Любовь в главной роли

Глава 3

– Дэв, где ты? – По тропинке стучали каблуки туфель Шреи. Наконец она вышла из тени. – Я сказала, что буду хозяйкой вечеринки, но это не означает… О, Тина!

– Привет, Шрея! – Тина говорила как можно спокойнее, хотя ее распирало от злости. Хозяйка вечеринки? Именно на этой женщине Дэва хотели женить его родители.

Тина посмотрела на Дэва, требуя объяснений. Он даже не взглянул в ее сторону, а улыбнулся Шрее.

– Я не знала, что ты вернулась, – сказала Шрея, проводя ухоженными пальчиками по длинным черным волосам.

«Так я тебе и поверила», – Тина заставила себя улыбнуться. Шрея Сен была одной из красивейших женщин в мире. Тина неохотно признавала, что эта гламурная актриса поразительно хороша собой. Ей удавалось быть одновременно сексуальной и элегантной. Сегодня на ней было короткое красное платье без бретелей, которое удачно подчеркивало ее золотистую кожу и пышную фигуру.

Шрея взглянула на одежду и волосы Тины и пробормотала:

– Миленькая стрижка.

Тина сжала кулаки, чтобы не прикасаться к своим коротким прядям. Вместо этого она лучезарно улыбнулась и взяла Дэва под руку. Тина стиснула зубы, когда он накрыл ее руку своими пальцами. Она знала, что он играет, но чувствовала себя в ловушке.

– Спасибо, – хрипло сказала Тина, и ее сердце забилось чаще. – Это очень модная стрижка в США.

Она ощутила, как напрягся Дэв, глядя на нее сверху вниз. Тина догадалась, что зря упомянула США. Теперь все узнают, где она провела прошедшие несколько месяцев.

– Что ты скажешь о моем новом имидже? – обратилась Тина к Дэву.

– Мне нравится, – ответил он, и его глаза потемнели, когда он запустил пальцы в ее короткие волосы.

Тина знала, что стрижка ему не нравится.

– США? – громко спросила Шрея. – А никто даже не догадался.

– Я хотела побыть одна, пока выздоравливаю. – Тина положила голову на плечо Дэву. – В США мне никто не докучал.

– О, Тина. – Шрея цокнула языком и покачала головой. – Не надо было так далеко уезжать. Я уверена, тебе бы и в Мумбаи никто не докучал.

Тина глубоко вздохнула, когда резкие слова Шреи вонзились ей в душу, словно острый нож. Она и так знает, что ее карьера почти завершилась.

– Я не хотела рисковать, – сказала Тина.

– Не пора ли вернуться в дом? – Шрея, по-видимому, желала отказаться от роли хозяйки вечеринки.

– Да. – Дэв крепче сжал руку Тины, ведя ее в дом.

Войдя в бильярдный зал, Тина почувствовала ужасную усталость.

– Оставайся здесь, а я принесу тебе что-нибудь выпить, – сказал ей Дэв.

Тина разочарованно вздохнула, наблюдая, как ее муж и Шрея растворяются в толпе. Она не хотела пить и определенно не желала видеть, как Шрея взяла Дэва под руку, словно они больше, чем просто друзья. Тина радовалась, что не Дэв взял ее под руку, однако она заметила, что он не уклонился от ее прикосновения.

Послышался громкий визг:

– Тина Шарма!

Обернувшись, Тина увидела двух женщин, идущих в ее сторону, и стиснула зубы. Одной из них была Приша – хореограф, второй – Куши, известная плейбек-певица. Обе были очень популярны.

– Давненько мы не виделись, – сказала Тина, когда они обменялись вежливыми поцелуями. – Вы обе замечательно выглядите. – Она опять пожалела, что не надела вечернее платье.

– Спасибо. Кстати. – Приша положила руку на плечо Тины. – Прими мои соболезнования.

Тина замерла, на ее глаза навернулись слезы.

– Это такой ужас, – произнесла Приша, в ее глазах читалась неискренность, когда она подошла ближе. – Я поверить не могла, что ты потеряла ребенка на таком позднем сроке.

– Мы с Дэвом очень переживали. – Тина хотела сбежать, но не могла сдвинуться с места.

– Врачи сказали, в чем причина? – спросила Куши.

Тина закрыла глаза. Она знала, что придется отвечать на подобные вопросы, но не желала ни с кем делиться своими переживаниями.

– Нет, – прохрипела она.

Приша сочувственно похлопала ее по плечу:

– Я уверена, в следующий раз вы оба будете осторожнее.

Тина ахнула, изнемогая от боли. Отпрянув от Приши, она уставилась на нее, с ненавистью наблюдая, как та торжествует.

– Она просто посоветовала, – произнесла Куши, поднимая руки в знак капитуляции. – Если ты хочешь оставаться женой Дэва, тебе нужно поскорее забеременеть.

Забеременеть? Нет, никогда.

Тина осторожно облизнула губы, изо всех сил стараясь сохранить самообладание:

– Что ты хочешь этим сказать?

– Ну, об этом все знают. – Куши хитро улыбнулась, а потом взяла Пришу под руку. – Дэв женился на тебе только потому, что ты вынашивала наследника Арджун.

Тина не желала смотреть вслед уходящим женщинам. Она уставилась прямо перед собой, стараясь унять злобу. Тина вспомнила тот момент, когда сообщила Дэву о своей беременности. Она не знала, как он отреагирует. Ребенок изменил бы его привычную жизнь, однако она не ожидала увидеть в его глазах восторг. Потом он широко улыбнулся, крепко обнял ее и тут же предложил стать его женой.

Их брак не одобрял никто. Зрители были в ярости, считая, что соблазнительница Тина не заслужила романтического героя Дэва. Ее коллеги не думали, что девушка из трущоб достойна того, чтобы носить фамилию Арджун. Тина нарушила все правила, выйдя замуж за Дэва. Некоторые журналисты зашли так далеко, что заявили, будто она заслужила выкидыш.

Тина вздрогнула, когда Дэв сунул ей в руку высокий бокал с соком манго.

– Ты бледна, – сказал он, нахмурившись.

– Это из-за смены часовых поясов. – Она не хотела, чтобы он знал, насколько она беззащитна. – Если бы у меня была возможность накраситься и…

– Тина!

Она повернулась и увидела лучшего друга Дэва, который распахнул ей объятия.

– Где ты, черт побери, пропадала?

– Я тоже рада тебя видеть, Нихил, – искренне сказала она.

Обычно Тина старалась избегать таких людей, как Нихил Кханна. Родившись в семье болливудских актеров, Нихил был богат, образован и стал прекрасным сценаристом. Семья Тины не имела никаких связей. Тине не удалось даже окончить школу. Однако она быстро подружилась с Нихилом.

– Как долго тебя не было. – Нихил смотрел на нее в упор, его взгляд был серьезным. – Твой муж скучал по тебе.

От страха у нее скрутило живот. О чем Нихил знает? Что Дэв рассказал ему?

– А ты не скучал? – беспечно спросила она.

Нихил резко вздохнул:

– Ты даже представить не можешь, как я по тебе скучал. – Он дотронулся до ее руки, но Дэв оттолкнул его руку:

– Не забывайся, Нихил!

Тина посмотрела на Дэва. Прежде ее супруг никогда так не разговаривал с другом. Ее удивили собственнические замашки Дэва. Тина настороженно посмотрела на Нихила.

Нихил закатил глаза:

– Ну, теперь ты исправишь дурной нрав своего мужа. Он действительно скучал по тебе. – Он взял у нее из рук бокал с соком и поставил его на соседний стол. – Давай танцевать.

– Нет, нет! – Тина в ужасе шагнула в сторону и уперлась в мускулистое тело Дэва. – Не сегодня.

– Как ты можешь такое говорить? – сказал Нихил, перекрикивая ритмичную музыку. – Ты родилась, чтобы танцевать.

Эту фразу она слышала часто, годами. Танцы были ее творческой отдушиной. Она любила выражать эмоции через движения. Но однажды тело отказалось ее слушаться, а все чувства умерли. Она не могла двигаться, не слышала музыку в душе. Потеряв сына, она перестала танцевать.

– Тина танцует только со мной, – объявил Дэв, обняв жену за талию. – Но сначала она должна поздороваться с гостями.

Тина виновато посмотрела на Нихила, когда Дэв потащил ее прочь. Через несколько минут у нее ныло лицо от постоянной вынужденной улыбки, пока она здоровалась с гостями. Все они принадлежали индийской киноиндустрии, но не были ее коллегами.

– Ты дружишь со всеми этими людьми? – спросила Тина, когда Дэв провел ее в другую комнату.

– Только с некоторыми из них, – признался Дэв, кивая кому-то по пути. – Большинству наших гостей от меня что-то нужно, и они, не колеблясь, при первой же возможности воткнут мне нож в спину.

– Зачем тогда приглашать их в свой дом? – пробормотала Тина.

– Наш дом, дорогая, – мягко поправил он ее, крепче обнимая за талию. – На этот раз вечеринка устроена по случаю окончания съемки.

Она нахмурилась. Ей следовало знать, что Дэв сразу вернется к работе, будто между ними ничего плохого не произошло.

– Что за фильм?

– Римейк фильма «Меджнун и Лейли», – сухо сказал он.

Ее удивило, что он снимался в романтическом фильме, сценарий которого был основан на классической персидской истории любви. История более трагичная, чем повесть о Ромео и Джульетте. Бедняк влюбился в богатую девушку. Им запрещали встречаться, и Меджнун сошел с ума от любви к Лейли.

– Ты бы видела, как он играл, Тина! – Один из пьяных гостей внедрился в разговор и обнял Дэва за плечи. – Потрясающая игра. Никогда такого не видел. Казалось, он сойдет с ума по-настоящему.

Она посмотрела на Дэва, и у нее перехватило дыхание.

– Я не шучу, Тина, – произнес гость, не подозревая, какие страсти кипят между ней и Дэвом. – Он классно играл.

– Я не сомневаюсь, – выдавила она. У нее сдавило грудь, ей стало трудно дышать. – Извините. – Тина прижала руку к виску. – Но мне нездоровится после перелета.

– Ты должна прилечь, – сказал Дэв. – Я провожу тебя.

Тина проигнорировала протянутую им руку. Она не желала, чтобы Дэв к ней прикасался.

– Не нужно. Я просто выпью немного воды. Я сейчас вернусь, – солгала она, торопливо уходя. – Оставайся с гостями.

Ранним утром следующего дня Дэв поднял глаза от газеты, когда услышал звон браслетов Тины. Наконец-то она вышла. Тина сбежала с вечеринки вчера ночью, и он задавался вопросом, уж не собирается ли она просидеть наверху весь день.

Он отложил газету, ожидая, пока она подойдет к столу, чтобы позавтракать. Дэв поморщился, услышав ее робкие шаги. Вероятно, она замышляет новый план побега. Они так не договаривались. Он потребовал, чтобы она играла роль преданной жены, и добьется, чтобы она вела себя именно так, даже если ему придется выслеживать ее по всему дому и тащить к столу.

Тина была босиком, в бледно-розовых шальварах и просторной тунике, которые скрывали ее фигуру. Она казалась невинной и женственной и была совсем не похожа на соблазнительницу, роль которой привыкла играть в кино. Но Дэв знал, что Тина может быть иной – страстной и сексуальной.

Дэв сразу же встал и отодвинул для нее стул.

– Я думал, ты проспишь все утро.

Она слегка покачала головой:

– Я бы поспала, но из-за смены часовых поясов у меня бессонница.

– Ты перепутала комнаты. – Дэв наблюдал, как она проходит мимо стула, который он для нее отодвинул. – Ты уснула в гостевой комнате.

Опустив голову, она поспешно села за стол напротив него.

– Я легла в первой комнате, в которую зашла.

Дэв ей не поверил. Тина нарочно не пришла ночевать в их спальню.

Он сел, и Тина положила себе на тарелку овощи и яйца. Ее глаза загорелись, когда она увидела сервировочное блюдо, накрытое полотенцем.

– Это пури? – прошептала она.

– Повар приготовил эти лепешки в честь твоего возвращения, – сказал Дэв и увидел, как она улыбается. Впервые после возвращения она выглядела счастливой.

Она взяла горячий пури:

– Мне кажется, я их сто лет не ела.

Он смотрел, как она благоговейно ломает пальцами пури, потом вдыхает его ароматный пар и подцепляет им порцию пряного картофеля. Положив пури в рот, Тина закрыла глаза и простонала от удовольствия.

От ее реакции в его жилах забурлила кровь. Дэв заставил себя откинуться на спинку стула и стал рассматривать свою жену. Тина была чувственной женщиной, которая умела наслаждаться едой. Она любила готовить и любила поесть.

– Ты соскучилась по пури, – пробормотал он.

Тина покраснела и прикрыла рот рукой.

– Я соскучилась по острой пище. По индийской кухне. По хорошей еде.

– Почему ты себе не готовила?

Тина замерла:

– Дома вкуснее.

Дэв не понимал, почему она не готовила еду несколько месяцев и не танцевала, не общалась с гостями на вечеринке. Однако он заметил, что она намного лучше говорит по-английски. Где она была все это время? Что делала? И с кем?

Тина опустила голову, словно решив сосредоточиться на еде.

– Почему ты дома, Дэв? Разве тебе не нужно на работу?

Он посмотрел на часы. Ему необходимо поехать на студию «Арджун энтертейнмент» вместе с Тиной. Вероятно, еще слишком рано давать ей работу, но он боится, что она снова сбежит, пока он в отъезде.

Карьера очень важна для Тины, поэтому он использует все свои связи, чтобы ей помочь и удержать рядом с собой.

– Я поеду на работу, и ты поедешь вместе со мной. – Дэв поднял руку, не позволяя ей возразить. – Тебе нужны мои связи? Сейчас лучшее время, чтобы познакомить тебя с режиссерами и продюсерами. И потом, там нас ждут особые гости.

– Кто? – Перестав жевать, она посмотрела на него. У нее вдруг пропал аппетит. – Твои родители?

– Нет, – резко ответил он. – Твоя мать.

– Моя мама приедет на студию Арджун? – Тина вскочила. – Зачем? Когда она приехала?

Дэв думал, что Тина обрадуется, а не запаникует.

– Что не так? – спросил он.

Она прикусила губу:

– Как она с тобой связалась? Она знает, что я вернулась?

– Я сам на нее вышел. На самом деле я общался с твоей семьей с тех пор, как ты скрылась в неизвестном направлении.

Она поморщилась:

– О, ты даже не представляешь, что сделал. – Тина хлопала себя ладонями по щекам, вышагивая по комнате. – Что ты им сказал?

– То же, что и всем. Что ты восстанавливаешься после выкидыша. Они не знали, где ты. Почему ты не сказала правду своей матери?

Глава 4

Тина насторожилась, увидев разочарование в глазах Дэва. Он не имеет никакого права ее осуждать. Она отнюдь не эгоистка. Ей просто хотелось защитить себя, и она не чувствует себя виноватой за принятое решение.

– Моя мать настаивала, чтобы я с тобой не разводилась. – Она скрестила руки на груди.

Дэв внимательно на нее посмотрел:

– Поэтому ты скрылась?

У Тины сдавило грудь.

– Я сделала то, что было лучше для меня. – Она совсем не чувствовала себя виноватой. Она слишком долго заботилась о своей семье, но в тот раз просто должна была себя поберечь.

– Но ты отгородилась ото всех, – с горечью сказал Дэв. – Это тебе удалось. Однако, по-моему, не следовало поворачиваться спиной к своей семье.

Остановившись, Тина посмотрела на своего мужа:

– Я не поворачивалась к ним спиной! Ты ничего не знаешь о моей матери и сестрах.

– Я знаю, что твоя мать озадачена и обижена твоим четырехмесячным молчанием.

Тина потерла лицо руками. Ее мать, Риима Шарма, была не просто ее матерью, но и ее менеджером. В какой-то момент Тина поняла, что материнские советы основаны не на том, что лучше для Тины, а на том, что лучше для семьи.

– Я не теряла с ними контакт, – пробормотала она.

Дэв с издевкой произнес:

– Ты просто оплачивала их счета через своего бухгалтера.

– Откуда ты об этом знаешь? – Тина никогда не обсуждала свои доходы и расходы с Дэвом и радовалась, что он ни разу ее о них не спросил.

– Когда ты уехала от меня, я решил, что ты вернулась в дом своей матери. – Дэв поднялся со стула.

Простонав, Тина потерла лоб. Она вдруг представила, как богач Дэв Арджун посещает дом ее матери. Нечего и сомневаться, что все соседи вышли его поприветствовать. А Риима наверняка брала с соседей деньги, чтобы дать им возможность повидаться с Дэвом.

– Сколько денег вытащила из тебя моя семья?

– Я был счастлив помочь. – Дэв пожал плечами.

– Не надо было этого делать. Это я несу за них ответственность, – сказала Тина. Ей было противно, до чего ее мать одержима деньгами. Тина постоянно выслушивала от матери упреки в том, что из-за нее она потеряла мечты, благополучие и мужа.

Дэв взглянул на часы:

– Мы должны ехать на студию. Я сказал твоей матери, что мы приедем в девять.

Тина узнала его винтажные часы. Она подарила их Дэву, когда они только начали встречаться. Он обожал старинные вещи.

– Моя мать всегда точна. – Тина ссутулилась. Она с трудом переставляла ноги. – Она приедет ровно в девять.

Час спустя напряженная Тина сидела рядом с мужем на заднем сиденье роскошного автомобиля. Когда водитель повернул на оживленную улицу, Тина сжала кулаки и опустила голову. На этот раз она дольше настраивалась: она впервые ехала на киностудию Арджун. Дэв не приглашал ее на студию прежде, а Тина не желала к нему приезжать без предупреждения. Она всегда подозревала, что он не хочет, чтобы она встречалась с богачами Арджун. Она знала, что обязана выглядеть как жена босса. В ярко-желтом дизайнерском платье, туфлях на шпильках и темных солнцезащитных очках Тина походила на звезду Болливуда. Наряд служил ей своеобразным щитом, скрывая ее напряжение и неуверенность в себе.

Она посмотрела на Дэва. Он был в джинсах и черной рубашке. Ему не нужно наряжаться, чтобы выглядеть как кинозвезда.

– Ты не должен нас воссоединять, – пробормотала Тина.

– Я чего-то не знаю? – Дэв просматривал сообщения на телефоне. – Ты не ладишь со своей семьей?

– Мы ладим. – Водитель повернул на другую улицу, и Тина увидела эмблему «Арджун энтертейнмент» на большом современном здании. – Это твоя киностудия?

– Ее построили несколько лет назад. Она отвечает международным стандартам, – с гордостью сказал Дэв, пока Тина смотрела на зеленые насаждения вокруг белого здания. Вход представлял собой башню со стеклянными окнами. – У нас есть павильоны студий звукозаписи и танцевальные залы для репетиций. Все под одной крышей.

Тина обратила внимание на суматоху, когда вошла в вестибюль вместе с Дэвом. Молодые мужчины и женщины в футболках и джинсах метались по залу. Они переносили документы, мобильные телефоны и маленькие стеклянные чашки с чаем.

Мать Тины сидела в ярко-синем кресле в окружении произведений современного искусства, изображающих знаменитые сцены из фильмов. При виде Риимы Шарма на глаза Тины навернулись слезы. В длинной черной косе матери виднелась седина.

– Мама! – Тина вдохнула цветочный аромат духов матери, потом поклонилась ей и в знак уважения коснулась рукой ее ступни.

– Что за ужасная прическа! – воскликнула Риима, потянув короткие прядки Тины. – О чем ты думала? Ты выглядишь как мальчик, тебя не захотят снимать.

– На мальчика она совсем не похожа, – протянул Дэв, приветствуя тещу.

Тина поднялась в полный рост и посмотрела на Дэва. У нее засосало под ложечкой, когда она увидела желание в его глазах. Покраснев, она поспешно отвернулась. Как он может смотреть на нее с таким вожделением сейчас, когда она так ужасно выглядит? Никакой макияж не скроет усталость и страдание на ее лице.

– Хотите, я покажу вам студию? – спросил Дэв.

– Да! – с энтузиазмом ответила Риима.

– Где Рани и Мира? – произнесла Тина, когда они пошли по студии.

– Я сказала твоим сестрам, что мне нужно поговорить с тобой наедине. – Риима поправила дупатту[1]. – Жаль, что они сюда не приехали. Как вы думаете, мы встретим кинозвезд?

– Они будут работать. – Тина не стала уточнять, что ее сестрам наплевать на индийское кино. У них совсем другие интересы и цели, которые их мать понять не может.

– Да, но мы с боссом, – напомнила ей Риима. Она посмотрела на Дэва, потом снова на Тину. – Мы с тобой поговорим позже.

– Я ее муж, – напомнил Дэв. – Вы можете разговаривать с ней в моем присутствии.

Рииме Шарма было на это наплевать. Ее не впечатляла внешность и мужской шарм Дэва. Тина вообще не помнила, чтобы ее мать говорила что-нибудь приятное о мужчинах. Ее мать не любила, не уважала и не доверяла мужчинам с того самого дня, как муж бросил ее с тремя маленькими дочерьми.

– Все в порядке? – спросила Тина, когда они шли по переполненному людьми коридору.

– Где ты была? – Риима повысила голос.

Тина поджала губы. Она понимала, что не может никому об этом рассказать. Она посмотрела на Дэва, и от страха ее сердце забилось чаще. Он словно ждал, когда она раскроет ему свои самые сокровенные тайны.

– Я была в Калифорнии.

– В Голливуде? – У Риимы загорелись глаза. – Ты встречалась с кем-нибудь из кинобизнеса?

– С режиссером телевизионных программ, – сказала Тина, вспоминая нервную женщину, которая смолила как паровоз и постоянно пила кофе. – Я несколько раз с ней обедала.

– Это хорошо! Она предложит тебе работу?

Тина пожала плечами:

– Мы немного поговорили об этом. – Она не считала, что ей предложат серьезную работу. И потом, Тина не представляла, как будет жить за пределами Мумбаи.

– Значит, ты так долго отсутствовала из-за режиссера? – спросила Риима.

– Я восстанавливалась, – ответила Тина, игнорируя любопытный взгляд Дэва.

– Четыре месяца? – Риима покачала головой. – Ты устроила себе настоящий отпуск.

– Не имеет значения. – Тина решительно улыбнулась. – Я вернулась.

Мать продолжала настаивать:

– Ты не работала уже шесть месяцев, и никто не присылал тебе сценарии. Зрители тебя забудут. Твои поклонники отвернулись от тебя, как только решили, что ты обманом заставила Дэва жениться на тебе. Режиссеры не захотят тебя снимать после того, что ты сделала со своими волосами.

– Я найду работу. – Тина старалась сохранять самообладание, хотя только сейчас поняла, что недооценила проблемы, которые ее ждут впереди. Но она не должна показывать волнение, особенно перед Дэвом.

– Вот гримерная, – согласился Дэв, указывая на открытую дверь. – У нас их более двадцати для ведущих актеров.

Тина остановилась на пороге, пока ее мать разглядывала роскошную гримерную.

– Посмотри, Тина! – воскликнула Риима, выйдя из прилегающей ванной комнаты. – Здесь есть горячая и холодная вода.

Дэв нахмурился:

– А как обычно выглядела твоя гримерная, Тина?

– Своей гримерной у нее не было! – Мать Тины рассмеялась. – Ей везло, если удавалось попасть в гримерную к начинающим актерам и артистам подтанцовки. Можно нам посмотреть съемочный павильон?

– Конечно, – сказал Дев, ведя их вперед. – Еще у нас есть тренажерный зал, комната отдыха и специальная столовая для актеров и кинотехников.

– Ох! – Риима всплеснула руками. – Тина, ты должна будешь отвести меня в эту столовую.

– Не думаю, что меня туда пустят, – произнесла Тина. – Столовая для известных актеров.

– Ты замужем за Арджуном, – произнес Дэв. – Ты не будешь ходить в кафе или столовую вместе с обслуживающим персоналом.

Тина вздрогнула, услышав тон Дэва. Такое ощущение, будто он считает, что поспешное замужество – ее лучшее достижение в жизни. Ведь она не просилась работать с ним и не пользовалась его связями.

– Ты должна прямо сейчас вернуться к работе. Беременность могла разрушить твою карьеру. – Риима раздраженно фыркнула.

Тина зажмурилась. Она вспомнила спор с матерью после того, как сообщила, что беременна. Беременность была незапланированной, но для Тины она стала желанной.

– Ребенок был для меня важнее карьеры актрисы Болливуда. – Ее голос дрожал от волнения.