Класс опасности - ведьма

ГЛАВА 6

Автомобиль Демида ждал нас на самом краю парковки. Какой-то час под палящим солнцем – и в салоне не просто жара, а настоящий ад. Я даже отшатнулась, когда открыла заднюю дверь, и едва не решила отправиться до дома пешком. Почему бы и нет? Там и встретимся.

– Садись уже, я кондей включу, – раздражённо поторопил меня Охотник, заводя машину. – Тоже мне, неженка нашлась.

Я спокойна, я спокойна… Я не хочу его убить…

Глубокое дыхание не помогло, легкие буквально обжигало горячим воздухом и злость металась внутри, не находя выхода. И тогда я расстегнула блузку.

Мы уже тронулись, мужчина действительно включил кондиционер, правда температуру выставил не самую низкую, но и этот прохладный ветерок ощущался кожей, как истинное спасение.

Ещё-о-о!

И я сняла лифчик.

Задние окна затонированы, так что можно не беспокоиться за свой моральный облик в глазах случайных свидетелей, а по большому счёту мне было на них плевать. Грудь у меня красивая, стесняться нечего.

Разве что Охотника. Но он не мужчина, он – козёл!

Да и не смотрит на меня, полностью сосредоточившись на дороге.

Вот и я, распахнув блузку пошире, чтобы охладить потное тело, откинулась на спинку сидения и прикрыла глаза, мысленно составляя список необходимого. По прогнозу погоды, который весь последний месяц я отслеживала с особой тщательностью, послезавтра возможен дождь. Но это не точно. А вот сегодня и завтра всё ещё жара. Значит, пару футболок потоньше, шорты, тапки, запасное бельё, средства личной гигиены… И кофеварку! Главное, не забыть кофеварку!

– Слушай, ты бы хоть какой-то стыд изобразила что ли, – с откровенной неприязнью прозвучало спереди и мы остановились. Открыла глаза, боковым зрением отметила, что мы стоим напротив моего подъезда, а в зеркало заднего вида меня злобным взглядом прожигает Охотник.

– Зачем? – Я ехидно усмехнулась и умело выгнулась, как учили на модельных курсах, которые я посещала целых два месяца. – Я ведь и так в твоих глазах пала так, что ниже некуда. Да и откуда у такой дряни, как я, может быть стыд?

Я без какой-либо обиды напомнила ему его же слова. Обижаться на этого? Много чести! А вот уязвить в ответ и заставить почувствовать неловкость – с радостью!

– А достоинство? – попытался зайти с другой стороны Охотник, поворачиваясь ко мне телом.

– О, у меня их полно! – Я весело сверкнула глазами и выпятила вперёд свою великолепную «троечку». – Некоторые можно заметить даже невооруженным взглядом. Хотя… – Судя по сердито поджатым губам и пристальному взгляду глаза в глаза, демонстрация достоинств была проведена впустую. Пришлось непринуждённо закругляться. – Не каждому дано это оценить. Ладно, проехали. Жди меня тут, никуда не уходи, скоро буду.

Я сунула лифчик в сумочку, застегнула самые стратегически важные пуговки блузки и вышла из машины. Позади хлопнула дверь, я удивлённо обернулась – Охотник шёл следом.

– Эй?

– Я проконтролирую сборы.

– Не доверяешь?

В ответ мужчина медленно и очень выразительно приподнял бровь. Ах, ну да! Я ж, по его мнению, без пяти минут нежить!

Фыркнула, показывая, что я сама думаю по этому поводу, но спорить не стала. Хочется ему ходить за мной хвостом – пожалуйста, мне скрывать нечего.

Оставив незваного гостя в прихожей, первым делом собрала одежду и прочие необходимые мелочи в спортивную сумку. Переоделась в лёгкий шёлковый сарафан изумрудного цвета, выгодно подчёркивающий все мои неоспоримые достоинства, и подмигнула своему отражению. Что бы он ни говорил и ни думал, я прекрасна! Затем отправилась на кухню и обследовала холодильник. Допила молоко, убрала остатки рыбы в морозилку, чтобы не испортилась за время моего отсутствия, упаковала в пакет кофеварку и бросила поверх пачку молотого кофе. Вот и всё, план минимум выполнен.

За время моих сборов Охотник не сдвинулся из прихожей ни на метр. Так и стоял, прислонившись плечом к стене с таким скучающим видом, словно я управилась не за рекордные пятнадцать минут, а как минимум часа за три. Ох, как же он меня бесит!

Но нет, улыбайся, Алиса, улыбайся! Пусть бесится он, а не ты!

– Всё, я готова.

Молча кивнул, развернулся и вышел. Не поняла. А сумки?!

Я даже замерла с открытым ртом в полнейшем шоке. Вот не гад ли?! Это уже вообще ни в какие рамки!

– Ты идёшь?

А сколько недовольства в голосе!

– Конечно, ма-а-асик, – протянула я томно, мысленно отрывая ему руки, а затем и ноги. – Иду-иду! – Как же сложно держать себя в руках, кто б знал?! – А ты всегда такая скотина?

– Какая? – недобро уточнил Охотник, когда я приблизилась к нему и распахнувшему свои створки лифту.

– Не способная на помощь. – Я выразительно потрясла перед его носом пакетом с кофеваркой, но меня нагло проигнорировали. Вместо того, чтобы взять из моих рук вещи, Демид прошел в лифт и, откинувшись на заднюю стеку, сложил руки на груди. – Эй!

– Носильщиком не нанимался, – через губу процедил мужчина. – К тому же ты вполне справляешься с задачей сама. Не вижу проблемы.

– Да-а-а… – протянула я разочаровано и, войдя следом, сама нажала на кнопку. – Говорила мне мама, что все нормальные мужики давно вымерли, а я не верила. А зря. – Я стояла к нему спиной, так что моего лица Охотник не видел, и я могла позволить себе хотя бы на несколько секунд сбросить маску улыбающейся дурочки. – Ты, кстати, мужик вообще? А то гложут меня смутные сомнения…

Приглушённое рычание легло бальзамом на душу, и я самодовольно ухмыльнулась. А впереди ещё целые выходные! Ох, я отыграюсь!

В машину садились молча. Я снова предпочла устроиться на заднем сидении, где было капельку темнее и прохладнее. Как только тронулись, спросила:

– Далеко ехать?

– У меня дом неподалёку от Малаховки, – неохотно поделился информацией Охотник.

– Что, прям целый дом? – искренне удивилась я.

– Целый, – кивнул Демид и до меня донёсся сдержанный смешок. – Пока целый.

– То есть?

На этот вопрос мне не ответили. Ой, не очень-то и хотелось!

В голове роилось ещё пара десятков вопросов вперемешку с разнообразными обидными словами, но я предпочла прикусить язык и перенести внимание на то, что творилось за окном. До вечернего часа пик оставалось всего ничего, но Охотник на удивление оказался ловким водителем и вскоре мы уже летели на юго-восток, минуя МКАД и основную опасность пятничного вечера. Пробки.

Ещё через некоторое время, не доезжая до Малаховки, Демид свернул к супермаркету. О, не забыл. Да ещё и вышел? Опять вместе пойдём? Интересно…

Несмотря на застарелую обиду и общее нестабильное настроение из-за жары и грядущего полнолуния, я изредка косилась на спутника. Смотрела, как он двигается, какие продукты выбирает и как умудряется постоянно оказываться рядом, даже если я вдруг отстаю или убегаю вперёд.

Тележка у нас была одна на двоих, но даже посторонний мог бы с лёгкостью заметить, что продукты лежат двумя отдельными кучками. Рыба, молоко, кофе и хлеб – с одной стороны; чай, шоколад, печенье, мясо, картошка и бананы – с другой. А он сладкоежка, удивил.

Я раньше тоже любила шоколад, но после заражения – как отрезало. Сейчас не хотелось даже попробовать. А жаль.

В очереди на кассе я с неодобрением скривилась, когда Охотник, выложив свои покупки на ленту, не притронулся к моим. Понятно, бюджет у нас раздельный. Что в принципе логично, но…

– Ты мне, кстати, должен, – мстительно напомнила я, когда кассир уже начала пробивать его часть продуктов. – Или благополучно забыл?

Демид недовольно покосился на меня, затем его взгляд медленно скользнул вниз и пару секунд поизучал моё декольте. Не представляю, что пришло ему в голову, но по мужским губам скользнула предвкушающая усмешка. Из заднего кармана появилось портмоне, из него на свет извлеклась тысячная купюра… и ловким движением пальцев устроилась там, где вовсю топтались его глаза.

В декольте.

Вот, сучонок! При всех! В магазине!

– Сдачу вернёшь при случае, – самодовольно заявил этот козёл и беспечно отвернулся к кассирше. – Сколько с меня?

Ах, сдачу ему! Будет сдача!

Стараясь сохранить хотя бы видимость благожелательности, мысленно я уже почти вскипела и взорвалась. Но ничего-ничего… Хорошо смеётся тот, кто остаётся жив! Мы ещё посмотрим, кто кого! Я шарила пытливым взглядом по кассе, прикидывая, как прямо сейчас поставить этого козла на место, и тут моё внимание привлекли презервативы. Как раз сто пятьдесят рублей за пачку. Идеально!

– Девушка и ещё презервативы, – мило промурлыкала я, когда она, пробив уже мои покупки, поинтересовалась, не надо ли чего ещё. – Самый маленький размер, какой есть. Да-да, вот из этой линейки. Благодарю.

Без усилий подхватила довольно тяжёлый пакет, поставила его обратно в тележку, и с предвкушением шагнула к Демиду. Он наблюдал за мной настороженно, явно догадываясь о предстоящей пакости, но ещё не зная точно, что именно я задумала.

– А вот и сдача, – сообщила я мужчине с широкой улыбкой, засовывая ему пачку в передний карман джинсов. – Такие, как ты, не имеют права размножаться. Не благодари!

И, вцепившись в тележку обеими руками, бодро поцокала на выход, не забывая о гордо расправленных плечах и модельной походке от бедра. Выкуси!

К машине мы подошли одновременно. Я не слышала его шагов или дыхания, но как только обернулась проверить, где плетётся Охотник, то чуть ли не уткнулась ему в грудь. Подняла взгляд выше, оценила степень бешенства на мужском лице и торжествующе сверкнула глазами. Может он и неплох в своём деле, но до моих умений доводить окружающих до белого каления ему даже в старости не приблизиться. Этому в принципе нельзя научиться, оно или есть, или нет. Третьего не дано.

– Ну что, карасик, погнали дальше? Чур, ванна моя! – подмигнула я Демиду и юркнула в салон.

Пока мужчина перекладывал пакеты из тележки в багажник (мой тоже, что я тщательно проконтролировала), я мысленно прикидывала план дальнейших военных действий. Первое правило всех подобных мероприятий: разведка и шпионаж. Мне даже на руку, что мы едем к нему, а не ко мне. Я увижу то, что обычно скрывают от посторонних глаз. Личные вещи, ежедневный быт.

Интересно, он разбрасывает носки, как большинство мужчин? Что готовит, как часто убирается?

Или… Живёт не один и это всё делает кто-то за него?

Мысль пришла неожиданно, но почему-то принесла с собой дискомфорт. Он ведь уже не мальчик. Вполне взрослый мужик. Может даже уже женат, дети…

Чем дольше думала, тем меньше мне всё это нравилось. Одно дело доводить холостяка, зная, что никому из невиновных не перепадёт его плохого настроения, другое – делать всё то же самое с семейным человеком. Семья и дети, как ни странно, были для меня табу. Дети не в ответе за своих родителей, а наивные жёны – за своих мужей. Скольких козлов я в своё время отшила… Не сосчитать.

– Слушай, а у тебя есть дети? – как можно небрежнее спросила я, когда уже устала изводиться в неведении.

Плечи водителя мигом напряглись. Несколько километров он молчал, но в конце концов буркнул:

– Нет.

Уф!

– А жена? Ну, чтобы мне было кому сочувствовать?

– А ты умеешь это делать? – раздражённо процедил Демид вместо ответа и в зеркало заднего вида на меня уставились два пронзительно-жёлтых глаза.

– О, я же говорила, у меня много достоинств. В том числе и скрытых. – Я задумчиво накрутила локон на палец, прикидывая, как его разговорить. – Например, честность. Правда, иногда окружающие принимают её за беспардонность, но ты-то уж должен понимать, в чём их отличие.

– И в чём же оно по твоему?

– О, давай поясню! – Мои глаза загорелись азартом, а на губах расцвела улыбка предвкушения. – Взять, к примеру, тебя! Если я назову тебя козлом при посторонних, это будет несомненно беспардонно. А наедине – правда. В целом ничего не изменится, но люди почему-то очень любят цепляться за условности и мнимые приличия, при этом нисколько не стесняясь развешивать ярлыки. А у самих, если хорошенько покопаться в шкафах, то не по одному десятку скелетов. Кстати, у тебя есть?

– Кто?

– Шкафы со скелетами! Ну же!

Мне достался очень долгий и очень странный взгляд, после чего Охотник задумчиво произнёс:

– Ещё нет…

И сосредоточился на дороге, сворачивая с основного шоссе направо.

Заинтересовалась нашим путём и я, внимательно рассматривая и на всякий случай запоминая путь. Мало ли как выходные закончатся.

Ехали ещё минут пятнадцать и наконец остановились перед высоким кирпичным забором. Демид вышел, чтобы открыть ворота вручную, и я тоже решила начать знакомство с территорией, не дожидаясь, когда он загонит машину. Выскользнула из авто, прошла на участок и отступила немного в сторону, чтобы не мешать.

Ну, что сказать… Неплохо. Ожидала худшего. Не миллионная вилла с обслугой, но вполне себе уютный двухэтажный кирпичный домик с пристроенным гаражом и открытой верандой. Если мне не изменяла интуиция, второе строение, виднеющееся чуть вдали и справа – банька. Эх, жаль, сейчас лето. А так бы попариться и в сугроб!

Сам участок был средних размеров, соток тридцать. Высокий забор не позволял увидеть соседей, а десятка три деревьев с многочисленными кустарниками, создавали впечатление некоторой неухоженности. Ни сада, ни огорода, ни цветочных клумб, ни мощёных плиткой дорожек – истинное жилище холостяка.

Мои догадки подтвердились и в доме. Ни одной женской вещи, ни одной безделушки, ни единого горшечного растения. Чисто, опрятно, но безлико. Ощущение, что тут практически не живут.

Свои вещи и продукты, кстати, пришлось заносить самой – Демид их только вытащил из машины и оставил у входа, очередной раз подчеркнув своё пренебрежительное отношение к мужским обязанностям в целом и ко мне в частности.

Ой, мы люди не гордые, мы и сами справимся.

Кухню я нашла интуитивно. Сложно было не найти почти единственное помещение на первом этаже. Небольшая, но функциональная: плита, микроволновка, холодильник, раковина с водопроводом, стиральная машинка – всё в наличии. На двух стенах дешёвые, но чистые шкафчики с посудой. У противоположной стены стол и два стула, словно больше тут гостей никогда не бывало. Из широкого окна без занавесок открывался вид на лужайку справа от дома и мелькал угол бани.

Быстренько распределила продукты из пакета в холодильник, мимоходом отметив скудный набор продуктов (яйца, бутыль растительного масла, пара дряблых яблок), устроила на почётное место кофеварку, сразу же поставила готовиться несколько порций кофе и на этом с кухней закончила. Вышла обратно в коридор и уже внимательнее осмотрела прихожую, совмещенную с большой гостиной.

Огромный чёрный кожаный диван, пара кожаных кресел, журнальный столик светлого дерева, облицованный красным кирпичом камин и плазма с хромированными деталями на полстены. Недурно, но такое ощущение, что стилист тут даже рядом не стоял. Ни цветового сочетания, ни фактурного. Широкое панорамное окно с выходом на веранду занавешено тонким тюлем неопознанно-мутного цвета с подозрительными разводами. Судя по выцветшим обоям и кое-где облупившейся краске на деревянном полу, ремонта не было давненько, а вот диван и кресла новые, куплены не больше месяца назад – до сих пор запах новой мебели не выветрился. Окна и стеклянная дверь тоже новые – европакеты последнего поколения, мне о них все уши ещё Юлька прожужжала, когда имела несчастье делать ремонт в своей квартире, доставшейся от бабушки год назад.

Хотя, мне-то какое дело до всего этого?

Под лестницей, ведущей на второй этаж, обнаружилась дверь, скрывающая кладовку со всяким бытовым хламом. Коробки, старенький пылесос, стопки пыльных книг и прочий мусор. За следующей дверью оказался туалет с хорошим ремонтом и отсутствием неприятных запахов. Удовлетворённо кивнув своим мыслям, закрыла дверь и поднялась наверх.

На втором этаже меня встретил небольшой холл с окном и три двери, две из которых были открыты. В одной из комнат промелькнул раздетый до трусов Демид, и я заинтересованно шагнула к нему. Встала в дверном проёме и неосознанно прикусила губу. А он неплохо сложен…

Вообще-то я поняла это ещё в первый день, точнее ночь нашей встречи, но только сейчас смогла рассмотреть всё, что больше не было скрыто одеждой, пока Охотник перебирал вещи в распахнутом шкафу.

Кроме наполовину зеркального широкого бежевого шкафа во всю стену, в комнате стояла чуть менее широкая кровать с вычурной спинкой в стиле барокко, простейший рабочий стол с компьютером у окна и рядом офисный стул на колёсиках. В противоположном углу – комод, мягкое кресло, обитое зелёным вельветом, и полки с книгами. И снова всё из абсолютно разных гарнитуров, ни капельки не сочетающихся друг с другом. Это я отметила лишь мельком и снова сосредоточила внимание на мужчине.

Пропорционально развитая мускулатура, задница аппетитным орешком, спрятанная под чёрными плавками, непонятная татуировка на левой лопатке и безобразные белесые шрамы, пересекающие рёбра справа и уходящие вбок.

– Всё рассмотрела? – насмешливо поинтересовался Демид, глянув на меня искоса.

– Неа, – я тоже усмехнулась, не упустив случая снова его уязвить. – Покрутись, хочу оценить тебя со всех сторон. А то вдруг не только тыл подкачал.

Охотник действительно развернулся, но с таким видом, словно собирался придушить. Плавной походкой матёрого хищника приблизился ко мне, убивая и расчленяя одним взглядом, навис, скривился…

– Да, пресс тебе тоже подкачать не помешает, – посетовала я, бесцеремонно ткнув ноготком ему в живот. Плоский, но без ярко выраженных кубиков. – Могу дать номерок хорошего тренера, под его чутким руководством даже у тебя что-нибудь получится. И эти шрамы… – Я с лёгкой брезгливостью провела указательным пальцем по жуткому шраму, пересекающему грудь в левой части. – Они тебя совсем не украшают. Лучше сведи, они ужасны. Теперь понятно, почему ты до сих пор не женат. Есть у меня номерок хорошего пластического хирурга…

– Какой же у тебя всё-таки поганый язык, – перебил меня мужчина, не вытерпев даже половины того, что я планировала ему сообщить. – Кстати, твоя комната напротив, а ванная за третьей дверью. Сгинь уже с глаз моих, пока я не решил, что твоя смерть выйдет мне дешевле испорченных отношений с Ягой.

– И ничего он у меня не поганый, – обиделась я и, высунув язык, предъявила Демиду доказательства. – Смотри, какой красивый. Влажный, розовый… А как я им умею делать всякие необычные вещи! М-м-м!

– Избавь меня от подробностей!

Охотника аж перекосило. Явно же какие-то пошлости подумал. А я, между прочим, имела в виду элементарное упражнение для детей «ложечка» и «трубочка». Но что взять с козла?

– Ой-ой, какие мы нежные! – рассмеялась я беспечно и, решив, что на этом пока действительно достаточно, отправилась дальше.

Сначала посетила вторую спальню, оказавшуюся меньше первой раза в два: в ней был лишь угловой шкаф для одежды, двуспальная кровать, застеленная простеньким покрывалом, и стул. Прикинув, что обживаться буду позже, после купания, я вынула из сумки гель для душа, полотенце, щётку, свежие трусики и уже вместе с ними отправилась инспектировать ванную.

Ну что сказать, неплохо, но можно было бы и получше. Половину комнаты занимала большая душевая кабина, вторую половину – маленькая ванна, в которой даже мне придётся расслабляться сидя. Рядом крохотная раковина и над ней зеркальный шкафчик. На полках шкафчика: мочалка, мыло, бритвенный станок, единственная зубная щётка в стаканчике и пара флаконов с мужскими ароматами: пена для бритья и гель для душа. Всё относительно новое, чистое. Плитка приятных лазурных оттенков: светлая на стенах и очень тёмная на полу. Уложена аккуратно, швы в тон плитке.

Какой интересный контраст старого и нового. Складывалось ощущение, что этот дом – не основное жилище Охотника и используется лишь от случая к случаю. Например, как со мной. Ремонт и новая мебель тоже лишь в стратегически важных точках, может даже привезённая из разных мест, как это обычно бывает на дачах. Впрочем, какая разница? Мне тут в любом случае после понедельника не жить.

Пожав плечами на собственные размышления, я первым делом принесла из комнаты стул, на который положила полотенце и остальные свои вещи. Включила и отрегулировала воду, заткнула слив и спустилась на кухню. Покрошила себе в тарелочку рыбы, налила в самую большую кружку кофе с молоком, зажала в зубах багет и снова направилась к лестнице. С независимым видом прошла мимо скептично хмыкнувшего Демида, переодевшегося в другую футболку и простенькие застиранные шорты, и даже ничего не сказала, когда он съехидничал:

– Тебе идёт. Теперь я знаю, чем заткнуть тебе рот, когда не хватает слов.

Что и следовало ожидать. Я бы удивилась куда сильнее, если бы он промолчал. А вот то, что слов не хватает – это хорошо! Это приятно!

А как оказалась приятна прохладная вода-а-а! Я не удержалась и простонала в голос, не стесняясь выражать свои чувства вслух. После целого дня в офисе, после духоты в машине и толкотни в магазине, я фактически оказалась в раю. Прохладном, мокром и уединённом.

А то, что в ванной комнате не оказалось шпингалета, меня вообще не волновало. Охотник не идиот провоцировать меня своим визитом, пока я тут отмокаю нагишом. Сомневаюсь, что он не в курсе всех моих запретов, хотя иногда и смотрит так, словно забывает о причине нашего знакомства.

Но куда чаще в его глазах можно увидеть лишь презрение и злость.

Но ничего-ничего… Всего каких-то несколько дней, и я покажу тебе, какой мстительной умею быть! То, что ты услышал от меня сегодня, покажется тебе всего лишь цветочками! А ягодки будут просто ого-го!

В общей сложности я провела в ванной больше двух часов. Отмокала, ужинала, мылась и снова отмокала. Провалялась бы и дольше, но нетерпеливый стук в дверь и раздражённый голос Демида, сообщившего, что я тут не одна, сбили весь настрой. Пришлось вылезать, заворачиваться в полотенце и выходить, но прежде я постирала трусики и красиво устроила их на спинке стула, который решила оставить тут. На бортике ванной небрежно «забыла» свой гель для душа, а в стаканчик сунула новую розовую зубную щетку.

По отдельности мелочи, но именно из них сложится основа для мощного психологического давления. Было дело, посещала курсы психологии межполовых отношений параллельно учёбе в колледже. В основном было скучно, но кое-что полезное я узнала.