Стальпар. Приключенческий детектив
- -
- 100%
- +
– А как же Толя?
– Канаткин обойдётся. Он ещё не достиг должного уровня, чтобы обладать такой девушкой, – Крэш послал Асе воздушный поцелуй.
– Но я с ним должна хотя бы поговорить об этом. Ведь я привыкла свои обещания выполнять, – Ася надула губки.
– Поговорить можешь, но завтра, когда он вернётся с базы, – мужчина открыл переднюю пассажирскую дверь машины, – а сейчас, прошу в «Джип». Мы сопроводим лесовоз уже с нашим товаром до определённого места, а потом поедем в одно уютненькое местечко.
– Я согласна, но мне надо отдохнуть и привести себя в порядок, – Василькова руками пошевелила свои соблазнительные «мячики».
– Конечно, дорогая, я дам тебе день на отдых, а потом я тобой займусь вплотную, – Крэш снова обнажил не совсем ровные зубы и издал что-то наподобие смеха.
Через час вся банда была в пути. Ася ехала в машине Крэша и наблюдала за дорогой. Лесовоз с похищенным грузом тарахтел сзади. В какой-то момент он свернул с дороги и скрылся в тайге. Крэш, проехав после этого с километр, взглянул на девушку:
– Я в тебе не ошибся.
Ася на это признание бандита скромно промолчала. Мужчина дотронулся до колена девушки:
– Ты хорошо выполнила свою работу и не задаёшь лишних вопросов о наших делах.
– Спасибо за доверие, а в ваши дела я не хочу вникать. Зачем молодой красивой девушке забивать ими голову и создавать себе лишние проблемы.
– И это правильно, – Крэш уже более смело положил руку на колено Аси.
Девушка на этот жест главаря банды отреагировала добавлением строгости в голос:
– А вот это потом, мой дорогой.
Крэш вернул руку на руль:
– Как скажешь, моя королева.
На следующий день в первой половине дня к Асе, которая по-прежнему обитала в небольшой комнате в доме женщины Крэша, приехал Канаткин. Парень, войдя к девушке со взглядом, в котором застыла печаль о несбывшейся мечте, с надеждой в голосе спросил:
– Может быть, нам прямо сейчас уехать отсюда на край света?
Ася покачала своей прелестной головкой:
– Сам знаешь, что это утопия. В постоянных бегах мы не будем счастливы, и нас всё равно рано или поздно настигнут. И главное, о чём я думаю – это то, что у тебя сейчас ко мне пылает не любовь, а страсть. Ты – хороший парень, но быть нам вместе – не судьба.
– Ты права. Но я не буду терять надежду хотя бы на одну ночь любви с тобой.
– Надеждами мы живём и стремимся к воплощению своих желаний. А сейчас прости и прощай, – девушка закрыла лицо руками.
Проводив Канаткина, Ася на обратном пути столкнулась с хозяйкой дома, которая одобрительно кивнула головой:
– Ты, Ася, достойна лучшего, не распыляй себя по мелочам.
– Спасибо за совет, я так и сделаю.
9
Майор Пружанин с каким-то явным безразличием смотрел на гостя из Москвы и говорил:
– Это всё, что мы имеем по этим делам.
Молодой симпатичный парень, понимая, что вмешивается в чужие владения, тем не менее был настойчив:
– Я попрошу вас с этого момента все оперативные мероприятия по указанным делам прекратить. Ваша задача в ближайшие часы доставить сюда лесного инспектора, который охраняет вот этот участок тайги, – парень ткнул пальцем в карту, – от этого зависит жизнь наших людей.
Майор оживился:
– Я этого инспектора уже опросил. Он категорически отрицает какие-либо подозрительные перемещения по его территории.
– В связи с новыми обстоятельствами, я уверен, он заговорит по-другому.
Глаза начальника уголовного розыска окончательно приобрели блеск жёсткого опытного оперативника. Майор без раздражения посмотрел на московского гостя и незамедлительно дал необходимые указания своим подчинённым.
Через два часа инспектор лесоохраны с поникшей головой уже сидел перед москвичом и оправдывался:
– Честное слово, я не при делах. Мне платили за молчание. Сегодня ночью они вновь объявились.
Майор решительно поднялся, посмотрел на часы, которые показывали четыре часа дня и произнёс:
– Не будем терять ни минуты.
В это время Ася, отдохнув и успокоившись, прогуливалась по фруктовому саду, расположенному возле её временного пристанища. Вскоре к дому подъехал «Джип», из которого вышел улыбающийся Крэш с букетом тюльпанов и бутылкой шампанского. Ася подскочила к шефу и чмокнула его в щеку:
– Спасибо, дорогой, но на стоны я буду способна чуть позже.
– Я – терпеливый и не насильник, подожду, мужчина взмахнул рукой, – давай для начала присядем на лавочку под яблоней.
– Спасибо за понимание, за это тебе воздастся райскими наслаждениями, – девушка кокетливо улыбнулась.
– Ты – удивительная девушка, Ася, и на интимные темы говоришь так сладко и соблазнительно, что я теряю от этого голову.
– У тебя голова всегда должна быть начеку. Ты ведь – шеф. На твоём пути могут повстречаться коварные субъекты и разные там «штучки», которые за деньги продадут тебя и глазом не моргнут, – глаза девушки приобрели задумчивый и серьёзный вид.
– Ты не только очаровательна и красива, – Крэш обнял Асю за плечи, – но ты ещё и очень мудрая девушка. Мне повезло в жизни, что я встретил тебя.
– Ты прав, – Василькова прижалась к мужчине, – я буду предостерегать тебя от опрометчивых шагов, а в скором будущем мы начнём новую жизнь без этих приключений на трассе.
– У меня и сейчас уже достаточно денег, чтобы начать такую жизнь, – Крэш хлопнул рукой по карману пиджака.
– В таком случае ты должен завязать с преступной деятельностью, – Ася погладила руку бандиту.
– Ради тебя я на всё согласен.
В это время к дому подъехала «БМВ» пятой модели. Из неё вышел улыбающийся Вася Гулин с букетом красных тюльпанов и бутылкой шампанского. Он подошёл к воркующей парочке и склонил голову:
– Если бы ты знала, дорогая, сколько трудов и нервов я потратил, чтобы снова найти тебя, но теперь всё позади.
Крэш от свалившегося с неба дальнобойщика сначала опешил, но потом принял угрожающую позу:
– Доходяга, ты даже мизинца Асиного не стоишь. Но ты, оказывается, ещё и наглец и, очевидно, я зря не нарушил тогда свой принцип решать дела без трупов. Кстати, его можно нарушить сейчас, хотя это не будет нарушением, поскольку я убью тебя из-за любви к прекрасной девушке, – Крэш рванулся к дому. На его пути встала Ася:
– Спасибо за любовь, но, прошу тебя, не нарушай своих принципов. У тебя, Крэш, есть ещё шанс выйти из тюрьмы относительно молодым человеком.
Крэш, поняв всё, схватился за голову и снова сел на лавочку:
– В отношении тебя, Ася, я не держу зла, я даже тобой восхищаюсь. Ты талантлива, умна, хитра. Ты – прирожденная актриса.
Девушка улыбнулась:
– Если быть откровенной, ты, Иван Крепышкин, вызываешь у меня определённую симпатию, но я люблю вот этого долговязого стального парня, у которого имеется чёрный пояс по тхэквондо.
Крэш поднялся:
– Браво. Я стал участником самого лучшего спектакля в моей жизни и под впечатлением финала я принимаю решение сотрудничать с вами. Очевидно, вы не полицейские, а из спецслужб, поэтому своё поражение я воспринимаю не так трагично и понимаю, что в этом мире никому нельзя доверять.
Ася грустно улыбнулась:
– Доверие – понятие не постоянное и строится на необходимости, неизбежности людей быть вместе какое-то время для решения совместных задач, при этом каждый ищет для себя наилучший исход.
Крэш тоже изобразил печальную улыбку на лице:
– У меня есть последнее желание, на которое я имею право. Я не знаю, как тебя зовут на самом деле, девушка, но пообещай мне, что ты проследишь мой тюремный путь, а после него, если я не сгину, дашь мне о себе весточку. Это будет для меня стимулом для исправления и возвращения на свободу.
Девушка достала из кармана Васи наручники и отдала их Крэшу:
– Обещаю. Нам пора.
Крэш застегнул сам на себе «браслеты» и посмотрел на женщину, стоящую на пороге дома и вытирающую платочком слёзы.
– Тоня, дождись меня, ты мой основной стимул для возвращения. Я стану другим.
10
Стальпар стоял на краю плоского плато и любовался видом бескрайнего моря, цвет воды которого постоянно менялся в зависимости от облаков на небе, от порывов ветра, от высоты волн. Парень, на груди которого сверкала медаль чемпиона, выглядел словно изваяние, сделанное из стали. Рядом со Стальпаром стояли его верные друзья: Ольга, Тэко, Усатый боцман и генерал. Все молчали. Наконец, Даров пошевелился:
– Не знаю, как вы, а я проголодался. Скажи-ка нам, Стальпар, чем сегодня нас угостит Тэко?
Парень повёл носом:
– Наш уважаемый Тэко только и может, что рыбу пожарить да вино приготовить, а вот ваши подчинённые, товарищ генерал, постарались так постарались, что мой нос даже оказался в затруднительном положении, так что придётся спуститься вниз и собственными глазами посмотреть, что за чудо-блюда там наготовлены.
Тэко сделал вид, что обиделся:
– А я ещё могу картошку сварить и сала нарезать.
Генерал дружески похлопал старика по плечу:
– Это самая лучшая закуска, которая подойдёт к любому спиртному напитку, в том числе и к твоей наливочке.
Ольга прижалась к Стальпару:
– Как говорили герои знаменитой комедии, «Жить хорошо! А хорошо жить – ещё лучше!».
– Точно! – одновременно воскликнули Стальпар и генерал.
В Люксембурге не всегда спокойно
1
Стальпар вышел на балкон своей новой квартиры и встал рядом с Ольгой:
– Этим видом на Москва-реку внизу и башни Кремля вдалеке можно любоваться всю жизнь, постоянно получая огромное наслаждение от красоты, величия и мощи города.
Ольга прижалась к мужу и с любовью проговорила:
– Я даже не подозревала, что у тебя такая чувственная душа.
– А я начал подозревать, что в последнее время с тобой происходит что-то необычное, но ты от этой необычности стала ещё женственнее, красивее. Вот, например, почему ты сегодня встала так рано?
– Хочу побольше насладиться октябрьским бабьим летом, впитать его красоту в свою душу, чтобы передать все мое восхищение жизнью, все мои прекрасные качества, сформировавшиеся за двадцать три года моей жизни, стальмальчику, который появится на этот свет через пять месяцев.
Стальпар со своего колокольного роста грохнулся на колени и прижал свою голову к животу жены:
– Я хотел, я ждал этого, я надеялся, я счастлив.
Девушка погладила мужа по голове и радостно рассмеялась:
– Хватит восторгаться, пошли завтракать, ты с утра должен быть у генерала, которому тонко намекнёшь на моё положение и на мою перспективу отойти от дел, а потом стать преподавателем в нашем учебном заведении.
– Ты извини, дорогая, я намекать не буду, а скажу так, как оно есть на самом деле и чувствую, что этот вызов к генералу приведёт нас к очередной разлуке на неопределённое время.
– Я в тебя верю. Ты управишься с предстоящим заданием, как всегда, блестяще и быстро.
– На этот раз мне придётся постараться ещё сильнее. У меня теперь есть двойной стимул.
– И, как всегда, надёжный тыл, – Ольга встала на цыпочки и поцеловала мужа в губы.
2
В Люксембурге, недалеко от главной площади города, на улице, виляющей вдоль обрыва, далеко внизу которого блестела сквозь деревья речка, и на фоне взмывающих в небо «Боингов» в одиннадцать часов ночи ехала одинокая машина. Она то притормаживала, то ускорялась. Наконец, на одной из пустынных парковочных площадок остановилась. Через минуту из неё вышел высокий парень в чёрной рубашке, в черных узких брюках и в чёрных блестящих туфлях. Молодой человек посмотрел на публичный дом, в некоторых окнах которого призывно горели красные фонари, и направился в сторону главной площади города. Через некоторое время он вошёл в известный на всю Европу гей-клуб, поговорил там с одним человеком, вышел из заведения, и, пройдя ещё метров пятьсот, вошёл в обычное кафе, где, осмотревшись, заказал себе большую кружку тёмного пива и подумал: по всей видимости в этом заведении собирается молодёжь из близлежащих стран для встреч и решения каких-то своих задач, и это хорошо. На фоне её он не будет выглядеть необычно. Дормидонт Тюрилкин сделал два глотка пива, и в это время зазвонил его мобильный телефон. Парень включил связь:
– Хай, окей, ай эм ин кафе. Ай вейт фор ю.
Через минут десять к Доре подошёл парень Микки с подпудренными щеками и белокурыми длинными волосами, который мило улыбался:
– Мне передали твою просьбу встретиться именно здесь, но в этом заведении я себя не очень уютно чувствую.
Тюрилкин понимающе кивнул головой:
– Зато я здесь в своей тарелке, а в твоём клубе я сразу бы попал под прицел очень многих любопытных глаз, оценивающих мою задницу. А теперь к делу. Где мы можем спокойно поговорить, чтобы нас никто не заподозрил в тайных делах?
– Где ты припарковался?
– На обрыве, – махнул рукой парень, – там недалеко есть публичный дом.
– Жди меня на стоянке, я буду там через пятнадцать минут после тебя. В красных фонарях обитает моя подруга Нинель, у неё русские корни, как и у меня. Эту девушку мы и навестим. На всякий случай – вот её телефон, – Микки, полистав экран мобильника, показал его Дормидонту, – запиши, там есть и её адрес, то есть номер спальни.
– Прежде чем я уйду, ответь мне на один вопрос, ты его часто видел?
– Пару раз в нашем клубе.
– Окей, сейчас я допью пиво и отправлюсь на обрыв.
Тюрилкин через полчаса вернулся к своей машине и оценил обстановку. На улице, на одной стороне которой находились жилые дома с почти всеми потухшими окнами, а на другой ущелье с рекой, не было ни души. «Да Люксембург – это не Нью-Йорк, – подумал Дора. Здесь тишь да гладь. Этот город – рай для пенсионеров, и преступности здесь практически нет».
За рекой, над её обрывистым берегом по-прежнему периодически взлетали лайнеры, которые в основном были заполнены деловыми людьми. Тюрилкин нарезал круги на стоянке и посматривал на часы. Прошёл уже час, а Микки не появлялся. Дора начал волноваться. А когда был на исходе и другой час, парень решительно направился по обратному маршруту, заглянув сначала в кафе, а потом и в гей-клуб. Микки нигде не было. Тюрилкин вернулся к публичному дому и набрал номер Нинель. Та коротко ответила:
– Заходи, Дора. Моё окно на секунду погаснет.
Когда Дормидонт вошёл, окно было завешено плотной шторой, красный фонарь продолжал гореть, расстеленная кровать соблазнительно манила нырнуть в неё. Тридцатилетняя миловидная девушка с испуганным взглядом пролепетала:
– Я переживаю за Микки. Я ему звонила, он не отвечает. В Люксембурге пропажа собачки чуть ли не сенсация, о которой в считанные часы становится известно всей стране, а здесь исчез человек.
– Значит об этом тоже скоро заговорят, или он объявится сам.
– Мне уже кое-что известно. Перед твоим приходом мне позвонил один человек и сообщил, что Микки в сопровождении двух парней сел в машину, которая умчалась в северном направлении.
– Что тебе рассказывал Микки про наши дела? – требовательно спросил Дора.
– Два дня назад мы встречались, – начала свой рассказ Нинель, – и он сказал, что в городе рыскает один американец. У Микки сложилось такое впечатление, что он идёт по следу нужного вам человека.
– И где теперь искать этого нужного человека?
– Я попробую узнать, город маленький, а человек не иголка.
– Будь осторожна, – Дора оценивающе посмотрел на девушку, – а ты сексуально выглядишь в этом полупрозрачном белом коротеньком наряде.
– Увы, я уже старушка для этих дел. Наш бизнес в этом городе пенсионеров с каждым годом всё больше закисает, и я вместе с ним кисну. Если я приму двух клиентов в неделю, это уже хорошо для меня. Становится скучно, надо менять деятельность. А твои комплименты случайно не означают то, что я должна отработать деньги? Так знай, с таким парнем, как ты, я сделаю это с большим удовольствием и старанием.
– Я бы тоже, Нинель, с большим удовольствием провёл с тобой час-другой, но сейчас, извини, мне надо идти. Про меня всем говори, как о клиенте полном сил и выдумки.
– Я так и скажу, но надеюсь испытать твою силу на себе.
– Окей.
3
Игорь Хатаров, полноватый тридцатипятилетний мужчина с обыкновенной внешностью отключил компьютер, встал из-за стола, подошёл к окну, с осторожностью чуть-чуть отодвинул плотную штору и посмотрел с третьего этажа, на котором находилась его комната, на пустынную улицу и на другой берег реки, над которым в ночное небо не очень часто взмывали самолёты. Шёл двенадцатый час ночи. В такое время даже самые заядлые выгульщики собак уже давно сидели по своим квартирам, а большинство из них просто спали и видели сны. Город навевал на Игоря тоску и печаль в довесок к имеющейся тяжести на душе от совершённых им грехов, от непредсказуемого будущего и от тупикового положения в сложившейся ситуации. Хатаров приложил к стеклу левую щеку, чтобы лучше разглядеть огни публичного дома, и тут же отпрянул от окна. На обрыве появилась машина. Через узкую щелочку мужчина вновь посмотрел в окно. Из машины вышел парень во всём чёрном и направился в сторону площади. Игорь решил дождаться его возвращения, сидя у окна. Через некоторое время парень вернулся и стал кружить на парковочной стоянке. Это действо продолжалось два часа, после чего субъект в чёрном снова решительно направился в сторону площади. Любопытство Игоря победило его страх. Мужчина вышел на улицу и незаметно стал следить за странным молодым человеком. Но когда этот человек вернулся к публичному дому и вошёл в него после телефонного звонка, Хатаров разочарованно подумал: очевидно, к парню на свидание не пришла девушка, вот он и решил оторваться с проституткой. Но потом к Игорю вернулась прежняя мысль, что этот парень, так похожий на русского, пришёл по его душу, как и американец. Русские его объявили в международный розыск за хищение крупной суммы денег из банка, в котором он работал начальником службы безопасности, а американцы за ним охотятся из-за того, что он, воспользовавшись своими способностями по взламыванию секретных сайтов, похитил сведения у военных США, представляющие интерес для военного ведомства России. Эти сведения он теперь хочет передать русским в обмен за снисхождение по делу о хищении и с этой целью стал искать выходы на соотечественников. Конечно, у американцев сейчас на него ничего нет, кроме предположений. Но они, очевидно, знают, что он ищет связь с русскими. Ведь в Люксембурге, оказывается, ничего нельзя утаить. Хатаров посмотрел на окна публичного дома и стал себя ругать, что так бездарно провёл операцию по хищению денег. Фамилию не сменил, в компьютере переписку с Микки, к которому напрашивался в гости, не уничтожил. На сегодняшний день деньгами воспользоваться не может, как и уехать из города. Хорошо, что с Микки всё-таки встреча состоялась и он этому напудренному парню намекнул, что обладает сведениями, которые могут быть интересны для русских. Кроме этого Микки дал ему адрес человека, обеспечивающего жильём таких, как он, беглых. Но таких и вычисляют быстро. Легализоваться ему нельзя, поскольку при любом раскладе его сначала передадут американцам, а у них ему светит пожизненная тюрьма. Нет, туда он не хочет, поэтому надо во что бы то не стало выйти на своих. Хатаров посмотрел на часы. Было два ночи. Мужчина снова взглянул на окна публичного дома. В одном из них вспыхнул красный фонарь, и в это время из дома вышел парень в чёрном, который быстрым шагом дошёл до своего автомобиля, сел в него и укатил в сторону площади. «Наверное, поехал в гостиницу,» – подумал Игорь. А ему самому, как подсказывало шестое чувство, надо обязательно поговорить с проституткой, которая принимала гостя.
4
Молодой человек Джордж Мерритт, который внешностью был похож на Дормидонта Тюрилкина, стальными пальцами сжал мизинец Микки:
– Своим бестолковым, упорным молчанием ты вынуждаешь меня прибегнуть к крайним мерам, а точнее вставить тебе в одно место кол, а лучше посадить на него. Ты, наконец, скажешь, зачем встречался с русским парнем?
Мики вытаращил на похитителя испуганные глаза и затараторил:
– Я обещал ему, что никому не скажу о наших делах.
– Говори, – Джордж снова сжал мизинец упрямца.
Микки взвизгнул:
– Хорошо, хорошо. Там в России Дорка не имел возможности воплотить свою мечту в жизнь, попасть в мои объятия и здесь он не хотел афишировать своё влечение к мужчине, поэтому мы через администратора клуба договорились встретиться в обычном кафе, а свидание продолжить у моей подружки Нинель, обладательнице красного фонаря. И теперь я представляю, как страдает Дормидонт, не дождавшись меня.
Джордж отпустил мизинец и схватил блондина за ухо:
– Ты меня за дурака не держи. Ради такой кривоногой куклы, как ты, этот Дормидаунт, тьфу, язык сломаешь, Дорд, тьфу, поедет в такую даль из России.
– Вы не знаете наших очень чувствительных и романтических душ. Я, например, за нежное прикосновение такого мужчины, как вы, готов и погибнуть. Ваши прикосновения к мизинцу, к уху вызывают у меня трепет.
Джордж брезгливо отдёрнул руку:
– Тьфу на тебя, но, если ты мне соврал, лишишься мужской ласки навсегда, повиснув на колу.
– Это будет восхитительная смерть мученика, о которой заговорит весь мир. Кстати, этот мир захочет узнать и имя мучителя.
Мерритт посмотрел на стоящего рядом накачанного парня:
– Ник, вышвырни эту напудренную блондинку на улицу, а я тем временем руки помою.
Микки перед самой дверью упёрся в неё ногой и воскликнул:
– Кстати, о руках, а конкретнее о большом пальце на левой руке. Я заметил на нём выжженный знак. Что это означает, если не секрет?
– Ну, наглец, я ему мизинец выкручивал, а он в это время мои руки разглядывал. Вон отсюда, и чтобы я тебя больше не видел.
Через некоторое время Джордж сказал вернувшемуся Нику:
– Я этому голубому не верю, а поэтому проверь все его связи и контакты за последнюю неделю. К вечеру информация должна быть у меня, а я тем временем присмотрюсь к русскому. Чувствую, не зря он здесь появился.
5
В тот же день во второй половине дня Микки позвонил Дормидонту и попросил встретиться в одном из ресторанов города. Через некоторое время, пожимая руку Тюрилкину, Микки усмехнулся:
– Извини, друг, но тебе на время надо сменить ориентацию. Сейчас мы выпьем, закусим, а после поедем к Нинель. Коль я уже начал играть таинственную роль в спектакле, то её как-то надо довести до финиша, – «артист» посмотрел по сторонам и рассказал Доре, что с ним произошло за последнее время.
Выслушав полную драматизма историю, Тюрилкин огляделся:
– Тебе случайно в одно место жучков не наставили?
– Вроде бы, нет, я проверил, – Микки хлопнул рукой по своему мягкому месту.
– Ну, что же придётся перейти на какое-то время в ваш лагерь, дорогой мой Микки, и просвети меня в связи с этим, кем я буду там?
– Ты будешь сверху.
– Пошляк, – хихикнул Дора, – но это, я думаю, лучше, чем снизу. Ладно, продолжим об американце. Коль он цепанул тебя, то и вычислит твоего друга, который предоставил жильё разыскиваемому мной человеку.
– Друг своих клиентов не сдаёт, – Микки уверенно покачал головой.
– За хорошие деньги сдаст кого хочешь. Поэтому медлить нельзя.
– Хорошо, но пока мы поглощаем еду, расскажи мне о знаке на твоём большом пальце.
– А почему он тебя заинтересовал? – Дора вытянул вперёд левую руку.
– Сначала я хочу услышать историю его возникновения, – Микки внимательно рассмотрел знак на пальце.
– Это своего рода талисман. Его сделал мне один очень хороший человек в честь моего спасения после страшного смерча и кораблекрушения.
– Интересно, – Микки хмыкнул, – я такой же знак видел на большом пальце у американца.
– Странно, это даже очень странно. В этом надо обязательно разобраться. А сейчас допивай вино и поехали к Нинель.
Микки опустошил свой бокал:
– Кстати, как я уже говорил, у нас русские корни, поэтому мы тебе и помогаем.
Спустя полчаса Нинель, открыв дверь, на чисто русском языке печально проворковала:
– Дормидонт, я так понимаю, мне опять не придётся испытать твою силу.
Парень улыбнулся:
– Теперь у меня есть вот эта подружка, – Тюрилкин с умилением посмотрел на Микки, – увы, мадам, я вынужден сыграть такую роль.
– Понимаю, а у меня есть срочная новость. Вчера после твоего ухода меня посетил мужчина. Он тот, кого вы ищите. Он напуган и хочет вернуться в Россию.
– Здесь с ним опасно встречаться. За мной и Микки, очевидно, следят, поэтому тебе надо каким-то образом этого человека вывести в одно место, – Дормидонт шепнул на ушко девушке адрес.
Нинель удивлённо заморгала глазками:
– Это же мне полсуток пилить на машине без остановок.
– Если ты с этим справишься, мы тебя сделаем администратором этого адреса.
– Надо подумать, как это провернуть.
– Это предстоит сделать сегодня ночью, иначе будет поздно. Моя задача – в случае непредвиденных обстоятельств подстраховать вас и отвлечь внимание преследователей, если таковые объявятся, – Дора достал из сумочки паспорт, – вот новый документ для нашего клиента на фамилию Буряк.