Захват из космоса – 2. Российская фантастика

Предавшись своим воспоминаниям и перенесшись на много лет назад, он не заметил очередную выбоину и в одно мгновение оказался распластанным на полу. Костя резво подбежал к нему и помог подняться. Нудий, быстро обернувшись, продолжал свое движение. Падение Роговцева, его нисколько не смутило и он, даже не притормозил.

– Как вы? – участливо спросил Костя.

– Ничего, бывало и хуже – кривясь от боли, ответил Николай Ильич.

Они двинулись дальше. Шаг пришлось увеличить, потому что их провожатый был уже далеко от них. Пройдя еще несколько поворотов по разным коридорам, вся группа подошла к двери. Это дверь отличалась от других тем, что была подстать росту обычного человека. Нудий открыл дверь и Роговцев вместе Костей и Валерой замерли от увиденного.

За дверью простирался огромный город. Причем дома были все двухэтажными. Строения сильно отличались от тех, которые Роговцев и компания видели в своей жизни. Они были круглыми и слегка парили над землей на расстоянии около двух или может быть трех метров. Каждый дом имел свой неповторимый цвет. Причем цвет дома ни в коем случае не раздражал зрение. Нудий, посмотрел на стоящих в ступоре гостей и впервые улыбнулся. Не произнося ни слова, он махнул рукой, призывая следовать за ним. Роговцев пошел первым, но, вспомнив, как его подняло в воздух, после того, когда он поставил ногу на дорогу, остановился. Нудий, как будто считав его мысли, быстро проговорил:

– Не бойтесь, на этих дорогах вы левитировать не будете. Те дороги, – он махнул рукой в сторону, откуда они пришли – специально наделены такой функцией, чтобы высоким людям было проще и быстрее добираться. А мы, обычного роста, туда не ходим.

Роговцев аккуратно поставил ногу на дорогу, по которой следовало идти, и ничего не произошло. Только после этого вся группа двинулась дальше.

– А что это за город? – спросил Валера.

– Это город, который построен специально для нас, людей обычного роста – ответил Нудий. Наш народ, как вы поняли, появился вследствие скрещивания народов – прилетевших из космоса и первобытного племени, проживавшего тогда на территории Мезоамерики, или современной Мексики, если так понятнее.

И Нудий приступил к рассказу о своем народе.

Много тысяч лет назад, алтайские племена, перейдя через Берингов мост, вошли на территорию Аляски, а далее распространились по Северной Америке. После длительных походов и войн с небольшими, но агрессивными местными племенами, наши предки стали продвигаться дальше. Некоторые из них оставались и оседали на территории Северной Америки, а некоторые уходили вглубь, дальше, к Центральной и Южной Америке. Там они встретились с племенем, называвшим себя Ольмеки, и решили осесть на их территории. Сейчас эта территория, повторюсь, называется Мексика. Наши племена и племена ольмеков породнились, и впоследствии, появилось племя майя. Но этому появлению предшествовало то, о чем вам сказал Кодий. Когда их цивилизация появилась на земле, они стали заниматься образованием наших племен. Именно благодаря знаниям, которые мы получили из космоса, наше племя, которое объединилось с местным, стало единым, и теперь его все ваши историки и этнографы, называют «ольмеки». Именно ольмеки создали тот известный календарь, который вы все, теперь называете календарем майя. Хотя майя просто доработали то, что уже было создано. Начав совместную жизнь с инопланетными представителями, и появилось племя атлантов. Но, часть племени ольмеков не хотело вступать с ними в какую-либо связь и они-то, и стали впоследствии племенем майя. А другая часть племени, тесно общавшаяся с прибывшими из космоса, воспринимала их богами и усердно вбирала в себя те знания, которые ей давали. Но, со временем эти знания стали приносить не радость, а проблему. Многие атланты, видимо в силу генетических преобразований, начали становиться более агрессивными. Было принято решение переселиться в другое место. Но встал вопрос: «куда?». Тогда другая часть, прилетевших из космоса и обосновавшихся на Марсе, выстроила в, почти центре океана большой площади остров. Туда-то и переселили наших предков. И земля эта стала называться Атлантида. Мы долгое время жили спокойно. Наши дети сызмальства получали знания и технологии, которыми владели пришельцы. А теперь их уже звали атланты. Но, почему-то часть пришельцев отказалась ранее вступать в связь с ольмеками и, в итоге, одна народность разделилась на два лагеря. Те, кто вступили в связь, их дети стали рождаться нормального роста, а те, кто не вступал, сохраняли свой необычайный рост. Сразу должен оговориться, что связь была необычной. Скрещивание происходило путем смешивания крови тех и других, после чего ее вновь вводили в организм через вены. Длительное время оба этих лагеря жили дружно и обучали своих детей вместе. Но со временем, низкорослые люди стали чувствовать себя ущербными. Именно они и решили уничтожить великанов. Знаний и технологий строительства уникальных видов вооружений, было предостаточно. Начались войны. Племена уничтожали не только друг друга, но и доставалось американскому материку. Так как всевозможные лазерные пушки и программируемые ракеты, иногда делали перелет. Именно тогда, другая часть внеземной цивилизации с Марса, применив знания по, как вы говорите, климатическому оружию, устроила потоп. Некоторые атланты, вовремя одумавшись, что они уничтожают величайшую цивилизацию на земле, быстро покинули остров и перенеслись обратно на Алтай. Именно здесь и продолжает свою жизнь племя атлантов.

– Уж не Шамбала, ли это? – вскрикнул Валера.

– Именно так это и называется – ответил Нудий. Мы закрыли все подходы к нашей цивилизации, и лишь избранным, удается сюда попасть. Знания, которыми мы все владеем, человечеству еще не будут доступны около десяти тысяч лет, по вашему летоисчислению.

– Ничего себе! – воскликнул Костя. Вот это мы попали!

– А, каким же образом, вы закрыли подходы к себе? – с любопытством спросил Роговцев. Ведь в Шамбалу, пытаются попасть многие. Но, найти вход в нее, не удается практически никому.

– И не получится – ответил Нудий. Вы считаете, что Шамбала находится на Земле, а на самом деле она находится в нулевой точке мироздания. Таких точек достаточно много. Войти в это измерение, можно только людям с чистыми помыслами. Ну, и еще избранным – добавил он.

Они шли по городу, разглядывая его инфраструктуру. Навстречу им степенно шли горожане. На какой-то момент, Роговцеву показалось, что никуда они не исчезали из своего города. Только дома, которые, как бы висели в воздухе, напоминали об обратном.

– А как вы попадаете в свои дома? – спросил Николай.

– Да, нет ничего сложного – начал объяснять Нудий – просто, когда вы подходите к центру фундамента, то специальные датчики, списывают с вас детальную информацию. Если вы являетесь владельцем одного из помещений дома, дом выпускает специальную подъемную шахту с платформой. Вам остается только на нее встать, и вы в доме.

– Значит чужие, в дом, попасть не смогут? – спросил Валера.

– Нет, да и зачем? – ответил Нудий. У жителей города не возникает желания проникать в чужие дома. А если к вам приходят гости, то вы, как хозяин, сами выпускаете шахту с подъемником.

– То есть, вы хотите сказать, что у вас нет воров? – не унимался Валера.

– Мы живем в таком измерении, где подобные проявления не могут просто быть. Каждый, кто попытается только об этом подумать, тут же уничтожается пространством.

– Что, значит, уничтожается пространством? – настороженно спросил Костя.

– Их просто стирают из мегагалактической информации, посредством распыления на множество дисперсных частиц. Эти частицы выводятся из нулевой точки мироздания и отправляются в бесконечность. Ну, или проще сказать в безбрежное и бесконечное море Космоса. Поэтому, каждый житель города, зная это, даже в мыслях не допускает, войти в чужое жилище. Да и брать там нечего. Вы привыкли, что в ваших домах много материальных ценностей. А у нас, все построено на материализации и автоматической дематериализации.

– Это как? – удивился Роговцев.

– Когда придем в ваш дом, вы все увидите сами – ответил Нудий.

В это время, Альфред, тщетно пытался разыскать своего друга Роговцева. Утром, когда тот не явился на работу, к стати сказать, такого не было никогда за все время их дружбы, а дружили они вот уже шестнадцать лет, он все утро названивал Николаю, но тот не брал трубку.

– Что-то не так – подумал Альфред.

После их приключений, когда они спасали Землю от захватчиков с Плимы, прошел почти год. Альфред очень долго, психологически привыкал к тому, что он остался без руки. Николай помог ему раздобыть великолепный протез, который доставили из Москвы. Однокурсник Роговцева, работал в какой-то российско-японской компании и, к радости Альфреда, к ним поступили экспериментальные протезы, которые частично подшивались к мышцам и сухожилиям культи, что позволяло использовать протез, почти как живую руку. Роговцев провел сложнейшую операцию и Альфред, обрел руку. Он долго приноравливался к этому протезу. Надо было привыкнуть к применению силы. Первые сто с лишним чашек, а также ложек и других предметов, которые Альфред брал новой рукой, были раздавлены в крошку. Сила протеза была до конца не рассчитана разработчиками и дорабатывалась в процессе применения. Но, пусть даже и левая рука, но с ней Альфред чувствовал себя героем боевика. Однажды, когда он поздно возвращался с работы, в парке к нему подошли четверо молодых хамов и начали требовать, чтобы доктор отдал им кошелек. Будучи психиатром, Альфред понял, что все четверо наркоманы и договориться с ними у него не получится. Они находились в состоянии «ломки», что усугубляло их агрессивные намерения. Не выдержав, один из наркоманов набросился на Альфреда. Мельком, доктор заметил, как в руке у молодого и голодного подонка мелькнул нож. Что в этот момент произошло, сам Альфред, так и не понял. Он, от испуга, схватил этого парня за пояс брюк и без труда, поднял его левой рукой, после чего швырнул подальше от себя. Парень улетел на пятнадцать метров. Трое других, увидев эту картину, бросились наутек, с криками: «в парке бродит монстр».

Альфред, от растерянности не мог сдвинуться с места. Ему, вдруг показалось, что все это сон. Но, посмотрев по сторонам, он был вынужден признать, что не только получил протез, но и стал благодаря ему, монстром.

Каждый день, после этого случая, Альфред мечтал только об одном, чтобы больше никогда не использовать свой протез, в качестве оружия самообороны.

Жизнь в городке, в котором Альфред родился и вырос, ничем не отличалась от тысяч других провинциальных населенных пунктов, которые раскинулись по территории России. Та же безработица и серость. Жители выживали, кто как мог. Еще в детстве, Альфред, глядя на отца, понял, что единственное, кто всегда будет иметь работу, это врач. По окончании учебы в школе, он собрался и уехал в Ленинград, поступать в медицинскую академию. Поступив с первого раза и отучившись, молодой психиатр, попросил распределение в свой город. Вернувшись, он и познакомился с Роговцевым, который почти одновременно с ним, приехал по распределению, работать хирургом.

Николай Роговцев и Альфред Кузюлькин, эта фамилия ему досталась еще от прадеда, быстро нашли общий язык и подружились. Это уже спустя несколько лет, Альфред узнал, что Николай не только мечтал, но и поставил себе цель, иметь в друзьях психиатра. Через год их дружбы, Альфред поделился с Николаем своей проблемой, которую создавала ему фамилия. Николай Роговцев, будучи авантюристом, по жизни, предложил Альфреду поменять паспорт. Альфред и сам давно мечтал избавиться от этого ига, под названием фамилия. Особо не раздумывая, он согласился. Но, и здесь появилась проблема. Отец, которому Альфред, имел неосторожность поведать о своих планах, сказал, что если его сын сменит фамилию, то он, как отец, откажется от него. Тогда Роговцев, предложил Альфреду обманом поменять паспорт. Ему было необходимо написать заявление в милицию, о якобы утерянном паспорте и в итоге при получении нового, изменить фамилию. Долго не думая, Альфред исполнил свою мечту и взял фамилию матери – Антонов. Теперь у него было два паспорта, один для отца, а другой – для жизни.

– Где же Николай? – волнуясь, думал Альфред. Может, он все бросил и уехал в Москву? Но, если бы он хотел уехать, то уж своему другу-то обязательно рассказал.

Пребывая в своих мыслях, Альфред и сам того не замечая, сел в машину и приехал в обсерваторию, к профессору Комракову. Но и эта поездка, ничего не помогла разъяснить. Альфред вышел из обсерватории, огляделся и стал наблюдать, как котенок играет с солнечным зайчиком. В этот момент, у него появилось ощущение, будто тело стало наливаться свинцом. Альфред, начал ощупывать кожу лица, и нехорошее ощущение прошло вдоль позвоночника. Кожа на лице стала какой-то неживой, как на протезе левой руки. Альфред насторожился. Ощущение чего-то необычного и опасного, стало усиливаться. Вдруг доктор почувствовал, как земля начала кружиться вокруг него и потерял сознание.

За разговорами, Роговцев с друзьями в сопровождении Нудия подошли к дому, на окраине города. Нудий посмотрел на Николая Ильича и кивком головы предложил ему пройти и встать в центре, под фундаментом дома. Правда, фундаментом это назвать было сложно. Роговцев с некоторой долей сомнения и страха прошел и встал в центре, под домом.

– И что дальше? – спросил он Нудия.

– А теперь произнеси самое любимое тобой слово – ответил Нудий, при этом слегка улыбаясь.

Николай Ильич долго пытался вспомнить, какое слово у него любимое. Но в голове, кроме слова «камбала», ничего не было. Возникало чувство, что его мозг прекратил общение с внешним миром.

– Почему именно «камбала»? – спрашивал себя Роговцев. Никогда вроде рыбалкой не интересовался, да и рыбу не люблю.

Но, из-за того, что мозг молчал, он произнес «камбала» и в этот момент Николай оказался внутри стеклянного резервуара.