Детективное Агентство «Оракул»: Украденная Судьба

Хех! Сама секретность, ё-моё!

И попробуй, скажи ему, что таким способом он только ещё сильнее привлекает к себе внимание. Дима даже слушать не станет. Просто бросит – «Не обсуждается». И на этом разговор окончен. Угу…

Хотя, когда мы собирались, я заметила одну вещь. Оказывается, Димка-то у нас любитель сладкого. Нет, я и раньше видела, что он пустой чай никогда не пьёт. Всегда есть либо пирожное, либо печенье какое-нибудь, шоколадка на худой конец. Но сейчас я видела, как парень подходил к своему столу и буквально до предела засовывал в сумку из верхнего ящика пастилу. Фруктовую пастилу. Банановая, клубничная, ананасовая, брусничная… Ого! Никогда не думала, что он её так любит.

Пастила выглядела, как небольшие свёрнутые в пакет роллы. Только цвет и этикетка отличала их. Разве эти штуки не едят, нарезая их на небольшие дольки? И куда так много? Ладно-ладно, туда лучше не лезть. Ещё психанёт и мне достанется.

Так или иначе, мы направились в школу «Уникум». Влада оставили в офисе. Если честно, этот мальчишка жил с Димой, но отвечала за него почему-то я. Так решил наш начальник. С чего вдруг? А всё просто. Я же предложила оставить ребёнка и теперь это моя головная боль. Весело, не так ли? Эх… Хотя у этого Влада свои тараканы в голове. С ним не поговорить, не поиграть, не даже прикоснуться. Можно смело заявить, что он меня шугается. Правда, когда считает, что я занята и не вижу, смотрит на меня, не моргая.

Нужно как-нибудь расшевелить его. Может, он так ведёт себя из-за того, что я незнакомка и мальчик просто стесняется? Это нормальное детское поведение, уж мне-то не знать? Осталось только показать ребёнку, что я не несу опасности и могу стать ему другом.

Вот только это проблема. Стоит мне сказать ему хотя бы «Привет», как я в свой адрес получаю стопроцентный игнор.

Ладно, сейчас проблема не в этом.

Вернёмся к нашему делу.

Ближе к полудню мы отправились в школу Уникум полностью преобразившись. Кстати говоря, на мне был классический офисный женский костюм. Блузка, чёрный пиджак и юбка в тон. Хе-хе, забавный вид, учитывая то, как я люблю джинсовую одежду и военный вариант цвета хаки. Удобно и стильно. Что ещё нужно молодой девушке? Особенно люблю военную обувь. Ботинки на хорошей прочной подошве и с крепкой шнуровкой наше всё. И они в сто раз лучше, чем эти чёртовы туфли на каблуках. Пятка слетает только так.

Эх, на что только не пойдёшь ради работы.

А вот Луи, похоже, всё устраивало. Рабочий оранжевый костюм, напоминающий тюремный и хозяйственные перчатки. Всё, уборщик готов. А, нет. Вот теперь с этим унылым выражением лица он точно готов.

В школе мы решили не представляться директору теми, кто мы есть. Это может помешать расследованию. Причём так, как этого меньше всего ждёшь. Но учитывая волну паники со стороны школьников, нет ничего удивительного в том, меня приняли на должность учителя без какой-либо надлежащей проверки. Просто посмотрели липовые документы и должность моя. Сейчас всех больше всего беспокоит устранение сплетен, слухов и паники. Ведь если это не прекратиться, школу и вовсе могут закрыть.

Кстати о самой школе…

Я думала, что увижу обычное здание, разделённое на несколько секций. Как и у всех! Спортзал, футбольное поле на заднем дворе, сквер… Но нет. Передо мной был огромный многоэтажный особняк, построенный во времена восемнадцатого-девятнадцатого века. И это здание точно изначально не предназначалась под учебное место. Возможно его переделали под школу со временем.

Во дворе стоял огромный фонтан с изысканными скульптурами ангелов, древнегреческих муз и морских нимф, в виде русалок. Удивительная красота. А рядом с самим фонтаном разгуливали ученики, но никто не бегал, не резвился и не общался с другими. Каждый держался в стороне и уткнулся в учебник. Ого! Учатся даже во время перемены? Это, конечно, похвально, но меня в их возрасте за уши в дом не затащишь. Всегда любила общие игры и веселье. Разница в нас уже с самых первых шагов видна.

И ведь на дворе лето, но эти школьники не прекращают учиться. Как нам объяснила Соня, у них есть каникулы, но в основном в зимнее время, а летом они продолжают учиться так же, как и обычно.

Да уж… О таком месте можно только мечтать. Даже в фильмах трава не настолько зелёная и не настолько ровная. Кусты и деревья аккуратно подстрижены, здание идеально отремонтировано, дорога без малейших ямок или изгибов… И тишина во дворе. Ни детских голосов, ни смеха, ни естественного шума… Странно всё это.

– Так вот он какой мир богатых и умных… – протянула я, осматриваясь. – Выглядит всё словно с картинки.

– В конце девятнадцатого века владелец данного здания перед смертью принял решение создать из своего дома школу, так как у самого не было ни детей, ни внуков, – неожиданно отозвался Дмитрий, ровняясь со мной и двигаясь вместе. – И долгое время это была просто школа, в которой могли учиться все, кто хотел. Но спустя пару десятков лет, когда власть сменилась, эта школа стала называться «Уникум», цель которой было производить только лучших выпускников. Учёные, спортсмены, актёры, творцы… Любой каприз, но главное лучшее.

– Ого… – присвистнула я. – Это же какое должно быть психологическое давление возложено на детей.

– Психологическое давление? – удивился парень. – Это не столь важно, если перед тобой стоит будущее. Причём то, которое ты сам пожелаешь. Пусть и стоит потерпеть несколько лет, но зато потом, это восполниться трижды. В России, да и во всём мире, существует много таких школ. А там и университетов. Не каждому по силам такая нагрузка… – Укоризненно посмотрел на меня и усмехнулся. – Будет любопытно посмотреть, чему вы научите детей, учитель.

– И к чему это ты сейчас, а? – начала злиться я, но Дима вновь усмехнулся и поспешил вперёд, демонстративно игнорируя меня.

Вот же… выскочка!

– Между прочим, именно с такими вот в школе никто и не хочет потом дружить… – пробубнила я, хотя меня уже никто не слушал. Сомневаюсь, что Диме вообще интересен такой факт, как дружба. – Эх…

***

В школе мне, как начинающему учителю, дали под обучение младшие классы. Я была уверена, что справлюсь на все сто процентов. Ну, что там может быть? Раз яблочко, плюс ещё одно яблочко, получится два яблочка. Молодец, садись, пять. Ну что может быть проще? А между тем на перемене постараюсь и с другими учителями посплетничать. Да и с Димой мимоходом встретиться.

Неплохо? Конечно! Хе-хе!

Но все мои планы разрушались в самом начале. Начну с того, что в классе с детьми сидели их родители. Не со всеми, но с большинством. А они чего здесь забыли? И уже такие приготовленные. Каждый воротник своему чаду поправляет, волосы приглаживает, ровненько под линеечку школьные принадлежности поправляет и вообще, всем видом демонстрирует, что у всех дети, как дети, а вот мой определённо «Уникум».

Э-э-эм… Окей. Всё нормально… Всё ещё можно исправить. Наверное… Правда, когда эти дети словно по сигналу встали передо мной словно солдатики, я всё же не выдержала и вздрогнула. Это точно дети? В глазах столько ума… Сколько не должно быть у обычных школьников младших классов.

– Здравствуйте, садитесь, дети, – улыбнулась я, лихорадочно выискивая, чем бы их занять. Глянула на учебник, который лежал на первой парте. Хм? Математика? Вроде звучит не слишком сложно. – Итак, – улыбнулась. – Я ваш новый учитель. Уверена, что вас уже успели об этом предупредить. Пока вы не запомнили полностью моё имя, разрешаю вам называть меня просто Ирис. Так, мы сможем стать немного ближе.

По лицам родителей сразу стало ясно, что подобная фамильярность им не понравилась, но пока никто особо не возникал. Уже неплохо. Но что дальше?

– Скажите, пожалуйста, на чём вы остановились с прошлым учителем, чтобы я знала, с чего начать? – спросила у детей.

В эту же секунду в воздух поднялось три руки и, как обычно это бывает, именно с первых парт. Что ж… В этом, думаю, все школы похожи. Все «знайки» сидят именно на первых партах. Но это ладно. С этим легко смириться и предугадать, а вот то, что руки поднимут и некоторые родители, привлекая внимание на своих чад, это… немного смущает.

– Да?.. – спросила я, смотря на одну из женщин.

– На прошлом занятии класс проходил теорию делителей и кратных чисел. Поэтому, на мой взгляд, было бы правильным решением, перейти сразу к проверочной работе. Мой дорогой сын прекрасно запомнил материал и готов продемонстрировать свои навыки.

На эту реплику остальные мамаши, словно гусыни, согласно закивали, тем самым демонстрировали, что и их дети ничем не хуже. Какая была тема? Делители и чего? Боже, это точно младшие классы? Где мои яблочки? Где мои «один плюс один»? Куда делось моё детство?!

Так, ладно… Это другая школа. Она уникальна и значит следовать нужно иначе. Если всё простое – это плохо, тогда усложним им задачу до невозможного. Хотя по детям как раз не скажешь, что они уверены в своих силах. Отводят взгляды, периодически что-то теребят руками. То очки, то волосы, то одежду… Нервничают. В отличие от их же мамаш, сомневаются в своих знаниях, что вполне естественно. Хм…

– Хорошо, – кивнула я, улыбнувшись классу. – Раз все так уверены в своих знаниях, перейдём к проверочной работе. Позвольте, – взяла учебник со стола одного из учеников.

Так-так-так… Где оно тут? Ага… Нашла. Ладно, дам им несколько примеров, разбив по вариантам. Смотрю, книги есть у всех. Хм… А где правильные ответы в конце? Что за книга такая без правильных ответов? Так нечестно! В моё время всё было не так… Ой! Веду себя, как старуха… Кхе-кхе!

– Так, – обратилась к классу. – Вы разделитесь на группы, и у каждой группы будет свой собственный вариант задач. Три задачи каждому. На решение одной задачи дам пять минут. И того пятнадцать в общей сумме. – Дети мгновенно напряглись. Этого они точно не ожидали. Пятнадцать минут слишком мало, но мамаши лишь гордо задрали носы, принимая вызов. Ха! Не так быстро, дамочки! – А родителей прошу перейти в конец класса, и не мешать своим детям проходить проверочную работу.

Вот после этого мамаши начали переживать, а дети так вообще побледнели словно мел. Паника.

– В чём дело? – улыбнулась я, замечая неуверенность в глазах женщин. – Вы ведь уверяли, что дети всё знают, или с этим какие-то проблемы?

Как я и думала, гордость взяла своё. Женщины, предварительно фыркнув, поднялись со своих мест и поочередно направились в сторону задней стены класса. Наконец-то дети остались один на один со мной. Относительно.

Раздала им варианты задач и засекла время. Во время решения задач, выражение лиц школьников надо было видеть. Вот уж забавная смесь суровых мыслей и паники. Но пятнадцать минут прошли достаточно быстро. Хотя их мамы также переживали и едва сдерживали себя, чтобы не рвануть к своему чаду. Однако конец…

– Всё, отложили ручки в сторону и прекратили писать.

В помещении раздались протяжные стоны и вздохи разочарования. Все недовольны своим результатом и готовы вот-вот поднять бунт. Кто-то же смирился со своей участью и поднял тетрадь вверх, чтобы я забрала на проверку. Но я этого не делала.

– Итак, теперь пусть каждый из вас передаст свою тетрадь с задачами своему соседу по часовой стрелке. В итоге, у каждого на столе должна быть чужая тетрадь.

Это вновь сбило всех с толку. Зачем? Для чего подобные методы? Но спорить никто не стал, лишь посмотрел на меня как-то недоверчиво. Мол, я дурью маюсь. Хе-хе-хе… Может, оно и так.

– Теперь я дам вам время на проверку и оценивание чужой работы, – улыбнулась я.

– Что?! – пронеслось по классу. – То есть… Мы будем проверять? Не вы?

– Потом и я, – пожала плечами. – Но сейчас именно вы делаете первую проверку. Проверяя чужие ошибки, вы учитесь не допускать свои.

Этот ответ всех удовлетворил. Поэтому они молча принялись за проверку. Хотя на самом деле я же не буду им говорить, что вообще не понимаю, что это за задачи только что лежали перед ними, верно? Просто сделаю умный вид и постараюсь как-нибудь выкрутиться. М-да… Это труднее, чем кажется на первый взгляд. Может, надо было всё же притвориться старшеклассницей?

Вскоре проверка задач была закончена, и тетради были возвращены их владельцам с уже готовой оценкой. Но и тут прошлась очередная волна негодования.

– Три?! Но почему?!

– Два?! Я никогда не получала «два»!

– Ы-ы-ы… Единица… У-у-у!

Кто-то злился, кто-то кричал и обвинял во всём соседа, кто-то просто начал впадать в истерику и звать маму с конца класса. А уж как сами мамаши начали кудахтать. Куропатки…

– Спокойно! – попросила я, подняв перед собой ладони. – Это лишь проверочная работа.

– Но учитель Ирис! – воскликнула одна из девочек. – Я не могу получить плохую отметку. Это испортит мою историю! Прошу, позвольте пересдать!

И словно как по команде о пересдаче стали просить все. При этом оценивали они друг друга сами. Не я. Да уж… Дети, это что-то. Такие маленькие, а дух соперничества и пакостничества у них уже в крови. Эх… А кто их будет учить взаимопомощи?

– Дети, встаньте, – попросила я, после чего все ученики дружно поднялись из-за своих столов, с непониманием смотря на меня. – Немного разомнёмся. Вытяните руки перед собой, – попросила я и сделала наглядный пример.

– Извините! – бросила одна из девочек с конца класса. – Но что вы тут собрались делать? Моему ребёнку нужны знания, а не физические упражнения. На это я могу простого тренера нанять. Мы понапрасну тратим время, а у нас ещё занятия на скрипке.

– Вот именно, – отозвалась другая женщина. – В наше время дорога каждая минута и…

– Ну, так идите на свои занятия, – перебила я их. – И занимайтесь своим временем, не тратя моё. Вы, например, нам всем мешаете. Если что-то не устраивает, я никого не держу. Но потом сами будете решать проблему неуспеваемости своего ребёнка.

Это заставило мамаш на время заткнуться. Хотя было ясно, что им мои слова ой как не понравились. Буквально с потрохами сожрать готовы. Я же тем временем вновь обратилась к детям:

– И… начали! Присели! Встали! Присели! Встали! – командовала, при этом сама исполняла движения, что очень неудобно в этой форме. Так и ещё туфли…

В итоге я заставила этих детишек немного размяться. Совсем немного… Ну, так мне казалось. А они уже через минуту запыхаться начали, хотя щёки сразу же покраснели от прилива крови. Вот и отлично.

– Можете сесть на свои места, – предложила я ученикам.

Возгласы в классе так и не утихали. Мол, чем мы заняты в классе? Что за беспредел? Только зря потратили драгоценные минуты, вместо того, чтобы решать задачи. И куда на это смотрит директор. И бла-бла-бла…

– Да будет вам известно, – с улыбкой начала я, мысленно представляя, как отрываю этим клушам головы. – Что благодаря небольшой физической активности увеличивается циркуляция крови в организме. А это значит, что и в мозг поступает больше крови. Сознание работает лучше, что я вам сейчас и продемонстрирую. Итак, – посмотрела на детей и дала им новые варианты задач. – У вас на всё пятнадцать минут.

Ученики вновь принялись за решение заданий, но, к их же собственному удивлению, справились со всем даже раньше намеченного времени. Ну, ещё бы! Они же только что решали аналогичный вариант! К тому же небольшая встряска им помогла. В итоге прошло в среднем десять минут, как весь класс поднял руки, давая понять, что они готовы.

Вновь предложила поменяться тетрадями для проверки. И в этот раз большинство получили отличный результат, удовлетворяющий всех.

А там, на моё спасение, прозвучал звонок на перемену. Эх… В школьное время ждала этого звонка, как манну небесную, а став учителем, хоть и липовым, стала ждать его ещё сильнее.

– Всё, можете отдыхать, – разрешила детям, замечая, что и ученики и их мамаши остались довольны.

Смогла ли я их хоть чему-то обучить? Сомневаюсь. По сути ничего и не делала. Только позволила всем узнать то, чему сама научилась в школьное время. А теперь… где у нас учительская?

***

По пути к кабинету, в коридоре меж обычных учеников, я заметила Дмитрия, который прислонился спиной к стенке и выглядел несколько отстранённо. Другие ученики его старались избегать. Косились, словно на чумного, но близко не приближались. Руки скрещены на груди, взгляд пустой и безжизненный, нижняя половина лица скрыта, а в уши воткнуты наушники.

Вашу ж мать! Что он делает? Музыку слушает? Ведёт себя точно, как этакий забитый жизнью подросток. Не время сейчас предаваться депрессии и мрачности.

– Дима! – шикнула на парня, подходя к нему и срывая одни наушник. – Ты чего дурью маешься? Должен же с учениками разговаривать, а не строить из себя сам небоскреб!

– Во-первых, – злобно начал парень, поднимая наушник и возвращая его обратно в ухо. – Я и так работаю, а ты мне мешаешь. Во-вторых, – указал на дисплей телефона, на котором ничего не работало. – Это моё прикрытие. На самом деле, я прислушиваюсь к разговорам. В-третьих, ты привлекаешь слишком много внимания и мешаешь. Проваливай!

– О… – протянула я, понимая, что внешность тут слегка обманчива. – Ну, извиняй. Выяснил что-нибудь?

– Я как раз над этим работаю, Ирис, – строго отозвался Дмитрий, возвращая наушник в ухо. – А ты мне мешаешь. Иди куда шла.

– Тц! – вырвалось у меня. – Как же ты бесишь этой своей манерой… Знаешь ли, с таким отношением друзей не заведёшь.

– Мне прекрасно живётся и без них, – холодно и равнодушно отозвался он.

– Что за поведение? И девушку себе так не найдёшь, – продолжала капать парню на мозги. – И вообще, сомневаюсь, что хотя бы одна девушка выдержит подобное обращение.

– Если ты в меня влюбилась, то вынужден разочаровать – я женат на работе, так что можешь быть свободна, – отмахнулся он, давая понять, что больше не намерен меня слушать.

– Козёл! – рыкнула я, после чего направилась дальше по коридору, отходя от Дмитрия. Казалось бы, уйди и забудь, но нет. Обидно… Поэтому обернулась и… – Коротышка.

На это я радостно заметила, что Дима так крепко сжал сотовый телефон в руке, что тот чуть не треснул, к тому же его бровь нервно запрыгала. Хе-хе-хе! Знай наших!

***

В учительской, к моему удивлению, уже собрались практически все учителя, ведя довольно буйный разговор. Кто-то требовал, чтобы школу закрыли, кто-то просил об отпуске, а кто-то вообще о переводе. В общем, скучно не было.

– Что случилось? – спросила я, присев на свободный стул и обратившись к женщине невысокого роста лет пятидесяти.

– А… – протянула та, с неким циничным взглядом осмотрев меня с ног до головы. – Новенькая. Но ничего, скоро и ты будешь проситься о переводе. Все молоденькие к этому склонны.

– К чему? – не понимала я.

– К любви, – отозвался ещё один учитель, присев рядом со мной с другой стороны. Мужчина около тридцати лет. – Точнее, из-за невзаимной любви. Только что стало известно, что молодая учительница, которая проходила здесь практику, скончалась в больнице из-за цветочной болезни.

– Что?! – ахнула я, понимая, что теперь появились и жертвы. – Но… как?

– Хотела бы и я это знать, – протянула женщина. – Похоже, её любовь была невзаимной. Вот и результат.

– А вы, кстати, знаете, в кого она была влюблена? – тут же поинтересовался мужчина, украдкой усмехаясь. Словно это некая забава.

– А чего тут не знать? – в ответ засмеялась женщина. – В нашего школьного повара, Илью. Всем девушкам успел вскружить голову.

Школьный повар? Кто это? И почему они так спокойно говорят о чей-то смерти? Хотя если приглядеться все учителя разделились на две категории. Первые – молодые, эмоциональные и обеспокоенные, вторые – безразличные, престарелые и вообще с таким выражением лица, словно больше никогда в жизни никого не полюбят. Наверное, именно это и даёт им уверенность. А вот остальные попадают под угрозу цветочной болезни. Так тут даже учителя стоят на ушах, не говоря уже об учениках… А что будет, когда слух о смерти учителя дойдёт и до них?

– Так, прошу, успокойтесь! – на повышенных тонах произнёс директор, обращаясь к учителям. – Держите себя в руках. Мы ещё толком ничего не знаем и не стоит паниковать раньше времени.

– А чего вы ждёте, директор? – отозвался молодой парень из толпы. – Чтобы нас всех по очереди заразили цветочной болезнью? Если вы не подпишете документ, то я просто уйду на больничный и не выйду на работу!

– Да! Именно! Так и поступим! – загалдели остальные учителя, поддерживая бунт.

– Ещё раз говорю, сохраняйте спокойствие! – требовал директор. – Вы учителя своих предметов. И не где-то там, а в одной из лучших школ страны. Но сейчас определённо думаете не головой, а чем-то другим. Соберитесь! Вы ведь прекрасно знаете, что такой болезни как «Ханахаки» не существует. Это глупая подростковая выдумка. Полиция вскоре во всём разберётся. Или вы ничем не умнее тех детей, которых учите? Тогда и вам бы не помешало за учебными партами посидеть! Так что всем советую успокоиться и продолжить работать. Докажите, что вы профессионалы.

Эта речь более-менее подействовала на сотрудников, после чего они пусть и нехотя, но всё же принялись расходиться. Кто-то сел за своё рабочее место в учительской, приступая к проверке рабочих тетрадей, а кто-то вообще покинул кабинет, чтобы успокоиться.

Вот это да! Я-то думала проблемы только среди школьников, а они прошлись по всей школе в принципе. Но теперь у них есть причины. Есть первая жертва. И не среди учеников, а именно молодая девушка – учительница. Но влюбилась она в повара? Что ж… Нужно будет посмотреть, что это за человек такой. А также необходимо посмотреть на тело учительницы. Возможно, если её дух ещё не перешёл границу миров, то расскажет о том, что с ней произошло.

Немного посидев за своим рабочим столом и сделав вид, что проверяю тетради, позже сама покинула учительскую и поспешила в сторону общей столовой. Школа большая в несколько этажей, но то, где находится столовая, можно определить сразу. Чем ближе к ней подходишь, тем сильнее пахнет едой. Ну, это было у меня так в детдомовской школе, а тут… Хм…

Придётся побродить.

Ещё раз замечаю насколько же это отличается от того мира, в котором росла я. Все словно с другой планеты. Величественные, особенные, лучшие… Но вот только, когда припекло, все ведут себя точно также, как и обычные люди. Прячутся и пытаются спастись. В таких ситуациях сразу же показывается, кто есть лидер, а кто лишь пешка.

По пути вновь увидела Диму, который как раз прогуливался по коридору.

– О! – воскликнула, подбегая к парню. – Слушай, ты знал, что учительница, ну та, что проходила здесь практику, недавно умерла от этой цветочной болезни? Все остальные учителя на взводе. Требуют закрыть школу на карантин.

– Это бессмысленно, – вздохнул устало парень, прислонившись спиной к стенке. – Закрыв школу на карантин, проблема не решится. Скорее наоборот. И я уже в курсе о том, что молодая учительница умерла. Пытался связаться с полицейским участком, который занимается этим делом, но ни врачи, ни полиция никакой информации не дают. Засекречивают.

– Что? – удивилась. – Ты уже пытался получить дело? Я думала, что у тебя имеются связи в полиции.

– Имеются, – признал Дима, согласно кивнув. – Но не везде и не во всех отделениях. На данный момент мои связи бессильны.

– Хм… – задумалась. – Возможно, я смогу проникнуть в морг. Получить засекреченное дело вряд ли получится, но вот медицинские карты…

– Вот как? – удивился Дима. – Что ж, это вполне неплохо. Тогда ступай в морг и займись этой работой, а я, так и быть, займу пост учителя.

– Так, стоять! – рыкнула я, заметив, к чему парень клонит. – Прекрати уже. Ты ученик. А значит должен учиться и вести себя, как школьник, а не как очередная высокомерная задница.

– Если что-то не устраивает, не задерживаю, – парировал Дима. – Указать где выход? Или лучше карту нарисовать?

Вот же хам! Всё, я пыталась быть доброй, снисходительной и стараться наладить с ним общий язык. У всего есть предел! Шагнула к парню на встречу, облокотившись рукой о стенку и как бы нависая сверху. Посмотрела ему в глаза, давая понять, что его-то я точно не боюсь.

– Значит так, – начала я, чувствуя холод и злость в собственном голосе. – Либо ты наконец-то успокоишься и начнёшь вести себя так, как и положено, либо, клянусь, я собственными руками сорву с тебя одежду и облапаю всего вдоль и поперёк, понял меня? Неделю в душе проведешь.