаянно подвернувшейся невинной добычи, его лицо исказилось в хищном оскале, в глазах замелькали тысячу опасных, коварных чёртиков.

Молниеносно его руки переместились на затылок Валерии, крепко сжав волосы девушки, которые были высоко скреплены резинкой в хвостик, Хворост запрокинул её голову назад и плавно склонился к её сочным, нежным, полураспахнутым губам.

Валерия оцепенела, всё происходило слишком быстро, она даже не успела среагировать, как внезапно ощутила его твёрдые, горячие губы. Её тело принизила молния, первое лёгкое касание чувствовалось слишком остро, будоража всё девичье нутро. Постепенно опытный Хворостов усилил поцелуй, который стал более властным, жёстким, грубым и страстным.

Дмитрий словно голодный, одичавший зверь поглощал каждую частичку кожи на губах. Сминал и терзал нежную плоть, нагло и вероломно воровал каждый вдох, перекрывая воздух для Валерии, его руки сильнее сжимали волосы, лишая девушку возможности сбежать и прекратить столь интимное, провокационное действие. Он задыхался в сладкой истоме, мужское дыхание становилось более лихорадочным, громким…

Страстное, неконтролируемое желание полностью и окончательно овладело всегда сдержанным мужчиной, он интуитивно опустил руки на талию Валерии и прижав её максимально близко к своему возбуждённому, напряжённому телу, скользнул ладонями по бёдрам Леры.

Девушка впервые ощутила волну сексуального наваждения, но тем не менее, спустя пару секунд, вспышка разума отрезвила юную девушку и она, собрав свои силы, вспомнив уроки боевого искусства, которые с малых лет преподавал ей отец, ловко приподняла ногу и что было сил ударила, потерявшего бдительность Хворостова по известному месту.

Мгновенно Дмитрий отпустил девушку, и она молниеносно отскочила от него, мужчина яростно воскликнул пару нелицеприятных ругательств и болезненно округлив глаза, свёл ноги и, прижимав ладонь к выпирающей ширинке, согнулся.

– Ты что творишь? Совсем с ума сошла.

– Это ты что творишь? Я тебе говорила, отпусти.

Валерия не была слабой, романтичной девочкой, но всё же желала, чтобы её первый, долгожданный поцелуй состоялся с любимым человеком, в результате, же получилось с точностью наоборот. Хворостов безжалостно украл её первый поцелуй, властно вырвал его, подчинил себе, унизил Леру, оскорбил, применив недопустимую силу.

– Ты ответишь за свой поступок, – медленно разгибаясь, сквозь плотно сомкнутые зубы, процедил мужчина. – Мама тебе не говорила, что так вести себя с мужчинами не стоит. Может последовать наказание.

Валерия, не выпуская из поля зрения Хворостова, попятилась к железной двери.

– Сделка отменяется. Я думала, что ты адекватный человек, а оказалось озабоченный маньяк.

Молниеносно развернувшись, она со всех ног устремилась на выход, подлетев к двери, Валерия дёрнула металлическую ручку и, к своему ужасу, поняла, что она закрыта.

И вот теперь загнанная в ловушку Валерия ощутила небывалый страх, ей показалась, что она находится в клетке с голодным зверем, которому ей совершенно нечего противопоставить.

– Открой дверь, – судорожно дыша, девушка повернулась к Хворостову.

– Я давал тебе шанс, – абсолютно спокойно проговорил он, – ты отказалась, теперь прекрати истерить и иди на огневой рубеж.

Мужчина указал рукой на две деревянных тумбочки, на которых лежали заряженные пистолеты.

– Выиграешь, я тебя отпущу. Проиграешь, – Хворост удовлетворённо закатил глаза.

Хворостову не надо было вслух произносить то, что произойдёт в случае проигрыша Валерии, она и так понимала, чем грозит ей поражение в этой схватке.

Лера глубоко вздохнула, она понимала, что сейчас не время для истерик, ей нужно сосредоточится и более хладнокровно оценить ситуацию.

Подойдя к огневому рубежу, девушка взяла в руки пистолет и, дослав патрон в патронник, гневно посмотрела на Хворостова, который игриво ухмыльнулся и, покачав головой, подошёл к Валерии.

– А ты не боишься, что вместо мишени я пальну по тебе? – Прорычала она и направила оружие на Дмитрия.

Хворостов даже не шелохнулся, он пристально и зорко смотрел на мишень.

– Я люблю острые ощущения. В мирной жизни мне не хватает адреналина. Я не ошибся в тебе, – Хворост повернул голову, и теперь его сияющие глаза были устремлены на Валерию, – с тобой мне точно скучно не будет.

– Может, и не будет, – она приблизилась к мужчине и упёрлась дулом пистолета прямо в сердце Хворостова. – Только недолго. Как минимум ты получишь серьёзное ранение. Как максимум сдохнешь и суд меня оправдает. Мои действия приравняют к необходимой обороне.

Хворостов сжал руку девушки, – запомни, Валерия, что человек, который сто раз в своей жизни смотрел в лицо смерти, человек, который всегда держал при себе гранату, готовый в любую минуту сорвать чеку и отправиться в ад, никогда не испугается маленькой девочки. Давай. Смелей. Стреляй.

Валерия лихорадочно захлопала глазами.

– Не можешь. Не так просто, убить безоружного человека, – с нотками пренебрежения, проговорил Хворостов и расцепил пальцы. – Не можешь. Не делай. А теперь бегом на своё место, – он торопливо достал из кармана секундомер. – У тебя двенадцать секунд. Не уложишься. Считай, проиграла.

Валерия лихорадочно развернулась и, вновь приняв боевую стойку, как только услышала команду Хворостова «огонь», моментально нажала на спусковой курок и в течение девяти секунд выпустила все четыре пули по неподвижной мишени.

– Молодец! Уложилась.

Валерия покосилась на мужчину, тот же, в свою очередь, передав секундомер девушке, заявив, – засекай. Чего застыла? Теперь моя очередь.

Кириллова нервно сглотнула, – ты действительно такой безбашенный. Я легко могла пристрелить тебя. Сейчас бы вместо мишени, все эти четыре пули были в твоём теле.

– Прекрасное Создание, ты слишком добрая и милосердная, у тебя глаза наполнены любовью и нежностью. Валерия, у тебя напрочь отсутствует инстинкт убийцы. Ты скорее сама погибнешь, нежели спасая себя убьёшь другого.

Хворост принял боевую стойку, – засекай время.

– Огонь, – скомандовала Кириллова, параллельно включая таймер.

Четыре выстрела, как одно неуловимое мгновение раздались в тире, Лера не раз присутствовала на стрельбах, видела, как занимаются профессиональные и прославленные бойцы отряда быстрого реагирования, но даже они не могли сравниться со Хворостовым, который словно слился с оружием и действовал слишком быстро и оперативно.

Гул недавних выстрелов стоял в ушах девушки, она восторженно смотрела на поражённую мишень и не могла выдавить из себя даже слово.

Хворост покривил уголками хищных губ и положив пистолет, подошёл к окаменевшей Валерии.

– Пошли. Посмотрим, кто победил.

– Пошли, – робко прощебетала она, предвкушая своё неопровержимое поражение.

Подойдя к мишеням, Лера увидела, что смогла поразить её четырьмя пулями, и выбила тридцать восемь балов, что было очень хорошим, но, к её сожалению, вовсе не идеальным результатом.

– Сорок балов. Все десятки, – не сдерживаясь, громко и решительно протрубил Хоростов. – Ну что, прекрасное Создание, ты проиграла.

Валерия испуганно поводила глазами и, судорожно обхватив своё тело, интенсивно передёрнула плечами.

– Действительно. Молодец. Ты выиграл.

– Выиграл. И хочу, чтобы ты выполнила условия нашей сделки, – тихо-тихо, искушающим голосом, произнёс Хворостов и, обойдя девушку, обнял её со спины, плотно зафиксировав руки на её талии. – А ты знаешь, чего я страстно желаю, – его горячее дыхание обожгло её кожу.

– Знаю.

– И что?

Игривый настрой Хворостова злил Валерию и в то же время пугал до чёртиков, она проклинала мужчину, ругала себя, девушка находилась в безвыходной ситуации, в голову не проходило ни единой рациональной, полезной мысли.

– Я не телепат. Сам скажи, что ты хочешь, – она знала, но не могла озвучить желание мужчины вслух.

– Хочу, – эротично прошептал мужчина, лаская своим горячим дыханием ухо перепуганной Валерии. – Ты даже себе представить не можешь, чего я так хочу, – Хворостов властно и бесцеремонно прижал Валерию к своему возбуждённому телу. К своему стыду, девушка почувствовала филейной частью всю силу желания мужчины. – По-хорошему тебя бы стоило проучить. Трахнуть жёстко без особых нежностей и предварительных ласк, но сегодня, так и быть, я буду нежным и ласковым.

Сердце девушки безумно заколотилось, по телу пробежала дрожь, в голове билась лишь одна спасительная мысль, поскорее избавиться от мужчины и бежать как можно дальше…

– Дима, пожалуйста, давай не будем переходить границы. Признаю, я сглупила. Ты меня и так достаточно проучил.

Хворостову безумно понравилось смирение Валерии, как она нежно и почтительно впервые назвала его по имени, усмирив гордость и проявив слабость.

– Ты отказываешься исполнять моё желание? – Хворостов аккуратно повернул девушку к себе. – Я тебя предупреждал, что не следует ввязываться в игру и принимать условия, если ты не уверена в своих силах. Давал шанс? – грозно спросил мужчина, сильно сжимая плечи Валерии. – Отвечай. Давал возможность? Предлагал отказаться?

Дмитрий засыпал девушку вопросами, ответы на которые им были обоим хорошо известны.

– Да. Давал, – подавленно произнесла Валерия. – Я сама не знаю, что на меня нашло. Раньше я никогда не действовала так спонтанно. Ты на меня плохо влияешь. Провоцируешь на необдуманные, глупые поступки.

Хворостов едко и негромко хохотнул, – прекрасно. Б..ь, значит, я виноват. Молодец. Пять баллов. Валить с больной головой на здоровую. Превосходно.

– Я виновата. Проиграла. Говори, что ты хочешь.

– Хочу. Тебя, – Хворостов плотоядно посмотрел в испуганные глаза Валерии. – Надеюсь, ты одела сексуальное бельё. Хотя, – мужчина потёрся кончиком носа об обескровленное лицо Валерии, – я так тебя хочу, что предпочитаю, как можно быстрее, сорвать с твоего аппетитного тела все эти ненужные тряпки.

Лера интуитивно дёрнулась назад, – пожалуйста, не надо. Прошу. Я ещё никогда, – она запнулась, жадно хватая губами горький воздух.

– Никогда. Что?

– У меня никогда не было мужчины. Пожалуйста, не трогай меня и не проси невозможного. Это слишком жестокое и несправедливое наказание.

Хворостов предполагал, что Валерия не особо искушённая девушка в делах любви, но даже не догадывался, что к своим двадцати годам сохранила невинность.

– Ты врёшь?

– Нет. Это правда.

Дмитрий опустил руки, позволяя Валерии, немного отстраниться от него.

– А как же твой хваленный жених? Ты, что Сытова на голодном пайке держишь, – невольно Хворостов усмехнулся неожиданному каламбуру.

Валерия помахала головой, – Сытова? Ты про Ивана?

– Про него. Следак из Следственного комитета. Он же твой парень, – утвердительно заявил Хворостов. – Да, обидно ему будет, когда он узнает, что его девочка отдалась другому мужику, пока он «сопли на кулак наматывает». Я в отличие от него прыгать вокруг тебя не собираюсь. Пришёл. Увидел. Отымел.

Валерия слегка приподняла подбородок, – откуда ты знаешь Ивана? Ты что следил за мной? Или за ним? Он тебе нужен?

– Прекрасное создание, с противным характером, я не у тебя на допросе и отвечать не собираюсь. Ты проиграла, и теперь я могу делать с тобой всё, что захочу. Я хочу много, долго и страстно.

Хворостов неторопливо сделал шаг навстречу Валерии.

– Не волнуйся. Я пошутил.

Надежда загорелась в глазах девушки, она несмело улыбнулась, не веря собственным ушам.

– Правда. Ты не будешь требовать от меня ничего не пристойного?

– Я этого не говорил. Я хочу тебя. И обязательно трахну, но как истинный джентльмен, твоему ублюдку из Следственного комитета, трепаться не буду. Поиграю с тобой и отдам пользованный товар прямо в его руки.

– Ублюдок. Скотина, – не помня себя прокричала Валерия и, молниеносно подняв руку, сжав пальцы в кулак, направила свой гнев, в сторону обидчика.

Хворостов успел оценить возможности и потенциал девушки и на этот раз был готов к её более активному сопротивлению, сопряжённому с силовыми, боевыми приёмами, которыми она неплохо овладела при помощи отца и довела до определённого мастерства в академии.

Быстрым движением увернувшись от прямого удара в челюсть, мужчина профессионально перехватил её руку и крепко фиксируя запястье, проговорил, – успокойся, сломать не сломаю, но больно сделать могу. Не провоцируй и не сопротивляйся. Не хочу покалечить тебя.

Валерия могла постоять за себя, но только не в этой ситуации, Хворостов, бесспорно, в несколько раз лучше владел боевыми искусствами, да и интуиция у него была развита превосходно, не говоря уже о том, что природа наделила мужчину силой, а женщину сделала более уязвимой...

– Мне больно. Пусти, – девушка не обманула, она действительно ощущала огромную, тянущую боль, только вот не на физическом, а на моральном уровне.

– Где та высокомерная, гордая девушка, которая так смело бросила мне вызов?

Хворост судорожно облизал губы, – легко, правда? Разбрасываться обещаниями. А вот исполнять, это уже более сложный процесс. Да, Лера, – мужчина дёрнул руку Валерии, вынуждая буквально вжаться в его огромное, массивное тело. – Сразу, становишься маленькой, невинной девочкой. Вспоминаешь, что девственница. И вообще, я не такая, жду трамвая.

Слова застреляли в горле Валерии, каждая фраза, брезгливо брошенная мужчиной, прошибала словно ток, Кириллова понимала, что угодила в ловушку страшного, лютого зверя, который не пощадить и не пожалеет её.

– Я не отказываюсь от своих слов. Ты прав, я проиграла. Ты выиграл.

Хворостов немного ослабил хватку, но всё же не отпустил свою добычу из лап.

– Значит, выполнишь любое моё желание.

– Выполню. Не сомневайся.

Опасный, убийственный огонь заполыхал в глазах Хворостова.

– А если я прикажу тебе убить человека? – без особых эмоций, произнёс Хворост и плавно разжал пальцы.

– Что? Ты в своём уме?

– Да, – мужчина посмотрел на изрешечённую мишень, которую пару минут назад так умело поразила девушка. – Ты первоклассный стрелок.

Лера бегло покосилась на мишень.

– Нет. Я не буду убивать.

– Понятно, – усмехнулся Хворостов. – Других не будешь, а меня бы с удовольствием пристрелила. Я же для тебя чудовище. Так?

Валерия опустила глаза, – хватит меня мучить. Говори, что ты хочешь.

– Прямо к делу. Отлично, – Хворост схватил девушку за руку и потащил в сторону двери.

Валерия не сопротивляясь, молча следовала за мужчиной.

Хворостов схватил верхнюю одежду, которая располагалась на вешалке и, передав куртку девушки, скомандовал, – одевайся. Сейчас поедем ко мне на квартиру.

Последняя надежда на благородство Хворостова таила на глазах, Валерия медленно накинула куртку на плечи и, нервно сглотнув, всё же решалась задать вопрос, – ты и вправду хочешь заняться со мной любовью?

– Нет, – надевая пальто, ответил мужчина. – Я не знаю, что такое любовь. Ты забыла. Я не занимаюсь с бабами любовью. Просто трахаю. И всё.

Валерия потерянно посмотрела на решительно настроенного мужчину.

– Милая, – нежно-нежно, приторно-сахарно, проговорил он, – не волнуйся, тебе понравится исполнять моё желание. Ты получишь безграничное, бесподобное, не с чем несравнимое удовольствие. Я преподнесу тебе подарок, о котором ты никогда не забудешь.