Сладкий грех или Горькая любовь

Хотя неожиданное появление матери с кавалером удивило меня.

– Да. Конечно. Это, – мама нежно улыбнулась и указала рукой на мужчину, который неторопливо возвращался на своё прежнее место, – Александр Егорович Северов. Мой хороший друг.

Мама повернулась к мужчине.

– Саша, а это моя дочь. Карина.

Невольно иронично ухмыльнулась.

Интересно она со всеми своими друзьями так нежно обнимается, или всё-таки этот мужчина куда больше чем просто друг.

Не собиралась надевать на мать поражу, хотя тайно и надеялась, что однажды, в самый прекрасный день, мои родители воссоединятся.

– Я недавно вернулся из Лондона. Давно не был на Родине. Вот Инна и вызвалась мне помочь обосноваться. Отвык я уже. Хотя соскучился по городу. Везде хорошо, а дома лучше.

Машинально поводила глазами.

– Вы вернулись из Лондона в Москву? Вы теперь намереваетесь жить здесь?

Я была изрядно удивлена, многие бизнесмены, а это человек точно был из мира огромного бизнеса, судя по брендовому, дорогостоящему костюму и часам, которые стоят примерно, как среднестатистическая квартира в городе, стремятся жить в Европе. Прописное правило, деньги хорошо делать на Родине, а вот жить нужно непременно в благополучной, сытой Европе, ну или в Штатах.

– Да, – сухо произнёс он. – Более того, весь свой бизнес я перевёл сюда. Хватит с меня всей этой Европы. На старости лет хочу насладиться спокойной, беспечной жизнью у себя дома. Вот постепенно осваиваюсь. Но в старости довольно сложно поменять образ жизни. Так ещё до конца не привык даже к смени времени.

Озадаченно усмехнулась.

– Разница минимальная. Два часа всего.

Мужчина кивнул.

– Это правда. Только для вас. Молодёжи. В старости каждая минута дорога.

Недоверчиво сузила глаза и уже собиралась задать вопрос Александру Егоровичу, как внезапно за моей спиной раздался до боли знакомый, пронизывающий до глубины души, голос.

– Добрый день. Простите за опоздание. Сегодня в городе просто сумасшедшие пробки.

Это точно он. Тот самый брутальный, нахальный, самодовольный наглец, который так грубо подрезал меня на своём автомобиле и ещё умудрился нахамить, произнося отвратительные намёки, буквально угрожая сексуальной расправой.

Двигаясь медленно, слегка придерживаясь за край стола пальцами, повернула голову и озлобленно приоткрыла рот, осознав, что мои самые страшные предположения подтвердились.

– Ты что здесь делаешь? – Молниеносно вскочила со стула. – Маньяк. Ты что меня преследуешь? Убирайся. Иначе, клянусь, полицию вызову.

Самонадеянный мужчина нахально усмехнулся и с непроницаемым, холодным взором пробежался по моему лицу.

– Вы что знакомы? – В один голос провозгласили мама и Александр Егорович.

Парень продолжая цинично усмехаться, ничего не ответил, он лишь безмолвно помахал головой.

– Знакомы. Этот человек разбил мне машину. Наглый, самовлюблённый наглец. Просто невероятно. Ты, что меня преследуешь, маньяк, – уже не спрашивала, а утверждала.

– Не без этого, – неожиданно поддержал меня Северов. – Я надеюсь, вы не пострадали?

– Пострадала. Ещё как. Он нахамил мне. Мало того, что автомобиль поцарапал, так ещё и всяких гадостей наговорил.

– Заткнись ты уже, – озлобленно прорычал парень, прожигая меня ненавистным, лютым взором. – Высокомерная, избалованная девица. Ты же сама выскочила на дорогу. В зеркала надо смотреть или ты считаешь, что они предназначены, чтобы губки свои пухлые подкрашивать. Себя едва не угробила и меня не погубила. Откуда в тебе столько дерзости? Что некому спесь сбить?

Вот же скотина невоспитанная, в эту минуту меня охватила неконтролируемая вспышка гнева, так и хотелось звонко и прилюдно отхлестать своего обидчика по щекам, чтобы потом неповадно было оскорблять девушку. И не просто девушку, а Астахову Карину Константиновну! Никому не было позволено со мной так разговорить и тем более унижать в присутствие посторонних людей.

Яростно сжала пальцы в кулаки. Сдерживала себя, чтобы не выпустить свои острые коготки и не вцепиться в его наглую рожу.

– Самодовольный баран, – замахнулась, но моя ладонь так и не смогла достичь желаемой цели, мужчина ловко перехватил мою руку и, крепко сжимая запястья, одним рывком толкнул как можно ближе к своему огромному, накаченному телу. Машинально ощутила гору мышц, которые так и выпячивались из-под белоснежной футболки.

– Никогда не смей поднимать на меня руку, кукла, – решительным голосом прошептал он. – Ты строптивая кобылица. Тебя ещё уму разуму надо учить. Как следует дрессировать и только потом в приличное место выпускать. Тебе кто воспитывал? Обезьяны.

– Урод. Пусти.

Не знаю, сколько времени мы провели в таком положении, зрительно уничтожая друг друга и к какому бы финалу пришли, если бы Александр Егорович не вмешался в конфликт.

– Немедленно отпусти девушку. Что ты себе позволяешь, Егор? Разве так можно себя вести с девушкой? Где твои манеры?

– Без проблем, – высокомерно кривя уголки губ, нахал разжал пальцы и освободил моё запястье, – папа.

Я уже думала, что меня ничего не может сегодня удивить, но неожиданное обращение высокомерного хама искренне поразило. Озадаченно повернулась к воспитанному, солидному и такому тактичному мужчине, лишний раз понимая, что вот в их семье яблочко-то далеко укатилось. И не просто укатилось, оно оказалось гнилым, насквозь проеденным червами и прочими паразитами.

– Егор, как тебе не стыдно, – отец наглеца поднялся и, расправив широкие плечи, сурово свёл брови к переносице. – Где твои манеры? – Более разгневанно повторил мужчина, который, по всей видимости, был гораздо более воспитанным и умел вести себя с женщинами.

– Саша, успокойся, – мама бережно провела ладонью по руке, не на шутку разгневанного мужчины. – Карина тоже хороша. Спровоцировала парня. Кошмар! Стыд то какой!

Обиженно поморщилась. Вот уж никак не ожидала получить подобной оценки от своей матери.

– Карина, всё хорошо? – За спиной послышался взволнованный голос Саши, и я ощутила прикосновение руки на своей талии. – Что здесь происходит?

Повернулась к парню, который всё это время деликатно сидел за столиком.

– Да. Спасибо. Думаю, что нам лучше уйти.

– А я так не считаю, – прорычал мой персональный Демон и моментально подскочив к нам, одним быстрым движением руки схватил Сашу за пальцы, которые беспечно находились у меня на талии и грубо оттолкнул его от меня. – Мальчик, ты бы руки держал при себе.

– Что? Да кто ты такой, чтобы мне указывать? У тебя совсем с головой плохо? Немедленно убери от меня свои грязные руки, если не хочешь получить перелом и отсюда прямиком в больницу отправиться.

Мужлан хищно оскалился и, озлобленно сверкая тёмными, опасными глазами, надменно и уверенно протрубил, – я жених Карины. И в самые кратчайший сроки стану её мужем. Поэтому, мальчик, в твоих же интересах держаться от неё как можно дальше и не распускать свои грязные руки, если они тебе дороги.

– Ты что несёшь? – Яростно прокричала я, ощущая, какой бешеный ритм набирает моё сердце. – Саша, не слушай его. Он придурок. Ему прививку от бешенства забыли сделать. Мама, скажи ему, – повернулась к родительнице, в надежде получить долгожданную поддержку, искреннее ожидая, что она сейчас как следует возразить самонадеянному нахалу.

Мама виновато опустила глаза.

– Егор, пожалуйста, веди себя более тактично, – произнёс Александр Егорович, пытаясь обуздать своенравного сына и привести его в чувства. – Думаю, что о свадьбе нужно было сообщить в более подходящей обстановке. Сейчас не самое правильное время и уж тем более не подходящее место. Нам всем нужно упокоиться и прийти в себя.

– Карина, это правда?

Угнетённо выдохнула и, плавно повернувшись к Саше, отчаянно замахала головой, я была не в силах выдавить из себя даже слово в своё оправдание.

– Правда, – в отличие от меня надменный нахал, наслаждался сложившейся ситуацией, морально уничтожая меня и Сашу. – Карина выходит за меня замуж. Сегодня я должен был познакомиться с её мамой. Константину Дмитриевичу меня уже представили.

Гневно толкнула высокомерного мужлана и с лютой ненавистью на дрожащих устах, прокричала, – никакой свадьбы не будет. Я не собираюсь за тебя выходить. Я же сказала отцу, что ещё ничего не решила. Последнее слово за мной.

– Так, ты знала, – угнетённо и разочарованно проговорил Саша. – Знала и ничего мне не сказала.

Укоризненные фразы Саши моментально отрезвили моё сознание, слишком поздно поняла, что наговорила много лишнего.

– Я хотела тебе рассказать. Просто у меня не было времени, – банально стала оправдываться, скрывая истинные мотивы.

Струсила…Не знала, что сказать.

Нелепое оправдание слетело с моих губ, совершенно не снимая с меня ответственности.

– Ничего. Всё хорошо. Теперь я всё узнал, правда, совершенно от посторонних людей. Совет вам и любовь. Надеюсь, что вы будете счастливы. Очень счастливы.

Саша, лихо перебирая ногами устремился на выход.

Меня накрыло самое настоящее отчаяние, я судорожно осознавала, что мне сейчас очень больно, но, к моему ужасу, дальше будет только хуже.

Яростно посмотрела в хищные глаза персонального Демона, который с наслаждением и каким – то садистским упорством, терзал меня своим наигранным, сочувствующим взглядом.

– Теперь мы можем спокойно поговорить и обсудить нашу предстающую свадьбу, – ублюдок взял меня за локоть и аккуратно подтолкнул к столику.

Лицемер! Какой же он лицемер!

Мгновенно дёрнулась и, вырвав руку, прокричала, – пошёл ты к чёрту, Демон. Чтоб сгорел ты в аду. Недоносок. Думаешь, что можешь просто так врываться в мою жизнь и всё разрушать, – озверело прорычала, совершенно не обращая внимания на посетителей, которые стали невольными свидетелями наших разборок. – Этому не бывать. Я хозяйка своей судьбы. Только я решаю, как буду жить дальше.

С обжигающей злобой осмотрела Александра Егоровича и мать, которые боялись проронить даже слово, они лишь опустошённо косились друг на друга.

– Чёртов ублюдок. Гори в аду, – в очередной раз, озлобленно, повторно бросила проклятие и, сломя голову, понеслась за Сашей.

Вот что мне теперь делать? Как быть? Как оправдаться перед любимым человек? Как вымолить прощение?

Выбежала на улицу и, нервно осмотревшись по сторонам, поняла, что Саши уже и след простыл.

– Что, кукла, за мужиками приходится бегать? Это и не мудрёно, с таким-то характером. И кто же из нас сущий демон?