Виолетта. Жила-была… лич

Глава 6

А в деканате я чуть было не спалилась… Папа. Суровые, но такие родные черты постаревшего лица… черные волосы, почти черные глаза, волевой подбородок с ямочкой, хищный нос… и несколько новых морщин на лбу. Папа…

Едва ли не столкнувшись с ним в дверях, с трудом удержалась, чтобы не податься вперед и не обнять такого родного и дорогого мне человека, но… Безэмоциональный взгляд, скользнувший по моему лицу, отрезвил вовремя. Я не Виолетта, я Виона. Я не полудриада, я полулич. И я обязана разобраться со своими врагами сама, потому что только тогда мне не будет стыдно за себя.

– Магистр Рамадай, утро доброе. Не поможете нам? – Куратор, словно издеваясь надо мной, по-дружески поприветствовал отца и указал на меня. – Девочка жаждет пересдать рунологию на комиссии. Первый курс. Адептка перспективная, но вот усидчивости ей… занять бы не мешало.

С удивлением отметив то, что обо мне так лестно отозвались, исподлобья и немного хмуро глянула на самого сильного из некромантов этой Академии, да что там Академии – страны! Потомственный в хрен знает каком колене… он же меня раскусит, как гнилой орех. И накажет. Не потому, что я лич, а потому, что позволила им это с собой сделать.

– Нет, Премиус. Прости, но я тороплюсь. – Снова мазнув по мне взглядом, отец отмахнулся и кивнул внутрь кабинета. – Дариша и Юбэр, думаю, смогут тебе помочь.

– Да-да… Что ж, беги, коли так необходимо… – Странно покачав головой, словно знал причину поспешного ухода моего отца, куратор махнул мне рукой, и мы отправились на поиски каких-то Дариши и Юбэра.

С одной стороны, я испытала невероятное облегчение, что не придется мяться и бояться за свое разоблачение под испытующим взглядом сурового некроманта, но с другой – так хотелось во всем признаться, так хотелось попросить совета, поддержки, в конце концов! Но нет. Сама вляпалась – сама выберусь.

Уйдя в себя, я тем не менее отслеживала наше перемещение и, когда мы остановились возле стола, где сидели два преподавателя, гном и полудриада, тут же сосредоточила все внимание на них. Итак, гном… Гадать не стоит – магистр Юбэр. Думаю, артефактор. На нем были очки, весьма схожие по исполнению с очками магистра Премиуса, и кожаная куртка грубой выделки, прямо на которую было нашито несколько интересных штучек. Я не большой специалист в артефактах, но то, что это именно они, – чую. Интересно, моя магическая чуйка стала намного сильнее, чем раньше… и это запомним.

Пока Премиус здоровался с преподавателями и разъяснял, что же мы от них хотим, я переключила свое внимание на полудриаду. Не целитель. Думаю, скорее биолог. Во взгляде не столь много доброты и светлой силы, чтобы быть целителем. Вероятно, она теоретик, не практик. А такой дорога только в методисты, травницы или биологи. Судя по возрасту, первые два пункта вряд ли, так что остается только в биологи – дама была уже в той поре, когда пора заводить внуков. Как, впрочем, и гном. Сладкая парочка…

Озадачившись несвоевременной мыслью, все же решила, что она не лишена здравого зерна. Все может быть…

– Итак, поможете нам?

– Если девочку не смутит, что экзамен начнется прямо здесь и сейчас… – Полудриада, похоже решившая пойти на небольшую подлянку из-за того, что мы прервали их тет-а-тет, тем не менее весьма ласково улыбнулась. Что совсем не вязалось с тем, как она решила поступить. Да, подло. Если бы я не была в себе так уверена, то подобный поворот событий привел бы меня в полный раздрай. А так ничего… Но я тебя запомню, Дариша…

Гном только кивнул, вторя своей коллеге, и взгляды преподавателей скрестились на мне.

– Я согласна. – Нейтральный тон, но во мне закипает злоба. Как был гадючник, так и остался, ничего не меняется. Жаль… Как жаль, что у власти подобные индивиды. Как жаль, что нельзя просто взорвать все к чертовой бабушке. Необходимо уничтожать не исполнителей, необходимо уничтожать тех, кто стоит во главе подобного гадства. Вот только до них не так просто добраться… Но у меня много времени. Так много, что им и не снилось.

– Что ж, начнем.

Магистр Премиус, почти неуловимо сморщившись от подобного поворота дел, оказался на редкость галантным кавалером и, прежде чем сесть, предложил мне стул. Эм… он меня пугает. Пугает своим нестандартным подходом. А это чревато. Все, что я не могу проанализировать и понять, подлежит как можно более тщательному изучению. Он наверняка до сих пор действующий агент… Как ректор подобное пропустил? Или это вижу только я одна? Нет, стоит не просто утроить – удесятерить бдительность!

Час мучений и старательной задумчивости – и я таки наскребаю на зачет. Ну да, пришлось попотеть, «вспоминая» то, чего не могла знать дурочка Виона и что я сама знала почти в совершенстве. Руны в нашем деле очень и очень важны, но еще более важным было не дать им понять, что мои знания в разы глубже и шире тех, что я им показываю.

– Что ж, Виона, ты меня приятно удивила. Думал, будет хуже. Можешь же, когда хочешь! – Расписываясь в моей зачетке, заодно заполняя лист пересдачи, магистр Премиус похлопал меня по плечу, и мне пришлось удержаться, чтобы не дернуться, – прикосновения живых были мне до сих пор неприятны. – Иди, деточка, отдыхай с чистой совестью.

– Спасибо. Большое спасибо. – Поблагодарив преподавателей несколько раз, причем не забыв об отдельной благодарности дриаде, чтобы усыпить ее бдительность и лишний раз польстить (наверняка она у нас будет что-нибудь вести во втором семестре), я просто сияла от удовольствия, хотя игра давалась с трудом. Меня тянуло на воздух, от всех этих запахов было неуютно и хотелось чуть ли не срочно помыться.

Странная брезгливость для нежити… и с этим стоит разобраться.

Буквально вылетев на улицу, развалилась на ближайшей лавке. Уф-ф-ф… кажется, будет сложнее, чем я думала. Нет, необходимо думать, как я могу защитить себя от всего, что приводит меня в подобное неуравновешенное состояние. Может, зря я затеяла всю эту канитель с учебой? Хотя как по-другому я смогу тут находиться? Ладно, пока терпимо, но озаботиться этим вопросом необходимо уже сейчас.

Прикинув, что по времени дело к обеду, возвращаться в комнату не стала. Мне нет резона составлять компанию девочкам за едой – буду делать вид, что ем при случае. А сейчас же стоит заняться библиотекой. Она уже давно манит меня тем, что от нее можно попытаться добиться ответов на кое-какие вопросы. Пора.

За эти годы также неизменным оказалось и месторасположение библиотеки – отдельное здание чуть левее учебных, два этажа вверх и как минимум два вниз. По крайней мере мне точно известно о двух, но я практически уверена, что в наличии еще один. Слишком много за все годы изучения магии скопилось той литературы, которая чересчур опасна для всеобщего пользования. Кстати, я не сомневаюсь и в том, что где-то среди всего этого книжного рая находится и схрон с артефактами. Я умела не только слушать, но и слышать, а также распознавать среди пустых сплетен зерна истины – и все мои наметки указывали на то, что третий подземный этаж и артефакторный схрон существуют.

Думаю, совсем скоро я посещу и то и другое.

Неторопливо бредя по притененному коридору библиотеки, старательно принюхивалась к любым отголоскам магии, которые могли бы мне помочь. Так-с, вот так так… Странной мрачной сыростью неожиданно потянуло со стороны подсобных помещений. В свое время я думала, что там находятся комнаты для дежурных, ну и склад для всякого барахла типа метел, тряпок, свитков на утилизацию… ан нет, судя по магическому запаху, именно там расположен спуск вниз.

Почти неуловимый, едва ли заметный… но такой на данный момент родной. Хотя нет, никогда не любила запах тлена. Мирилась, да, но не любила. Интересно, что же там такое хранится, что настолько фонит? Или совсем защита прохудилась? Ладно, всему свое время. Не сейчас.

– Здравствуйте…

Увидев на своем неизменном посту тетушку Гриппарзину, я слегка растерялась от неожиданности, даже пару раз сморгнула. Но нет, это действительно она. Гоблинша, которая еще во времена моей учебы походила на иссохшую нежить, по-прежнему сидела в полумраке за своим столиком и вязала очередной полосатый носок. Интересно, кто их вообще носит? И расцветка-то чудовищная! Лилово-салатово-сине-желтый носок. Мрак!

– Ну, здравствуй, коль не шутишь… – Глянув на меня из-под кустистых бровей, библиотекарша забавно подергала носом, а затем резко насторожилась. – А ну-ка… подойди-ка поближе, детка…

А при этих словах насторожилась уже я. Кроме нас в нижнем читальном зале находилось не больше десятка студентов, так что следовало проявить особую осторожность. Тетушка давно смущала меня своим возрастом, но теперь, кажется, стало кое-что понятно. Какая отлично загримированная нежить… Интересно, чье исполнение?

Вот только подходить я не торопилась, остановившись от ее стола метрах в трех, а она в свою очередь не спешила меня разоблачать и кричать на всю библиотеку. Так мы и застыли, обе хищно раздувая ноздри, хотя в этом не нуждались.

– А ну-ка пойдем… попьем чайку…

Отложив вязанье окончательно, библиотекарша поднялась с насиженного места и, махнув мне рукой, чтобы я следовала за ней, отправилась за ближайшие стеллажи, где, как я знала, находилась ее комната отдыха. Вот так так… Каждый новый день неожиданней предыдущего!

Подождав, когда я пройду в комнатку, чье убранство было весьма неприхотливым – стол, три стула, тумбочка, небольшой комод, кровать и маленькое узкое окошко, в которое не просочился бы даже ребенок, – тетушка плотно прикрыла дверь и первая села на стул, ничуть не тревожась, что я начну буянить.

– Могла бы сказать здравствуй, но, вижу, смысла нет – желать здоровья мертвой… Что привело тебя сюда, дочь смерти?

– Давно вы сами такая? – Сев на стул напротив, подняла на нее потяжелевший взгляд. Моя маскировка, похоже, оставляла желать лучшего.

– Ох, давно, детка, почти триста лет уж как…

– Почти? Конкретно?

– Двести восемьдесят пять с половиной, если уж быть абсолютно точной. Конкретно количество дней интересует или так сойдет? – Странно ухмыльнувшись, гоблинша снова дернула носом. – Я тебя знаю? Больно уж говор знаком…

Да уж, тетушка не зря отличалась феноменальной памятью. Но вот дата… Ее убили сразу после меня?!

– Знакомы. Но пока не время. Кто ваш создатель?

Всей своей силой ощущая, что она намного ниже меня в иерархии нежити, я не стеснялась задавать вопросы, хотя, помнится, курса так до третьего я даже порой робела перед ней… Ох и суровая была женщина! А мне с книгами, как назло, не всегда везло. То порву, то заляпаю… то слизью, то кровью…

– Имя, детка…

– А ха-ха не хо-хо?! – снова вспылив, сузила я глаза.

– Ну как же… – Ничуть не испугавшись, гоблинша цыкнула, словно именно этого ей не хватало, чтобы меня опознать. – Ви, а ты ничуть не изменилась. Только зачем личину-то напялила?

– Так, смотрю, разговор уходит не туда… – пару раз сжав и разжав кулаки, помрачнела я, хотя, казалось, куда уж больше. – Вам с посмертием или как?

– Не пугай, пуганая уже. И не боись – не выдам. Как смогла-то? – И снова ни капли испуга, лишь искренняя заинтересованность. – Мы уж думали, ты все… того. Как не смогла сразу, так и все… надежды-то не было…

Говоря странными незаконченными предложениями, тетушка словно начала разговаривать сама с собой, полностью уйдя в себя и не обращая на меня никакого внимания. Если честно, то я немного растерялась. Какого лешего? Что я и озвучила.

– Бонна Гриппарзина! Какого лешего тут происходит?!

– Тш-ш-ш… не кричи, детка. – Вынырнув из разговора с самой собой, гоблинша погрозила мне шишковатым пальцем. – Давай так, приходи, как стемнеет, часиков в одиннадцать… как раз Эдуардо и Микаэло подойдут…

– Не могу, ночью я занята. Еще четверо суток минимум. – Поджав губы, поморщила нос. – Давайте коротенько. Если честно, то ощущаю себя идиоткой.

– Да… знакомое чувство. Я первые годы ощущала себя обманутой и опустошенной… – Отведя глаза, гоблинша рассказала настолько невероятную историю, что мои брови самовольно уползли на лоб, да так там и остались.

– Да быть не может!!!

– Думаешь, я вру?

– Я… – Сжав пальцы в кулаки снова, раздраженно рявкнула: – Да я вас за такое!!!

– Тю, детка, ты думаешь, это угроза? Впрочем, знаешь, я, наверное, буду тебе даже благодарна… – Усталая улыбка, больше похожая на оскал, и она печально покачала головой. – Даже мы многое не знаем… Но я уверена, что все, что выпало на нашу долю, это всего лишь элемент одной большой мозаики. И теперь, глядя на тебя, я уверена, что именно ты была ее центральным фрагментом. Когда не получилось с тобой, они принялись крушить и куролесить… многие тогда пострадали, вот только мало кто об этом знает. Я ведь не просто так об Эдуардо и Микаэло вспомнила… они ж нынче призраки… причем не вольные, а под принуждением. Помнишь Эдуардо?

Эдуардо… знакомое имя, но… Покопавшись в памяти, нахмурилась:

– Завхоз?

– Да, детка.

– В призраках?

– Да.

– На фига?

– Многие знания – многие печали…

– Но в призраках-то зачем? – Не знаю уж, что во мне перемкнуло, но почему-то логика буксовала. Понять замыслы этих гадов я не могла.

– Можешь задать вопрос непосредственно ректору… – И снова тонкая улыбка, но на этот раз с сочувствием. Однако, видя мой изумленный взгляд, она сжалилась и пояснила: – Он до сих пор пользуется его знаниями и изворотливостью. Мало того, на нем такая сильная привязка, что Эдуардо не может ему отказать, как пытался, когда был еще живым.

– Бред… А Премиус?

– А что Премиус?

– Он ведь с инквизиции.

– Да??? – Изумление гоблинши было настолько неподдельным, что оставалось только заскрипеть зубами. Твою… извращенную фантазию!!!

– Вы не в курсе. – Уже не спрашивая, а просто констатируя факт, откинулась на спинку стула. Нет, права тетушка, нам необходимо предметно поговорить. Очень предметно. – Слушайте, может, вы ко мне?

– Никто из нас не имеет возможности выйти за территорию Академии.

– Жаль… Тогда только к концу недели. Днем?

– Призраки не смогут.

– Не принципиально. Мне бы для начала в общем и целом… а то чувствую себя глухой и слепой. Триста лет прошло, а такое ощущение, будто я в другой мир попала! Где законы? Где устои? Где инквизиция, мать ее?!

– А вот с этим как раз все весьма и весьма загадочно… – Прищурив мутно-карие глаза, гоблинша решила меня просветить. – Лет пять назад у них сменился начальник. Не из наших он…

– Что значит «не из наших»?

– А то, что последние пятьсот лет в начальниках у инквизиции были исключительно выкормыши нашего «славного» ректора. – Хрипло засмеявшись, гоблинша смогла удивить меня в очередной раз. Вот так так… теперь понятно даже все то, что казалось невозможным.

– И кто это безумец? – Не стала добавлять «решивший перейти дорогу самому Атроранвиэлю», но это было понятно и без слов.

– Из драконов он…

– Драконов?!! – Не была бы мертвой, заработала бы инфаркт. – Как???

– Знаешь, детка, для немертвой ты слишком эмоциональна… – И снова тонкая усмешка, и гоблинша вроде как осуждающе покачала головой. – Как, как… вот как-то так. Прислали. Сказали: «Нате!» Вариантов никто не предоставил. Так у него и в подчиненных теперь исключительно оборотни да горные орки. Замы – драконы. Так что помяни мое слово, еще лет десять – и нашему ушастому хана… Знаешь, как я жду этого дня? Этот выкормыш пресветлого леса настолько зажрался и распоясался, что рано или поздно это неминуемо. Жаль только, что поздно… для многих наших поздно…

Вот дела… Еще каких-то десять лет – и было бы поздно уже для меня. Как же вовремя меня разбудили-то!

Проговорив с тетушкой еще около часа и выяснив несколько скользких моментов, не забыла спросить и кое-что важное.

– Гарантии, что вы не расскажете ему обо мне?

– А ему нынче не до нас. Третий год как за него взялись плотно, тут же ему стало не до нас… Лишь наложил запрет на общение с инквизицией и кое-какие ограничения контактов с прочими живыми. – Ехидно подмигнув, бонна добавила: – Вот только на тебя подобное не распространяется. Ты, как мы. И даже круче, много круче…

Хихикнув, гоблинша на этом не остановилась, а все продолжала похрюкивать и подхихикивать в кулак, словно стеснялась рассмеяться громко. Да уж… Я вообще ни разу не видела, чтобы она смеялась, так что… В общем, без комментариев.

– Мне есть смысл ставить на вас свой запрет?

– А и давай. Черт его знает, что этому хрену в его ушастую голову придет. Три года не трогал, а сейчас как начнут его за яйца брать… Давай, детка, подстрахуйся, а мы-то уж тебе поможем, чем сможем.

Проведя несложный, но магически серьезный ритуал, накладывавший запрет на посторонние мысли и слова обо мне, я весьма тепло распрощалась с гоблиншей и пообещала подойти к ней завтра с утра. К тому моменту она подберет всю интересующую меня литературу и перенесет в свою коморку, где смогу позаниматься без проблем и лишних глаз и ушей.

По поводу подземных этажей я пока интересоваться не стала – мне бы уже с имеющимися данными разобраться. Нет, кто бы мог подумать?! Запрещенная черная магия в стенах Академии! Причем в этом деле замешана чуть ли не половина преподавателей! И ведь не все несогласные в итоге увольнялись! Кое-кто сначала умирал, а уже затем в виде нежити уезжал из города, чтобы затеряться на просторах нашей необъятной страны.

Твари!

Но что меня интересует, так это отец. Мне плевать на всех остальных… Он единственный родной мне человек в этом мире, и для меня важно знать то, что он в этом деле не замаран. Но сомнения – это такая мерзкая штука… Я не могу поверить в то, что он в этом участвует, но мне не менее трудно объяснить, почему тогда он до сих пор преподает. Остаться чистеньким, когда все остальные по уши в дерьме? Папа может… он многое может.

Но ректор может больше.

Глава 7

К тому моменту, как мы распрощались с тетушкой Гриппарзиной, время приблизилось к той самой отметке, когда добропорядочные граждане пьют чай и отдыхают от суеты дневных дел. У меня же этих самых дел было выше крыши. Так, прикинув, что не плохо бы покормить и проведать Франклина, я снова направилась в сторону кладбища, по пути забежав в одну из многочисленных таверн и взяв еды навынос – тушеное мясо и хлеб. Ничего, надеюсь, уже к утру он придет в себя и будет в состоянии добраться до «своего» дома, где сможет поесть и поспать в свое удовольствие.