Пустая карта

Глава 8

Выйдя за двери реста, остановилась на крыльце и закурила. Гнев, бурлящий внутри, не утихал и небольшой взрыв, который я себе позволила, совсем не унял ту ярость, что клокотала внутри. Позади хлопнула дверь и вышедший следом за мной мужчина, чиркнув зажигалкой, закурил, останавливаясь рядом.

– Жёстко вы с ними. Девушки молодые ещё, глупые.

Обернулась к нему, тут же сталкиваясь с самоуверенным, наглым, насмешливым взглядом зелёных глаз. Передо мной стоял этакий стандартный представитель того болотца, в котором мне некогда приходилось обитать: дорогие котлы на запястье, костюмчик дороже моей четырки раза в три, а за плечами, скорее всего, сумма в ярды и столько же пафоса в кармане.

– Вы кто?

– Тот, чьи часы стоят, как четыре Марча.

И четко очерченные красивые губы растянулись в наглой улыбке. Не надо было быть Вангой, чтобы понять, что он слышал разговор в ресте. Видимо, всё же я была излишне громкой.

– Поздравляю, – произнесла, отворачиваясь, и сильнее затянулась сигаретой.

– Может, вас подвести?

– Нет, спасибо. Сама справлюсь.

– Имя своё тоже не скажете?

– А вы догадливый, – ответила, выбросив сигарету в урну, и, не оборачиваясь, направилась к своей потрепанной четырке.

Чур меня, чур! Готова была перекреститься и водой святой себя окропить, как от нечисти, дабы судьба меня больше никогда не сводила с подобными людьми. Такие стелят мягко, только спать потом на тюремной шконке довольно жёстко.

Но мои злоключения, видимо, на сегодня не закончились. Выехав с парковки, я проехала лишь пару зданий, как моя «старушка» встала. Попытка снова её завести не увенчалась успехом и я, включив аварийку, дёрнула ручку открытия капота, собираясь выйти из машины. И тут позади остановился тёмный Лексус, из которого вышел тот самый мужчина, что пытался узнать моё имя у «Fresco». Неужели этот великовозрастный отпрыск своих определённо богатеньких родителей, родившийся с золотой ложкой во рту, думает, что способен мне помочь с отечественным автопромом? Голову даю на отсечение, что он сейчас предложит эвакуатор или собственное авто в качестве такси.

Как же я не люблю назойливых…

– Помочь?

– А сможете? – не скрывая усмешки, вышла из машины и открыла капот.

Это даже забавно. Ну, давай, мистер «деньги решают всё», удиви меня. Но, к моему изумлению, дорогой пиджак был отброшен прямо на пыльную крышу моей четырки, рукава белой рубашки закатаны до локтей, а руки без всякой брезгливости начали ощупывать и проверять реле, бронепровода и патрубки. Коснувшись бензонасоса, он вдруг отдёрнул руку.

– У вас бензонасос перегрелся. Отвёртка есть?

Я удивлённо приподняла бровь, но всё же полезла в бардачок и протянула ему покрытый многолетней пылью набор отвёрток. Когда ездишь на отечественном автопроме, из того, что хранится в салоне и багажнике машины, можно при желании вполне собрать вторую такую же. Ослабив хомут и сняв патрубок, незнакомец попросил меня подержать его, приподняв вверх, и ловко отсоединил второй. Пока я держала два патрубка, он раскрутил бензонасос и прямо своими длинными, явно не приученными к физическому труду пальцами, вычистил из него скопившуюся грязь, которая представляла собой что-то вроде расплавленного пластилина цвета фекалий. Теперь уже и моя вторая бровь взметнулась вверх от удивления. Он ловко собрал всё обратно и затянул хомуты на патрубках, потом, понажимав на лапку бензонасоса, дождался, пока бензин поступит в фильтр.

– Сядьте за руль и нажмите несколько раз на педаль газа, – мой скептицизм поутих и я проделала то, о чём он попросил, пока не раздалось: – Попробуйте завести.

Послушно повернула ключ в зажигании, пара оборотов и четырка, к моему полному удивлению, ожила, довольно заурчав движком.

– Спасибо, – произнесла, убирая протянутые им отвёртки. – Я так понимаю, вы ночами автослесарем подрабатываете, а машину друг покататься дал?

– Ага, а часы у брата одолжил. Вы меня раскусили, – и снова эта улыбка, в которой каждый зуб – тысяч двести. Видимо, стоматолог тоже в категории друзей.

– Просто я когда-то на такой же катался, только вишнёвой, ещё помню их больные места. Вам надо фильтр дополнительный поставить на вход и герметик убрать с насоса. Скажите, пусть заменят на хорошую прокладку – её и менять проще, и это надежнее, проверено. Герметик лепят сейчас, потому что быстрее, но при таких ситуациях его отковыривать – тот ещё геморрой.

– Запомню.

– А теперь я могу узнать ваше имя? – улыбка Чеширского Кота, ей-богу.

– Ольга.

– Вячеслав. Рад познакомиться. Может, вы не будете против выпить со мной чашку кофе?

– В знак благодарности?

Ирония была неприкрытой, и он тут же подхватил:

– Разумеется.

– Отказать будет очень грубо и неуважительно, а не отказать – значит обречь себя на полчаса скучного и предсказуемого разговора, скорее всего, в пафосном «Fresco».

– Ну почему же в «Fresco», тут недалеко «Ride» – неплохая кофейня.

Я рассмеялась:

– Ага, неплохая. Два года назад – первый номер в топ десять самых дорогих кофеен города, любимица местной золотой молодёжи и непристроенных содержанок.

– Учитывая время и дорожную обстановку, до любой другой будет добраться проблематично, а пригласи я вас в другой день, вы найдёте способ отказаться. Поэтому я, к своему стыду, вынужден настаивать.

– Как витиевато.

– Я старался.

Через двадцать минут мы уже сидели в «Ride». Несмотря на неудобоваримую для меня публику, кофе тут был действительно вкусным, а разговор нескучным и не всегда предсказуемым. И я никак не могла отнести этого мужчину конкретно к какой-то прослойке: вроде и лоск есть, и вся его внешность за версту несёт пафосом, но манера держать разговор, жесты и явное пренебрежение условностями, контрастом выделялась на этом фоне.

– Значит, у вас в планах одна работа?

– Чтобы что-то кушать, надо на это заработать.

– Согласен, но впереди лето. Как же отдых?

– В вашем случае, думаю, это будут Мальдивы или Европа.

– Пройденный этап. Мне по вкусу местные красоты. СНТ «Огурцы», грядки тётушки с клубникой и местный пруд с карасями и лещами.

Я чуть кофе не подавилась:

– Кхм… смешно.

– Я серьёзно.

В моих глазах стойкое неверие, в его – обида, якобы неподдельная. Ну да, поверила, как же.

– Ольга Владимировна? Алексеева? – раздалось внезапно. Я подняла взгляд на остановившегося возле нашего столика мужчину, коим оказался Борис Степанович Фридман – один из моих бывших клиентов. – Как же я рад вас видеть, – и он, взяв мою руку, оставил почтительный поцелуй на тыльной стороне ладони.

– Спасибо, Борис Степанович, я тоже рада встрече.

– Слав, я смотрю, тебе несказанно повезло! Ольга Владимировна просто акула в бухгалтерии, вытащит из любой зад… кхм… ямы.

«Зато ты сейчас меня туда загнал», – промелькнуло в моей голове.

Я сразу поняла, что вся моя история о том, что я обычная официантка, ищущая новое место работы, в эту секунду посыпалась, как карточный домик.

– Вы преувеличиваете мои заслуги, – но маска доброжелательности не дрогнула, и я улыбнулась.

– Ольга Владимировна, это я преуменьшаю, поверьте. Ещё раз моё почтение, – галантный наклон головы и Фридман, попрощавшись, направился к выходу.

– Видимо, ангел-хранитель на моей стороне сегодня, – произнёс мой новый знакомый, давая мне понять, что за этим определённо последует просьба, и я даже догадывалась, какая. – Вы не поверите, но мне жизненно необходим гениальный бухгалтер.

Как предсказуемо.

– Ничем не могу помочь, Вячеслав.

– Я давно знаком с Фридманом и доверяю его мнению, поэтому любая сумма.

– Дело не в деньгах. Я не работаю сейчас.

– Ольга, вы не поняли, любая сумма, – предпоследнее слово он выделил особо, всё так же по-голливудски улыбаясь.

– Это вы не поняли, – в моём голосе зазвучали нотки металла, ибо эта тема была мне неприятна. – Я не могу вам помочь, даже если бы хотела.

– Ольга… – снова начал мой новый знакомый, но мне надоел этот разговор, поэтому я оборвала его на полуслове.

– 174 УК РФ, – откинувшись на спинку стула, я смотрела прямо в его глаза, наблюдая, как выражение его лица становится абсолютно серьёзным и сосредоточенным. – Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путём, отягощённая крупным размером и тем, что я была при должности. Шили семь, дали пять лет шесть месяцев и предписанием штрафа в пять лямов, это с компенсацией ущерба и с учётом того, что якобы потерпевшая сторона была удовлетворена приговором и больше не имела претензий. Отсидела два года два месяца, вышла на днях по УДО с запретом заниматься бухгалтерской или иной деятельностью, связанной с денежным оборотом, сроком на пять лет. Так что я действительно ничем помочь вам не могу, Вячеслав.

– Интересная вы девушка, Ольга, – секундная тень растерянности, промелькнувшая во взгляде, была скрыта за естественным жестом, – он потянулся за чашкой и пригубил кофе.

– Ага, сундучок с сюрпризами.

– И всё же выход из ситуации всегда найти можно. Возьмите, – вытащив портмоне, он достал из него визитку и положил на стол. – Если передумаете, позвоните. – На чёрном куске картона чётким красивым шрифтом без излишков в дизайне значилось: «Усманов Вячеслав Викторович. Мебельная компания». – У меня безвыходная ситуация, и я готов заплатить абсолютно любую сумму за оказанную помощь, иначе я рискую оказаться там, откуда Вы недавно вернулись.

– Сочувствую. Искренне, правда. Мне пора, Вячеслав. Спасибо за помощь и кофе.

Я поднялась со своего места, всё-таки взяв визитку. Чисто профессиональный интерес: надо забить в поисковик и узнать, что за компания и каков оборот. Чтобы хотя бы реально понимать, с кем я сейчас разговаривала.

Глава 9

До дома я добралась без происшествий. Заглянула к Валерке, рассказала про бензонасос, отдала ему деньги за бензин и колёса. За расходники сразу отдать не хватило, придётся позже, частями.

– Валер, а за работу сколько?

– Я же сказал, не возьму.

– Слушай…

– Алексеева, тема закрыта, – сказал как отрезал, вызвав у меня этим улыбку. Ещё раз его поблагодарив, пошла домой, мысленно планируя, чем заняться в первую очередь.

Надо бы в квартире устроить уборку, а то мать на работе в две смены пропадает и ей просто некогда. Алинка палец о палец не ударит, а от меня должна же быть хоть какая-то польза.

Я уже сняла с гардин шторы и замочила их в ванне, когда услышала звук открываемого замка. Ага, значит, явилась моя сестрёнка.

– Ну и что ты устроила?! – завопила, едва переступив порог. – Ты понимаешь, что ты меня опозорила перед всеми! Как я теперь в глаза людям смотреть буду?! Ты, видимо, совсем одичала за эти два года в своей колонии! Да ещё и выражалась, как урка последняя!

– Ты с пьедестала-то иногда спрыгивай, – произнесла равнодушно, вытирая руки о полотенце и наблюдая за её истерическими воплями. – Помыться там, пыль смахнуть, голубиный помёт с плеч счистить.

– Да ты задолбала просто! Я Марку скажу, он тебя обратно засадит за решётку! Тебе только там и место, а не с нормальными людьми!

– Твой Марик может только дорожку наркоты в себя засадить и не более. Совет на будущее: не пытайся меня запугать. Пуганная. А сейчас разделась и пошла стирать шторы, иначе твоя черепушка познакомится со стеной. – Но Алинка не тронулась с места. Достала, коза! – Считаю до трёх. Раз…

– Ненавижу тебя! Ненавижу!

Смотри-ка, почти на ультразвук перешла. Может, ей капли успокоительные в чай подливать?

– Ногой ещё топни для усиления драматического эффекта, – бросила через плечо, снова скрываясь в ванной, дабы набрать в ведро воды и начать отмывать окна.

Но мои слова всё же возымели эффект и принцесса принялась за стирку, а потом отмыла всю ванную и туалет. Может, не всё ещё потеряно: руки-то не из жопы, оказывается, растут, главное, мотивировать правильно.

Уборка вымотала, а ещё надо было приготовить ужин.

Пересчитав оставшиеся в кармане деньги, отправилась в магазин, по пути набирая Светку.

– Привет!

– Привет, подруга! Ну как, пришла в себя?

– Немного. Я по вопросу одному звоню. У тебя брат всё ещё преподом в универе работает?

– Да, всё там же.

– Мне бы узнать, как Алинка учится. А то мать бабки всаживает, а эта овца, похоже, там и не появляется.

– Спрошу, Оль. Как узнаю, тебе наберу.

– Спасибо.

– Пока не за что. Заходи в гости, потрещим. Я соскучилась по тебе, ты бы знала как.

– Я тоже. Сейчас немного разгребусь с домашними делами.

– Что, совсем беда?

– Да как тебе сказать. Мать впахивает за двоих, а Линка деньги из неё сосёт. Сегодня у неё из кармана последние вытащила, даже на проезд до работы не оставила. Хорошо, у меня было немного, так я матери сунула. Думала, прибью на хрен эту овцу. Так, ты прикинь, эта дура ещё меня своим парнем вздумала пугать. До её куриного мозга даже не доходит, насколько это убого со стороны выглядит.

– Может, там мачо размером со шкаф.

– Видела я этого мачо. Это глиста в колготках, прилизанный, как девка на выданье. Отпрыск богатого папочки. Сухановский сынок. Может, слышала эту фамилию? С малолетства на дури сидит. И наша овца с этим говном связалась.

– Суханов – это который депутат?

– Ага. На это Светка отборно выругалась в трубку, хотя матом выражалась крайне редко, в отличие от меня. На бабло повелась, жизни красивой захотела.

– Если бы можно было поделиться мозгами, я бы некоторым немного подарила, – выдохнула в трубку Светка, и я была с ней полностью согласна.

Пока я шла домой из магазина, мне пришли сообщения от Светки, открывшие неприглядную правду на «успехи» моей сестрёнки в учёбе, которые были, мягко говоря, очень средними.

– На, это тебе подарок, – произнесла, бросая на Линкину кровать чупа-чупс.

– Что это? Я же не ребёнок.

– Сосать учись. Это единственное, что у тебя может получиться, учитывая, что ты едва не завалила прошлую сессию.

– Но не завалила же.

– Значит, защиту завалишь.

– Не завалю.

– Ты диплом-то хоть начала писать?

– Я заказала.

– Позволь поинтересоваться, на какие доходы? Или снова к матери в карман залезла?

– Мне Марк дал.

– А-а, тогда чупа-чупс вполне актуален, не прогадала.

– Может, хватит уже ко мне цепляться? Или ты вернулась, чтобы мне жизнь портить?

– Поверь, ты и без меня с этим неплохо справляешься.

Пока я готовила на кухне ужин, Алинка свалила. Мои звонки она игнорировала, а когда стрелка часов перевалила за полночь, и вовсе отключила телефон. Либо моя сестра совсем отмороженная с полным отсутствием мозгов, либо что-то могло случиться. Мысль о последнем я усиленно гнала от себя прочь.

Заснуть удалось около трёх часов, а в пять раздался телефонный звонок. Номер был незнаком.

– Слушаю.

– Вы сестра Алины? – раздался в трубке не совсем трезвый девичий голос.

– Да. Что случилось?

– Мы за городом, а она перебрала… Мы пытались её привести в чувство, но безрезультатно.

– Адрес пришли сообщением, – произнесла я, рывком поднимаясь с кровати.

***

После работы заехал в «ЖК Новый квартал», проверил, как продвигается ремонт в новой квартире, а затем выдвинулся к Орлову. Артём собирал всех на открытие сезона шашлыков. Я до последнего сомневался, стоит ли ехать, но трио в лице Франца, Орлова и Волкова оборвали мне телефон, не оставляя выбора.

– Наконец-то Ваше Величество соизволило почтить нас своим присутствием, – произнёс Стас, выходя мне навстречу, как только я припарковал машину у ворот.

– Падай в ноги, челядь! – усмехаясь, двинулся к нему.

– Вот сука!

Попытка дотянуться до меня своими клешнями потерпела провал, напоровшись на мой блок. Во двор мы ввалились, смеясь и пытаясь повалить друг друга на землю.

– Ты, Усманов, высокомерная тварь.

– От тебя научился. Короной не поделишься?

– На хрена тебе две?

– Менять буду по настроению.

Во дворе уже вовсю гремела музыка, на мангале жарилась третья партия шашлыков и овощей, девчонки танцевали на импровизированном танцполе. Помимо троицы, обрывавшей мне сегодня трубку, за столом сидели Лавровы и Титовы.

– Вы сегодня в полном составе?

– Ага, а ты думаешь, чего эти трое до тебя доколупывались весь день, – ответил Дёмка, приобнимая уже заметно округлившуюся в животе Вику.

– Так вы сколько уже сидите?

– Часов с семи. Что пить будешь? Виски, ром, вермут, вино?

– Ничего. Мне ещё обратно в город ехать.

– Какой «в город»?! – выкрикнул Стас, поворачивая шампуры на мангале. – Дёма, забери на хрен у него ключи от тачки!