- -
- 100%
- +
– Света зовут.
– Ох уж эта Света… расстроила мою Свету!
– Твоя Света здесь как раз и…– сказала Света и громко заплакала, не сумев договорить предложение.
– Да ладно?! Самвел?!
– Да. – ответила моя девочка, хлюпая носом.
– Ещё один кобель!
– Не надо, Наир. Пожалуйста, не гневи Бога, не осуждай. Его можно понять.
– Да ладно? Бедняга не смог жить с восемнадцатилетней красоткой? Фу! И как он бедняга не перенапрягся за три месяца?!
– Наира…
– Не реви.
– Прости я не хотела тебя расстраивать, злить…
– Хватит причитать! Как он оправдал своё поведение? И ты как узнала?
– Он дома не ночевал, утром пришёл и был весь уставший, разделся и пошёл в душ. Я, по привычке, решила убрать его белье в стирку и… из кармана выпал телефон и средства защиты. Я пошла в душ к нему и попросила объяснений. Я хотела услышать, что он раскаивается. Что это случайно…а он спокойно сказал мне: «Свет, не могу я так. Не моя ты какая-то. Не хочется мне с тобой, потом может как-нибудь» Потом поцеловал меня в щеку, оделся и ушёл на работу.
Я оборвала диалог своим молчанием, слушая как горестно всхлипывает моя маленькая красавица. В мыслях я уже растерзала этого похотливого кабана, но потом подумала предоставить это другим рукам.
– Ты отцу сказала? Он его прирежет же?
– Ты что, Наира! Ни в коем случае! Наирушка, и ты не проговорись!
– Уж попытаюсь. Ладно.
– Пожалуйста, Наира. Я его очень люблю…
– В таких ситуациях говорят «ну и дура!». Я на тебя обзываться не могу, но аналогию ты проведи.
– Сделано. Тебе, кстати, выплатили деньги?
– Нет. Мотают нервы. Но я не отстану, за свои пережитые муки я возьму деньгами!
– Не ругайся только, пожалуйста.
– Постараюсь.
Естественно я обманула свою Свету. Мы кроваво воевали с бывшим мужем и его родителями! В состоянии войны я прожила год, и наконец-то получила своё законное. Я решила, что пусть столицу покоряют те, кому это надо. У меня уже ни нервов, ни сил, ни желания жить здесь нет. Красная площадь, большие возможности, бутики, постоянное движение, красивая архитектура, знаменитые личности, большие заработки – берите кто хочет, а я домой!
В этот период жизни мне очень помогли Света и её родные: они помогли мне купить квартиру с ремонтом, получили мои отправленные вещи и даже прикупили мне мебель. Короче говоря – Света свила мне гнездо. Моя любимая ласточка. Как только я закончила все свои дела, я села на первый же рейс и отправилась в родной город.
Моё первое утро в новой квартире. Встав с постели, я потянулась и заплела волосы в небрежную шишку. Свой утренний ритуал я не забыла. Скинув с себя тончайшую сорочку, я понадеялась на то, что сейчас, встав на весы, буду иметь идеальный вес. Но, если и без неё ничего не поменяется, значит виновата только одна она – заколка, больше виновных я не нахожу. Линзы или очки ещё не помогали моим глазам, но увиденные силуэты размытых цифр меня уже не радовали. Начинались они печально с семерки, поэтому я решила, что сегодня мой вес будет таким, каким я его придумала у себя в голове.
– По-моему там написано 58. – довольно произнесла я.
После того как я приняла душ, вытерла тело и почистила зубы, я наконец-то посмотрела на себя в зеркало. Мои глаза меня бесили в основном утром, мало того, что они красные, плохо видят, так ещё и этот «дверной замок» в глазах. Диагноз врачей я помню с ранних лет, это непонятное слово, но значение которого в моей семье все знали чётко – колобома. Именно она «выделяла» мои глаза, и из-за того, что у меня крупные черты лица и светло-серый цвет глаз все замечали это.
Я терпела семнадцать лет, потом наконец-то решилась купить линзы с темным цветом, чтобы от меня отстали, мягко говоря, и мне было не так трудно переносить яркий свет. Чудо не произошло и, когда светил яркий свет, мой зрачок опять уменьшался, доставляя мне неприятности, и тем самым обнажал мой натуральный цвет глаз. От увиденного все начинали визжать от восторга и засыпать меня вопросами. Самый тупой из них естественно был: «А зачем ты прячешь?!»
Но в дальнейшем я пришла к выводу, что эти вопросы, да и цены на специальные линзы, меня бесят больше, чем мои глаза. Поэтому я просто купила себе очки с затемненными стеклами, чтобы иногда надевать их, когда было очень светло в помещении.
Так вот. Надев обычные корректирующие зрение линзы, я отправилась за телефоном, чтобы позвонить моей Свете и узнать во сколько она приедет ко мне. Пока шёл гудок, я захотела ещё раз полюбоваться самым приятным в этой квартире – моим паспортом со штампом о разводе.
– Алло?
– Алло, Наирушка.
– Привет моя ласточка! Ты уже встала? Ты когда ко мне? – спросила я, но услышав шум и громкие разговоры поинтересовалась. – А ты уже где собственно?
– Я на вокзале.
– Не смей говорить мне, что ты уезжаешь куда-то! Я только приехала! Ха-ха-ха! Кого встречаете?
– Никого, Наир.
– А что тогда? Правда уезжаешь?!
– Потом. Я сейчас вызову такси и буду у тебя.
Её голос меня напряг и после разговора, как настоящая женщина, я начала придумывать сотни вариантов причины появления Светочка на вокзале и её такого грустного голоса. Но через двадцать минут, когда раздался дверной звонок и была открыта дверь, мои сотни были разбиты одной фразой:
– Самвел выгнал меня из дома.
Я смотрела на неё и мой мозг одновременно столько отдал заданий, что элементарно ответить что-то – это пока было в очереди. Крепко обняв свою холодную Свету, я помогла ей раздеться и выхватила её чемодан из маленьких ручек. Ненавижу, ненавижу, видеть её заплаканные глаза!
В полном молчании мы продвинулись до кухни-зала. Света села за стол, но затем резко обратилась ко мне:
– Я умоюсь?
– Конечно иди! Я тебе сейчас всё принесу, сходи в душ…
Но Света не стала дослушивать меня и просто встала рядом с кухонной раковиной и несколько раз смочила своё лицо водой, даже не захотев вытереть его.
– Почему выгнал?
– Он сказал, что больше не может так жить. Не может приходить к себе в дом, где чужой человек. Я жила два дня у одногруппницы, потом у родителей три дня, спрятав вещи, а теперь вот на вокзале была. Там даже можно удобно поспать, но очень шумно. Прости, но я хотела с тобой поговорить. У тебя ведь две комнаты?
– Да.
– Я хочу снимать у тебя комнату, Самвел денег дал…
– Ну у меня и простое нахождение не бесплатно. Уже стольник накапает скоро!
Наконец-то Света немного улыбнулась и затем спросила ещё раз:
– Я правда хочу снимать. Можно?
– Я правда сейчас обижусь. Ты знаешь – мне будет за счастье жить с тобой. Но одно условие – я не знала, что так ужасно удачно всё сложится и прикупила собаку, чтобы не жить одной.
– Я помню. Хорошо. Я не против и коммуналка пополам.
– И продукты. И уборка. И сначала ты спишь потом я…
– Наира, я серьёзно!
– А я что шучу с тобой?! Давай принцип такой – кто может тот и делает!
– Это нечестно.
– Это по совести.
К вечеру Светик уже повеселела и мы вместе поехали забирать моего нового любимца. Я рассмотрела все варианты и поняла, что собака моей мечты это питбуль. Сильный, воспитанный, преданный защитник – идеальный вариант! Правда обошелся он мне в крупную сумму, ибо выбрала я его давно, внесла предоплату, и попросила его воспитывать и учить командам до моего приезда.
Пришли мы значит к заводчику, а там этих пушистых мордоворотов десяток! Родители их страшнючие, лают, челюсти эти большие, в них я уже представляла свои оторванные, пожеванные конечности. Я уже думала забрать деньги и бежать оттуда пока были целы, но ко мне вывели моего малыша. Это была любовь с первого взгляда! На фоне этого всего собачьего бойцовского клуба мой был самый душка. И сразу пошёл ко мне. Света же не разделила со мной умиление и сказала, что они все здесь просто чудовища геенны огненной. Вспомнив старую добрую поговорку про корабль, я решила назвать пса Добряк. Так мы и стали жить втроём, хорошо и просто.
III
Во вторник мы со Светой удачно встретились после рабочего дня возле газетного ларька. Обрадовавшись неожиданной встрече, мы быстро стали рассказывать друг другу о не полностью прошедшем дне, что сегодня было интересного и запоминающегося. Мы говорили так, будто не виделись очень давно, вот что делает неожиданная встреча – она наполняет нас эмоциями.
По обыкновению, мой любимый кучерявый истребитель фруктов попросил проведать её хорошего приятеля, ибо когда ты видишь человека почти каждый день, и который уже знает твои вкусовые предпочтения – это уже приятель.
Лавка с фруктами была очень привлекательна – множество ярких красок, круглых и других форм разукрашивали обычные деревянные полки, которые с таким убранством были не хуже любого столичного супермаркета. А какое благоухание возле всего этого! Вот вдохните этот прекрасный запах солнца от персика, или вот, держите – почувствуйте аромат черной, плодородной земли, которая вырастила помидоры амарантового цвета. Слева вас манит сладким запахом черешня, там столько маленьких-маленьких ягодок, каждая из них считает себя уникальной и самой вкусной! Вдохните ещё раз, вот и аромат зелени, главная помощница в кулинарном искусстве – придает блюдам и украшение, и аромат, и вкус… Господи, спасибо тебе за эти травы, без них наши блюда были бы так скудны!
Зоркие карие глаза обычно не колеблются, но здесь другое дело. Светик может обмусолить своим взглядом каждую фруктовую и овощную единицу. Иногда продавец очень рад ей, разговаривает и помогает с выбором. Иногда готов гнать взашей, ведь большая очередь, а моё армянское счастье также долго и мучительно делает свой выбор, затормаживая товарооборот.
Светочка уже набрала себе два мешка и я забрала их из ее ручек, чтобы ей было удобно рассчитываться. За ту секунду что глаза Светы оторвались от кошелька – ее обольстил очередной плод-подлец. Ох, уж этот гранат, вырубающий армянское сознание!
– А мы уже с гранатом забеспокоились, что ты его не возьмёшь! – смеялась я. – Он аж практически уже подпрыгнул с прилавка от возмущения!
Света улыбнулась мне и начала выбирать фаворита. В эту минуту продавец отошел, до этого он немного задел прилавок и тот покачнулся, в связи с этим упало два кабачка, и надо было их вернуть на место. Пока продавец пополз за пропажей, к лавке подошел мужчина. Весь дерганный, постоянно вздыхающий и он что-то мямлил себе под нос, небрежно кидал плоды в пакет или на прилавок каждый раз, когда те не нравились ему. Дальше случилось то, что поссорило нас со Светой на следующие пару часов.
Наполнив пакет помидорами, этот мужик быстро и небрежно развернулся к Свете и протянув его сказал:
– Взвесь! И не смей обвесить, я вас морд знаю! Если что будет не так – покупки тебе затолкаю куда надо! И укропа ещё отмерь сто грамм. И быстрее можно шевелиться?!
– А чего только укроп?! – взбесилась я. – Может тебе ещё салатику?! А? – спросила я и кинула в его лицо пучок салата. – Или лучка? Хочешь?
– Ты чего? – оторопел мужик.
– Чего, если не русская, то сразу продавец?! Чего, шары не промыл утром – вон продавец стоит!
– Наира, успокойся! Человек просто перепутал!
– Перепутал он! Отвесь ему, да взвесь! Важный какой! Чего – вон может абрикосика тебе ещё?! В твою морду!
– Хорош уже! – закричал мужик, отворачиваясь от абрикоса и выпучив глаза.
– Ты мне тут ещё позатыкай! Людей научись уважать!
Пока я кричала пламенное осуждение мужику, Света быстро кинула первый попавшийся гранат в пакет и не дождавшись расчёта продавца, оставила деньги на весах, побольше, чтобы точно хватило, но лишь бы оторвать меня от бедолаги мужика.
– И здороваться научись сначала, придурок! – кинула я вдогонку мужику.
– Да пошла ты! – ответил тот.
Всю дорогу до дома, целых три минуты, мы со Светой переругались в пух и прах: её бесило моё поведение, меня – её оправдания поведения мужика. Понимаете, это я виновата якобы? Это не он! Ну подумаешь он смог это сказать?! Ну подумаешь обидеть?! Ну, действительно, что такого?! Мне стало уже наплевать на мужика, и меня стало бесить то, что я, значит, вступилась за неё и дык ещё плохая?! В итоге, Света закончила диалог следующими словами:
– Мне можно было просто сказать: простите, но я не продавец!
– А то, что он хамло это нормально да?! – возмущалась я. – Вот Свет из-за таких, как ты у нас люди и не учатся!
– Наира! Зло злом не выгонишь! Ты наорала и он наорал – учение?! Начни с себя: ты что, посчитала себя выше этого мужика?! Знай себя и будет с тебя.
Надулись мы тогда друг на друга серьезно… И если бы не концерт, на который меня пригласила Света, помирились бы мы точно только уже завтра.
Школа, где Светочка училась столько лет фламенко периодически выступает со своими учениками на разных площадках. Сегодня в местном доме офицеров был вечер танца фламенко.
Танцует моя Света словно колокольчик – в этой волнистой юбке её маленькие, но сильные ноги отбивают такой заводной ритм, что хочется тоже пуститься в пляс.
Одна рука вверх, другой, словно сеть, захватывается юбка и приоткрываются ноги, лицо приготовилось переживать всё, что будет приказывать музыка, тело уже готово выбросить энергию на зрителей – халео!
Ритмом здесь правят ноги. Каблуки отстукивают – Та-та-ТА-та-та-ТА-та-ТА-та-ТА-та-ТА!
И вот оно начало: гитарист смотрит на артистку, подстраивается под неё и начинается танец. Резкий топот – плавные движения руками вверх. Резкий топот – юбка выброшена из рук. Резкий топот – лицо отображает положение «власти». Резкий топот – свет начал скользить по талии. Резкий топот – кисти рук словно бутоны цветка начали раскрываться. Резкий топот – хлопки по своему телу, чтобы пробудить силу. Резкий топот – поворот головы и глаза танцора устремились в аудиторию. Резкий топот – приподнимается юбка, оголяются щиколотки. Резкий топот… и дальше нет смысла описывать, фламенко нужно один раз увидеть, чтобы оно вас поглотило в себя.
Но! Если кисти танцовщицы или танцора не извиваются подобно падающему осеннему листу – они не танцоры фламенко. Если их руки, согнутые в локте, не так изящны как крылья летящего белого голубя – они не танцоры фламенко. Если при взмахе шалью или веером зал не замирает – они не танцоры фламенко. Если их тело на сцене не подобно огню на свече – они не танцоры фламенко. Если топот от их ног не напоминает звук бьющегося града об холодную землю – они не танцоры фламенко. Они простые пародисты, исполняющий какой-то танцевальный номер под прекрасную музыку.
Фламенко не зря считается наследием ЮНЕСКО, оно уникально, отображает саму жизнь. За один танец фламенко может жестоко убить танцора и воскресить его в ещё более красивом образе. Нам постоянно твердят что красота в простоте – фламенко это нам доказывает. Достаточно одного гитариста, одного танцора и вы увидите зрелище, которое добровольно сделает вас рабом. Эти образы и звуки ваш мозг будет проматывать снова и снова наслаждаясь тем что, когда-то увидел.
Моя пташка танцевала особенно хорошо. Её никто не звал в сольные выступления на большие сцены, по крайней мере, как мне рассказывала сама Света. Её не приглашали в Испанию к именитым мастерам. У неё были свои жадные зрители, которые бы перерезали всех, кто посягнул забрать их усладу для глаз и ушей. Она была особенным светом любого представления, какой бы тавтологией это не казалось, а настоящего золото достаточно немного, чтобы привлечь внимание.
Света никогда не танцевала с распущенными волосами считая, что это отвлекает зрителя от её танца. И поэтому мои любимые кудрявые волосы всегда были скреплены либо большим количеством шпилек, либо заколками, либо такой тугой резинкой, которая могла бы выступать в роли крепкой лебедки для машины, ибо эти волосы очень строптивы. Светина фигура была создана для платьев, в которых танцуют фламенко: высокие плечи, тонкая талия, выразительные бедра. Но если описывать сами наряды, можно начать с одного – они прекрасны. На юбке есть воланы, кисти – она может быть совершенно простой, а может быть и с хвостом, который добавляет танцовщице эффектности и даже какой-то звериный оттенок. Кофты или верх у платьев традиционно в облипку, подчеркивают изящество рук и плеч артистки. Королей среди костюмов же шьют из благородных тканей: атласа, бархата, крепдешина.
Фламенко это не страсть, нет, фламенко это танец чувств. Истинный танец фламенко вверяет красоту в человека, а не однобокую страсть. Привычно видеть, что танцовщица с напряженным, а то и с траурным лицом, так это напрямую связано с текстами песен. Обычно там говорится о несчастной любви и смерти. Вот и приходится кидать танцорам себя в горе. Но в моей жизни хватает уныния, поэтому я не очень люблю такое исполнение. И на моё счастье, моя милая девочка если и танцует под грустные песни, то просто со спокойным лицом, не портит себя придуманным страданием. Для фламенко это плохо. Для меня – спасибо! Но Свету никогда никто не освистывал из-за того, что она настроение танца выражает только движениями тела, ведь почти всегда её глаза прикрыты, а то и закрыты, во время исполнения такого рода танца. Складывается такое впечатление, что она плачет внутри, но никому не расскажет об этом.
Постоянных фанаток у Светы две – я и её свекровь. Мама Самвела тоже полюбила фламенко, так же как и я, благодаря Светушке. Если бы ни её добросовестное исполнение данного танца, мы бы никогда так не заразились им. Но… сколько лет уже знакомы…Сколько раз мне напоминали…Я никак не могу запомнить её имя и отчество, хоть прибей! Там какой-то грубый набор согласных что в её имени, что в имени её отца. Ну не могу я правильно произносить его! А обижать человека не хочется. Зато, когда Света произносит её имя – оно звучит очень красиво. Вот что значит родной язык…
Выступление уже началось. Мы с мамой Самвела привычно сели в первом ряду и на полтора часа окунулись в мир, в котором нам покажут разные истории из жизни.
IV
Кто такая Таня? Это прямая родственница моей драгоценной бабушки, жена депутата Госдумы, владелица сети парфюмерных магазинов, постоянная участница каких-либо богемных сборищ, желанный и ведомый покупатель для любого магазина, лучшая подружка для всех кто ей понравится и на самом дне её существа, женщина, которая меня родила.
Явилась она ко мне спустя неделю как я переехала. Признаться честно, мне кажется только из-за любопытства, просто посмотреть на мою квартиру.
Когда Таня зашла, как обычно, она делает со всеми – сделала вид, что поцеловала меня в щеку (на самом деле чуть прикоснулась краем своих собранных в дудочку губ) и началось:
– Ну и квартира! – закаркала Таня. – Ты бы хоть посоветовалась со мной раз ничего не смыслишь!
– Привет – по-моему, так начинать разговор нормально?
– И сколько ты за неё отдала? Цвет ужасный! Ой, блин, и нормальной кухни даже нет! Зачем студию взяла?!
– А я, по-моему, не твои деньги то потратила? Чего ты так возмущаешься?
– Ничего! Ты вообще понимаешь, что это серьёзная покупка и так вот за неделю нормальное ничего не купишь?! Надо было рассмотреть варианты!
– Да ладно?!
– Вот тебе и ладно!
– Да серьёзно?! А что не помогла то?!
– Я тебе говорила, что мне пока некогда.
– А когда бы стало до меня?
– Ой, не начинай! Подобрала бы тебе куда лучше вариант! Кошмар, просто кошмар.
– А ты вообще любишь варианты подбирать! Ты мне уже подобрала вариант мужа – спасибо! Наглоталась я с ним вдоволь!
– Ох! Ничего, вон прожили сколько там – пять лет! И если бы ты истерить не стала…
– Я истерить?! А давай-ка ты сама будешь просыпаться пару лет от того что рядом кто-то обоссался?
– Хватит! Не хочу уже это слушать!
– А тебе и никогда не было интересно слушать обо мне!
– Чего?!
– Сначала сплавила меня дедам, потом бедная устала со мной жить целых два года и замуж отдала!
– Ой! Одна и та же песня! Ничего, на свадьбе цвела и пахла! Силком бедную не тащили тебя замуж! Сама согласилась!
– Да мне было то сколько?! Заманила меня баблом и хлебай!
– А ты что, милая моя, думала, что всё на блюдечке подаётся?! Нет! Хотела шикарно жить – вот, пожалуйста! За всё надо платить. Так ладно, я побежала, меня ждут. Хорошо, что вернулась.
– Тебе то я смотрю от этого прям погоду поменяло?
Но Таня не ответила ничего и привычно угодливо улыбнулась, быстро накинула на себя пальто и погарцевала по своим делам.
Всего лишь ребёнок приехал, которого вроде как мать больше полугода не видела – зачем напрягаться? Слушать неинтересные рассказы, жалобы. Скучно. Другое дело развлечь себя покупками или уходом за собой. Поэтому она с моих 13 лет для меня просто Таня.
Это хорошо, что она про собаку мне ничего не сказала! А то я бы ей влепила бы точно! Да, влепила! Потому что бесит она меня! Потому что она себе это позволяла, когда я её якобы выводила из себя – теперь и я стала взрослой, сильной, могу ответить.
Ситуацию с моими родителями Света каждый раз старается обходить стороной, ибо понимает, что может нарваться на скандал. Она пробовала говорить со мной, разрешить эту якобы проблему. Но что тут решать?! Проблемы нет! Моих биологических родителей всё устраивает, а мне уже со временем стало просто плевать.
После ухода «четверых» мне иногда искренне хотелось, чтобы меня отдали в детдом, чтобы только не жить с Таней. Мои родители меня не любили. Я сталкивалась каждый день с тем, что в доме, где я жила меня только терпят, покупают что угодно лишь бы отстала, не напрягала. У меня была огромная комната забитая всяким дорогостоящим хламом, но только счастья в этой комнате не было. Тогда мне хотелось получить заботу от любого человека, и те самые заботливые нянечки из детского дома казались мне пределом счастья.
V
Мои глаза, по сравнению с глазами Светы, мне всегда казались самыми простыми, а вот её куда более необычными и удивительными. Эти глаза всегда, при любых условиях, видели в людях только хорошее, куда уж более странно чем какой-то «дверной замок».
Будет стоять алкаш, вонючий, под себя сходивший не раз – она всё равно скажет тихо: «Храни тебя Господь, солнышко, такое личико у тебя умное» Будет орать на весь магазин мамашка на ребёнка, да ещё и подзатыльник выдаст смачный – она тихо скажет: «Храни тебя Господь, солнышко, переживаешь ты так» Будет мужик крыть мерзостным матом – она пройдёт мимо, а потом скажет: «Храни тебя Господь, солнышко, развратили тебя» Она оправдывает всех, не даёт глазам видеть никого плохим, даже тем, у кого уже плесень вместо жизни и из которых давно высох этикет и нормы морали. На мои логичные утверждения про то, что алкаш лентяй, мать истеричка, мужик образина, она сразу же перебивает меня своим «он/она просто слабее духом». И обязательно немножечко улыбнётся, но это уже для меня, чтобы смягчить.
Мой аленький Светочек. Такая мудрая и кроткая, и абсолютно неиспорченная, она кажется серой для этого цветастого, бурного мира. Только с годами я поняла, что на самом деле для этого мира она просто белого, чистого цвета.
И вот каждый раз – честное слово! – я думаю, как же она так врюхалась в эту лужу Самвела?! За что этому хрупкому, нежному цветку досталась такая большая куча человеческого навоза! Оно вроде бы и удобрение, но как же оно вредит Свете!
Я знала, что в последнее время между ними происходит очень много ссор. Но я списывала на то, что они притираются друг к другу. И зря. Мне надо было быть умнее, мне надо было быть внимательнее и дотошнее с расспросами, тогда бы я уберегла свою маленькую сестрёнку. Хотя бы попыталась.
Ссоры были самые разные: Самвел по неизвестной мне причине видимо в жизни своей ел мало соли, да похоже вообще есть стал её только когда ему Света начала готовить! Приготовленную и в меру посоленную пищу он каждый раз досаливал сам, он даже блюда с салом и малосольными огурцами солил! При мне! И постоянно это слышится в квартире утром и вечером: «Лусине, сол!» «Лус, где сол?!» «А сол?!» И говорит он это с очень ярким привычным для армян акцентом, который иногда очень смешил мою Светочку. Это здесь я «сглаживаю» речь Самвела, так в жизни – сюшат его адно удаволствые, вапшэ!
Однажды он всё-таки заметил, что Светик тихо смеётся и затем передаёт ему соль, которую он своими глазами почему-то не видит на столе и не может просто протянуть руку и взять.
– Что ты смеёшься? – ощетинился Самвел.
– Да, знаешь, ты так смешно говоришь «сол», не смягчая окончание.
– И тебе смешно от этого?
– Просто забавно звучит и ничего более…
– То есть ты ржать надо мной вздумала? А может мы вместе будем ржать над твоим акцентом, когда ты по армянски говоришь? Или вообще обхохочемся, что ты половину слов не знаешь, улыбаешься только и стоишь ?! Смешно же?! А?!
Света хорошо говорила на родном языке, бегло, но на Самвела просто напала жажда крови и он выдал скандал на пустом месте, в котором он первый раз ударил жену. Очень уж стало обидно туше ростом 190 см и 137 кг веса, что 40 килограмм, от силы, и 165 сантиметров роста его обидели! Когда он вышел из-за стола, Света хотела его приобнять, чтобы отвести к столу, но он швырнул её в кухонный гарнитур. И возмущённый, пошёл в кафе нормально поесть пересоленную им пищу. Позже они оба забыли о случившемся: Светик от любви к мужу, Самвел от любви к себе.