Звезда №13. повесть

Дэлла пожала плечами, отгоняя навязчивые мысли и горькое чувство близкой опасности.

– Кроме разве что того стрелка… но после неудачного дебюта он вряд ли покажется сегодня.

Второй охранник удовлетворенно кивнул, покрутился на месте, как бы раздумывая, куда идти дальше. Вдруг он молниеносным движением выхватил пистолет, глушитель коротко чихнул – и его напарник свалился на землю с простреленной головой. Дэлла с изумлением и страхом перевела взгляд с трупа на убийцу, который краем рукава протирал ствол.

– Ты… зачем?..

Охранник взглянул на нее и недобро усмехнулся.

– Зачем? Чтобы не было свидетелей… – он развязной походочкой направился к ней. – Только не надо дергаться и пытаться сбежать. Все будет тихо, быстро и даже не больно, вы умрете раньше, чем успеете понять, что с вами происходит… А преступление спишут на контрактников.

– А ты что же?

– А меня тут не было: у меня алиби. Если кто не согласится, ребята могут подтвердить…

Он щелкнул пальцами, и Дэлла увидела, как от стен отделяются смутные фигуры, человек шесть или семь – на первый взгляд уличная шпана… только пострашнее той, что чистит карманы в толпе. Для этих, безжалостных убийц, издевательства и жестокость были удовольствием, своего рода наркотиком.

Девушка вздрогнула и попятилась. Кольцо начало сужаться. Впрочем, пока она волновалась напрасно: все они остановились по краям перекрестка и ждали сигнала своего главаря. Тот с наглой улыбочкой подошел к жертве почти вплотную и, приподняв ей подбородок дулом своего пистолета, издевательски осведомился:

– Что, теперь уже нет желания мной покомандовать или, скажем, лишить оплаты?.. Жаль, жаль… Но так или иначе, у нас осталось одно нерешенное дельце…

Он размахнулся, чтобы ударить ее, и тут же Дэлла перестала понимать, что происходит. Она едва успела заметить просвистевший над ее головой кулак, а в следующий миг ее сбили с ног и швырнули на землю. Не слишком-то вежливое обращение с дамой, но она предпочла помалкивать. Хорошо, что вообще осталась жива! Дэвиду вот повезло меньше. Магнитная «стрела» прошила его насквозь: в считанные доли секунды парень лишился головы, не успев даже испугаться. Самой же Дэлле теперь только и оставалось скорчиться на земле и тихо радоваться, что удачно упала и даже почти не ушиблась – так, пара синяков да тройка царапин. Это называется – хорошо отделалась! Могло быть и хуже, гораздо хуже…

Первым желанием было броситься наутек, но рассудок подсказывал, что если она не горит желанием познакомиться поближе с владельцем этого самого кулака, лучше лежать смирно. Сверху кипела ожесточенная схватка: на кого-то сыпались удары, настолько частые, что это напоминало скорее соло-партию на барабанах в бездарной группе, потом в воздухе просвистело лезвие, послышался стон, переходящий в хрип, следом раздались два хлопка выстрелов с глушителем. Вокруг нее то и дело кто-то тяжело падал на землю – звук был такой, как будто выбивали пустой мешок. Прозвучал еще один выстрел и топот убегающих ног, который вдруг резко оборвался.

Воцарилась зловещая тишина. Стараясь по возможности не выдавать своего присутствия, девушка осторожно подняла голову. Вокруг валялись трупы, кровь мешалась в лужах с грязной водой, искрили порванные проводки дэвидского «харлея». Никого. Она одна.

Дэлла уже готова была подняться на ноги, но кое-что заставило ее передумать: краем глаза она приметиламелькнувшую смутную тень. Или это просто игра воображения? Она пошевелилась, фигура показалась снова, остановившись за гранью света – именно там, где ее можно было заметить, но невозможно – разглядеть. Мужчина, среднего роста, крепкий… держится слишком спокойно… Холодок пробежал по спине Дэллы: она почувствовала взгляд, упершийся ей в спину. Человек с минуту постоял на месте, потом исчез и через мгновение возник рядом с ней.

Даже не видя его, Дэлла безошибочно определила, кто это. Профи. Больше никто себя так не вел, да и не двигался настолько быстро. Из огня да в полымя! Сперва ее едва не пристрелили, потом чуть не прикончил ее же сумасшедший охранник со своей шайкой, теперь еще этот… Она много слышала об Охотниках, но чтобы они спасали кому-то жизнь просто так – ни разу. Скорее всего, тот просто «спасал контракт». Если ее уберет не он, а кто-то другой – контракт будет аннулирован.

– Вы живы, донна? – раздался стальной голос у нее над головой.

Дэлла, которая уже приготовилась умереть – на этот раз окончательно – только сейчас решилась чуть приподнять голову. Охотник стоял в шаге от нее. Он протянул руку, помогая ей подняться, и Дэлла благодарно оперлась на нее.

– Спасибо… Кажется, жива… – пробормотала она, вставая. – А вы… – слова застряли у нее в горле, когда она увидела, кто это: темные короткие кудри, серебристые глаза, шрам на левом виске… – Айвес!

– Узнали наконец! – Охотник усмехнулся, подмигнув ей. Как ни странно, тон его был дружелюбным – ну, насколько это возможно у Профи.

Дэлла отшатнулась, страх перехватил горло, не давая вздохнуть. Еще бы – этот тип, который должен был бы убить ее сразу же, напротив, спасает ей жизнь, а потом еще и подает руку вместо того, чтобы добить.

– Нет, не бойтесь, Лада, я не убивать вас пришел. Иначе я бы не стал вам помогать, потому что и так получил бы свое… – он взглянул на нее, прищурившись. В серых глазах застыла усмешка. – Хотя за вас предлагают большие деньги… – тон его снова стал серьезным, что даже удивило ее. – Впрочем, вы стоите этих денег.

– А… как вы узнали, где я?..

Охотник пожал плечами и усмехнулся, как будто у него спрашивали что-то само собой разумеющееся.

– Следил.

Дэлла почувствовала в горле липкий комок. Ей хотелось одновременно заплакать, хотя она прекрасно понимала, что это недопустимо, убежать, хотя это было бессмысленно, и как-то отблагодарить своего неожиданного спасителя, но она понятия не имела, как это следует сделать. Очень уж редко для нее делали что-то, стоящее благодарности, поэтому она даже не знала подходящих слов. Она просто взяла Профи за руку и крепко сжала ее.

– Спасибо, Айвес… – пробормотала девушка, глядя ему прямо в глаза (откуда только смелость взялась?!). И вдруг будто какое-то воспоминание промелькнуло в голове. – А где же Норман? Мы должны были с ним встретиться…

При этом имени по лицу Охотника пробежала судорога.

– Отдыхает в одной из лучших клиник вашего квартала. Ничего, выкарабкается – он мальчик сильный.

Дэлла вздрогнула, вспомнив свою последнюю встречу с молодым сталкером… Он ведь даже успел понравиться ей… точнее, она к нему привязалась. Иногда ей самой казалось, что он смог заменить брата, который с недавнего времени предпочел быть скорее ее врагом, чем кем-то действительно близким. Она даже завидовала в этом плане друзьям из бедного квартала: они там все вместе, дружные, а у нее даже в семье отношения никак не наладятся.

– Что с ним?!

– Уже ничего. Но могло бы быть. Видимо, решил помочь вам, спасти, так сказать… Его подкараулил один из этих… потрошителей. Или тот же самый… – Айвес тихо выругался, потом быстро огляделся и, удовлетворенно кивнув, предложил: – Пойдемте-ка отсюда, Лада. Здесь небезопасно.

Дэлла согласно кивнула. Она только подошла к телу своего друга, молча постояла над ним, глотая слезы. Погибнуть должна была она… но ей повезло. Этот парень спас ей жизнь, даже не зная об этом. Краем глаза она заметила, как Айвес склонился над трупом ее охранника, пошарил в кармане его пиджака, выудил что-то маленькое и сунул в карман.

– Идем?

Она кивнула, напоследок только взглянув на приятеля. Охотник угрюмо проследил за ее взглядом, чиркнул зажигалкой и бросил ее на землю. Как только они свернули в переулок, раздался взрыв, и к мутному небу взметнулись языки пламени. «Достойное погребение для Дэвида…» – решила Дэлла.

Какое-то время они молчашагали по холодной улице, так что девушка даже успела продрогнуть. Охотник сначала мрачно косился на нее, потом, когда она в очередной раз вздрогнула, скинул с себя куртку и, не обращая внимания на протесты, набросил на плечи спутницы. Та тихо поблагодарила и замолчала снова. Ее душила горечь, а вопросы разрывали мозг. Всего за одни сутки мир перевернулся с ног на голову. Она узнала за это время столько, сколько не смогла бы за всю прошлую жизнь, и неизвестно, сколько еще ей предстояло открыть для себя. Те, кого она привыкла считать своими, предали ее, пытались убить… чтобы получить ее деньги?.. Чушь! Зато посторонний человек, с которым ее совершенно ничего не связывало, да еще к тому же Охотник, спас ей жизнь и, кажется, вовсе не собирается убивать. К тому же… не такой уж он и страшный, да и ведет себя как обычный человек… Она поплотнее закуталась в куртку, словно стараясь спрятаться одновременно и от него, и от собственных мыслей.

– Да вы, я вижу, совсем замерзли… – тут же послышался голос Айвеса. – Может, пойдем посидим где-нибудь? Я тут знаю одно тихое местечко…

Дэлла со вздохом кивнула. Они прошли еще полквартала, когда Айвес наконец остановился перед какой-то дверцей, ведущей в полуподвальное помещение. Изнутри сочился мягкий свет. Охотник толкнул дверь и жестом пригласил свою спутницу войти.

Внутри оказалось неожиданно уютно. Бар был крохотный – всего-то столиков на пять-шесть, да еще стойка – но на редкость аккуратный и чистый. Сейчас он был почти пуст, что было даже к лучшему. Айвес кивнул бармену и повел Дэллу к небольшому столику в дальнем углу, за перегородкой. Видимо, здесь его уже знали, поскольку на столике тут же выросла бутылка редкого вина, два бокала и пепельница. Он что-то шепнул официанту на ухо, тот кивнул и, откупорив бутылку, исчез.

Дэлла сидела молча, уперев подбородок в кулаки, потом все же решилась продолжить разговор, а заодно получить ответ на мучивший ее вопрос:

– Айвес, скажи, – она даже не заметила, как перешла на «ты», – почему ты спас мне жизнь?

Охотник смотрел на нее задумчиво-туманным взглядом, потом улыбнулся.

– Захотел.

– Ну, а все-таки, – не унималась Дэлла. – Я не верю в такие причины… точнее, в то, что она единственная.

Охотник усмехнулся в усы, но усмешка была какая-то усталая и… домашняя, что ли. Он скорей напоминал человека, только что вернувшегося с нудной изнуряющей работы, а теперь просто наслаждающегося отдыхом и случайно подвернувшейся компанией. Дэлла поежилась: она не особенно любила, когда ее вот так разглядывают. Охотник это заметил, и взгляд его тут же изменился, но он не отвернулся и улыбался по-прежнему.

– Верно рассуждаете. Причина была, и не одна… Эта история слишком меня касается.

– Ты же говорил, что не в игре.

– Теперь в игре.

Официант принес корзинку с маленькими корявыми яблочками и грушами. Айвес кивком указал на нее.

– Попробуйте. Таких вы больше нигде не найдете: не смотрите, что они такие страшненькие – зато не суррогат… И очень хорошо с вином, кстати.

Дэлла усмехнулась в ответ, но отказываться не стала. Тем более что фрукты оказались на удивление вкусными, да она и сама поняла, как страшно проголодалась. Айвес только наблюдал за ней сквозь лицо, как сквозь маску, на которой застыла усмешка.

– И давно ты в игре?

– Довольно-таки. Правда, теперь я понимаю, что с самого начала повел себя не так… – он вздохнул. – Частично мальчишка пострадал из-за меня.

– Норман? Почему? – Дэлла удивленно уставилась на него, потом до нее дошло: – Так это была твоя идея, чтобы он меня сопровождал! Ты его надоумил! Зачем?!

Охотник вздохнул, какое-то время молча созерцал дно своего бокала, а потом произнес хрипло и глухо:

– Я знал, что этим все кончится, но не подозревал, что так скоро. Когда живешь слишком долго, перестаешь адекватно отслеживать время… Понимаешь, Норман мне как сын… или как младший брат, если хочешь. Я воспитывал его с детства, мать его рано умерла, оставив сынку в наследство дом и пьяницу-папашу, который его выгнал на улицу, а когда тот попытался вернуться – избил его. В общем, я усыновил мальчишку, а его папаша загремел в госпиталь с множественными переломами… Вот об этом я не жалею, это уж точно!.. Ты нравилась ему, к тому же, он сам очень скоро бы стал одним из нас… Да, это была моя идея, чтобы вы чаще виделись. Он был единственным, на кого ты могла положиться, ведь так?

Дэлла мрачно кивнула. Ну вот, кто-то уже пытается устроить ее личную жизнь, как всегда не спросив разрешения у нее же самой.

– К тому же, в начале я и правда считал эту затею с моей работой на тебя в качестве телохранителя сущей дурью. Потом поразмыслил, послушал, что рассказывал мне мальчишка… В общем, я стал следить за тобой, незаметно, так что даже Норман об этом не ведал. Я узнал о тебе многое, даже, пожалуй, слишком… У тебя, я смотрю, та же проблема, что и у меня – одиночество, от которого никуда не денешься, потому что по-другому не выживешь в этом мире – только вот подоплека разная… Я наблюдал за тобой, охранял, мне это даже стало интересно в какой-то момент. А теперь из этой паутины уже не выпутаться – я успел чересчур наследить в этом деле, чтобы теперь бросать его на середине.

– Почему бы не сказать об этом сразу? Я бы не беспокоилась…

Охотник вновь усмехнулся, откидываясь на спинку кожаного диванчика.

– Нельзя было допустить, чтобы кто-то знал, что я в игре. Даже ты, даже Норман – это выдало бы меня и ничего не вышло бы, а так я сумел кое-что выяснить… – он порылся в кармане и хлопнул ладонью по столу. Когда он убрал руку, на столешнице лежал продолговатый стальной жетон – черный, с двумя диагональными оранжевыми полосами, буквами и голограммой. – Знаешь, что это?

Дэлла нервно сглотнула: только этого еще не хватало! Еще бы она не узнала его… это было бы странно.

– Это военный жетон… – проговорила она дрожащим голосом.

– Верно, – кивнул Охотник, в голосе его не было ни тени привычной усмешки. – А чей, знаешь?

Дэлла подняла на него расширенные от страха глаза, изо всех сил надеясь, что он подтвердит ее неправоту.

– Организация?

Охотник не ответил – точнее, ответил долгим пронзительным взглядом, от которого хотелось забраться куда-нибудь в дальний угол потемнее, где кроме паутины и пыли вообще ничего нет.

– Откуда это у тебя?

– Снял с твоего охранника. Я так и подумал, что здесь что-то неладно: парень слишком уверенно себя вел, к тому же он заранее все знал и хорошо подготовился. Он был агентом, хотя из низших чинов, скорее всего, у него и звания-то офицерского не было. Но это означает одно – мы влипли оба.

Дэлла вертела жетон в руках, безо всякого интереса его разглядывая.

– Почему мы? Неужели ты считаешь, что из-за убийства какого-то частного агента, который к тому же сам и нарвался, тебя могут привлечь?

– Если бы дело было только в этом… – туманно протянул Айвес, а потом покачал головой: – Если будет время и возможность, я тебе расскажу, а сейчас еще рано… Сейчас гораздо важнее твоя жизнь, чем мои мелкие разборки с Организацией… Надо выяснить еще, кто за тобой охотится и зачем, нет ли на тебя контрактов (я не уверен, что был единственным, кому предлагали за тебя кругленькую сумму) и… кто этот потрошитель, который уже столько времени орудует в городе… Дел у меня хватает… – он снова пронзил собеседницу внимательным взглядом, от которого душа уходила в пятки. – А ты мне поможешь в этом, донна Кэш.

– Да я с удовольствием, – согласилась Дэлла, – но вот только что мне делать?

Охотник засмеялся. Потом вылил в свой бокал остатки вина из бутылки и повернулся к ней.

– Надо же, сколько рвения! Оно тебя погубит когда-нибудь… А что делать… пока жить, как раньше, и делать вид, что ничего не произошло – я потом скажу, как объяснить твое чудесное спасение. Обо мне пока ни слова – оно и так всплывет само, но лучше уж позже, чем раньше… А дальше я тебя просвещу… Да, и не забудь навестить Нормана! А то он помрет с тоски.

– Обязательно, – кивнула Дэлла. – Я только одного не пойму, почему ты пытался помочь нам, не зная моего мнения? С чего ты взял, что он должен был… ну, больше, чем понравиться мне.

Охотник задумчиво потягивал вино и смотрел куда-то сквозь нее, но в то же время и на нее – сам взгляд был какой-то непонятный, даже не изучающий, а… сложно было определить его как-то одним словом.

– Это была моя вторая ошибка.

– Вторая?

– первую я допустил, когда позволил тебе втянуть себя в игру.

Фраза была слишком запутанная, чтобы понимать ее однозначно, но она почему-то пробудила в душе Дэллы смутную тревогу. Не то чтобы девушка боялась за себя или еще за кого-либо – скорее, беспокоило что-то, чего она еще не знала, но что могло перевернуть всю ее жизнь вверх тормашками. Она поймала себя на мысли, что пытается понять, как относиться к этому странному существу (его и человеком-то назвать язык не поворачивался). Норман пробуждал в ней скорее дружеские чувства, с ним приятно было болтать, да и вообще проводить время… Здесь было совсем наоборот: все в нем одновременно и пугало до судорог, и неодолимо притягивало.

Профи не был похож ни на кого из ее знакомых, он постоянно ее поражал – каждым словом, жестом, видом, тоном, взглядом… Ей почему-то казалось, что это равнодушие ко всему живому, страшные дела и истории – не больше чем фарс, розыгрыш, за которым кроется что-то иное, на что другие привыкли не обращать внимания. Она была совершенно уверена, что его воспринимали исключительно как наемника, убийцу, того, кто выполняет грязную работу… Интересно, кто-нибудь хоть раз разговаривал с ним вот так, по душам?.. Дэлле это показалось знакомым: у нее в семье была та же ситуация – приклеенные улыбки, за которыми скрывается ненависть и равнодушие. До нее, до того, что у нее в душе, там дела не было никому. Она была совершенно одна, хотя ее окружало множество людей. Были, конечно, друзья, но и им, если уж начистоту, она не доверяла до конца… К тому же, как это ни парадоксально, в обществе этого жуткого создания ей куда было спокойнее и безопаснее, ведь к ней никто не посмел бы подойти в его присутствии.

– Скажи, у тебя есть друзья? – поинтересовалась Дэлла. Вино на голодный желудок начинало действовать – она уже не особенно беспокоилась о своем реноме, а также о том, что не следует доверять случайным знакомствам.

Айвес усмехнулся, как-то горько и тоскливо.

– А ты как думаешь? Кто захочет водить знакомство с Охотником?! Нас же все боятся как огня. Единственные, на кого эти предрассудки не действуют – это мы сами, да наши сталкеры… Да вот еще такие сумасшедшие, вроде тебя…

– То есть… это означает, что ты один… совсем?

– А ты думала? – еще одна не менее горькая усмешка. – За те деньги, которые мне платят, я могу получить все, что пожелаю… но искренних чувств даже на них не купишь…

Дэлла вздохнула. С чего это он стал с ней делиться всем этим? Хотя, когда столько времени держишь в себе всю эту дрянь, выплескиваешь ее на первого, кто благосклонно согласится тебя выслушать.

– Кстати, о контракте, который ты мне предлагала… – прервал ее мысли Айвес. – Считай, что он заключен.

После всех удивительных событий, что сегодня произошли, это даже не очень потрясло Дэллу. Трезвый рассудок тут же встрепенулся и своим ворочанием разбудил прагматизм.

– Извини, что спрашиваю… Но какова цена?

Охотник приподнял левую брось в притворном изумлении.

– Я же говорил, что не собираюсь брать у тебя деньги. Только если после всего получится остаток – тогда я согласен принять пару кредиток.

– И что теперь?

Айвес лукаво улыбнулся, пристально глядя ей в глаза, как будто старался что-то разглядеть в них.

– Во-первых, ты мне будешь помогать, во-вторых, ты уже частично выплатила кредит.

Теперь пришла очередь Дэллы задавать наводящие вопросы.

– Это как же?

– Помогла мне понять кое-что, на что не обращал внимания, не верил в это… и… но об этом потом. А дальше будет видно, что ты еще сможешь сделать для меня: ты на очень многое способна, потому и не похожа на прочих богатых девочек и мальчиков из бизнес-квартала.

Дэлла задумалась. Ей и раньше говорили, что она особенная, но родители просто не могли судить непредвзято, а в устах ее окружения это было исключительно лживой лестью с целью заслужить ее внимание. Здесь же эти слова впервые прозвучали искренне. Она подозревала, что Охотники не умеют лгать – они скорее промолчат, но ведь ей ни разу не приходилось говорить с Профи вот так, просто по душам.

– Знаешь что, – неожиданно предложил Айвес, бросив настороженный взгляд в сторону дверей, – не нало бы тебе сейчас идти домой. Вернешься завтра, а сегодня переночуешь у меня. Конечно, не хоромы, как у тебя, но по крайней мере куда безопаснее… А завтра первым делом уволь половину своих людей, а вместо них найми других… я тебе скажу, кто, может быть, и не столь «крут», но надежен, да и не играет на два фронта.

Айвес подозвал официанта и что-то тихо сказал ему. Тот кивнул и даже не стал предлагать им счет или просить денег. Дэлла же сделала вид, что вообще ничего не заметила – не ее это дело, она всего лишь гостья…

Они вышли наружу. Там заметно похолодало, а в лиловом небе сквозь городскую муть сияло несколько ярких точек. Дэлла остановилась посреди улицы и зачарованно уставилась на них.

– Звезды… – пробормотала она с восторгом и смущением. – Я их так редко видела, что даже начала сомневаться, что они вообще бывают там, наверху… Точнее, знаю, что они есть, но мы же их почти не видим отсюда…

– Было время, когда звезды показывались каждый вечер, и их было много, целые россыпи… – со странной тоской пробормотал Охотник. – Ладно, пойдем, а то замерзнешь. Из моего окна тоже видно звезды…

– Странно… – задумчиво протянула его спутница. – Наверное, это к переменам… По крайней мере, так было раньше.

Она скорее почувствовала, чем увидела, что Айвес улыбнулся – правда, не саркастически, как обычно, а как-то даже по-доброму, по-человечески в лучшем смысле этого слова.

– Веришь в приметы?.. Может быть, ты и права… Надеюсь, что права… – последние слова он произнес совсем тихо, себе под нос: они явно не предназначались для посторонних ушей, скорее были продолжением каких-то его мыслей. – Ну что, идем?

Они направились вверх по улице в сторону квартала, где проживал Айвес. Он оказался совсем рядом, и Дэлла даже пожалела, что они добрались слишком быстро. Ей припомнилась первая встреча с Охотником… Насколько же мало она знала об этих существах, называемых коротким словом «Профи», и как заблуждалась на их счет! Девушка чувствовала себя безмозглым обывателем, ей было стыдно, что прежде она считала Айвеса надменным болваном. Теперь, зная о нем гораздо больше (хотя все равно недостаточно), Дэлла почувствовала себя неуютно. Он не сделал фактически ничего, даже пальцем не пошевелил – а она уже была полностью в его власти. Захочет – убьет, захочет – выгонит к черту скитаться по улицам и искать встречи с наемными убийцами…

Охотник открыл дверь парадного и включил свет (все соседи давно спали, и на лестнице было темно, как в гробу).

– Проходи, – улыбнулся он. – Не дворец, конечно, но тоже не так уж плохо… По крайней мере, жить можно…

…С этим утверждением Дэлла согласилась сразу, как только пересекла порог его квартиры. Вопреки обшарпанности и дряхлости самого дома, жилище Охотника было уютным, простым (почти спартанским), но не облезлым, да и обставлено не без вкуса.

– Располагайся, – Айвес кивнул в сторону ниши в стене. – Я все равно спать не буду – есть о чем подумать, а времени мало. Можешь не беспокоиться, здесь тебя никто не тронет… Для этого им придется сначала перешагнуть через мой труп… а вот это будет не так просто!

– Это уж точно, – усмехнулась Дэлла.

Пока она в ванной приводила себя в порядок (к ее неудовольствию оказалось, что ушиблась она все-таки сильно, хотя при ходьбе не особенно обращала на это внимание), Охотник возился на кухне с какими-то чашками и бутылками. Наконец девушка позволила себе блаженно растянуться на кровати под теплым пледом, с радостью воспользовавшись приглашением, поскольку только сейчас поняла, насколько сильно вымоталась, но тут хозяин вернулся с дымящейся кружкой.

– Вот, выпей, – он протянул кружку гостье. – Не бойся, это не яд, хотя в состав входит нечто подобное. Это поможет тебе расслабиться – будешь спать, как убитая. А завтра встанешь свеженькая и бодрая. И не жди, когда остынет – за это время весь аромат выветрится.

Дэлла осторожно потянула носом – в ноздри ударил сильный запах трав. По вкусу «зелье» отдаленно напоминало глинтвейн, хотя и не было таковым. Напиток оказался крепким и сладковатым, с сильным травяным привкусом (интересно, откуда он все это достает? В местных аптеках ничего кроме химии найти было невозможно), и от него по телу разливалось приятное тепло.

– Что это? – поинтересовалась она, возвращая кружку.

– Секрет фирмы, – улыбнулся Охотник. – Ладно, спи. Ты и так сегодня перебрала с переживаниями – на целый год хватит.