Избранное. Том 6. Детективные повести

Таня, слушая разговор двух родных людей, качала головой, а потом поохала и сказала:

– И когда время пролетело? Казалось, до таких разговоров ещё целая вечность. Но оказывается эта вечность – лишь одно мгновение, правда, преподнесшее нам в награду дочь-невесту и сына – настоящего мужчину, – у женщины увлажнились глаза, – ладно, давайте ужинать.

3

Юрий Борисович присматривался-присматривался к Ударову и, наконец, принял решение пригласить парня в гости. Произошло это 22 апреля. Отработав ударно на ленинском коммунистическом субботнике, Ледин хлопнул Виктора по плечу и произнёс:

– Сегодня утром жена пообещала приготовить что-то вкусненькое на ужин. Вот хочу угостить и тебя, чтобы похвастаться кулинарными способностями любимой женщины. И разговор у меня к тебе есть, да и первомайские праздники на носу, которые требуют обсуждения.

Парень с удивлением на лице пожал плечами.

– Неожиданное предложение, Юрий Борисович, которое подано так, что невозможно отказаться. А дамы там будут?

– Без них никак, – усмехнулся мужчина, – старшее поколение представит моя жена Татьяна Витальевна, а младшее – дочь-школьница Света.

– В таком случае мне надо заскочить домой переодеться.

– Тогда не будем терять время.

Виктор прибыл в гости к партийному лидеру местного масштаба через час и застыл в изумлении перед девушкой, которая открыла ему дверь. Парень покраснел, что было его особенностью в пикантных ситуациях, и неуверенно произнёс:

– Ледины здесь проживают? Здравствуйте!

– Здесь, здесь, – раздался из зала голос хозяина квартиры, – Света, уступи дорогу гостю.

Девушка, одетая в лёгкое короткое ситцевое платье, усмехнулась и скрылась на кухне. Ударов удивлённо посмотрел на представшего перед ним Ледина и дипломатично спросил:

– У Светы есть сестра Света?

– У Светы, которая на кухне гремит посудой, – Юрий Борисович усмехнулся, – есть брат Коля, а сестры, увы, нет.

– Но вы же говорили, что ваша дочь – школьница?

– Спасибо за оригинальный комплимент, молодой человек, – девушка вышла в коридор с подносом, уставленным закусками, – по-вашему выходит, что я вышла из школьного возраста и перешла в разряд старушенций. Неужели я так странно выгляжу?

– Извините, Света, – парень снова покраснел и взял из рук девушки поднос, – у меня слово «школьница» почему-то вызвало ассоциацию с ученицей пятого класса. А тут я увидел красивую девушку с умными, восхитительными глазами.

Света улыбнулась и сказала:

– Таким комплиментом я удовлетворена, поэтому вы прощены.

– Может, хватит «выкать», – Ледин забрал поднос из рук Виктора, – культуру общения вы продемонстрировали, пора начинать друг другу «тыкать». Извините за такое слово.

В это время из кухни с кастрюлей в руках вышла Татьяна Витальевна, которая поздоровалась с гостем и произнесла:

– Продолжим разговор за столом.

Виктор засуетился и достал из пакета бутылку водки.

– Не знаю к месту или нет, но на всякий случай прихватил с собой. Вчера отец купил по талону.

– Очень даже к месту, парень, – Юрий Борисович потёр руки, – сегодня у нас получится настоящий праздник, и давайте за столом не будем говорить о работе и политике.

– Согласен, – Виктор улыбнулся, – глядя на этот ваш стол, подумаешь, что мы живём в раю.

– А это уже, товарищ Витя, политика, – Света очаровательно улыбнулась, – потому что ты, восхищаясь нашим столом, намекаешь на бедственное положение людей в стране.

– Так, товарищи, быстро переходим на обсуждение погоды, – Юрий Борисович уселся на диван, – и занимайте места за круглым столом. Молодёжи разрешаю сесть рядышком.

– Кстати, о погоде. Сегодня солнце с необычными облаками, что предполагает красивейший закат, – парень посмотрел на девушку, – предлагаю долго за столом не засиживаться, а прогуляться к реке и полюбоваться красками восхитительного явления.

– Прекрасная идея, – Татьяна Витальевна поставила стопки на стол и села рядом с мужем, – но мы предоставляем такую возможность более молодым, а старшее поколение понаблюдает за западным горизонтом из окна квартиры.

– Полностью поддерживаю жену, – Юрий Борисович взял в руку бутылку с марочным вином, – поэтому не будем терять время, поскольку до заката осталось пару часов, и для начала продегустируем это прекрасное вино, которое мы с женой привезли лет десять назад из Крыма. А выпьем мы за вас, дорогие дети, и за ваше счастливое будущее.

В восемь часов вечера Виктор и Света спустились с крутого берега на бетонную набережную возле моста через реку и посмотрели друг другу в глаза. Парень первым отвёл взгляд в сторону и произнёс:

– Что тебе больше нравится: закат или восход солнца?

Девушка взмахнула рукой по направлению к солнцу, уже прикоснувшемуся к кромке леса на западном горизонте.

– По насыщенности красок, конечно, закат превосходит восход и вызывает разнообразные эмоции. Но эти эмоции имеют оттенки печали. Восход жизнерадостнее и настраивает человека на оптимистичную волну. Признаюсь, я восход солнца вижу редко, поскольку обычно в это время ещё путешествую в своих снах. И трудно сказать, что мне больше нравится из этих волнующих, энергетически мощных явлений Вселенной.

– Тебя заслушаешься, – Виктор улыбнулся, – и сегодняшний восхитительный закат блекнет в ещё более восхитительных твоих словах, которые заставляют задать тебе ещё один вопрос о твоей будущей профессии.

– У женщин выбор в этом направлении небольшой: врач, учитель, юрист, бухгалтер, экономист, журналист, технолог – вот то, что пришло мне на ум, – Света мечтательно посмотрела на багровый закат, – а моя душа зовёт меня куда-то вдаль.

– Тогда тебе один путь в геологи, – усмехнулся парень, – хотя по моим ощущениям тебе бы лучше подошла журналистская деятельность. В ней есть и дали, и общение с людьми, и самовыражение, и определённая независимость.

– А тебе, судя по допросу, которому ты подвергаешь меня уже полчаса, место в милиции в качестве следователя.

– Извини. Но я туда, кстати, и собираюсь. Пойду, как говорят, по стопам родителей. Мама, правда, работает в прокуратуре и осуществляет надзор за милицией, в том числе и за отцом, который служит в уголовном розыске.

– Даже и не знаю, как отнестись к такой информации, – девушка покачала головой, – если и ты собираешься осуществлять за мной надзор, то наши пути в лучшем случае продолжатся параллельно.

– Хороший, серьёзный сигнал для моих действий. Теперь я знаю, в каком направлении мне двигаться, чтобы подружиться с тобой, – Виктор посмотрел на солнце, которое уже почти скрылось за горизонтом, отчего небо приобрело невообразимые краски, вызывающие чувства печали и тоски по ярким и жизнерадостным явлениям.

– Теперь я вынуждена превратиться в следователя и задать тебе вопрос, – усмешка Светы перешла в улыбку, – и в каком направлении ты намерен двигаться?

– В направлении сближения путей.

– Не юли, иначе можно применить и пытки.

– Твои пытки будут мне только в радость.

Девушка усмехнулась и несколько раз качнула головой.

– Мне кажется, что уклонением от ответов, ты наши пути разводишь в стороны.

– Я в панике, а поэтому беру курс на сближение, – Виктор взял девушку за руку и внимательно посмотрел на её ладонь, – удивительно! Теперь взгляни на мою. Что видишь?

Света нежно провела пальцами по линиям на ладони.

– Я вижу две буквы «Л», стороны которых пересечены.

– А теперь посмотри на свою изящную, волнующую руку.

Девушка ойкнула:

– Удивительно! Наши линии почти одинаково расположены на ладошках.

– О чём это говорит?

– Боюсь озвучить пришедшие на ум мысли, – Света смущённо посмотрела на парня, – а поэтому слушаю твоё объяснение.

– Попробую. Кто-то подсчитал, что на руке имеются около трёхсот линий. И, конечно, у людей не мог ни возникнуть вопрос: почему они существуют и для чего служат? Появились хироманты, которые по линиям и бугоркам на ладонях стали предсказывать будущее, утверждая, что человеческая судьба предопределена. Мы приходим в мир с тремя линиями – жизни, сердца и судьбы. Потом появляются новые. У нас с тобой основные линии почти совпали, что говорит о схожести наших путей и целей в жизни и то, что мы созданы друг для друга. Такие совпадения у людей очень редко случаются.

– Твои слова, хиромантия, восхитительный закат вскружили неопытной девушке голову, – Света закрыла глаза, вытянула руки вперёд и слегка покачнулась.

Виктор придержал десятиклассницу за нежные тонкие пальчики и тихо произнёс:

– И у меня голова закружилась.

– У тебя, возможно, это происходит от выпитого вина, а у меня на трезвую голову, – девушка приоткрыла один глаз.

– Предположение неверное. Голова моя кружится от волнующих волн в душе и от предчувствия чего-то необычного в своей жизни. И это необычное уже началось тем, что наши руки предсказывают нам один путь. И этот закат, почти раскрасивший всё небо, предупреждает нас, чтобы мы не упустили свой шанс.

Света открыла свои большие карие глаза и на выдохе произнесла:

– Я сейчас точно в обморок упаду. Такого волнующего всплеска чувств я никогда ещё не испытывала.

– Извини, – Виктор усмехнулся, – я забыл, что ты малолетка и тебе ещё противопоказано слушать такие признания.

– А я вот сейчас возьму и обижусь на тебя, – девушка стукнула кулачком в грудь парня, – и ты больше меня никогда не увидишь.

– Не получится, – Виктор дружелюбно улыбнулся, – от судьбы никуда не уйдёшь. Об этом говорят и наши линии на руках. Хотя я придерживаюсь другого мнения. Человек сам творец своей судьбы, а поэтому я сделаю всё от меня зависящее, чтобы мы оказались на одном жизненном пути.

– Мне, наверное, сегодня пора в свою детскую кроватку поразмыслить о недетских разговорах, иначе я задохнусь от новых, неизведанных мне ощущений.

– Действительно, старт нашего общения получился стремительным, но насыщенным необыкновенными эмоциями. Я думаю, что мы уже не сможем обойтись друг без друга, поэтому предлагаю завтра встретиться на этом же месте и в это же время. И это будет нашим первым настоящим свиданием. На нём мы расскажем друг другу, какие мысли и ощущения возникли в наших телах после сегодняшней встречи, – Виктор взял девушку за руку и усмехнулся, – извини, но я тебя должен сдать твоим замечательным родителям в целости и сохранности как ещё не совсем дотянувшую до совершеннолетия.

– И под расписку, – Света хихикнула, – мои восемнадцать лет не за горами. Но я себя считаю уже самостоятельным субъектом взрослых взаимоотношений и почти не завишу от родителей.

– Я рад этому, а поэтому хочу услышать от тебя ответ на моё предложение.

– На свидание к такому умному, красивому и одновременно скромному и шустрому парню я с большой долей вероятности приду.

– Оригинальный ответ, – парень посильнее сжал ладонь девушки, – я буду ждать тебя весь вечер и всю ночь, и даже немножко утра.

– Ты мне не оставляешь выбора. Жди, и я приду при любых обстоятельствах, – девушка взяла парня под руку, – теперь можешь сдать меня родителям.

4

В эти апрельские дни другой человек, недосягаемый для Светы и Виктора даже в мыслях, Михаил Сергеевич Горбачёв – Генеральный секретарь ЦК КПСС, председатель Верховного Совета СССР, – продолжал расширять и углублять процесс «перестройки». Этот человек, рождённый 2 марта 1931 года в селе Привольное Ставропольского края в крестьянской семье, достоин уважения за первые двадцать лет своей жизни, когда с тринадцати лет совмещал учёбу в школе с периодической работой в колхозе и в МТС, а чуть позже работал помощником комбайнера. За ударный труд на уборке зерновых школьник Горбачёв в 1949 году был награждён орденом Трудового Красного Знамени. Уже в десятом классе его приняли кандидатом в члены КПСС, а после окончания школы с серебряной медалью он становится студентом юридического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова, который заканчивает с отличием и распределяется в краевую прокуратуру города Ставрополя, где проработает всего десять дней. А дальше коммунист Горбачёв, обладающий гипнотическим влиянием на окружающих людей, начнёт быстрое восхождение сначала по комсомольской лестнице, а потом и по партийной. Необыкновенное явление в лице молодого, энергичного, с природной отметиной на голове, человека замечают в Москве. Казалось бы, сами Небеса посылают стране и народу лидера, способного вывести государство на первые позиции в мире. Народ и партия поверили в силу и гениальные способности этого человека и пошли вперёд под его лозунгами «перестройки».

В апреле 1989 года Горбачёв, готовясь к пленуму ЦК КПСС, очевидно, подводил итоги первых этапов своей деятельности и не был в восторге от её последствий. Правда, и страна от прежних руководителей ему досталась не подарок, а погружённая в экономический и социальный кризис, с производительностью труда на две трети ниже американской, с убыточным сельским хозяйством, с высокой детской смертностью, с низким объёмом потребления на душу населения товаров и услуг. Но за четыре года правления Горбачёва эти показатели ещё ухудшились. Стремительно росло число нищих, и в 1989 году количество людей с доходом ниже прожиточного минимума в семьдесят восемь рублей достигло сорока одного миллиона. Бурю возмущения у народа вызвало Постановление ЦК КПСС «О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма», принятое в 1985 году, итогом которого стало ограничение времени по продаже спиртных напитков и резкое повышение цен на них. Люди, стоя в огромных очередях за спиртным, стали терять человеческий облик. На помощь жаждущим, да и просто нормальным членам социалистического общества, пришли самогонщики. Очевидно, не утешали руководителя страны и итоги провозглашённой политики гласности, при которой снижались, снимались запреты на обсуждение в СМИ ранее запрещённых тем, например, сталинских репрессий, сексе, проституции. Принятые законы о частной предпринимательской деятельности принесли больше вреда, чем пользы. «Новое мышление», которое предполагало в международной политике отказ от классового в дипломатии и улучшение отношений с западными странами за счёт существенных уступок, вело к распаду социалистического лагеря.

Возможно, в то время, когда Виктор и Света расставались после первого совместного наслаждения закатом, жена Горбачёва Раиса Максимовна как раз подсела к погружённому в мысли мужу и спросила:

– Думаешь о предстоящем пленуме?

– Да, хотя мы с тобой и обсудили все его нюансы и провели перед этим огромную работу, но на душе у меня тревожно. Складывается такое ощущение, что под ногами почва заходила ходуном.

– После пленума это ощущение пройдёт. Мы, действительно, сильно подготовились для рассмотрения на нём организационного вопроса. Из состава Политбюро ещё раньше мы вывели твоих противников – Романова, Тхонова, Гришина, Долгих, Кунаева, Алиева, Демичева, Соломенцова, а на смену им поставили твоих друзей – Яковлева, Медведева, Лукьянова.

– Ну, это правильно. Вот только, как бы они не оказались, как Ельцин, которого мы сначала ввели, а потом вывели из Политбюро из-за чрезмерно радикальных взглядов и готовности идти к власти по трупам.

– Не волнуйся, Миша, – Раиса Максимовна обняла мужа, – мы сменили шестьдесят процентов областных секретарей и сорок процентов в ЦК КПСС. Сила на твоей стороне. Меня немного беспокоит вопрос, а не взбунтуются ли на пленуме старички, которых ты уговорил уйти на заслуженный отдых?

– Навряд ли. Ну, ты меня понимаешь. Я тяжело переживаю обнаружившееся «недомогание» партии, которое переходит в неизлечимую болезнь, и вижу, как управленческие и партийные структуры нажимают на тормоза. Перемены ими воспринимаются как угроза отстранения от власти, и они делают всё, чтобы этому помешать. Это их просчёт. Надо было не отсиживаться в кабинетах, а делать дело, идти к людям. В результате партийная масса стала отделяться от партийной бюрократии, которую не поддерживал и народ, – Михаил Сергеевич взял жену за руку, – как ты знаешь, с твоего одобрения я сначала провёл беседу с бывшими членами Политбюро, оставшимися в ЦК, потом встретился со всеми членами ЦК, вышедшими на пенсию. Изложил им ситуацию и деликатно, в форме совета, подвёл к пониманию того, что нужно дать дорогу вновь пришедшим партийным руководителям и активистам. «Старики» встретили это с достоинством, никто не сетовал.

– Этим людям для адаптации к новым условиям надо дать возможность продолжить работу на пользу партии и народа, – Раиса Максимовна заглянула в глаза мужа.

– И это правильно. Мы так и сделаем. Привлечём их к работе в разных комиссиях при ЦК, будем с ними советоваться.

– Сколько человек планируется отправить в отставку?

– Более ста.

– Это очень хорошо. Я думаю, после обновления ЦК перестройка пойдёт более эффективным путём. Пожелаем себе, чтобы 25 апреля, когда состоится Пленум ЦК КПСС, стал для нас судьбоносным и счастливым.

– И это правильно! – Михаил Сергеевич нежно провёл рукой по щеке жены, – у тебя, Рая, усталый вид. Может, не стоит так глубоко вникать в проблемы перестройки. Тебе достаточно быть рядом со мной и затмевать красотой жён моих зарубежных коллег.

– Чтобы полноценно светиться красотой, я должна быть в курсе всех событий. От этого и тебе будет легче.

– Ты права, с тобой я чувствую себя уверенно и горжусь тобой.

– Спасибо, Миша! И это правильно!

5

Утром 23 апреля Михаил Сергеевич проснулся с мыслями о Пленуме, а вот молодой коммунист Ударов после пробуждения в первую очередь подумал о необыкновенной девушке, которая затмила вчерашний фантастический закат. Парень быстро поднялся с кровати, привёл себя в порядок и заскочил на кухню, где родители тихо-мирно заканчивали завтрак. Фёдор Иванович, плотный мужчина среднего роста с правильными чертами лица, посмотрел на сына, усмехнулся и произнёс:

– На твоём лице до сих пор играет красками закат.

Мать парня Людмила Петровна, миловидная женщина с упругими формами, посмотрела на мужа и тоже усмехнулась.

– А я и не догадывалась, что у тебя под толстой милицейской кожей скрываются задатки поэта.

– Ха! А ты забыла, как я тебе на закате уже на первом нашем свидании читал стихи?

– Ошибаешься, даже помню несколько строк из стихотворения: «Режут тени наискосок рыжий берег в наносах ила. Я готов целовать песок, по которому ты ходила», – женщина снова усмехнулась, – но проза жизни оказалась сильнее стихов.

– Ха! Да просто такого песка не подвернулось. А так я по-прежнему готов…

Виктор хмыкнул.

– Эй, родители, главное, не забудьте меня покормить, как творение вашего заката, а потом вспоминайте свой песок хоть до посинения. Мне надо срочно по делам в город.

– Что на это скажет начальник уголовного розыска майор милиции Ударов? – Людмила Петровна забрала у мужа пустую тарелку.

– Надо сыну дать двойную порцию завтрака, поскольку он, очевидно, вернётся домой после заката, который, очевидно, снова будет встречать с прекрасным созданием природы, – мужчина развёл руки в сторону, – а по такому случаю придётся ему выделить дополнительные финансы к его заначке.

Парень снова хмыкнул.

– Да не зря ты, папа, служишь сыщиком. От тебя ничего не ускользнёт. Но не будем загадывать наперёд. Может, принцесса не выйдет из замка на мой зов.

– А ты позвони сначала, – Людмила Петровна поставила на стол перед сыном тарелку с жареной картошкой и стакан с молоком.

– Я собирался так и сделать.

– Ладно, не будем тебе мешать, – мужчина поднялся из-за стола, – приятного аппетита и удачи!

После завтрака Виктор побрился в ванной комнате, вышел в коридор, закрыл дверь в зал, где находились родители, и позвонил Лединым. На другом конце провода трубку поднял Юрий Борисович. Парень поздоровался и попросил позвать к телефону Свету, если та не спит.

– Привет-привет! Не спит, не спит и чего-то ждёт, – в голосе мужчины прозвучали иронические нотки, – сейчас позову.

Девушка отозвалась почти сразу же.

– Привет!

– Привет! Как дела?

– Не поверишь, не сплю с шести часов утра. Такого раньше за собой не замечала.

– А я не сплю с без четверти шесть и весь извёлся от нетерпения.

– Ты, очевидно, хочешь что-то предложить?

– Да. Поскольку я боюсь, что до заката не дотяну, поэтому предлагаю встретиться немедленно, – Виктор глубоко вздохнул, – извини за повелительный тон, но дело не терпит отлагательств, время быстротечно, жизнь коротка, наши руки дали нам шанс идти по жизни одним путём, небеса посылают нам необыкновенное явление с необыкновенными чувствами и ощущениями.

Девушка хихикнула.

– А у меня ещё уроки не сделаны.

– Интересно, а чем ты занималась с шести часов?

– Мечтала.

– Мечтать одной вредно, будем мечтать вместе. Время быстротечно, жизнь коротка… Мечты надо без задержек воплощать в дела. Ну, вы меня понимаете?

Девушка усмехнулась.

– Ты мне напоминаешь нашего руководителя государства. Ну, я понимаю, и это правильно, товарищ.

– Ладно, на уроки даю тебе… – Виктор задумался, – сколько дать?

– Так уж и быть, учитывая исключительность момента, ускорение перестройки и новое мышление в стране, я их сделаю за час.

– В таком случае я выдвигаюсь на набережную.

– Выдвигайся. Я постараюсь управиться быстрее, – девушка хихикнула и положила трубку.

Молодой коммунист, старший сержант танковых войск в запасе встретил девушку настороженным взглядом, с робостью в душе и с учащённым сердцебиением. В глазах Светы тоже мелькали робость и смущение. Виктор, чтобы разрядить обстановку, улыбнулся и произнёс:

– Видимо, товарищи, всем нам нужно перестраиваться.

– Видимо, товарищ, у тебя товарищ Горбачёв кумир, потому что у тебя в речи проскальзывают его выражения и слова, – девушка усмехнулась, – привет! Не умер от нетерпения?

– Привет! Ждал-ждал и дождался явления, которое краше восхода и заката солнца, – Ударов взял девушку за руку, – а к товарищу Горбачёву у меня неоднозначное отношение и больше отрицательное, поскольку из общества уходит стабильность, и люди в растерянности и недоумении от свалившихся на них проблем.

– Мой отец пока хорохорится, но я замечаю его внутреннее напряжение и неудовлетворение складывающейся ситуацией в стране. И мне как-то тревожно становится на душе.

– И я с тревогой думаю: неужели там наверху не видят, куда падает страна. А, может, в руководство внедрились враги с Запада? Но не будем сегодня омрачать наше первое свидание, а чтобы оно тебе запомнилось, я подарю тебе аиста.

– Аиста? – Света удивлённо повертела головой.

Парень извлёк из-за камня сумку с красной геранью в горшке.

– Герань в переводе с греческого означает «аист». Он должен принести нам счастье. Цветок я тебе отдам при расставании. Пусть он пока впитывает в себя мои самые сокровенные желания и возвышенные чувства.

– Ты оказывается не только хиромант, но и маг, мечтающий околдовать меня, – Света дотронулась рукой до нежных цветков «аиста», – я уже и без герани попала под гипноз своих новых ощущений. Спасибо за оригинальный подарок и сюрприз.

– А у меня для тебя есть ещё кое-что, – Виктор из кармана чёрного пиджака достал плитку шоколада, – его можешь слопать прямо сейчас.

– Спасибо! Поделюсь с мамой. Она у меня любительница сладенького, вкусненького. Но мы этим редко себя балуем, тем более сейчас, когда существует катастрофический дефицит во всём. И куда оно всё девалось?

– На здоровье! А по поводу опустевших полок в магазинах когда-то мы узнаем правду. Народ, победивший фашизм, победит и сегодняшние вызовы, происки и вредоносные вирусы. Главным в этом хаосе останется любовь в любом её проявлении.

– У меня из-за твоих мыслей складывается такое впечатление, что тебе сейчас не двадцать один год, а далеко за тридцать, и что ты очень зрелый мужчина.

– Ха! Малолеткам, вроде тебя, всегда ребята, отслужившие в армии, кажутся стариками.

– Ты в какой-то степени прав. Мы с опаской посматриваем на таких парней. Наше внимание в большинстве случаев обращено на одногодков и парней старше не более чем на один год, – Света улыбнулась, – но я почему-то тебя не боюсь и даже прониклась к тебе доверием.

– В таком случае давай составим план наших дальнейших мероприятий.

– Давай. И начнём с классики, то есть с похода в кино на дневной сеанс.

– Согласен.

6

25 апреля Пленум ЦК КПСС прошёл по сценарию Горбачёва. Старые кадры, запланированные для отставки, сложили с себя полномочия. На их место пришли более энергичные молодые люди. Позиции Горбачёва укрепились, и он начал усиленную подготовку к Первому Съезду народных депутатов СССР. Перед этим в стране прошли первые альтернативные выборы высшего органа власти. В это же время на арену политической борьбы выходят деятели, претендующие на лидерство в перестройке. К ним в первую очередь относятся Анатолий Собчак, Гавриил Попов, Галина Старовойтова. Эти люди выступали за рыночную экономику, ликвидацию монополии КПСС на власть, расширение самостоятельности республик.