- -
- 100%
- +
— Да он все помнил и ничего не сказал, потому, что это было опасно для тебя и твоих сестер, ответила бабушка.
— А как же его бабушка, ну та которая там, она ведь будет его искать, будет переживать, начала вслух размышлять Тея, она старенькая, наверное с ума сходит от беспокойства.
— Нет не сойдет, поверь с ней все будет хорошо, ответила бабушка.
— Как это? Спросила девочка.
— Очень просто, ей ничего не нужно вспоминать или забывать, она пришла в мир человеков вместе с Марком отсюда, бабушка Марка это моя сестра.
— Вот как, а почему наши родители не пошли с нами или ты? С тревогой и непониманием спросила Тея.
— Эхе-хе, егоза, присядь-ка поближе к костру, не крутись. Слышишь, как сучья трещат? Вот так же хрустели вековые дубы, когда Кором в последний раз пошёл на нас войной. Садись, Тейка, старая Феня тебе врать не станет. Хоть мы, тролли, народ и лукавый, но старой памяти не предаём. Ох и чёрные то были дни для нашего Мориона! Небо сделалось цвета запекшейся крови, а земля под ногами ходуном ходила. Царство наше, светлое да сильное, тогда враз сникло, не смогло противостоять этой напасти. Рыцари в железных латах падали, как скошенная трава, а стены крепостные рушились, словно из песка слепленные. Поняли тогда король с королевой — не сдюжить нам силой.
Сила Корома была не здешней, тёмной, прожорливой. И вот тогда приняли они решение страшное, отчаянное. Глаза у королевы были как две застывшие слезы, а у короля — будто свинец налили. Решили они сами, вдвоём, идти на переговоры. Да куда! В само Царство Тьмы, прямо в пасть к чудовищу, чтоб его черви точили.
Но прежде чем шагнуть за черту, откуда не возвращаются, они призвали нас с сестрой. Прижали к стене, глядят строго, а у самих голоса дрожат. Взяли они с нас клятву, обещание крепкое, как морионский гранит: отправить тебя вместе с младшими твоими сёстрами в самое безопасное место. Укрыть вас, пигалиц, от злых глаз, сберечь во что бы то ни стало. И как видишь, егоза, мы своё слово сдержали! Все вы живы, здоровы, пристроены, хоть и хлопот с вами не оберёшься.
А они… ушли. В ту самую ночь, когда туман упал на долину такой густой, что пальца перед носом не разглядеть. Король обнял королеву за плечи, и они просто растворились в этой проклятой сырости, шагнув на тропу вечного мрака. С тех пор ни слуху о них, ни духу. Пропали, словно их и не было никогда на свете. Царство Тьмы умеет хранить свои секреты, девочка. Только короны их золотые на утренней заре нашли у самой кромки чёрного леса… пустые, холодные, сиротливые.
— Так понятно, в безопасное место, тогда получается если мы здесь, значит опасность миновала и мама и папа вернулись и все хорошо?
— Ох, Тейка, глупенькая ты моя пигалица… — Феня тяжело вздохнула, и в её старых, поросших мхом глазах блеснула непрошеная слеза. Она потянулась сухой, как коряга, рукой к ее голове и ласково пригладила растрепанные волосы. — Кабы всё так просто было! Кабы мир так легко склеивался, как разбитая глиняная крынка. Думаешь, раз мы тут, у костра, сидим и чаёк из брусничника попиваем, так и беда мимо прошла? Нет, егоза. Опасность не миновала. Она просто затаилась, как гадюка под гнилой колодой, ждёт своего часа. Король с королевой, матушка твоя с батюшкой, так и не вернулись из Царства Тьмы. Сколько лет прошло — ни весточки, ни знака, только те пустые короны на опушке.
Слушай меня внимательно, девочка. Жителям Морионской долины, всем до единого — и эльфам, и гномам, и нам, старым троллям, — до зареза нужны их правители! Нужна их королева! Народ сейчас как стадо без пастуха, испуган и растерян. Они не должны чувствовать себя брошенными и забытыми, иначе страх сожрёт их раньше, чем придут ищейки Корома.
Нам нельзя сидеть сложа руки. Слышишь? Нужно поднимать Морион, собирать верных людей да зверей, раздувать угли старого сопротивления! Если мы сейчас не сплотимся, если не дадим отпор, эта проклятая тёмная жижа поглотит наш мир. Наш Морион захлебнётся во тьме… А вслед за ним, помяни моё слово, Кором потянет свои когтистые лапы дальше. Тьма перешагнёт через границы и поглотит мир человеков, где сейчас ни одна душа даже не подозревает, какая гроза над ними висит! Ты теперь взрослая, Тейка. Пора тебе свой взор от кукол отвратить да на мир посмотреть.
— Но я, я здесь одна, я не знаю где Ева, да и Мия слишком мала, размышляя проговорила Тея.
Феня хитро прищурилась, и её морщинистое лицо расплылось в ободряющей улыбке. Она полезла за пазуху своего поношенного фартука, долго там шуршала и наконец извлекла на свет тяжёлый кулон на прочном кожаном шнурке.
— Ну-ка, протяни ладошки, егоза, — мягко скомандовала тролльша, опустив вещь в твои руки. Медальон был тёплым, будто согретым живым солнцем, а на его серебряной поверхности переливался дивный морионский камень. Как только пальцы девочки коснулись его, камень внутри вспыхнул едва заметным, ласковым сиянием, признавая свою хозяйку.
— Это твой, Тейка, — тихо и торжественно произнесла Феня. — Он принадлежал тебе от самого рождения. Матушка твоя, королева, успела надеть его на тебя перед тем, как уйти во тьму. В нём скрыта не просто магия, в нём — компас твоего сердца. Когда придёт срок, этот медальон сам укажет дорогу к Еве и Мие. Так что не говори мне больше, будто ты совсем одна на этом свете. Старая тролльша покивала головой и перевела взгляд в темноту, за границу костра, где у деревьев топтались спутники Теи. — И потом, какая же ты одна? Погляди-ка назад, — Феня указала сучковатым пальцем на мальчишек. — У тебя уже есть твои собственные воины, Тейка! Маленькая королева, а какая у неё свита! Вон Марк стоит — в его жилах течёт горячая кровь могучего дракона и прекрасной лесной нимфы Мэй, он тебя в обиду никому не даст. А рядом с ним Нил — обычный мальчик из мира человеков, но смелости в нём побольше, чем во многих наших рыцарях. Они пришли сюда с тобой, а значит, готовы делить и твою судьбу, и твою борьбу. Вот тебе и первое твоё войско, пускай пока и небольшое!
— Нил, — тихо позвала Тейя, сжимая в кулачке тёплый медальон, только что подаренный Феней. Она сделала шаг к мальчику и заглянула ему прямо в глаза. — Мы не просто заблудились в этом лесу. Всё гораздо… сложнее. Нил удивлённо приподнял брови, стряхивая с куртки прилипшую хвою. Тейя глубоко вздохнула, собираясь с духом, и обвела рукой темнеющее вокруг вековое дерево. — Этот мир называется Морион, — её голос больше не дрожал, в нём опять прорезалась свойственная твёрдость. — Это моё королевство. Я жила здесь, пока не случилась беда. Мои мама и папа были правителями этой земли, а теперь… теперь я его королева. И над всеми нами нависла страшная тьма.
Нил на мгновение лишился дара речи. Он перевёл взгляд с сияющего камня на груди Тейи на сурового Марка, а затем на старую тролльшу, которая молча кивала, подтверждая каждое слово. Осознание обрушилось на него, как ушат ледяной воды, но вместо паники в его глазах блеснула решимость. — Если всё это правда, и существует такая огромная опасность… — Нил серьёзно посмотрел на Тею. — Значит, нам нельзя терять ни минуты. Тейя, если мы собираемся бороться, нам нужно сначала отыскать Еву, Макса и Луку! Вместе мы точно что-нибудь придумаем.
— Бабушка Феня! — Тейя повернулась к старой тролльше, бережно баюкая на ладони серебряный кулон. — Нил прав, нам нельзя медлить. Помоги мне! Как заставить медальон ожить? Как нам отыскать Еву, Макса и Луку?
Феня глухо хмыкнула, и её длинный нос едва не коснулся морионского камня, когда она наклонилась поближе. — Ишь, какая быстрая, вся в отца, — проворчала она, но в глазах её плясали добрые искры. — Волшебство, Тейка, — это тебе не кашу ложкой мешать. Медальон твою кровь почуял, да только чтобы след дальний взять, ему подкормка нужна. Живая сила долины.
Старая тролльша присела на корточки перед костром, зачерпнула горсть сухой земли прямо из-под корней древнего дуба и велела Тейе протянуть кулон над огнём. Феня принялась медленно сыпать землю сквозь пальцы прямо на пламя, тихо напевая старую, скрипучую, как несмазанная телега, песню на древнем языке троллей.
Искры от костра вдруг закружились сумасшедшим вихрем, но не взлетели к небу, а начали втягиваться прямо в тёмный камень медальона. Серебряная оправа нагрелась, а внутри камня, будто под толщей прозрачного льда, вспыхнули три крошечные, едва заметные золотые точки. Одна точка горела ровно и тепло, а две другие — чуть дальше — испуганно пульсировали.
— Ну вот, гляди, егоза, — Феня выпрямилась, вытирая испачканные сажей руки о фартук. — Медальон проснулся. Он чует королевскую кровь твоей сестры и души тех, кто к ней привязан. Тёмные нити ведут на север, к Мшистым топям. Там след Евы и мальчишек. Но помни: Кором тоже не слепой. Как только вы двинетесь в путь, его тени пойдут за вами по пятам.
— Значит, решено, — твёрдо произнёс Нил, переводя взгляд с сияющего медальона на Тейю. — Если опасность близко, мы не можем сидеть сложа руки. Мы идём искать Еву, Макса и Луку. Вместе мы сильнее.
Марк молча кивнул, его драконьи глаза хищно блеснули в полумраке, подтверждая готовность защищать новоиспеченную королеву до конца.
Тейя уверенно сжала кулаки, чувствуя, как страх уступает место решимости. Маленький отряд принял своё первое, самое важное решение.
Старая Феня, наблюдавшая за ними у костра, довольно хмыкнула. Её суровое морщинистое лицо смягчилось. Поняв, что ребят не отговорить, она плавным, почти бесшумным для её грузной фигуры движением протянула руку к своему поношенному фартуку.
Феня ласково похлопала Тейю по плечу и вдруг заговорщически подмигнула. Из глубокого кармана своего поношенного фартука она достала небольшую, туго завязанную кожаную сумочку, от которой пахло сушёной хвоей и болотной мятой. — Держи-ка, королева-егоза, — Феня бережно вложила сумочку в ладонь девочки. — Это тебе моё напутствие, да не простое, а с хитринкой. Тут внутри — сонная пыльца грибов дремовиков. Тролли её веками собирали. Если на вашем пути встанут ищейки Корома или болотные твари, брось щепотку прямо в огонь или по ветру им в морды. Заснут так, что даже гром не добудится, а у вас будет время ноги унести.
Старая тролльша выпрямилась, её лицо стало непривычно серьёзным, а голос зазвучал тише, но весомее:
— И помни главное, Тейка. Настоящая королева сильна не мечом и не короной. Твоя сила — в тех, кто идёт за тобой. Береги Марка и Нила, слушай своё сердце и никогда не сомневайся в том, кто ты есть. Медальон выведет вас к Мшистым топям, а дальше — только твоя воля. Ну, ступайте, пока туман совсем тропы не сожрал!
Тейя бережно спрятала кожаную сумочку с сонной пыльцой за пояс, а тёплый медальон опустила под куртку, ближе к сердцу. Она повернулась к старой тролльше и крепко, изо всех сил обняла её за шею.
От Фени пахло костровым дымом, сухим мхом и старыми сказками — всем тем, что за эти часы успело стать для Теи родным домом. — Спасибо тебе, бабушка Феня, — прошептала девочка. — Я обязательно найду Еву и мальчишек. И мы спасём Морион.
— Эхе-хе, знаю, что найдёшь, егоза, — Феня легонько отстранила её и ласково щелкнула по носу. — Давай, ступай, да под ноги гляди. И мальчишек своих береги, они у тебя славные.
Нил серьёзно кивнул старой тролльше, поудобнее перехватывая свою за раннее заготовленную походную палку, а Марк коротко приложил руку к груди в знак уважения и первым шагнул в темноту, увлекая друзей за собой.
Ребята сделали первые шаги за пределы тёплого круга от костра. Ночь тут же обступила их со всех сторон. Вековые морионские деревья казались огромными живыми великанами, чьи переплетённые ветви закрывали собой звёздное небо. Лес вокруг дышал, шуршал невидимыми крыльями и шелестел листвой, словно шептал своей королеве свои древние тайны.
Тея шла посередине, между Марком и Нилом. Медальон на её груди сквозь ткань едва заметно пульсировал, посылая мягкие волны тепла, и три золотые искорки внутри камня чётко указывали направление — туда, на север, где в тумане Мшистых топей ждали спасения её сестра и друзья.
Сила великого Светодиода против болотных дикарей
Пока Тея со своими воинами пробиралась сквозь чащу, далеко на севере, в самом сердце Мшистых топей, ночной туман стелился густой, липкой пеленой. Здесь пахло гнилой древесиной, прелой травой и застоявшейся болотной водой. Старые коряги уродливо торчали из трясины, словно пытались дотянуться до бледной луны.
Ева, младшая сестра Теи, крепко держала за руку маленького Луку. Малышу было всего шесть лет, он шмыгал носом от сырости и испуганно прижимался к старшей девочке. Рядом, настороженно оглядываясь, шёл Макс. Все трое были в своей обычной земной одежде, которая теперь насквозь промокла.
Всё это случилось из-за того ужасного дня, когда дети пошли в ежегодный поход в горы. Там, среди древних скал, они наткнулись на тёмную пещеру и в какой-то момент разделились. Они забрели в совершенно разные тоннели в горе, и именно в этих разветвлённых, мрачных проходах они пропали для земного мира.
Земля будто ушла у них из-под ног: Тею провалилась в одном проходе, а Ева с мальчишками с криком ухнула в другом, совершенно иной тоннель. Этот подземный путь и выплюнул их троих прямо посреди этого жуткого, чужого болота.
Вдруг камыши зашуршали, и туман перед ними расступился. На кочку выскочили странные существа. Ростом чуть выше шестилетнего Луки, покрытые гладким лоснящимся мехом, с круглыми ушами, перепончатыми лапками и длинными хвостами. Это было племя людей-выдр.
— Ой, какие бедные, какие маленькие пришельцы! — запищали они тонкими, ласковыми голосами, дружелюбно помахивая лапками. — Заблудились в наших топях? Продрогли? Один из них, самый упитанный, в забавном ожерелье из речных ракушек, широко и добродушно улыбнулся, обнажив мелкие зубки. Он протянул Еве причудливую деревянную миску, от которой шёл пар:
— Набегались, проголодались, небось? Отведайте нашей горячей болотной похлёбки из сладких кореньев! Мы вас согреем, мы вас проводим в сухое место! У нас тепло, у нас безопасно!
Лука, почуяв приятный аромат еды, сделал было шаг вперёд, но Макс резко схватил его за плечо и оттащил назад. Ева тоже внутренне сжалась. Ей на секунду показалось, что эти зверьки — самые добрые существа на свете, но внутри неё сердце тревожно заколотилось.
За этой маской фальшивого гостеприимства и сладкими речами скрывалась жуткая правда. Племя людей-выдр уже давно присягнуло на верность Корому. Они вовсе не собирались спасать детей. Своими добрыми намерениями, ласковым писком и горячей едой они лишь усыпляли бдительность незваных гостей, заманивая их поглубже в свои норы.
Мерзкие твари хотели расположить к себе беззащитных ребят, усыпить их, а затем — заживо сожрать во славу своего тёмного повелителя.
— Спасибо, но мы не голодны, — стараясь, чтобы голос не дрожал, громко произнесла Ева, отступая на шаг назад и закрывая собой маленького Луку. — Нам нужно идти. Милые улыбки на мордочках людей-выдр в то же мгновение начали медленно таять, а в их круглых глазами блеснул холодный, хищный голод.
Когда милые улыбки на мордах людей-выдр растаяли, обнажив острые жёлтые зубы, Макс понял: дело пахнет не сладкой похлёбкой, а крупными неприятностями.
— Ах вы, крысы перекачанные! — рявкнул он, хватая из грязи увесистую, сучковатую дубовую корягу.
Шестилетний Лука вцепился в куртку Евы и испуганно захныкал: — Ева, они меня съедят! Я невкусный, я сегодня зубы не чистил!
— Не съедят, Лука! — Ева заслонила малыша собой, лихорадочно оглядываясь в поисках пути отхода. — Макс, аккуратно, их тут целая банда!
Самый толстый выдр в ракушках с противным шипением бросился вперёд, выставив когтистые лапы. Но Макс не зря три года ходил на секцию самбо в городе. Он перехватил палку поудобнее, замахнулся и с криком: «Получи, чучело болотное!» — выписал вожаку знатный щелчок прямо по упитанной морде.
Раздался глухой стук, вожак смешно пискнул, завертелся на хвосте и кувыркнулся прямиком в жижу, растеряв половину своего драгоценного ожерелья.
— Ой, мама, у него макароны из ракушек посыпались! — пискнул Лука, на секунду позабыв про страх.
Остальные люди-выдры на мгновение опешили от такой наглости земного пришельца. Они сердито защёлкали зубами и начали наступать со всех сторон, смешно переваливаясь с лапы на лапу, но при этом выпуская длинные когти. Макс крутил своей корягой как пропеллером, поднимая тучи брызг и прелой травы. — Подходи по одному, мокрые хвосты! — азартно кричал Макс, делая выпад и заезжая палкой по уху очередной лоснящейся твари. — Ева, уводи Луку к тем большим камням! Я сделаю из них шашлык!
— Какой шашлык, Макс, они же волосатые! — завопила в ответ двенадцатилетняя Ева, пытаясь тащить упирающегося Луку по скользким кочкам. — Говорят, что тролли лукавые, а эти вообще… обманщики пушистые! — кричал Лука, путаясь в собственных ногах. — Макс, бей их по пузу, они там толстые!
Один из юрких выдрят попытался незаметно подкрасться к Еве сзади, но Макс вовремя заметил маневр. Он резко развернулся, подцепил корягой кочку с грязью и точным ударом запустил её прямо в морду нападавшему. Грязевой снаряд шлёпнулся существу на глаза. Выдрёнок смешно зачихал, заплевался и, потеряв ориентацию, с размаху врезался головой в чахлую берёзу.
Но кольцо пушистых прихвостней Корома всё равно сжималось. Палка Макса от сильных ударов жалобно хрустнула и разломилась пополам. Ребята оказались прижатыми к огромному мшистому валуну, а впереди них, злобно урча и отряхивая грязь, поднимался разъярённый вожак племени. Силы были на исходе, а бежать дальше по бездонной трясине было чистым самоубийством.
Когда в руках у Макса остался лишь жалкий бесполезный обрубок коряги, а разъярённый вожак племени в ракушках уже приготовился к прыжку, Ева судорожно сунула руки в карманы своей земной толстовки. Пальцы наткнулись на что-то холодное и металлическое. — Фонарик! — выдохнула она, вспоминая, что прихватила его из дома перед тем, как они пошли гулять в горы.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.