На чужих условиях

Глава 20

Не стоило ей на это смотреть. Килан и правда был без футболки, и лицо у него было такое, словно это обычное дело, и ничего особенного в этом нет.

Алви не могла оторвать взгляд.

Стоило признать, что Джулия играла ничуть не хуже него. Она переоделась в спортивные шорты и майку и выглядела так, словно позавчера закончила колледж.

«Вот это гены», – подумала Алви и снова перевела взгляд на Килана, закусив губу.

Лаура села рядом и протянула ей открытую пачку с чипсами.

– Впечатляет? – спросила она, явно пытаясь ее подразнить.

Алви застонала.

– И ты туда же, Лаура?

– Брось. В этом нет ничего плохого. Мой брат умеет впечатлять.

Она рассмеялась, но Алви, честно говоря, было совсем не до смеха. Она заправила прядь волос за ухо и пожалела, что рядом нет Тайлера. Он бы обязательно заболтал ее так, чтобы она и думать забыла бы о кубиках Килана.

– Почему Мэйси не поехала с нами? – спросила она, разгрызая чипсу.

– У приемных родителей Мэйси тоже есть свои традиции насчет полнолуния.

Алви задумалась. Она никогда не спрашивала подругу о том, как так вышло, что она стала частью семьи Рейнов совсем недавно. Мэйси вообще не любила заводить эту тему, поэтому все ее друзья старательно избегали подобных разговоров. Но любопытство взяло свое.

– Почему Себастьян признал ее только сейчас?

Лаура повернулась к ней.

– Себастьян и сам не знал о ее существовании. Он был подростком тогда. Знаешь, мы и правда не успевали запоминать имена его девушек, поэтому упустили момент, когда одна из них забеременела. Только восемнадцать лет спустя она связалась с Себастьяном и рассказала обо всем. О том, как она сдала дочь в приют и ее удочерила семья из Лабриджа. Маме пришлось приложить все усилия, чтобы найти Мэйси, обговорить все с ее семьей.

– Но почему она сделала это, если прошло столько лет?

– Не знаю, – Лаура покачала головой. – Иногда мне кажется, что они с Себастьяном поддерживают связь, и мне неприятно думать об этом. Он не идеален, но она обманула его. Если бы она сказала о ребенке в самом начале, мама не позволила бы отдать Мэйси в приют.

Алви представила, какой была Мэйси тогда. Совсем крошка, беззащитная и маленькая. Но, несмотря на все пережитое, она и в самом деле превратилась в достойную, прекрасную юную женщину, способную постоять за себя.

Килан ударил по мячу, тот отскочил от ракетки и упал Алви под ноги.

– Ты проиграл, сын, – Джулия вскинула руки вверх в победном жесте.

Килан не выглядел расстроенным. Он подошел и, забирая мяч, вдруг потянулся и схватил Алви за руку.

– Идем, твоя очередь.

Алви не сразу поняла, чего он хочет. А когда поняла, глаза ее расширились от ужаса.

– Что? Нет, я не умею! Ты когда-нибудь видел меня, играющей в теннис?

– Но ты играла в бейсбол в школе!

– Да. Сидела на скамье запасных, потому что не было других игроков.

– Ну же, Алви. Ради меня.

И он так ей улыбнулся, что она согласилась бы на что угодно в тот момент. Даже если бы он попросил ее проглотить этот теннисный мяч – слопала бы и не заметила.

Она не врала, когда говорила, что не умеет играть, но, надо отдать Килану должное, он не дал ей ударить в грязь лицом. Он беспощадно поддавался, но это не ранило ее чувства, а наоборот, развеселило так, что Алви уже спустя пару минут игры вовсю хохотала, падала на траву, пытаясь отбить мяч, кривлялась, отвлекая Килана от игры, прыгала и выкрикивала кричалки.

Это было так весело! В какой-то момент они оба настолько увлеклись игрой, что не заметили, как все остальные ушли в дом. Они остались вдвоем и проводили время в свое удовольствие. Уже очень давно она не чувствовала такой легкости. Теперь ей казалось, что она парит над землей, и все ее страхи напрасны.

– Я больше не могу, – Алви упала на спину, по ее вискам стекал пот, но ей было плевать на это.

Килан лег рядом, его плечи тряслись от смеха, а горячее тело было так близко, что Алви почувствовала, как ее обдает жаром.

Джулия вышла на крыльцо и покачала головой, глядя на них.

– Еда почти готова, но никто не пустит вас за стол в таком виде, так и знайте, – сказала она.

Килан поднялся на ноги и протянул ей руку. Алви вцепилась в нее и встала, покачиваясь на негнущихся ногах.

– На заднем дворе есть душевая. Вода там прохладнее, чем в доме. Пойдем.

Она не обратила внимания на его слова, пока он за руку не привел ее к маленькому деревянному домику, рассчитанному на одного человека. Это и была та самая душевая, о которой он говорил. Алви замерла, ей стало очень неловко. Вокруг все было засаженно деревьями, в стороне стояли качели и небольшой стол, за которым уместились бы только два или три человека, не более.

– Здесь красиво.

– Да. Родители обычно сбегают от нас сюда.

Килан сказал это и вдруг начал раздеваться. Он и так был без футболки, но теперь снял еще и шорты, оставшись в одних боксерах, при виде которых Алви бросило в жар.

Она отвернулась, чувствуя себя глупо. Господи, да что в этом такого? Просто Килан, к тому же, не полностью голый.

– Ты собираешься мыться в одежде? – спросил он.

Алви уставилась на него.

– Мы что, вместе пойдем в душ?

Он пожал плечами.

– Почему нет?

В голове не укладывалось. Алви поймала в его глазах хитринку и поняла, что ей срочно нужно перестать трястись. Он провоцировал ее, точно. Он делал это специально, чтобы потом, как ребенка, обвинить в трусости.

Она стянула с себя футболку через голову. Килан бесстыже уставился на ее грудь, обтянутую лифчиком.

– Не пялься, – сказала она.

Он лишь улыбнулся, но взгляда не отвел.

– Не могу. Как-то само получается.

– Килан, отведи глаза, иначе я ударю тебя.

– Думаю, я справлюсь с твоим ударом.

Как же он волновал ее! То, как он смотрел, как дышал, как приближался, словно специально касаясь ее то краешком локтя, то подушечками пальцев. Ей казалось, она способна сгореть в его объятиях, просто пока он делает что-то подобное…

С шортами Алви распрощалась так же быстро. Килан проследил за этим взглядом и удовлетворенно хмыкнул, открывая дверь в душевую.

Вода и правда была прохладной. Килан сказал, что здесь ее собирали после дождя, и поэтому мыться в ней было гораздо приятнее, чем в городской воде.

Алви подставила лицо под струи и наслаждалась тем, как с нее смывается пот и жар солнечного дня. Она чувствовала, что Килан смотрит на нее, ощущала это своей кожей, сухостью во рту и дыханием, которое никак не хотело выравниваться.

– Ты такая красивая, – сказал он, и Алви посмотрела на него.

Он тоже был красивым. Он был таким красивым, боже. Хотелось рисовать его, но она не умела рисовать. Она могла только обводить пальцами контуры его тела, впадинки и бугорки, ямочки, полоски кожи, черные дорожки волос.

Алви не заметила, как начала делать все это, а когда поняла, то уже не смогла остановиться. Она сделала шаг вперед и прикоснулась губами к плечу Килана, собирая капли ртом. После чего переместилась на его шею, провела по ней носом, вдохнула запах, который вода неспособна была смыть.

Килан задержал дыхание и не двигался, наблюдая за ней. Она путешествовала. Она была туристом, она изучала его тело и впитывала запах, чувствуя себя такой маленькой и хрупкой на фоне него.

Ее руки переместились на его живот, огладили бока, скользнули по спине. Она прижалась к нему грудью, и вот, тот самый момент… Их тела слились, они словно стали одним целым, и больше не хотелось ничего – даже дышать.

– Алви, если ты не прекратишь, я за себя не ручаюсь, – прошептал Килан.

Голос его был хриплым, и она подняла глаза, чтобы поймать его взгляд.

Боже, как же он на нее смотрел! От одного такого взгляда Алви вполне могла умереть.

– Не прекращу, – ответила она.

Вода все лилась и лилась, без остановки, а она не замечала. Руки Килана скользнули по ее спине, и она пропала. Упала в поцелуй, как в океан, захлебываясь и даже не предпринимая попыток выбраться.

Килан и прежде целовал ее так – грубо и глубоко. Но она впервые отвечала ему тем же. Впервые не думала ни о чем, отпустила себя и отдалась его рукам, губам, его дыханию. Он прижал ее к стене своим телом, она почувствовала, как его член упирается ей в живот, и потянулась, чтобы он помог ей подняться выше.

Килан подхватил ее, приподнимая. Алви обняла его ногами, прижимаясь всем телом, и они начали двигаться, как сумасшедшие, не сдерживая себя.

Это не было стыдно, неловко и грязно. Это было так безумно правильно – то, как Килан двигался, хрипло рыча, как он толкался своим телом в ее тело, как ругался на ткань трусов, которая мешала, была сейчас лишней…

– Я так тебя хочу, – прошептал он, расстегивая ее лифчик. Алви выпуталась из него, бросая ткань на пол.

Прижимаясь грудью к его горячей груди, она ощущала себя на своем месте. Здесь, рядом с Киланом, который желает ее, который возбужден и хочет быть с ней сейчас, с ней и ни с кем другим.

Наверное, они не смогли бы остановиться и все случилось бы здесь и сейчас. Алви была уверена в этом. И, наверное, было к лучшему, что их прервал голос Лауры с улицы.

– Я принесла полотенца! – прокричала она издалека, явно желая, чтобы они услышали ее заранее.

Алви замерла, распахивая глаза. Килан смотрел на нее, не отрываясь, не моргая, заглядывал ей прямо в душу. Он словно давал ей право решить, что будет дальше. Они остановятся или продолжат?

О, как же Алви хотела продолжить. Ничего в этой жизни она не хотела сильнее, но голос Лауры отрезвил и заставил оглядеться по сторонам.

«Это то, чего ты хочешь, Алви? Вот так, в душевой, таким будет ваш первый раз?»

Она легонько надавила Килану на грудь, заставляя его отстраниться. Встала на ноги, чувствуя дрожь в коленках. Захотелось извиниться, но Килан прервал ее, поцеловав в сомкнутые губы.

– Все нормально, – сказал он и улыбнулся.

Алви вдруг так захотелось сказать ему о своей любви. Даже не сказать – прокричать во весь голос. Она прижалась к нему и сделала глубокий вдох, не произнося ни слова.

* * *

После обеда дом погрузился в сонную дремоту. Лаура и Джулия ушли в свои комнаты, чтобы отдохнуть, Роберт обосновался в беседке с ноутбуком (вероятно, отсутствие некоторых благ цивилизации чрезвычайно его вдохновляло), Эрин вышла на пробежку, а Алви наслаждалась солнцем, сидя на террасе в плетеном кресле.

Килан вышел к ней с тарелкой, полной спелой клубники.

– Откармливаешь меня? – спросила она, но от ягоды не отказалась.

– Просто хочу побыть рядом.

Он занял соседнее кресло и закрыл глаза, подставляя лицо под солнечные лучи. Слава богу, он додумался надеть футболку, иначе Алви сошла бы с ума.

Она ждала, что будет чувствовать себя неловко рядом с ним после случившегося, но, на самом деле, она никогда еще не чувствовала себя комфортнее.

– Как это происходит? – поинтересовалась она, когда повисла долгая пауза.

Килан улыбнулся, не открывая глаз.

– Боишься?

– Скорее волнуюсь.

После этого он повернулся к ней и посмотрел своими глубокими темными глазами. Алви отдала бы все на свете, чтобы он всегда так на нее смотрел.

– Тебе нечего бояться, Алви. Ты в безопасности.

– Знаю. Но было бы неплохо, если бы ты сказал, к чему мне нужно быть готовой.

– Ладно, – он выпрямился и взял ее руку в свою, переплетая пальцы. – Когда восходит луна, мы все выходим к тропе, ведущей глубоко в чащу, – он указал пальцем в ту сторону, где петляла эта тропа. – Мама обращается первой. Так она проверяет, насколько хорошо мы можем контролировать обращение.

– А вы можете?

– В среднем где-то пару часов. У Лауры получается не обращаться четыре часа, я стремлюсь к ее результату.

– А Эрин?

Килан улыбнулся.

– С Эрин все еще интереснее. Она каким-то образом может не обращаться вообще, и это поразительно.

– Правда?

– Да. Она может оставаться человеком до тех пор, пока луна не исчезнет. Но это вредно для нее, поэтому мама запрещает ей злоупотреблять. Следующее полнолуние только через месяц, и она будет чувствовать себя плохо на протяжении всего этого времени.

Алви много читала об этом. Особенности изменения поведения оборотней в период полнолуния – настолько интересная тема, что лет в пятнадцать она могла ночами просиживать без сна, изучая научные статьи и книги, просматривая документальные фильмы и слушая, что говорят на эту тему ученые. Поразительно, на какие примеры можно было наткнуться.

Но все равно знаний было очень мало. Например, она примерно понимала, как работает система защиты от оборотней в учебных заведениях, но сама за год проживания в общежитии ни разу с этим не столкнулась. На кампусе был оборудован бункер для тех оборотней, которые чувствовали себя хуже в такие дни. Их изолировали, остальные же могли закрыться в своей комнате и переждать.

Однажды Алви всю ночь слушала, как Мэйси воет и рычит в соседней спальне, но не могла выйти, чтобы помочь ей, потому что подруга заперла ее до утра.

– Мы разумные существа, Алви, – сказал Килан. – Тебе нечего бояться.

Она поднесла его ладонь к своему лицу и коснулась губами пальцев. Килан задержал дыхание, после чего подался вперед и обхватил рукой ее щеку. Поцеловал, не размыкая губ.

– Я доверяю тебе, – ответила она.

Килан прижался лбом к ее лбу.

– Мне так хорошо с тобой. Не понимаю, почему мы вечно ведем себя, как упрямцы.

* * *

За час до восхода луны Алви догрызала последние ногти. Несмотря на все слова, сказанные Килану, она действительно чувствовала, как мелкая дрожь проходит по ее телу, когда она смотрит на темнеющее небо.

Роберт набросил ей плед на плечи и встал рядом.

– Мы с тобой остаемся за главных, а? – спросил он с улыбкой.

Алви вздрогнула.

– Что?

– Ох, милая, да ты побледнела вся.