- -
- 100%
- +
Не переставая болтать, она подвела Лизу к своему столу в приемной, вытащила и положила перед ней анкету.
– Вот, хочешь, сама заполни, хочешь, я напишу.
Лиза взяла бумагу и стала ее заполнять. Слава богу, она знала об Эльвире все, так что трудностей у нее не возникало. Но вот она дошла до графы о паспорте остановилась.
– Здесь нужно указать номер паспорта и дату получения. Но я их не помню, – как можно непринужденнее сказала она.
– Ой, ну завтра принесешь, – отмахнулась Марина, которая задумчиво разглядывала в этот момент свой нос в маленьком зеркальце. – Прыщ выскочил, – огорченно сказала она. – Так что там еще тебе осталось?
– Только номер паспорта, – с готовностью ответила Лизи, которая уже придумала выход из положения. – Но я могу сейчас позвонить сестре, и она посмотрит и скажет, а то я вдруг завтра опять забуду.
«А я его обязательно забуду, так как фотография там совсем не моя», – подумала она про себя.
– Ну, конечно, позвони. Зачем еще завтра голову морочить, – легко согласилась Марина, у которой, видно, вообще был легкий характер.
Она пододвинула Лизе телефон и занялась своими ногтями.
Лиза сняла трубку и медленно набрала номер Эльвиры, думая, как бы попонятнее той объяснить, зачем ей понадобился номер ее паспорта, и в тоже время, чтобы Марина ничего не поняла. Задача казалась невыполнимой.
– Привет, – осторожно сказала она в трубку, когда Эльвира ответила.
– Слава богу, – закричала та, – наконец-то догадалась позвонить. Я тут с ума уже схожу, не знаю, куда ты делась, а от тебя ни слуху, ни духу.
– Подожди, – стараясь говорить очень убедительно, остановила ее Лиза. – Дай мне, пожалуйста, номер паспорта.
– Какого паспорта? – удивилась Эльвира.
– Моего паспорта, – со значением сказала Лиза. – Он всегда лежит в первом ящике комода.
– Ты что совсем рехнулась? – испугалась Эльвира. – Откуда у меня твой паспорт?
Нет, она никогда не поймет, с отчаянием подумала Лиза. Что же делать? В этот момент Марина вдруг увидела какую-то женщину, проходившую мимо, и выскочила за ней в коридор, торопливо сказав Лизе, что вернется через минуту.
Ох, бог все-таки есть, с облегчением подумала та и быстро зашипела в трубку: – Мне нужен номер твоего паспорта, только быстро. Вечером я тебе все объясню.
– Но зачем тебе мой паспорт? – все никак не могла успокоиться Эльвира. – И вообще, где ты? Что случилось?
– Ничего не случилось. Наоборот, все очень хорошо, только мне нужен номер твоего паспорта. Слушай, я не могу больше говорить. Неси паспорт или ты все испортишь, – с отчаянием зашептала Лиза, прислушиваясь к шагам в коридоре.
– Ну, хорошо, несу, несу, – смирилась, наконец, Эльвира. – А когда ты придешь?
– После пяти, – уже нормальным голосом продолжила Лиза.
– Ну, давай, я записываю.
Эльвира продиктовала ей номер, дату и место выдачи, и Лиза, закончив заполнять злосчастную анкету, с огромным облегчением отдала ее вошедшей Марине. Та, не глядя, смахнула ее в ящик и сказала Лизе:
– Пойдем, я тебя познакомлю с твоим боссом, Вероникой Анатольевной. Она баба неплохая, не злая абсолютно, с ней можно легко ладить, нужно только знать ее пунктик. Она страшно молодится, все время ищет какие-то кремы, маски, рецепты для кожи. Вещи покупает только молодежные, самые модные. Вообще-то, она и вправду хорошо выглядит, и очень любит, когда ей делают комплименты, хвалят ее шмотки и все такое. Так что не забывай ей это говорить, и все будет в порядке. И вообще, здесь неплохо работать. Дмитрий Сергеевич человек хороший, никогда не кричит, всегда такой вежливый. На праздники дает всем деньги на подарки и билеты на показ мод или на концерты. Или заказывает обед в ресторане. Он только не любит, когда на работу опаздывают, или если чего-нибудь вовремя не делают. А если все сделал и есть свободное время, можно кофе пить, разговаривать, или выйти покурить, он ничего не говорит. Главное, всю работу сделать. Но ты сама все увидишь. А вот это ваша комната и твоя Вероника.
За столом сидела действительно хорошо выглядевшая дама неопределенного возраста. Видно было только, что ей за сорок.
Она была хорошо одета, тщательно накрашена и сумела сохранить хорошую фигуру и стройные ноги.
Они вошли в комнату, но вместо того, чтобы представить Лизу, Марина сразу с порога всплеснула руками и восторженно воскликнула:
– Ой, Вероника Анатольевна, какой пиджак! Это же красота неописуемая.
– Очень красивый, – подтвердила Лиза. – Я такой недавно в каталоге видела, а в магазинах, сколько ни смотрела, не нашла.
– Да, девочки, в наших магазинах таких еще нет. Мне привезли его из Парижа.
Очень довольная произведенным впечатлением, Вероника Анатольевна нежно погладила лацканы пиджака и милостиво посмотрела на вошедших.
– Везет вам, – завистливо вздохнула Марина, – да, это Эльвира, шеф предложил ей у нас работать, но это такая история. Эля, можно я расскажу, как все случилось? Вероника Анатольевна свой человек, ей можно все рассказывать.
– Да, я вижу, – очень уместно вставила Лиза. – Рассказывай.
И Марина, хихикая, выложила всю историю появления Лизы в офисе, красочно описав растерянность и смущение шефа, и явно преувеличив нанесенный Лизе ущерб.
Вероника Анатольевна была в восторге, что ее посвятили во все подробности, и торжественно поклялась никому не рассказывать о несчастном случае с начальником. Она благосклонно оглядела Лизу. Назвала ее бедной девочкой, мимоходом похвалила сапоги, и, в конце концов, согласилась взять под свое крыло и обучить азам экспорта пластмассовых изделий, тем более что, как сказала Марина, шеф очень просил ее об этом.
– Боже мой, что за вопрос, – сказала она в ответ на робкий вопрос Лизы, – конечно, я не против. Я, наоборот, очень рада. Вы знаете, количество клиентов растет с каждым днем. Одному человеку тяжело, а вдвоем мы с вами прекрасно справимся.
– Только я никогда не работала в экспорте, – честно призналась Лиза.
– Чепуха, – отмахнулась Вероника Анатольевна. – Главное, у вас есть образование и вы знаете язык. Знаете, ведь приходят устраиваться такие, которые слова грамотно написать не могут, не говоря уже о речи. А вы после иняза умеете печатать, мы прекрасно сработаемся. Я вам все сейчас расскажу, чтобы вы знали, что мы тут делаем и как.
Марина, незаметно подмигнув Лизе, убежала к себе, а Вероника Анатольевна вручила Лизе огромную тетрадь, и та стала послушно записывать, какие документы и в каком количестве ей придется печатать и куда их потом рассылать. Когда наконец Вероника Антоновна выдохлась, прервала поток информации словами:
– Ой, а что же это я себе думаю. Я же тебя ни с кем не познакомила. Так не годится, идем, я представлю тебя коллективу.
Она провела Лизу по офису. Они прошлись по всем кабинетам, и в каждом Вероника Анатольевна с удовольствием представила Лизу, как свою помощницу. Она, по-видимому, была очень рада, что у нее теперь есть подчиненная. Одновременно она успевала шепотом поведать Лизе самые обширные сведения о каждом из сидящих там, вернее, о каждой, так как в основном там были женщины. Лиза с облегчением убедилась, что молодых девушек там не было. Большинство женщин были среднего возраста, но все были прекрасно одеты и хорошо выглядели.
– Я смотрю, у вас молодых девушек совсем нет, – закинула удочку Лиза, как только они вернулись на место.
– Да, – подтвердила ее начальница, – Дмитрий Сергеевич не любит брать на работу молодых и незамужних. Во-первых, они потом выходят замуж и начинаются декреты, маленькие дети, больничные. Во-вторых, он сам молодой, неженатый и к тому же богатый. Все это очень заманчиво для юных девиц, а ему совсем не хочется иметь проблемы в офисе. Он человек приятный, воспитанный, но любит, чтобы служащие работу свою выполняли и выполняли хорошо. Поэтому он со всеми вежлив. Но ни на какие личные контакты не идет. А молодые девушки вобьют себе в голову, что они его любят, и начнутся слезы, переживания, сами понимаете, зачем ему это надо.
После такого объяснения Лиза слегка приуныла. Оказывается, все не так просто. Пока что ей просто повезло, что он на нее свалился, а иначе на работу бы ее не взял. И он, оказывается, готов к тому, что молодые девицы будут на него охотиться. Ну что ж, придется пока посидеть тихо, чтоб усыпить его бдительность, раз уж он такой осторожный. А потом Эльвира что-нибудь придумает.
В общем, Лиза решила, что ничего не должно испортить ее триумф. В конце концов, она совершила невозможное: устроилась на работу в его офис, и теперь будет видеть его почти каждый день. А дальше жизнь покажет.
День пролетел для нее как в тумане. Она старательно записывала в толстую тетрадь сведения о документах и клиентах, а потом решила взять тетрадь домой и все выучить наизусть. Если он любит, чтобы служащие хорошо справлялись со своими обязанностями, она в короткое время все выучит и начнет хорошо работать. К пяти часам Марина принесла ей почищенную дубленку, и Лиза, как на крыльях, помчалась докладывать все Эльвире.
Та открыла ей дверь и сразу обрушила на бедную Лизу поток восклицаний и вопросов.
– Где ты была так долго? Ты что не понимаешь, что я умираю от беспокойства и любопытства? Давай, скорей рассказывай.
– Ну, так слушай, – Лиза чуть помедлила в предвкушении своего триумфа. – Я устроилась на работу.
– Что? – удивилась Эльвира, – на какую работу? Я что, за этим тебя посылала? То есть, работа это хорошо, но у нас была совсем другая цель.
– Ты не понимаешь, – нарочно медленно стала объяснять ей Лиза. – Я устроилась к нему на работу, в его офис.
– Как это? – недоверчиво спросила подруга. – Тебя взяли на работу в его фирму? Но как ты туда попала?
– Он сам привел меня туда и предложил эту работу. Помощником менеджера по экспорту, – прибавила она, видя, что Эльвира от изумления потеряла дар речи.
– Нет, этого не может быть, – подумав, твердо сказала Эльвира. – Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.
– Но это так, – стояла на своем Лиза.
– Так, хорошо, предположим, это так и есть. Но как это получилось? Только не говори, что при виде тебя он упал от восторга.
– Да, так все и было, – счастливым голосом подтвердила Лиза.
– Он упал.
– К твоим ногам? – уточнила сбитая с толку Эльвира.
– Нет, не совсем так. Он упал на меня.
– Как это? Сверху?
– Вот именно.
– Ты что, с ума сошла? Прямо на улице? Он так влюбился?
– Не совсем, – снова сказала Лиза. – Он просто поскользнулся.
– Что? – еще больше изумилась Эльвира.
– Он просто проходил мимо меня, поскользнулся, упал и сбил меня с ног. Вот и все, – не выдержала Лиза.
Подруги посмотрели друг на друга и захохотали как сумасшедшие.
– Ой, не могу, – вытирая слезы, наконец, смогла произнести Эльвира. – Вот уж повезло, так повезло. Надеюсь, он тебя хоть не сильно зашиб?
– Нет, но он отломал мне каблук от одного сапога и перепачкал дубленку.
– Что? – испугалась Эльвира, мгновенно вспомнив, что вещи покупались на двоих. Она быстро оглядела Лизу, и, не увидев следов происшествия, снова недоверчиво сказала:
– Но ведь у тебя все в порядке, и каблук на месте, и дубленка чистая.
– Так в том-то и дело. Он привел меня в свой офис, и его секретарша сбегала в химчистку и починила каблук в мастерской. Правда, в слесарной, – добавила она как человек, привыкший всегда говорить правду.
– А, ну да, – кивнула совершенно обалдевшая Эльвира, и вдруг вспомнив, воскликнула:
– Да, а причем здесь мой паспорт?
– Ну, ты даешь, – рассердилась на непонятливость подруги Лиза. – Я что, по-твоему, могла назвать ему свои имя и фамилию? Он же сразу бы все понял.
– Да, конечно, как я это не сообразила, – постучала себе по голове Эльвира, – так ты там оформилась на мое имя?
– Ну, да, – виновато кивнула Лиза. – Понимаешь, мне больше ничего не оставалось делать.
– Правильно, – подумав, одобрила ее действия подруга. – А вот только в графе «семейное положение», что ты написала?
– Пришлось написать, что я замужем за Алексеем Федоровым. Я как-то растерялась.
– А ты не могла написать, что ты не замужем? Лучше бы, если бы ты была свободна.
– Да мою анкету никто не читал. Секретарша сразу спрятала ее в ящик.
– Ну, тогда, может, он ничего не узнает, – подумав, решила Эльвира.
– Вот только, если все выяснится, представляешь, что со мной будет? – жалобно сказала Лиза. – А могут за это в тюрьму посадить?
– Ты что, совсем дурочка, – накинулась на нее Эльвира. – Сейчас все делают и не такое. Предприятия открывают и ссуды на чужое имя берут. И никому ничего не делают. Это ерунда. Да и не узнает никто. Кто им скажет, ты, что ли?
– Я? – Изумилась Лиза. – Ты что? Я – никогда.
– Ну и все, – отмахнулась от этого вопроса Эльвира. – Вот только Лешке ничего говорить не надо. Скажем, что ты устроилась на работу в какую-то фирму, и все.
– Ну, конечно, – испугалась Лиза. – Он убьет нас, если узнает.
– А знаешь, – вдруг задумчиво сказала Эльвира, – мы с ним недавно разговаривали о его хозяине, и я упомянула Полонского, и он вдруг сказал такое, ты даже не поверишь.
– Что?
– Он сказал, как было бы хорошо, если бы Полонский и вправду женился на тебе. Знаешь, Леша считает, что он действительно хороший человек, и очень бы тебе подошел. И ты ему тоже.
– Да ты что? – изумилась Лиза. – Так и сказал?
– Да, представь себе.
Они задумались.
– Да, хорошо бы, – вздохнула Лиза. – Только как это сделать?
– Смотри, – Эльвира уселась напротив нее. – Ты сегодня здорово продвинулась. Поверь, я бы лучше не смогла сделать, чем ты сегодня.
– Так ведь я здесь не причем, – запротестовала Лиза. – Это случилось без моего участия.
– Тем более. Значит, это судьба. Это знак, что мы на правильном пути. Теперь ты будешь его часто видеть, и тебе нужно будет использовать каждый шанс, чтобы общаться с ним.
– Видишь ли, – вздохнув, сказала Лиза. – Это будет не так просто, как тебе кажется.
И она рассказала Эльвире о том, что ей сообщила Вероника Анатольевна.
– Ничего страшного, – бодро воскликнула Эльвиру, выслушав ее. – Это все мужики такие, боятся, что их женят. Но, в конце концов, все равно женятся. И этот никуда не денется. Но, если он такой уж пугливый, пока, я думаю, тебе ничего не стоит предпринимать. Посиди тихо, дай ему время привыкнуть. А как только он почувствует себя в безопасности и расслабится, тут мы и начнем действовать.
– А что мы будем делать? – полюбопытствовала Лиза.
– Жизнь покажет, – сурово оборвала ее подруга. – Я, в общем, тоже хотела поговорить с тобой. Только пойми меня правильно, – она нерешительно посмотрела на Лизу.
– Что? Что случилось? – мгновенно забеспокоилась та.
– Да ничего не случилось. Я просто хотела тебе сказать, что, если у нас все получится, и ты вправду станешь его женой, то, может быть, тебе удастся помочь нам. Понимаешь, не может же Леша всю жизнь быть охранником. Пока молодой, это еще куда ни шло, но потом… И вообще, хотелось бы тоже открыть какую-то свою фирму, заработать деньги, пожить, наконец-то, нормально. Леша сам не очень-то разбирается в бизнесе, и вообще, ты же его знаешь, он не очень сообразительный. Он надеется, что его босс ему поможет, но, я думаю, что тому на него наплевать.
– Ой, Эля, – Лиза подсела к ней и обняла подругу. – Конечно, до этого еще очень далеко, но, если что-то у меня получится, можешь не сомневаться: первым делом я попрошу его помочь вам. Разве у меня кто-то есть ближе, чем вы? И вы столько для меня делаете… У Лизы глаза наполнились слезами. Эльвира тоже тихонько всхлипнула, и подруги, не выдержав всех волнений дня и переполнявших их чувств, зарыдали на плече друг у друга.
* * *Лиза шла на работу, переживая вчерашний разговор с Эльвирой. Да, конечно, Эльвира права: нужно что-то делать и немедленно. Время летит, вот уже скоро полгода, как она работает в «International Plastic», а толку от этого никакого. Полонского она почти не видит. Он появляется в офисе три раза в неделю через день, а остальные три дня проводит на фабрике. Но даже когда он в офисе, это тоже ничего не дает. Он приезжает, заходит поздороваться со служащими, а потом уходит в свой кабинет, где и остается до конца дня с перерывом на обед. Обедает он в каком-то ресторане, никто даже не знает в каком. Видят его только менеджеры, когда он их вызывает по одному в кабинет для обсуждения работы с клиентами. Они экспортируют изделия из пластика почти во все страны мира, поэтому экспортный отдел у них большой и менеджеров много. Каждый менеджер работает с тремя-четырьмя странами и своими постоянными клиентами. Он, а вернее она, так как у них работают в основном женщины, получает заказы от клиентов по факсу или электронной почте, переводит их на русский язык и посылает на фабрику. Они также улаживают все возникающие по ходу дела проблемы, принимают рекламации, высылают образцы и коммерческие предложения на новые товары, разговаривают с клиентами по телефону, следят за своевременной оплатой и так далее. Все эти вопросы они и обсуждают с хозяином, когда он их вызывает к себе. Их помощники же просто печатают документы на отбывающие контейнеры и посылают их клиентам и в таможню. Это считается простой работой и обсуждать здесь нечего. Поэтому помощников менеджеров никогда в кабинет к боссу не приглашают, разве что иногда какую-нибудь бумажку занести, выслушать вежливое спасибо и уйти. В такой обстановке ничего предпринять невозможно. Вот если бы Лиза стала менеджером, но все места заняты, и уходить никто не собирается. А чего им уходить? Условия работы прекрасные, зарплата хорошая, на каждый праздник подарки дарят. К тому же несколько раз в году их продукция принимает участие в больших международных выставках, и менеджеры выезжают заграницу вместе с хозяином. Вот если бы Лизе хоть один раз съездить с ним, тогда бы, может быть, что-нибудь и получилось. Но Вероника Анатольевна хоть и жалуется, что ей очень тяжело сидеть целый день на выставке, никогда не уступит Лизе эту поездку.
А вчера вот приехали крупные клиенты из Америки, и Вероника Анатольевна два дня принимала их на фабрике. И вместе с хозяином, между прочим. А на сегодняшний вечер хозяин пригласил их в ресторан, и опять-таки туда пойдет Вероника Анатольевна. Да, тяжело. Но Эльвира кое-что придумала. Она позвонила Лизе вчера днем и строго-настрого наказала сразу после работы идти к ней. Лиза побежала, так как ей было интересно, что же там ее подруга наконец изобрела, и что вообще можно изобрести в подобных обстоятельствах.
Эльвира и в самом деле кое-что придумала. По правде говоря, она придумала такое, что совестливая Лиза вначале наотрез отказалась в этом участвовать. Усадив Лизу на стул, очевидно для того, чтобы она сразу не упала, Эльвира протянула ей порошок и строго сказала:
– На, завтра подсыплешь это своей Анатольевне в кофе.
– Ты что? Ты что? – закудахтала перепуганная Лиза. – Ты с ума сошла.
– Да успокойся ты, это не яд.
– А что это?
– Всего лишь слабительное. Это не смертельно. Ну, сбегает твоя курица в туалет пару раз, но не умрет, выживет как-нибудь. Зато в ресторан с клиентами она пойти не сможет, и поэтому ему ничего не останется, кроме как взять тебя с собой. Поняла теперь?
– Поняла, – несчастным голосом ответила Лиза. – Но как я смогу ей это подсыпать?
– Запросто, – отрезала неумолимая Эльвира. – Это элементарно. Принесешь ей чашечку кофе и по дороге насыплешь. Ты же сама говорила, что она пьет кофе без сахара, так что он все равно будет горький, и она ничего не заметит. А у тебя, между прочим, жизнь от этого зависит, и, кстати, не только твоя. Так что, будь добра, сделай это, – язвительно добавила она.
Конечно, она была права. Если хочешь чего-то добиться, нужно действовать. Вчера она поклялась Эльвире, что сделает все как нужно, но сегодня плелась на работу, как на казнь. Во-первых, ее мучил страх, что она не сумеет так подсыпать порошок, чтоб никто не заметил. И вдруг он не растает, и Вероника Анатольевна заметит крупинки. Или почувствует вкус и догадается, что Лиза ей что-то подсыпала. Хотя, конечно, такое ей и в голову не придет. Они с Вероникой Анатольевной в прекрасных отношениях, с чего бы Лизе делать ей какую-нибудь пакость. Именно из-за того, что Вероника Анатольевна к ней так хорошо относится, Лизу еще и мучила совесть. Хотя, если подумать, что такого страшного она ей сделает. Эльвира права, ну, побегает в туалет, так что? Лиза невольно фыркнула, представив, как ее утонченная и деликатная начальница каждые несколько минут срывается с места и вихрем мчится в туалет.
Придя на работу, она долго раздевалась, потом раскладывала свои вещи, так как боялась заговорить. Она была уверена, что у нее от страха будет дрожать голос. Наконец, мысленно прикрикнув на себя, она постаралась заговорить как можно веселее и естественнее. У нее получилось даже слишком хорошо, так как ничего не подозревающая Вероника Анатольевна, заметила, что у нее хорошее настроение. Лиза сразу же постаралась сбавить обороты, стала сдержанной и деловито принялась печатать страховки. Вчера они с Эльвирой решили, что подсыпать порошок нужно после обеда, а то вдруг до вечера Вероника придет в норму и все-таки решит пойти в ресторан. Чем ближе было к обеду, тем больше Лиза волновалась. Наконец, наступила решительная минута. Вероника Анатольевна объявила, что пришло время послеобеденного кофе. Как и было задумано, Лиза тут же встала и сказала, что она тоже не против выпить чашечку и сейчас принесет им обеим. В последнюю минуту ей пришла в голову прекрасная идея. Она предложила своей жертве попробовать сахарин. У них в конторе многие сидели на диете и пили чай и кофе не с сахаром, а с сахарином. Вероника Анатольевна до сих пор пила просто без сахара, но Лизе очень важно было убедить ее попробовать с сахарином, так как потом на него можно будет свалить все последующие неприятности. Ей удалось уговорить беспечную Веронику Анатольевну попробовать этот заменитель сахара, и она как на крыльях побежала готовить кофе, придерживая в рукаве крохотный пакетик с лекарством. Кофеварка стояла в небольшой комнате, служившей одновременно и кухней, и курилкой. Лиза правильно рассчитала время: курильщики уже успели разойтись, покончив с послеобеденной сигаретой, но она все-таки страшно нервничала, боясь, вдруг кто-нибудь зайдет. Кофеварка как назло как будто бы и не собиралась закипать, но, наконец, все-таки неохотно зашумела и стала по капле выдавать долгожданный кофе. Как только в чашке набралось достаточное количество, Лиза, молясь, чтобы никто не заглянул в кухню, вытащила из рукава припрятанный порошок и быстро высыпала его в кофе. Затем уже спокойнее сняла коробочку с сахарином и бросила туда же две таблетки. А вдруг сахарин вместе с этим лекарством составит смертельную комбинацию, и Вероника Анатольевна умрет, мелькнуло у нее в голове. Нет, такого не может быть, вечно я паникую и придумываю всякие ужасы, одернула она себя и тщательно помешала ложечкой коричневую жидкость. Слава богу, все растворилось бесследно. Она налила кофе себе тоже и, приняв спокойный и даже веселый вид, пошла к ним в комнату. Там она поставила чашки на стол, и, тщательно проверив, где какая чашка, подвинула приправленный слабительным кофе к своей начальнице.
– Пейте, Вероника Анатольевна, пока не остыл, – заботливо сказала она и застыла в ожидании.
Та сразу же взяла чашку, отхлебнула и поморщилась.
– Очень странный вкус у этого кофе, – она внимательно посмотрела в чашку.
– Это от сахарина, наверное, – нахально сказала Лиза, у которой внезапно перестало биться сердце. Ей показалось, что Вероника Анатольевна уже все поняла и сейчас разоблачит ее.
– А, так ты положила все-таки?
– Да, я подумала, может, будет слаще. Я, например, не смогла бы пить кофе совсем без сахара. Он же горький.
– Ох, доживешь до моего возраста, научишься, – снисходительно сказала ей Вероника Антоновна, – и снова отхлебнула глоток.
– Нет, знаешь, ничего, пить можно, хотя какой-то странный привкус есть.
И продолжая просматривать электронную почту, понемногу допила кофе до конца.
Ну, слава богу, с облегчением вздохнула про себя Лиза, первую часть задания я выполнила. Теперь вторая часть зависит от того, как себя проявит Эльвирино лекарство.
И лекарство себя таки проявило. Первые два часа результата не было никакого, и Лиза уже было с отчаянием подумала, что у ее начальницы железный желудок, но тут Вероника Анатольевна как-то странно замерла, и вдруг, поспешно кинув Лизе «я на минутку», бегом убежала по направлению к туалету. А потом началось. Бедная, ничего не понимающая Вероника, только успевала вернуться на место, как тут же была вынуждена мчаться назад.
– Боже, это же надо, как на меня этот гадкий сахарин подействовал, – в ужасе сказала она Лизе. – Больше никогда в жизни даже не попробую его. У меня на него, видно, аллергия.