Цветок для счастливого дома
- -
- 100%
- +
– Похоже, у этого малого выдалась непростая ночка. Я, конечно, могу его осмотреть. Но если он не сможет заплатить за пребывание здесь, а местный департамент полиции отказался лечить его на свои деньги…
– В любом случае я буду очень благодарна вам за помощь.
Кивнув, он открыл дверь в палату и попросил Джона Доу сесть на табурет, чтобы его осмотреть.
– У меня для вас хорошие новости, – сказал доктор, окончив осмотр. – Шея и позвоночник в полном порядке. Что касается травмы головы, без МРТ ничего сказать не могу.
Грейс и Джон Доу сидели перед кабинетом в ожидании своей очереди. Она волновалась. Вдруг у него серьезно поврежден мозг? Мужчина сидел с отрешенным видом.
– Что с вами? – спросила Грейс.
В ее голосе слышалось неподдельное сочувствие.
– Честно говоря, волнуюсь. Вдруг МРТ покажет что-то серьезное?
– А может быть, все не так уж и страшно. – Она пыталась его утешить.
– О господи, как же я ненавижу больницы! – с отвращением воскликнул он.
Как глупо все получилось! Он сидит в этой нелепой больничной рубашке – медсестра принесла ему новую – и попусту тратит время. Он поднес руку к глазам и вспомнил, что часов нет. Ну вот, он даже не может узнать, который час. Наверное, уже очень поздно.
– Ненавижу больницы, – повторил он. – И знаете, что самое плохое? Даже знаю, откуда взялась эта неприязнь.
– Да, вам, должно быть, сейчас очень тяжело, – с сочувствием глядя на него, заметила Грейс.
– Я очень устал, раздражен, и еще мне страшно. Если бы вы знали, как отчаянно я пытаюсь вспомнить хоть что-нибудь из прошлого. А у меня ничего не получается.
– Может быть, вам стоит отвлечься от этого, дать мозгу небольшую передышку? Возможно, тогда воспоминания вернутся к вам сами собой, – посоветовала Грейс.
– Вам легко говорить. Если бы вы знали, что я сейчас чувствую! У меня болит все тело. И вместо воспоминаний сплошная чернота.
Интересно, почему ее присутствие действует на него успокаивающе? Может быть, когда-то он знал женщину, похожую на нее?
– Почему вы остались? Ваша смена давно закончилась. К тому же мне показалось, вы больше не работаете в местном полицейском участке.
– Вы правы, – с напускным равнодушием подтвердила она. – Я больше не работаю шерифом в местном отделении полиции. Свободна, как ветер. Никакой ответственности, никаких обязательств. Разве это не здорово?
Он с удивлением посмотрел на нее. Впервые за все время общения с этой женщиной уловил фальшь в ее голосе.
– Вы не ответили на мой вопрос. Почему вы остались? Я мог бы спокойно обойтись и без вас. Я не умственно отсталый. Просто…
– Просто у вас проблемы с памятью, – закончила она за него. – Я это прекрасно понимаю. С вами что-то случилось. Возможно, вы даже стали жертвой преступления. И я буду помогать вам до тех пор, пока вы не почувствуете себя лучше, Джей Ди.
Почему она назвала его Джей Ди? Впрочем, это лучше, чем Джон Доу. Это имя ассоциировалось у него исключительно с неопознанными трупами.
– Почему вы мне помогаете?
– Не понимаю, что вас так удивляет. Любой на моем месте сделал бы то же самое.
Он был по-настоящему тронут великодушием этой удивительной женщины. Никогда прежде не встречал таких людей. Или же просто забыл об этом.
– Помощь людям – это не только моя работа, но и призвание, – с чувством проговорила она.
Джон Доу невольно улыбнулся. Временами эта женщина наивна, как ребенок. Однако его подкупала ее искренность.
– Цель моей жизни – служить и защищать. Я делаю это и на работе, и вне ее.
– Таков девиз вашей предвыборной кампании? Если так, то я не могу понять, почему вы проиграли.
– Честно говоря, у меня и не было никакой предвыборной кампании, – призналась Грейс. – Все эти уловки не для меня.
– Вы идеалистка?
– Нет, я реалистка.
– Вы были не правы. Избиратели любят, когда их задабривают. В противном случае кандидат набирает самое мизерное число голосов.
– Вы слишком цинично смотрите на вещи, – упрекнула Грейс.
– Нет, просто я разбираюсь в подобных вопросах.
Грейс ненадолго задумалась.
– Это может нам помочь, – проговорила она наконец.
– Что вы имеете в виду?
– Мало кто разбирается в подобных вещах. Возможно, вы имели к этому какое-то отношение. И если теперь, не зная даже собственного имени, вспомнили об этом, значит, для вас это действительно имело огромное значение. У нас уже есть несколько зацепок, с помощью которых мы могли бы установить вашу личность. Вы носили кожаную куртку и кожаные гетры. Из этого можно заключить, что вы любили кататься на мотоцикле. У вас дорогие часы. Значит, обеспеченный человек. А теперь мы узнали, что вы имели какое-то отношение к предвыборным кампаниям. У нас вырисовывается какая-то картина.
– Значит, я ездил на мотоцикле, занимался предвыборными кампаниями и имел слабость к дорогим часам? С каждой минутой нравлюсь себе все меньше и меньше. Может быть, то, что я все забыл, даже к лучшему.
– Не надо так говорить. Да, пока получается, что одно противоречит другому. Но это потому, что мы не знаем главного. Я уверена, что со временем, нам удастся сложить пазл воедино.
Джон Доу опять машинально взглянул на запястье и снова вспомнил, что у него нет часов.
– Ненавижу ждать, – досадовал он. – Да еще и без часов. Интересно, эта моя черта может стать ключом к разгадке?
– Не думаю. Я еще не встречала людей, которым бы нравилось бессмысленное ожидание. Потерпите. Скоро вас должны вызвать.
Она ободряюще похлопала его по колену.
Он хотел возмутиться. Почему она ведет себя с ним, как с маленьким ребенком? Но потом он опять почувствовал к ней благодарность. И еще его смущали прикосновения этой красивой женщины. Несмотря на свое состояние, он оставался мужчиной.
Под влиянием странного порыва Джон Доу взял Грейс за руку, поднес ее к губам и поцеловал.
Ее этот поступок невероятно удивил. Она искоса посмотрела на него и попыталась высвободить руку.
– Спасибо вам, – проникновенно сказал Джон Доу.
Грейс поняла, что с его стороны это всего лишь жест благодарности, и немного успокоилась.
– Вам не приходило в голову, что вы можете быть женаты? – Она укоризненно посмотрела на него.
Почему-то эта мысль не приходила ему в голову. Интересно, была ли в его жизни женщина?
– Я так не думаю.
– Но ведь вы не можете знать наверняка.
– Согласен. Хотя, знаете, я не чувствую себя женатым человеком.
Интересно, почему он так в этом уверен? Джон Доу опять сделал над собой огромное усилие и попытался вспомнить хоть что-нибудь из своего прошлого, но безуспешно. Опять страшно разболелась голова. Его охватили горечь и отчаяние.
К счастью, в эту минуту вошел техник.
– Все готово. Можете войти.
– Удачи, – пожелала Грейс и сунула руки в задние карманы брюк.
Весь следующий час она не находила себе места. С огромным трудом удавалось сохранить остатки самообладания. Что с ней происходит? Уже давно она не теряла голову из-за мужчины. Почему ее так волнует судьба этого задержанного? Ведь, по сути, он ей никто.
Когда Джей Ди вышел из кабинета, Грейс резко вскочила. Он выглядел измученным. Судя по всему, каждое движение причиняло сильную боль.
Не сказав друг другу ни слова, они направились к кабинету доктора Хорнера.
– Кто сейчас президент Соединенных Штатов? – обратился доктор к Джону Доу, чтобы понять, насколько серьезна его амнезия.
Джей Ди поморщился, но все-таки ответил.
– Черт возьми! Почему все задают мне один и тот же вопрос? Все просто помешались на этом президенте, – раздраженно выговаривал он.
– Это один из главных вопросов, которые врачи задают больным, страдающим нарушениями памяти, – объяснил доктор. – Если вы правильно ответите на общие вопросы, у вас есть шанс вспомнить какие-либо события, связанные с вами лично.
– Неужели я могу забыть, как зовут нашего президента? – обиделся Джон Доу. – Я три раза встречался с ним лично.
В комнате повисло удивленное молчание.
– Вы это помните? – Грейс была ошарашена.
Джей Ди осторожно, чтобы не тревожить больную голову, повернулся к ней.
– Нет. Впрочем, я в этом совершенно уверен, – признался он.
– При каких обстоятельствах вы могли с ним встречаться?
– Я не помню.
– Очень жаль. Ведь мы могли бы поискать ваше имя в сводках новостей.
– Это трудно объяснить, но я абсолютно уверен в том, что встречался с нашим президентом. И не один раз. Точно так же я уверен в том, что сегодня не употреблял спиртных напитков. При этом ничего об этом не помню. Доктор, я не понимаю, как такое возможно. Почему я твердо уверен в определенных вещах, но ничего об этом не помню?
– Мозг – удивительная вещь. Многие его возможности еще не до конца изучены. Кроме того, реакции на травму головы не у всех одинаковы. Кстати, вы помните что-то из детства? Где вы выросли? Как звали ваших родителей?
– Нет, – Джон Доу поморщился, то ли от боли, то ли от огорчения.
– А что вы можете сказать по его физическому состоянию? – спросила Грейс.
– Вы были правы, шериф, у него сотрясение мозга. Причем довольно серьезное. Чего не скажешь о ране на голове. Такая травма не могла вызвать амнезию. Я думаю, причина не в ней, а в чем-то другом. Может быть, вы попали в аварию на мотоцикле?
– Не знаю, доктор.
– Это бы могло все объяснить. Шлем спас вам жизнь, но при падении с мотоцикла мозг сильно тряхнуло, он получил ушиб о черепную коробку. Должно быть, на какое-то время вы потеряли сознание. Синяк на бедре тоже можно объяснить падением.
– А откуда у него эта рана на лбу?
– В его ране я обнаружил частицы гравия. Должно быть, в аварии он потерял шлем. Отправившись пешком за помощью, упал на одной из городских улиц. Но его могли и специально сбить с ног.
– Почему вы так думаете?
– На подбородке небольшой синяк, а костяшки на руке разбиты в кровь. Вы сказали, при себе у него не было бумажника. Возможно, кто-то попытался его ограбить. Он стал защищаться, получил удар в челюсть и упал. От удара о гравий потерял сознание и получил эту рану. Все травмы головы не могли пройти бесследно и стали причиной амнезии.
– Значит, память вернется ко мне, как только раны заживут?
Доктор нервно поскреб свою щеку.
– Меня больше волнует гематома мозга, чем внешние раны. Она может начать увеличиваться и впоследствии привести к смерти.
– А какова вероятность этого?
Грейс поразило спокойствие в его голосе.
– На вашем месте я бы не стал беспокоиться раньше времени. Вы попали в больницу практически сразу после инцидента. И это уже огромное преимущество. Как бы там ни было, вы должны остаться под наблюдением врачей. Через какое-то время вам снова сделают МРТ. Таким образом, мы сможем понять, не увеличивается ли гематома. Если она начнет рассасываться, к вам может вернуться, хотя бы часть воспоминаний.
– А что будет, если гематома начнет увеличиваться?
– Некоторым людям в таких случаях помогает медикаментозное лечение. Если же вам оно не принесет никакого результата, придется просверлить в вашем черепе отверстие, чтобы уменьшить давление на мозг.
Грейс поежилась. Слова доктора привели ее в ужас.
– Честно говоря, – доктор Хонер обратился к ней, – я бы советовал перевезти больного в город. В нашей больнице нет специального оборудования, необходимого для лечения и диагностирования таких сложных случаев.
«Все это прекрасно, – подумала Грейс. – Но как мне уговорить Брукбэйкера оплатить поездку Джей Ди в другой город? Ведь он и так снял с себя всякую ответственность за задержанного и даже решил его отпустить. А дежурство закончилось полтора часа назад». Она могла уйти домой в любой момент. Но что-то удерживало ее рядом с этим человеком. Ей по-настоящему его жаль.
Она не представляла, что он должен чувствовать после всего, через что пришлось пройти. Он испытывал жуткую боль, оказался среди незнакомых людей и, к тому же, страдал амнезией. Что должен чувствовать человек, который не может вспомнить даже собственное имя? Страх, отчаяние, злость на самого себя.
– Шериф, можно вас на минутку? – позвал доктор Хонер.
– Не нужно никуда уходить, доктор, – попросил Джей Ди. – Если вы собираетесь поговорить обо мне, я имею право знать правду.
– Вам нужно сделать еще одно МРТ. Кроме того, необходимо оставаться под наблюдением врачей хотя бы до утра. А лучше в течение нескольких дней. Но я уже исчерпал все ресурсы нашей больницы.
– Я отвезу его, куда потребуется, – вызвалась Грейс.
Эти слова вырвались как-то сами собой. В первую секунду она пожалела о своей опрометчивой фразе. Но потом успокоилась. В конце концов, она все равно собиралась уехать из города сразу после смены. Эти хлопоты задержат ее всего на каких-нибудь несколько часов. Хотя она уже не работает в полицейском участке, чувство долга не позволяло ей бросить мужчину на произвол судьбы.
– Прекрасно! – В голосе доктора Хонера послышалось нескрываемое облегчение. – Отвезите его в клинику Мэйн. Я дам направление и предупрежу о вашем приезде.
В дверь постучали, и в комнату вошел больничный администратор.
– Полицейские доставили пакет для шерифа Делани. Там вещи задержанного, которого привезли сюда.
С этими словами администратор протянул Грейс пластиковый пакет. Она поблагодарила и проверила, все ли на месте.
– Ну, все, теперь вы свободный человек, Джей Ди.
Глава 3
Джей Ди взял запечатанный пакет. Значит, его освободили. Он не знал, радоваться этому или нет. С одной стороны, не хотелось возвращаться в тесную душную камеру. Но с другой – он не знал, куда теперь податься.
– Значит, вы не повезете меня в больницу? – Ему было жаль расставаться с Грейс. Теперь она была его единственным другом в этом новом, незнакомом ему мире.
– Ну, я же обещала.
Джей Ди не понимал, чем вызвано ее недовольство. Тем, что он усомнился, что она сдержит слово? Или же она пожалела, что дала ему опрометчивое обещание?
В этой удивительной женщине странным образом сочетались чувство долга, отзывчивость и красота. Странное дело, Джей Ди мог думать только о своих утраченных воспоминаниях и о Грейс. В те минуты, когда его измученный мозг уставал от отчаянных попыток вспомнить хоть что-то, мысли переключались на нее. Он практически ничего о ней не знал, кроме того, что она шериф и с этой ночи уже не работает в полицейском участке. Знал еще, что эта красивая женщина – неисправимая идеалистка. Строгая полицейская форма не могла скрыть стройное тело и аппетитные формы.
Но, несмотря на амнезию, он был абсолютно уверен в определенных вещах. Хотя и не понимал, откуда взялась такая уверенность. Так, например, он нисколько не сомневался в том, что никогда не был женат. Вот почему совершенно не чувствовал вины за свою симпатию по отношению к Грейс. Интересно, что бы она подумала, если бы узнала, какие мысли бродят в его голове?
– Но сначала мне нужно заехать домой, чтобы собрать вещи, – предупредила она.
– Следите за его состоянием, – напутствовал доктор Хонер. – Вы, наверное, знаете, что при сотрясении мозга человека нужно будить каждые несколько часов, проверять зрачки, спрашивать, не тошнит ли его. Также обращайте внимание на его речь. Если она вдруг станет бессвязной, нужно срочно принять меры.
– Хорошо, – кивнула Грейс.
– Я слышал, вы собираетесь переехать в Сан-Франциско, – продолжал доктор. – Желаю удачи вам и этому молодому человеку. Надеюсь, память скоро к нему вернется.
«А что, если этого никогда не произойдет?» – чуть не сорвалось у Джея Ди, но он счел за лучшее промолчать. Он был благодарен доктору Хонеру. Тот сделал все, что в его силах. Джей Ди взял у него рецепт на болеутоляющее и вместе с Грейс направился к двери.
* * *Грейс последний раз проверила, не забыла ли чего-нибудь важного. Вещей у нее было совсем немного. Все они уместились в двух картонных коробках и дорожной сумке.
После того как проиграла выборы, она решила продать дом.
Грейс приехала в этот городок только ради отца. А теперь, после его смерти, ее ничто не связывало с этим местом. После выборов она поняла, что для местных жителей так и осталась чужой. Им бы хотелось, чтобы шериф был не очень строгим и смотрел на проделки горожан сквозь пальцы.
Поначалу ей в городке очень понравилось. Грейс всерьез думала остаться здесь навсегда. Когда она приехала, местные жители отнеслись к ней очень доброжелательно и дружелюбно. И она была очень благодарна членам местного городского совета, когда те предложили ей должность шерифа. Но с каждым месяцем она все больше разочаровывалась. Иногда даже думала навсегда оставить работу в полиции и попробовать себя на каком-нибудь другом поприще.
Еще раз удостоверившись, что ничего не забыла, Грейс спустилась по лестнице и направилась к своей машине. Джей Ди крепко спал на пассажирском сиденье. Он уснул еще по дороге, и она решила его не будить.
Как ни странно, сбор вещей немного успокоил ее. Есть совершенно не хотелось, но она купила еды и кофе в ночной забегаловке. Может быть, Джей Ди захочет перекусить, когда проснется.
Почему-то его присутствие, пусть даже спящего, ужасно ее смущало.
Она ехала на довольно большой скорости. Ночь была лунная, дороги пустынны. Временами Джей Ди шевелился во сне, но ни разу не проснулся. Ей опять стало его жалко. Господи, через что ему пришлось пройти!
Интересно, ищет ли его кто-то? Возможно, его близкие просто места себе не находят от беспокойства. Быть может, жена молится о том, чтобы он вернулся домой целым и невредимым. При мысли о том, что он может быть женат, Грейс охватило странное чувство. Почему-то ужасно не хотелось представлять его в объятиях другой женщины. Форменное безумие. Ведь между ними ничего общего. Никаких отношений возникнуть не могло в принципе. Уже одно то, что она полицейский, а он задержанный, свидетельствовало о том, что из них никогда не сможет получиться влюбленной пары.
Впрочем, Джей Ди почему-то абсолютно уверен, что у него нет жены. Странно, как он может быть хоть в чем-то уверен, если не помнит ни одного события из своего прошлого?
А что, если он совершил преступление – один или с сообщниками – и его ранили? Сообщники могли бросить его, поскольку он был не в состоянии передвигаться, а сами скрыться в неизвестном направлении. Возможно, он хотел затаиться где-то в городе, но столкнулся с полицейским патрулем. Чтобы отвести от себя подозрения, притворился, что ничего не помнит. То, что его отпечатков нет в базе данных, ничего не значит. Многие преступники разгуливают на свободе.
По пути он мог избавиться от документов в надежде на то, что его примут за обычного пьяницу, продержат в камере до утра, а потом отпустят. Все бы так и вышло, если бы он не встретил чересчур дотошную женщину-шерифа.
Этот образ выглядел куда правдоподобнее, чем тот, что возник в ее воображении. Это объясняло и то, что Джей Ди страдал амнезией и при этом был уверен в определенных вещах. Однако, несмотря на все доводы, Грейс почему-то верила ему.
У Джея Ди действительно сотрясение мозга. А отчаяние, охватившее его возле кабинета МРТ, не так-то просто сыграть. Временами его сковывал неподдельный страх. Грейс достаточно проработала в полиции и научилась отличать ложь от правды. А уж врача ему бы точно не удалось провести. Не говоря уже о результатах МРТ.
Она сделала глоток кофе из чашки, предназначенной для него, и поморщилась, так как терпеть не могла кофе без сахара. Но зато кофе взбодрил, и мысли прояснились.
Она поняла, что Джей Ди не преступник. Его история очень странная и запутанная, но ничего противозаконного он не совершал.
Почему же он так уверен в некоторых вещах и при этом утверждает, что ничего не помнит? Грейс поймала себя на том, что хочет оправдать этого незнакомца.
Между ними возникла странная симпатия. Она заметила, как он поглядывал на нее в больнице. Должно быть, у них все-таки есть что-то общее. Оба не знают, что ждет их в будущем. Оба страдают от неуверенности в себе. Оба оказались на перепутье.
Когда Грейс узнала, что проиграла выборы, это стало для нее настоящим потрясением. Хотя и сделала вид, что ей все равно, это, естественно, было не так. Она вкладывала в работу всю душу, охраняла покой местных жителей, а они отплатили ей черной неблагодарностью.
Им больше по душе Брукбэйкер. Что ж, тем хуже для них. Однако это поражение лишило Грейс уверенности в себе. Она все чаще задавалась вопросом, а ее ли призвание работа в полиции. Раньше с ней такого не случалось. Она твердо знала, чего хочет от жизни. А сейчас чувствовала себя одинокой, потерянной и не знала, что делать дальше.
Возможно, именно поэтому Грейс так заинтересовала история Джея Ди.
Ее вдруг охватила щемящая нежность по отношению к нему. Она остановила машину и взяла его за руку. Джей Ди ответил на это рукопожатие, их пальцы переплелись. Только теперь Грейс поняла, что он уже давно не спит. Выражение его лица было таким же умиротворенным, как и во сне. Она поспешила высвободить руку.
– Через двадцать минут мы будем в Санта-Розе, – объявила Грейс. – Я купила вам кофе. Можете положить сахар и сливки, если хотите. К сожалению, он немного остыл.
Джей Ди выпрямился на сиденье и потер лицо.
– Как вы себя чувствуете?
– Как будто я боролся с мотоциклом на боксерском ринге и проиграл этот бой.
– Вам нужно было быть внимательнее при выборе противника.
– Вы правы, – со смехом согласился он и сделал глоток из чашки. – Этот кофе просто великолепен. А как у вас дела?
– Я чувствую себя прекрасно. Кофе взбодрил.
– Почему вы решили переехать в Сан-Франциско? Вы нашли там работу?
– Нет. Но мне больше нравятся большие города. Жизнь там гораздо комфортнее.
– Я тоже не люблю провинцию.
– Ну вот, прибавилась еще одна деталь, которая, возможно, нам поможет.
– Чем собираетесь заниматься?
– Честно говоря, я еще даже не решила, куда перееду, – призналась Грейс. – Мне предложили работу помощника шерифа в соседнем городке. Он немного больше Вудпарка. А в Сан-Франциско постоянно требуются полицейские в патрульную службу.
– Кажется, эти перспективы вас не слишком радуют, – заметил Джей Ди.
– Просто не знаю, что выбрать. Должность помощника шерифа выше, чем работа патрульного полицейского. Но жизнь в Сан-Франциско привлекает меня больше. Словом, я стою перед непростым выбором.
На самом деле, не устраивала ни одна из этих перспектив.
– А почему вы вообще решили стать шерифом?
– Мне казалось, что местные жители относятся ко мне хорошо. Они приняли меня так сердечно. Я думала, мне удалось стать в этом городке своей. Но результаты выборов ясно дали понять, что это не так. Я осталась для них чужой. Им больше по душе шурин мэра Брукбэйкер.
Интересно, почему это поражение стало для нее столь страшным ударом? Грейс всегда все принимала слишком близко к сердцу. В этом ее основная проблема. В детстве над ней смеялись из-за того, что любая мелочь могла вызвать целую бурю эмоций. Когда подросла, она научилась скрывать свои чувства. Но все равно чувствительность ужасно мешала. Отчасти из-за этого ее личная жизнь так и не сложилась.
Ее последний роман закончился неудачно. Ей изменили и даже не попытались этого скрыть. Она ужасно боялась, что подобный сценарий повторится. И поэтому последние два года в ее жизни не было мужчины.
– Мне всегда нравился Сан-Франциско. – Она отогнала от себя ненужные воспоминания. – Большой город со своей историей и культурой. Но жизнь там слишком дорогая. А зарплата патрульного полицейского оставляет желать лучшего.
– Я так понимаю, дело не только в зарплате, – заметил Джей Ди. – Для вас эта работа станет шагом назад.
И он совершенно прав.
А еще Грэйс хотелось наконец-то обрести дом. Ей довелось побывать во многих городах мира. Она любила путешествовать. Но больше всего на свете хотелось поселиться в городе, который стал бы для нее родным.
Они подъехали к больничной парковке.
Джей Ди отправился в кабинет МРТ. Грейс решила подождать его в кафетерии. Заказала себе содовой. Кофе не хотелось, хотя глаза и слипались. Она села, привалившись к стене, и сразу же уснула.
Внезапно проснувшись, Грейс взглянула на часы. Она проспала целый час. Интересно, куда подевался Джей Ди? Грейс вышла из кафетерия. Когда она шла по больничному холлу, внимание привлек странный шум. Почувствовав неладное, она сразу же поспешила туда.
– Вы не имеете права держать меня здесь против моей воли, – кричал Джей Ди.
Он сидел на каталке, а полноватая темнокожая женщина-врач терпеливо увещевала его. «Вот упрямец! – с досадой подумала Грейс. – Ну зачем спорить с врачом?».
– Вам нужно остаться у нас хотя бы до утра, – увещевала врач. Грейс поразилась ее терпению. – У вас серьезное сотрясение мозга. Я настоятельно рекомендую вам остаться. Травмы головы могут привести к непредсказуемым последствиям.