- -
- 100%
- +
Оперативники медленно стали объезжать вокруг дома Даудова, но машины с нужным номером не заметили.
– Давай-ка обследуем вон тот дом, который стоит напротив, – предложил Дмитрий.
– Думаешь, Бобров там на чердаке устроился? – спросил Сергей. – Вообще-то место очень хорошее… А где же он машину поставил?
– Где-нибудь недалеко, сбоку, чтобы уходить было проще.
Оперативники направились к противоположному дому. Действительно, на углу они заметили стоящую там темно-вишневую «девятку» с тонированными стеклами и знакомым номером.
– Вот она, машина! Значит, не обманул Кубик! – довольно произнес Сергей.
– А если он сейчас позвонит Боброву?
– Нет, Кубик так не сделает – он прекрасно понимает, что он не жилец, даже если скажет, что обманул нас. Все равно ему в группировке не поверят. Он это хорошо знает, – вслух размышлял Губин.
– Так что будем делать?
– Как что? Дадим Афанасию исполнить заказ, пусть одним авторитетом меньше будет, а потом при исполнении, тепленьким, его и возьмем.
– А дальше?
– А дальше – у меня есть план. Но сначала пусть он свое дело сделает!
– И как ты думаешь, где он может быть?
Сергей внимательно осмотрелся.
– Я думаю, тут два варианта. Либо он в подвале сидит – видишь, там маленькое окошко… Но оттуда ему тяжело стрелять будет, потому что постоянно мимо ездят машины или кто-то ходит. Или второе – он на чердаке. Вон, посмотри, – Сергей поднял голову вверх, – там тоже маленькое узкое окошко.
– Да, вижу, – ответил Дмитрий, глядя под крышу. – Скорее всего, он все же на чердаке.
– Давай-ка не будем особо маячить под окнами, а станем недалеко от его машины. Это оптимальный вариант. Как только он пойдет к ней, мы тут же его и возьмем.
– А ствол?
– Ствол он наверняка на чердаке оставит.
– Ты на работу звонить-то будешь? Нас же искать будут.
– Да, позвоню, ребятам скажу. А если мы его привезем, то, считай, мы с тобой премию и повышение получим.
Кубик
Бандит Кубик после ухода оперативников быстро оделся, выскочил на улицу, сел в машину. Отъехав немного, он остановил машину и задумался. Теперь ему необходимо было принять правильное решение – либо рассказать Савельеву о визите оперов и о том, что он сдал Боброва, что грозило Кубику смертью, он знал нрав Савельева, либо утаить информацию. Но тогда он тоже рискует. Если оперативники возьмут Боброва и тот снова окажется в СИЗО, Сова будет подозревать его, Кубика. Более того, он может установить за ним слежку. Если Сова узнает, что Кубик «стучит» – а оперативники точно будут к нему обращаться и вызывать его на встречи, – то смерть неминуема. Таким образом, гиблыми были и первый, и второй варианты. Есть и еще один вариант – просто свалить. Но куда он денется? Денег у него немного. Да и найдут его…
Наконец Кубик решил, что лучше не говорить ничего Савельеву о визите оперов, а потянуть время. «Там, – думал он, – что-нибудь придумаю…»
Неожиданно раздался звонок мобильного телефона. Кубик включил телефон и услышал голос Савельева.
– Кубик, здорово! Ты где?
– Я только что из бани, телку до дома довез, – быстро соврал Кубик.
– Давай срочно ко мне, дело есть!
Кубик занервничал: а вдруг Сова уже все узнал? Нет, операм нет никакого смысла выдавать его. А если проститутка его заложила? Вряд ли, она, наверное, никого не знает… А вдруг ребята ею уже пользовались и у нее есть чьи-то телефоны? Вдруг она уже им позвонила? Кубику стало не по себе. Но надо было что-то делать. Он направился к дому, где жил Савельев.
Через несколько минут он уже был у подъезда Совы. «Как назло, – думал он, – ствол опера отобрали…» Он поднялся наверх и позвонил в дверь.
Савельев открыл дверь. Кубик стал внимательно вглядываться в его лицо, пытаясь уловить гнев или подозрительность. Но Сова спокойно сказал:
– Проходи!
Кубик вошел в квартиру. Там уже находились ребята из его группировки. – Шланг и Хобот. Они молча сидели в креслах и смотрели телевизор. Сова взял Кубика за плечо и повел его в кухню.
– Садись! Как дела? – Сова внимательно посмотрел на Кубика. Тот занервничал.
– Все спокойно прошло!
– Ты передал вчера Бобру все, что нужно?
– Да, передал.
– И список тоже?
– Да…
– Значит, думаешь, он уже на объекте?
– Наверное…
– Как вы с ним договорились?
– Как он все выполнит, он мне позвонит. А дальше я его должен из Москвы вывезти, так договорились. Ты же сказал, так сделать. Или что-то изменилось?
– Нет, все правильно, все так… Только маленький нюансик появился, – добавил Сова. – Бобер-то стукачом оказался!
– Как стукачом?!
– Да очень просто. В СИЗО, когда сидел, с операми в контакт вошел. Мне знакомый тюремщик сказал, когда я его вчера навещал. Поэтому ты понимаешь, что по нашим законам Бобер – не жилец.
«Ну вот, – подумал Кубик, – если Сова узнает, что и я с операми законтачил, значит, и я – не жилец?..»
– Я все понял. Кто бы мог подумать? – проговорил Кубик медленно.
– А тут думать не надо, – оборвал его Сова. – Тут нужно каждого подозревать, тогда не ошибешься! – Неожиданно он открыл ящик кухонного гарнитура. Кубик увидел, что на дне ящика лежит пистолет с глушителем. Это был «макаров». – Так что, Кубик, тебе задание. Кстати, ты у нас давно ничего не исполнял…
– Да, почти год, – кивнул Кубик.
– А тебе форму терять нельзя, – усмехнулся Сова. – Поэтому бери вот эту игрушку, пацаны будут для подстраховки. И как встретишься с Бобром, так сразу его и… Понял меня?
– Кончать? Бобра?
– А что делать остается?
– Может, информацию какую скачать у него? – оживился Кубик.
– А ты не боишься, что его уже опера ждут с информацией? Так что, брат, поторопись! Ладно, хватит базарить, – Сова встал, – бери ребят, садитесь в тачку, езжайте к дому, где Аслан живет, и аккуратненько встаньте около тачки Бобра. Как только он выйдет, езжайте за ним. Сразу не валите, выберите место поспокойнее, желательно пустырь, там и сделайте дела. Машину сожгите. И чтобы все было тип-топ! Понял меня?
– Конечно, – кивнул Кубик обреченно.
– Кстати, а у тебя все нормально там было? Говорят, потом менты в баню приехали… – Сова пристально посмотрел в лицо Кубику. Тот от напряжения даже вспотел.
– Менты? Когда они приехали? – спросил он.
– Мне банщики сказали, – Сова не отводил взгляда от глаз Кубика.
– Но я уехал, никого не видел…
– Ладно, гуляй, парень! Пацаны, – громко произнес Сова, обращаясь к ребятам в соседней комнате, – поезжайте с Кубиком!
Контрольный выстрел
Афанасий Бобров продолжал сидеть на чердаке, время от времени поглядывая на часы. Время приближалось к двенадцати. Отложив термос, Афанасий сконцентрировал внимание на выходах из подъездов, внимательно наблюдая за ними через оптический прицел. Он переводил взгляд с двери на дверь. Кроме этого, он просматривал все подходы к подъездам. Теперь ему необходимо было заметить, когда подъедет машина охраны. Время от времени он откладывал винтовку в сторону и закрывал глаза, резко открывая их через несколько секунд. Это был хороший прием снайпера, который Афанасий знал со времени «горячих точек».
Наконец во двор медленно въехали два одинаковых черных джипа «Мерседес» с тонированными стеклами. Приехала охрана чеченского авторитета. Джипы расположились по обе стороны от выхода из первого подъезда. Проверив правой рукой крепление глушителя, Афанасий погладил ствол винтовки, как бы поощряя оружие перед выстрелом, приложил глаз к объективу оптического прицела, наведя мушку на подъезд. Теперь необходимо дождаться момента…
Вскоре Афанасий увидел, что двое охранников вошли в подъезд. Машинально взглянув на часы, Бобров прикинул – по всей видимости, минут через десять чеченец выйдет из подъезда.
Время текло очень медленно. Афанасий уже начал волноваться. Наконец, он увидел, что один из телохранителей вышел из подъезда и, осмотревшись по сторонам, приоткрыл дверь. Наступил решающий момент. Он быстрым движением взвел курок и, затаив дыхание, положил палец на спусковой крючок.
Вскоре из подъезда вышел высокий чеченец, рядом с ним шла женщина с черными волосами, – скорее всего, жена Даудова, – и второй телохранитель. Теперь самое главное было – не волноваться. Наведя перекрестье прицела на голову чеченца, Афанасий медленно нажал на спусковой крючок. Сразу же после первого выстрела он быстро переместил прицел немного ниже и нажал спуск второй раз. Теперь пуля должна была попасть в грудную клетку. Два выстрела – это фирменный его почерк.
Афанасий увидел, что чеченец стал опускаться на асфальт. На голове у него появилась красная точка. Телохранители сразу засуетились и забегали в разные стороны. Женщина, обхватив простреленную голову мужа, стала громко плакать и кричать.
Бобров спокойно отложил винтовку в сторону, вытащил из сумки пистолет, положил его в карман спецовки, взял свой чемоданчик, в котором заранее были сложены отвертки, плоскогубцы, провода – все необходимое для ремонта, и направился к выходу с чердака. Через несколько секунд он уже стоял у лифта. Нажав кнопку вызова, он ждал.
Страх, что чеченцы могут вычислить его и ждать у подъезда, охватил Афанасия. Он чувствовал, что с ним что-то должно произойти. Одной рукой он крепко сжимал в кармане рукоятку пистолета.
Спустившись вниз, Бобров быстро вышел из подъезда и бросил взгляд на дом напротив. К этому времени зеваки уже толпились у подъезда, где, вероятно, все еще лежал застреленный чеченец. Не спеша Афанасий направился к углу дома, где стояла его машина. Он уже почти подошел к ней, как неожиданно увидел, как с противоположной стороны к нему приближаются двое оперативников. Афанасий сразу узнал их. Это были Губин и Луконин. Он сразу понял, что его кто-то «сдал». Необходимо было срочно принимать решение. В конце концов, у него ствол в левом кармане и второй ствол прикреплен к ноге… А вдруг они не одни?
Афанасий полез в карман, но Губин громко произнес:
– Бобров, только без глупостей! Дом окружен!
Афанасий остановился и стал ждать, пока к нему подойдут оперативники. Через несколько секунд на него надели наручники…
Последнее задание
Кубик с ребятами быстро неслись по направлению к дому, где жил чеченский авторитет. Вскоре они уже въехали во двор.
Кубик сидел на переднем сиденье и давал указания водителю, куда ехать.
– Ты давай туда, на угол дома! Скорее всего, он там свою тачку поставил!
Машина направилась к углу дома. Тут Кубик неожиданно закричал:
– Тормози!
Он увидел, что около машины Боброва стояли два оперативника, те самые, которые были у него в бане.
– Все, «сгорел» Бобер! – сказал Кубик.
Шланг, сидящий за рулем, резко затормозил.
– Интересно, они нас заметили? – спросил он.
– Пацаны, что делать будем? – проговорил Кубик.
– Может, отдобьем Бобра? – предложил Хобот.
Шланг пожал плечами:
– А если они не одни? Если здесь СОБР?
– Если бы здесь СОБР был, то Бобра вязали бы собровцы. А тут двое оперов!
– Откуда они узнали? – спросил Хобот.
– Может, кто-то сдал… А может, случайно напоролись. Ладно, Сова разберется!
– Так что делать? – снова спросил Хобот.
– Давай звони Савельеву, спросим у него.
Хобот быстро достал мобильный телефон и набрал номер Савельева.
– Алло, Сова, это я… Здесь такая канитель – Бобра менты приняли… Что делать будем?.. Понял тебя.
Положив трубку, он обратился к Кубику:
– Кубик, иди – вали Бобра! Папа сказал, чтобы ты его завалил.
– Да меня ведь повяжут! – воскликнул Кубик.
– Не волнуйся, мы тебя отобьем! Он не должен остаться живым.
Кубик онемел. Теперь у него было два варианта – либо его застрелят оперативники, либо его шлепнут его же ребята – Хобот или Шланг.
– Ладно, давай скорее, времени нет! Быстро иди исполняй, сейчас Бобра закрывать будут!
Кубик быстро вышел из машины и направился в сторону Боброва с операми. Он увидел, что те удивленно смотрят на него.
– Бобер, крыса, сука! Получай! – закричал Кубик и, выхватив пистолет, почти наугад стал стрелять. Он видел, что один из оперов выхватил пистолет и тоже стал стрелять. В этот момент он почувствовал сильный удар сзади… Кубик стал медленно опускаться на землю. В последний момент перед его глазами промелькнули лица Хобота и Шланга, которые на полной скорости уносились на «Жигулях» прочь.
– Сволочи, предали, падлы… – сквозь зубы шипел Кубик…
Смерть опера
Сергей Губин держал одной рукой Боброва, другой вытаскивал из кармана наручники, чтобы пристегнуть Афанасия к машине. Тут он увидел, как неподалеку резко затормозила машина. Это была «девятка» с тонированными стеклами. Из автомобиля вышел парень. Сергей узнал его – это был Кубик.
Сергей переглянулся с Лукониным. Они не понимали, как этот парень, которого они не так давно склонили к сотрудничеству с ними, идет к ним вот так открыто. Но дальше события развивались еще более неожиданно. Кубик вдруг вытащил пистолет и с криком стал целиться в Боброва. Прозвучали выстрелы.
Губин от неожиданности закрыл глаза. Он заметил, как Бобров старался увернуться в сторону. В это же время на землю рухнул Луконин.
– Серега, кажется, меня зацепило… – услышал Губин слова Луконина. Из отверстия в его груди тонкой струйкой текла кровь.
Губин взглянул на Кубика. Но тот тоже уже падал на землю. Оперативник понял, что те, кто ехал вместе с Кубиком в машине, подстрелили ненужного свидетеля.
«Девятка» резко тронулась с места и исчезла. Губин остался один на один с Бобровым. Афанасий как-то съежился. Сергей молча достал пистолет, посмотрел на Афанасия и проговорил тихо:
– Ну, все, Бобер! Тебе крышка! Из-за тебя погиб мой друг и напарник! – Сергей взвел курок «макарова». Но тут Бобров неожиданно произнес:
– Погоди, опер, не стреляй! Я свой!
От неожиданности Сергей остолбенел.
– Свой, свой, я работаю под прикрытием, внедрен в группировку Савельева! – продолжал Бобров.
Губин не мог произнести ни слова. Но Афанасий понимал, что его слова нуждаются в подтверждении.
– Поверь мне, опер, я свой, свой! – повторял он.
– Кто у вас начальник, как его фамилия? – наконец обрел дар речи Сергей.
– Полковник Малинин.
Губин опешил. Он прекрасно знал, что у них в РУОПе существует практика внедрения тайных агентов в различные преступные группировки или сомнительные коммерческие структуры. В основном у них этим занимается одно секретное подразделение. Состав подразделения строго секретный, фактически все его члены находятся за штатом РУОПа, никто их из сотрудников конторы не видит. Есть только два известных человека – начальник этого отдела и заместитель начальника РУОПа, – кто знает списки агентов. Где же находятся агенты, никто не знает. Сергей также знал, что некоторых агентов переводят из провинции, они являются действующими офицерами МВД. Неужели Бобров относится к этой категории?
Бобров продолжал:
– Послушай, Серега, я такой же офицер, как ты, также аттестован, также имею звание – капитан. И фамилия моя не Бобров… Короче, поверь мне!
Губин пожал плечами:
– Но я должен тебя доставить…
– Не надо меня никуда доставлять, у меня работа должна продолжаться. Вчера я говорил с полковником Малининым. Я должен уйти сейчас незамеченным. С тобой свяжутся, тебе все объяснят!
Губин пожал плечами. Но в это время Бобров уже взял инициативу в свои руки и быстрым движением отвел дуло пистолета Губина в сторону. Губин тихо сказал:
– Ладно, гуляй, парень!
Он достал ключи и расстегнул наручники. Тут же Бобров, осмотревшись по сторонам, исчез за машиной. Губин остался на месте.
Через несколько минут подбежали люди, потом подъехала милиция и «Скорая помощь», затем появились сотрудники прокуратуры. Трупы были увезены.
Ближе к вечеру Губин добрался до РУОПа. Его сразу же вызвал к себе начальник отдела и потребовал, чтобы он подробно обо всем рассказал. Губин начал свой рассказ. Но тут неожиданно в кабинет вошел полковник Ремизов, заместитель начальника РУОПа, курирующий кадровую службу. Он молча сел за стол и стал внимательно смотреть на Сергея. Начальник отдела привстал, пытаясь объяснить что-то вышестоящему начальству, но тот только замахал руками.
– Продолжай, Губин, слушаем тебя внимательно, – сказал начальник отдела.
Теперь Губину необходимо было определить для себя две важные вещи, от которых может зависеть его дальнейшая судьба. Прежде всего нужно обосновать, почему они с Лукониным прибыли на место и почему не поставили в известность руководство РУОПа о предстоящей операции, второе – рассказать о Боброве. А если тот взял его «на пушку» и не является секретным сотрудником РУОПа? Значит, в этом случае он отпустил преступника, а это уже статья и тюрьма. Поэтому Губин решил, что про Боброва вообще ничего говорить не будет, а выставит киллером Кубика, который оказался на месте преступления. Но тогда получается неувязка. Выходит, что Кубик сначала в качестве оперативного источника дал им наводку о готовящемся убийстве криминального авторитета, затем сам исполнил его. Губин с Лукониным пытались задержать его, а он был застрелен своими же сообщниками? Губин не мог решить, какую версию ему выбрать. Он замялся.
Тем временем замначальника РУОПа спросил:
– Ну что, Губин, не знаешь, с чего начать, как оправдать смерть своего товарища? Не надо нам ничего объяснять, давай пиши рапорт. – Он встал из-за стола и стал медленно ходить вдоль стены.
– На чье имя, на ваше или на имя начальника? – спросил он.
– Да какая разница? Хоть на имя министра МВД! – раздраженно ответил замначальника. Губин понял, что руководство настроено враждебно. Конечно, всем понятно, что они с Лукониным безо всякого согласования с руководством оказались на месте готовящегося преступления, и в результате этого погиб Дмитрий…
Губин стал писать рапорт. Минут через двадцать он закончил, расписался внизу, поставил число и протянул написанное начальнику отдела. Тот передал рапорт заместителю начальника РУОПа. Замначальника быстро пробежал текст глазами, затем снова протянул листки начальнику отдела и, пристально посмотрев на Губина, сказал:
– Я так и не понял, Губин, как вы оказались на месте готовящегося покушения?
– У Луконина был секретный агент. Он позвонил ему на мобильный телефон и сказал о предстоящем покушении. Мы выехали…
– Без согласования с руководством?
– У нас не было времени. Информация была получена рано утром, а начальника отдела к этому времени еще не было на работе…
– Но у вашего начальника есть мобильный телефон! Можно было сообщить дежурному по РУОПу…
– Мы боялись терять время.
– Губин, ты понимаешь, что превысил свои служебные полномочия и претендуешь на уголовную статью? Я не удивлюсь, если прокуратура возбудит против тебя уголовное дело. А что касается твоего пребывания в Московском РУОПе, то, думаю, ты будешь уволен по статье.
Губин тяжело вздохнул. И Бобров его сто процентов подставил… Ишь ты, узнал фамилию зам. начальника РОУПа и прикрылся этим… Теперь Губину не было смысла идти к полковнику Малинину и спрашивать, является ли Бобров его секретным агентом…
Губин вышел из кабинета начальника и увидел нескольких ребят из своего отдела. Они тут же взяли его под руки и повели в курилку. Сотрудники других отделов, увидев, что в курилке появился Губин, покинули помещение, словно понимая, что сейчас должен состояться серьезный, откровенный разговор и их присутствие нежелательно.
Губин сел на стул, достал из бокового кармана пачку сигарет. Прикурить ему не дал никто. Ребята стояли вокруг и молчали.
– Серега, как же получилось, что Димон погиб? – спросил один из коллег.
– Вот так и получилось! – резко ответил он. – Можно подумать, что у нас люди не гибнут на операциях!
– Ты же понимаешь, что у тебя теперь очень серьезные проблемы! По существу, у тебя два прокола – то, что вы не согласовали операцию, и то, что Луконина подставил.
– Да вы что, ребята? Вы думаете, что я специально его подставил? Он же был моим лучшим другом, вы же знаете! – заговорил Губин громко. – Вы же знаете, сколько лет мы вместе работали!
– Мы-то знаем, но вот они… – сказал коллега, показывая пальцем на потолок. – Они могут по-другому решить. А если в инспекции по личному составу будут под тебя копать? Что делать-то будешь?
Губин пожал плечами:
– А что мне делать? Ждать решения.
Тут дверь открылась, и в курилке появился начальник отдела.
– Сергей, – обратился он к Губину, – пойдем-ка поговорим!
Ребята молча вышли.
– Похоже, – продолжил начальник отдела, – дело приобретает совсем другой характер. Сейчас позвонили из прокуратуры, они к нам едут по твою душу.
– Меня будут арестовывать? – спросил Губин тихо.
Начальник отдела пожал плечами:
– Не знаю… В общем, я тебя не видел, ты ничего не знаешь. Давай, уезжай отсюда быстрее. Домой на всякий случай не возвращайся. А завтра позвони мне на мобильный.
– Понял, – кивнул головой Губин. – Спасибо вам! – И он, повернувшись, быстро пошел к выходу. Через несколько минут он благополучно покинул здание РУОПа…
Выбор авторитета
Савельев сидел в своем любимом пивном пабе за столиком. За соседним столом расположились его телохранители и некоторые члены группировки.
Савельев молча смотрел на стоящий перед ним бокал импортного пива, но пить его у него не было никакого желания. Он старался сконцентрироваться и проанализировать только что полученное сообщение, которое привезли ему Хобот и Шланг. Во-первых, Аслан Даудов убит. Во-вторых, Кубик промахнулся, не попал в Бобра. И его задержали милиционеры. Кубик убил одного из оперов. Таким образом вырисовывалась картина не очень веселая для Савельева. Теперь он – враг кавказцев. Ведь наверняка к той мясорубке, которая разыгралась на момент задержания Боброва у дома Даудова, подошли чеченцы и узнали, увидев Кубика, что заказал Аслана именно он, Сова. Кроме того, Кубик убил милиционера. Теперь менты будут мстить ему. И если Бобра все же взяли менты – а судя по всему, его взяли, – то Афанасий понял сразу, что Кубик стрелял в него и, соответственно, сдаст его с потрохами. Таким образом, помимо того, что Савельева менты автоматически объявят в розыск, за ним начнут охотиться и чеченцы. В этой ситуации нужно было принимать решение. Но если он уедет из страны, то его бригада однозначно разбежится, или ребят просто перестреляют в борьбе за его наследство. А создание новой бригады было бы большой проблемой. Поэтому Сова и старался сконцентрировать свои мысли и выбрать правильное решение.
Он перевел взгляд на своих боевиков. Они сидели молча. Каждый из них понимал, что сейчас их шеф должен принять ответственное решение и судьба каждого из них зависит от этого. Ведь не исключается, что их будут по одному отлавливать чеченцы и под пытками выбивать информацию или просто убивать.
Савельев отвернулся. Из-за столика поднялся Хобот и медленно направился к нему. Он нерешительно остановился около Савельева.
– Что тебе, Хобот? – спросил Сова.
– Слышь, Сова, тут звоночек от «чехов» был… Короче, они тебя приговорили. За тобой будет охота.
– Откуда у тебя такая информация? – Сова подозрительно посмотрел на Хобота.
– У меня в их бригаде корешок есть…
– Чеченец?
– Нет, азер. Мы с ним раньше кикбоксингом занимались, он мне только что отзвонил и сказал, что тебя они заказали.
– Ладно, отдыхай.
Теперь у Савельева не осталось никакого сомнения, что нужно уезжать. И ближайшее место, куда он должен свалить, – это дача в Калужской области. Он купил ее тайно, и никто из членов группировки не знал о ней. Купил Сова ее именно для такой ситуации, чтобы можно было спрятаться и одновременно быть недалеко от Москвы. Ну что, надо братву отпускать…
Савельев подозвал ребят.
– Братва, ситуация сложная, – сказал он. – Кубик замочил мента. Теперь нас все менты в розыск объявят, поэтому давайте все ложитесь на дно, разъезжайтесь кто куда. Сбор – примерно через месяц, через Хобота. А я ему сам позвоню. Хобот, ты свою мобилу не выключай.
Савельев поднялся и вышел из паба, через несколько минут он уже мчался на своем «Мерседесе» по Киевскому шоссе в направлении Калужской области.
Прощание с другом
Сергей Губин пил два дня. На третий день он принял с утра холодный душ, умылся, побрился и решил поехать на панихиду и прощание с Дмитрием Лукониным. Он уже знал, что прощание с трагически погибшим милиционером будет проходить в клубе милиции, который находится недалеко от Новослободской улицы.
В двенадцать часов он подъехал к клубу, поставил машину и молча поднялся на второй этаж. Там, в зале, стоял гроб, обитый красной тканью. Вокруг гроба теснились родственники погибшего, работники милиции. Сергей узнал многих сотрудников РУОПа. Тут были и представители пятого отдела, отдела по борьбе с этническими группировками, отдела по борьбе с межрегиональными группировками и другие. Неподалеку стояли руководители его ведомства – Сергей узнал начальника РУОПа, рядом с ним полковник Малинин.