Страсть принца

Глава 7. Марина

— Это страшный сон, — пыталась успокоить себя я. – Кошмар! Этого не могло со мной произойти!

Отчаянно поглощала воздух, стараясь мыслить рационально!

Но выходило неумело. Из последних сил пыталась успокоить своё дрожащее тело, которое пробивала морозная дрожь. Страх окутывал словно чёрный туман. Не могла найти выхода. Паника, словно острые иглы пронзали душу.

В мозгу пульсировали слова принца, что он всегда получает всё, что хочет.

Сейчас «благородный и достопочтенный» принц покинул меня, великодушно позволил подумать.

Хотя о чём размышляю?

Он не дал мне право выбора, от меня ожидал положительного результата.

Этот тиран, действительно, думал, что стану его бесправной любовницей. Боже! Суетливо провела сумасшедшим взглядом по комнате, которая стала для меня тюрьмой. В каком мире живёт этот человек? Реально верит, что обладает безграничной властью?

Обречённо рассмеялась!

— Думай, Марина! Думай, — расхаживала по спальным покоям, словно маленький зверёк, попавший в клетку. Беззащитный львёнок, которого отобрали у матери львицы, и теперь его участь выступать в цирке.

Нет. Этого не будет…Не знаю с кем прежде имел дело этот высокомерный, жестокий человек, но я ему поддаваться не собиралась.

— Меня лишат право выбора. Мою волю подавят, а жизнь будет подчинена чужим правилам, — размышляю я.

Первым делом иду в ванную комнату. Беру мягкое полотенце. Сбрасываю ненавистное платье и отправляюсь в душ. Включаю холодную воду. Умываюсь и поднимаю потяжелевшие и опухшие глаза. В зеркале отражается лицо неизвестной мне девушки. Глаза заплаканные, губы истерзаны.

— Нет. Точно нет, — утвердительно произношу, — он меня не получит. Придумаю, как сбежать. Придумаю....

Мысли лихорадочно блуждали в голове.

Сейчас нужно успокоить свои взбесившиеся инстинкты. Паника мне точно не поможет.

Смело взмахнула головой.

Нет! Паника — лучшее средство выживания. В древние времена, людей, столкнувшихся лицом к лицу с проголодавшимся саблезубым тигром, можно было легко разделить на тех, кто паниковал, и тех, кто стоял на месте, восклицая: «Какое великолепное животное!» и «Поди сюда, киска».

Арман – это дикое животное. Нельзя показывать ему свой страх. Это только спровоцирует его на более активные действия, но и голову склонять нельзя.

Выхожу из душа в лёгком халатике на обнажённом теле.

— Вот это вид, — слышу ненавистный мужской голос.

Резко разворачиваюсь и с ужасающим страхом понимаю, что мой кошмар ожил наяву.

Все мои прежние убеждения, что нельзя подаваться паники, молниеносно растворились. Пожирающий, мужской взгляд толкал меня в бездну. Ужас беспощадно поражал каждую клеточку.

Арман стоит спиной ко мне, а его взгляд устремлён к зеркалу, в котором отражаюсь я. Он быстро разворачивается и с грацией хищной кошки, приближается ко мне.

– Стоять, Марина, – командует внутренний голос. – Он зверь. Нельзя демонстрировать страх, – мысленно говорю себе.

Глубоко-глубоко вздохнула.

Паника - это истерика от бессилия, которая подчиняется эмоциям, а не здравому смыслу.

Набираюсь смелости и спокойно произношу вопрос, — Арман, прошу Вас. Пояснить, где мои родители? Пожалуйста, хватит меня мучить. Чего вы добиваетесь?

Пристально смотрела на мужчину, подавляя свой страх.

— Повтори, — мужчина останавливается в опасной близости от меня.

Робко повторяю вопрос, — где мои родители? Чего вы добиваетесь?

Арман качает головой, затем наклоняет её набок. Бережно проводит пальцами по моим губам и произносит, – имя. Моё имя, повтори.

Немного медлю, но подчиняюсь его приказу и тихо произношу, – Арман.

— Хорошо, мышка-малышка. А теперь скажи мне «ты», — хрипло требует мужчина. – Давай, детка, это же так просто. Хватит мне «выкать». Согласись, это же как-то глупо и нелепо выглядит, – и вновь его плотоядный взор пробежался по моему полуобнажённому телу, провоцируя жуткую дрожь каждой моей клеточки.

Недовольно и громко выдыхаю.

Делаю усилие над собой и произношу, — Арман, ты можешь пояснить мне, почему так поспешно уехали мои родители? Пожалуйста, ответь на вопрос. Буду тебе очень благодарна, – старалась говорить максимально тактично, но нотки язвительности и гнева давали о себе знать.

Судороги захватывали мою душу. Страшно боялась ответа, но обязана знать правду. Этот человек не может удерживать меня против воли. И уж тем более не имеет права к чему-либо принуждать.

Плавно отступаю, тем самым разрываю ненавистный мне контакт.

— Нет, Марина, так не пойдёт. Давай, присядем, — произносит мужчина. – И спокойно обо всё поговорим.

Нервно дёрнулась.

– Малышка, я же не зверь. И вовсе не кусаюсь.

Испуганно поморщилась…

Зверь…Ещё какой зверь!

Арман подходит к креслу и жестом указывает мне, чтобы присела на его колени.

Отчаянно мотаю головой.

Арман улыбается и показательно разводит руками.

— Ну на нет и ответов нет. Стой на месте и продолжай трястись как осиновый листок. Только своим упрямством ничего не добьёшься.

— Хорошо. Хорошо, — быстро произношу я и уже собираюсь подойти, как он внезапно командует, – стоять, теперь ползи.

Непонимающий взгляд, полный ненависти, направляю на мужчину.

— На колени, девочка и, медленно покачивая своей аппетитной попой, ползи ко мне. Поиграем во взрослые игры. Хочешь получить ответы. Ты их получишь, но прежде продемонстрируешь свою покорность.

Пошло, вульгарно звучат слова мужчины.

Как же хочется послать его, к чертям собачьим! Похотливый мерзавец! Деспот. Конченый маньяк.

— И подумай, прежде чем отказываться. Дальше меры будут только жёстче, — холодно, цинично, властно и безапелляционно говорит мужчина. – Марина, я не привык бросать слова на ветер. И очень скоро ты в этом убедишься.

Медленно опустилась на колени и, не поднимая голову, поползла к принцу.

Унижение…Этот подлец желал видеть моё унижение!

Страх бушевал в груди, но вместе с тем испытывала огромную, убийственную ненависть.

Невероятными усилиями глушила свою гордость. Этот подонок пытается унизить меня, доказать, что я лишь безвольная игрушка. Мои желания не имеют никакого значения.

— Подними свои глазки на меня, – скомандовал Арман. – Женщина – прекрасное существо. Мужчины не могут передать все, что видят на ее лице. Одни ее глаза — это такое безбрежное царство, если глубоко зайти, мужчина пропадёт без следа.

Подчинилась и встретилась с ним взглядом. Медленно приблизилась к его широко раздвинутым ногам.

— Давай, малышка, — взял мою руку, приложил её к своему мужскому естеству.

Сквозь штаны ощутила огромный орган, краска залила моё лицо.

– Покажи, малышка, свою покорность. Будь очень нежной и ласковой.

— Арман, пожалуйста, — сквозь слёзы проговорила я. — Не надо. Я не могу. Не хочу. Не заставляй. Не принуждай.

Голос дрогнул, а сердце сжалось до невероятных размеров. В своих романтических мечтах представляла себя в объятиях любимого мужчины, с которым проживу долгую и счастливую жизнь. На крайний случай, полюблю парня, возможно, он не станет моей первой и последней любовью, но точно понуждать не станет. А тут такое? Откровенное насилие над телом и душой? Как же жестоко!

Но мужчина, как будто не слышал моих просьб, он продолжал удерживать мою руку рядом со своим воинственно настроенный половым органом.

– Расстегни штаны. Не бойся. Расстегни штаны и потрогай меня, – и грозно прорычал, — выполняй, мышка, помни про родителей. Я ничего плохого тебе не сделаю. Обещаю, что тебе понравится.

Подчинилась, мысленно принимая неизбежность. Главное — спасти себя и родителей, а насилие можно пережить, всё проходит и забывается. И боль… И унижение…Собираю жизненные силы и волю в единое целое, внутренне приказываю себе, – будь сильной. Не смей плакать. Он не должен видеть твой страх.

Этот демон разобьёт моё сердце, но постепенно я смогу себя исцелить…Главное – жить!

Знала, что моя жизнь уже никогда не будет прежней…Никогда!

Дрожащими руками расстёгиваю штаны под его пристальным взглядом.

Вижу, что его желание нарастает. Мои действия его возбуждают, меня же это всё пугает. Стараясь не выдать свой страх, придаю голосу спокойствия, – что дальше? Снять трусы? – не дожидаясь ответа, дрожащими руками сдёргиваю их и освобождаю половой орган.

Мужская плоть имеет внушительные размеры, — констатирую факт, но, молча, как и было велено, провожу рукой по набухшему органу.

— Да, девочка, — хрипит мучитель,- теперь двумя руками. Давай, куколка, не стесняйся. У тебя все отлично получается.

Стыдно. Страшно. Противно. Мерзко….

Всё делаю как безвольная кукла.

— Теперь мышка, — запрокидывая голову назад, — возьми его в ротик. – Давай, тебе понравится. Представь, что это леденец. Ты же любишь сладкие конфетки? — с ухмылкой на лице хрипит мужчина.

Первое моё желание, это как следует врезать ему по яйцам. Второе, ноги в руки и бежать.

Арман как будто прочитал мои мысли, — одним быстрым движением схватил за волосы и прижал лицом к огненно-красной плоти.

— Выполняй приказ, — властно сказал он, — давай соси, Марина.

Слёзы скатывались, не могла их контролировать.

Подчинилась.

Обхватила половой орган и начала медленно погружать его в рот.

— Да, малышка. Для начала неплохо, – невнятно бормотал мужчина, — я тебя научу, как ублажать своего мужчину. Давай глубже. Дыши носом, — командовал он. – Боже, малышка, твой ротик - просто сокровище.

Непроизвольно дёрнулась, но мужчина рукой надавливал мне на шею. Стальная хватка не позволяла отстроиться.

Довела его до оргазма, семенистая солёная жидкость заполнила мой истерзанный рот.

— Нет, Марина, — командовал он, – глотай. И приготовься, скоро моё семя заполнит твоё соблазнительное и такое страстное тело, – слова прозвучали как приговор.

Послушно и безмолвно глотаю.

Арман аккуратно вытирает остатки белого вещества с моих уст, размазывая некоторые крохи по губам.

— Марина, — принц, лихо усаживает меня на колени, как наездницу, широко разводя мои ноги, хрипит, — без белья. Всегда встречай меня без трусиков. Ты должна быть готова принять меня по моему первому желанию. Ну что у нас между ножек? Мокро, — стонет мужчина мне в губы.

Его руки проникаю под халат, щупают женскую плоть.

— Сука, — громко кричит он,– ты что фригидная?! Полностью сухая.

Его прикосновения не вызывают во мне никаких сексуальных чувств, наоборот, меня переполняет обида и страх. Боюсь прикосновений Армана, презрительно отношусь к мужчине. Со страхом представляю, как будут сливаться наши тела.

Не смогла более контролировать свои эмоции. С искренним презрением смотрела на мерзавца.

– Я не фригидная, – выдавила из себя фразу и со страхом посмотрела на принца. Хотелось прокричать в лицо мужчине, что его действия, считаются принуждением. Что такое отношение, просто не способно вызвать желание в женщине. Насильственные действия, в том числе и психологические, неспособны зародить страсть. Пробудить похоть.

– Марина, ещё ни одна женщина не отказывала мне, – сверкая огненными глазами, прорычал принц и скривил губы. – Возможно, ты пытаешься доказать мне, что ты особенная, но я-то знаю, что это не так. Все женщины одинаковые. Они любят деньги. Власть и богатство.

– Ничего не пытаюсь доказать, – огрызаюсь я в ответ на беспочвенные обвинения, которые не имеют места.

Все его фразы относительно женщин, являются недостойными и несправедливыми. Правда, нужно признать, что в нашем мире, который отравлен аморальным поведением, есть люди, для которых меркантильные цели превыше всего, но нельзя на всех вешать ярлыки. К сожалению, неспособна вступать в спор с этим мужчиной. Сейчас неспособна. Должна выждать время и тогда доказать Арману, насколько он ошибается.

Глава 8. Арман

Нахожусь в одиночестве в резиденции. Стены особняка, как стены решётки давят на меня, создавая смятение в душе…

... бывают внезапные потрясения, внутренние взрывы, которые в пересказе звучали бы сентиментально, слова, которые можно искренне произнести только раз в жизни, с глазу на глаз, в минуту неожиданного смятения чувств.

С некоторых пор я и себе-то ничего толком объяснить не могу — притом что прекрасно всё понимаю, пока дело не доходит до слов. Со словами у меня сейчас неважные отношения. Нужных мне, похоже, вовсе нет в природе, а прочие разбегаются врассыпную, когда я зову их на помощь.

Удручённо задышал и медленно провёл пальцами по подбородку.

Марина строит из себя недотрогу.

Недотроги — пища для сексуальной диеты. Только вот в диете я совершенно не нуждался.

Озлобленно покривил лицо.

– Льдинку, – уже гневно размышляю вслух, — нет, ты девочка, вовсе не мраморная статуя. Ты огонь, огонь души моей. Безумное пламя, поселившееся в самом центре сердца, сжигаешь и греешь, одновременно.

Яростно сжал пальцы в кулак. Эта огненная девчонка, которая безуспешно строит из себя ледяную статью, с ума меня сводит.

И вновь вспомнил Анну…Шикарную роковую женщину, которая словно цунами ворвалась в мою серую, посредственную жизнь. И я, будучи опытным мужчиной в романтических отношениях был убеждён, что встретил ту единственную и неповторимую! Увы! Ошибся. Принял безумную страсть за любовь.

Увы, не всем дано любить. Это чувство отличается нежностью, преданностью, доверием между влюблёнными. Любящий никогда не пойдёт против мнения или желания своей половины. Наверное, поэтому влюблённых порой называют сумасшедшими. Человек ради объекта воздыханий готов свернуть горы, устраивать немыслимые сюрпризы, исполнять мечты, радовать, заботиться, защищать. Паре хорошо вместе, счастье превыше всего. Каким бы странным это ни казалось, но влюблённые готовы жертвовать своими желаниями и интересами ради счастливых глаз и улыбки любимого.

Это жизнь в компромиссе, где редки расхождения во взглядах, партнёры глубоко уважают и ценят друг друга.

Истинные чувства сметают все преграды на пути к счастью. Такие пары могут похвастаться гармоничностью отношений и долговечностью союза, вплоть до самой старости.

В период влюблённости я и Анна буквально летали на крыльях. Весь мир казался прекрасным, восхищался объектом привязанности, её внешними данными, чувством юмора, жестами и взглядами возлюбленной. В это время море было по колено, готов был на все ради исполнения желаний своей половинки. Моё сознание было словно в тумане.

Только с годами начал осознавать, что зачастую влюблённые думают, что это и есть настоящая любовь, которая дарит им состояние эйфории. Пара начинает мечтать о долгом совместном будущем. Но со временем «розовые очки» спадают, да и влюблённость уже не так затуманивает сознание. Открываются глаза на недостатки, какие-то не очень приятные моменты в поведении партнёра, люди узнают друг друга ближе. Становится понятно, что же с вами приключилось – вы полюбили или влюбились.

Решил, что после Анны хорошо усвоил урок, но как оказалось, урок мной очень плохо усвоен.

Отчаянно пытаюсь держать себя в руках, но как только она находится рядом, срываюсь и уже не могу себя контролировать. Пресловутая выдержка летит к чертям.

Нет таких людей, у которых всегда всё хорошо! Просто некоторые люди переживают даже самые тяжёлые времена молча. А другие — ноют по любому поводу!

Что? Что? А ныть я не привык. От своей цели не отступлю, даже если мне придётся разрушить всё, что стоит у меня на пути. Марина – женщина и она обязана мне покориться, осознать, что теперь я в её жизни стану самым главным человеком и моё слово для неё закон.

Понимаю самолюбие и мужская гордость задеты, при виде соблазнительного тела Марины неугомонная плоть из штанов готов выпрыгнуть, а она на все мои ласки отвечает презрением, холодностью и отстранённостью.

Главное – тело малышки не реагирует на меня. Пусть разумное естество ненавидит, но женское начало должно было откликнуться.

— Что я несу? — Мысленно задал сам себе вопрос и тут же ответил, — как будто- то целок не было. Да всё они текли от одного прикосновения. От одного вида, а здесь сухая как пустыня, — печально констатировал.

Надо, что-то решать… Могу силой взять и плевать на её комфорт. Но нет. Хочу, чтобы стонала не от боли, а от удовольствия, — утвердительно и громко произнёс я. – Мне нужна её страсть. Желание. Не хочу её боли.

Угнетённо приподнял взор, чувствуя, что в глубине сердца зарождается светлый, тёплый, маленький, но такой яркий лучик необычного, почти неизвестного мне чувства.

Любовь похожа на дневной сон, когда мы ходим в полуметре над землёй и всё кажется прекрасным. Но иногда она способна превратиться в болезненный кошмар и причинить много страданий.

Все мы рождаемся и умираем с одной и той же невысказанной просьбой на губах: «Любите меня, пожалуйста, как можно, сильнее!» На самом деле всё это дерьмо! В отчаянных поисках этой дурацкой, несбыточной любви к себе мы проходим мимо великолепных вещей, которые вполне могли бы сбыться. В том числе мимо настоящих чудес. Но нам не до них, мы слишком заняты поиском тех, кто нас оценит и полюбит…

Ловлю себя на мысли, что такие чувства вызывала одна женщина в моей жизни, это моя жена.

Именно она пробуждала в моём сердце любовь. До неё и после просто и бездумно тра…л баб. Анюту же я любил.

Задаю себе мысленный вопрос, — неужели, Марина пробудила во мне давно погасшее чувство любви? Нет. Этого не может быть. Полюбить женщину, которая знать тебя не хочет. Что за наказание такое. Наваждение.....

Душа и мысли...

Единый огонь поглощает меня.

Стою у окна и наблюдаю за огнями ночного города, стремясь погасить пожар в своей душе.

Стук в дверь.

— Ну, кому там ещё не спится, — поворачиваю голову, — кого ещё черти принесли?

Злобно и возмущённо задаю вопрос, продолжая ощущать обжигающее смятение в душе.

Я не могу вновь совершить роковой шаг…

Дверь открывается. На пороге появляется пожилая женщина.

— Ваше Величество, — склоняю голову, — не знал, что это вы.

Резко изменил тон на более снисходительный и почтительный.

— Ни одна душа не потрудилась доложить, — уже более возмущённо заявил я.

— Прекрати паясничать. Ни к чему светские приличия. Брось, — громко говорит королева-мать. – Я пришла никак должностное лицо. И тебе об этом хорошо известно.

— А как кто? — Спрашиваю с долей сарказма, не имел никакого удовольствия выслушивать ночные капризы матери, но выхода не было, слишком её уважал, чтобы попросить удалиться.

— Как мать, — выдыхает она, — которая обеспокоена поведением своего непутёвого сына. Очень обеспокоена. Арман, у меня сердце болит.

– Понятно, – растерянно развожу руки в разные стороны. – Что ничего не понятно.

Моё лицо принимает растерянный вид, высоко поднимаю брови и широко раскрываю глаза.

– Что удивился? – Недовольно спрашивать королева Камалия и присаживается на диван.

Она сурово смотрит на меня.

Презрение и недоверие читается в её глазах.

– Мама, – обращаюсь к женщине. – Что тебя заставляет считать, что я непутёвый сын великой королевы? – Не удержался и с иронией произнёс вопрос.

– Ты снова совершаешь непростительную ошибку. Тебя опять околдовала недостойная девица, – сокрушается мать, активно и грациозно жестикулируя. – Как можно, вообще, было вновь связать свою жизнь, – покачала отрицательно головой и помахала веером перед лицом. – Нет, пока не связать, но пустить в свою жизнь, эту неверную! Что же с тобой происходит. Умоляю, одумайся!

– Мама, прошу, выбирай выражения, – уважительно, но достаточно, сурово ответил я на реплики матери.

Немного сжал руки в кулаки и холодно добавил, – это моя жизнь, и только мне решать, какая женщина будет рядом со мной. Кроме того, прежде я также не ошибся с выбором и считаю, что Анна была достойной женой. Поэтому прошу тебя, прояви уважение к её светлой памяти.

– Достойная женщина. Бесплодная, словно пустыня! Одному Аллаху, известно, за какие грехи её так прокляли боги.

Слова матери больно ударили по сердцу, её фраза, о моей жене были абсолютно несправедливы.

Очень многие путают влюблённость с любовью, не понимая, что к настоящей и крепкой любви ещё только предстоит прийти. А в начале этого путешествия любовь очень хрупкая и её убить легко.

У нас с Анной всё произошло стремительно. Были слишком молодыми, горячими, импульсивными, не задумываясь, погрузились в пучину огненной, обижающей страсти…Какое-то время мы наслаждались друг другом, но, к сожалению, не заметили, что плавно погружаемся в жизненные волны банальной, семейной жизни. Не знаю, была ли между мной и супругой настоящая любовь, но то, что присутствовала убийственная, всепожирающая страсть – неоспоримо!

– Вы с братом такие разные, – провозгласила мама. – И в то же время очень и очень похожи. Вы совершенно не умеете выбирать женщин, – она с отвращением покривила губы. – И если твоя покойная супруга хотя бы делала вид, что покорно, то бывшая жена Аравина, просто кошмар. Нахалка. Грубиянка.

Снисходительно помотал головой. В словах матери присутствовала доля правды, только вот Клара была вовсе не была нахалкой и грубиянкой, просто-напросто она относилась к категории независимых женщин, у которой всегда и на всё есть своё мнение. У неё всё должно быть под контролем.

Где живёт контроль, там нет места жизни. Контролирующая женщина, не осознавая, обесценивает мужчину. Её пугает необузданная мужская сила, которую она и хочет взять под контроль. Контролируя, женщина бессознательно превращает мужчину в ребёнка, лишая его своей силы, чувствуя себя при этом уставшей и одинокой.

Если мужчина оказался крепким орешком, то женщина вступает на путь борьбы с ним. Она ощущает себя ненужной ему и нелюбимой, только потому, что он отказывается подчиниться. Борьба убивает любовь. Контроль – это привилегия мужского мира. Контролирующая женщина не может быть счастливой.