- -
- 100%
- +
– Васса, – выдохнул Марк, поднимая руки, тем самым, пытаясь показать, что ей он не причинит вреда, – Послушай, я ведь никогда от тебя не скрывал того, что я вампир. Я в этом не виноват, я таким родился и останусь таким до конца жизни, – он говорил успокаивающе при этом медленно приближался к девочке.
– Но раньше, – пробормотала она, – Раньше я этого не замечала.
– Не хотела видеть, – поправил Марк подругу, – К тому же раньше у меня получалось оградить наше общение от этой не слишком приятной стороны моей природы. Но я не могу делать это вечно. Ты знаешь, кто я, теперь ты понимаешь, что это означает. Я никогда не сделаю тебе ничего плохого, ты всегда будешь под моей защитой, и это ты тоже знаешь. Сейчас только твоё мнение важно. Захочешь ли ты уйти и больше не общаться с нами, или оставить всё как есть.
– Но не будет уже «как раньше».
– Но почему? Вот видишь? Я такой же как и раньше, я ни в чём не изменился, – Марк горько улыбнулся, – Ты боишься меня? – и тут же сам с собой согласился. – Ты меня боишься.
Он играл грязно, прекрасно понимая, что такое предположение оскорбит Миновскую, заставит принять вызов. Но этого было достаточно, ей стоило только осознать, что все страхи надуманы, что они порождения её воспитания, и тогда она их легко сможет перебороть.
– Нет, не боюсь, – твёрдо сказала Васса, мотнув головой.
Теперь не боялась, она заглянула в его янтарные глаза и увидела в них всё того же Марка. Он действительно такой же, как и всегда. А то, что он вампир и имеет квоту на убийство отщепенцев – она переживет, свыкнется с мыслью.
– Тогда верь мне, – так же твёрдо ответил Остросский, протягивая девушке руку.
Васса отставила горячий напиток, который держала, будто щит, и, улыбнувшись, опёрлась на его тёплую ладонь и спрыгнула на пол. Марк обнял её и, гладя рыжие кудри, сказал:
– Ты ведь моя маленькая сестрёнка. Разве могу я сделать тебе больно? Я ни за что не стану причиной твоих слёз. А этого болтуна Сильвестра, как следует нужно наказать, – кончиком пальца он слегка коснулся носика Вассы, и в ответ получил привычную задорную улыбку.
Марк старался не показывать, насколько сильно испугался, что потеряет Миновскую. Это спутало бы ему все карты, все далеко идущие планы.
Глава 4
Не всегда яблоко близко к яблони падает
(Альдербан 9:45)
Доберманы прыгали вокруг и со счастливым визгом ныряли в глубокие рыхлые сугробы. Артём тщетно пытался отплеваться от снега, и заодно слепить очередной комок, которые он бросал в Вассу.
Еще пару минут назад они чинно прогуливались по саду Альдербана, но стоило одному бросить в другого снежок, как весь сад превратился в поле снежного боя. Это место уже давно не слышало весёлого и беззаботного смеха. Совы удивлённо ухали, сидя на крыше, крутили головами и даже не пытались взлететь. А доберманы беззаботно радовались, ставили на людей лапы, пытались хоть кого-нибудь повалить в снег, лизнуть в лицо. Они засиделись в замке без веселых игр с любимой хозяйкой и ее друзьями. Да и весь Альдербан давно замер в холодном равнодушии, не имея доступа к светлым эмоциям своих домочадцев. Даже сейчас он оставался безразличным к веселью.
Снежинки кружились и опускались в своем воздушном танце на оживившийся двор.
– Я люблю смотреть, как они падают, – сказала Васса, лёжа на спине в снегу.
– Я тоже, хотя давно этого не делал, – Артём вдыхал морозный воздух и смотрел вверх, но не на падающий снег, а на высокие башни и на сов, которые опять кружили в воздухе.
Ему нравилось в Альдербане, и нравилась магия Вассы. Она была красивой и нежной. Девушка легким движением руки посылала ветерок, зажигающий цепочкой свечи, легким движением головы сушила и укладывала свои медные локоны, сдувала с ладошек в темной комнате целый сноп сверкающих светлячков. Ее магия казалась сказочной, поэтому Артем про себя звал свою кудрявую отщепенку волшебницей, но никак не колдуньей.
– Кто это там? – мужчина прищурился, пытаясь разглядеть мелькнувшую вдалеке между стволами фигуру.
– Наверное, Натан, наш садовник, – равнодушно пожала плечами Миновская и тут же поднялась, – Как насчет горячего шоколада и жаренного в камине зефира?
***
Олимпия наблюдала за своей дочерью и Артёмом из окна кабинета, когда Вольф доложил ей о приезде заместителя Куратора.
«Как же ты не вовремя появляешься, Марк», – подумала Миновская, отсылая дворецкого и плотно закрывая шторы, благо молодые люди были слишком далеко, чтобы их здесь можно было услышать.
Олимпия заняла свое место за массивным столом из суара. Её пума умная и спокойная Феерия, как обычно, устроилась подле хозяйки. Миновская гордо вскинула голову и опустила руку на теплый лоб своего питомца. Мягкая гладкая шерсть Феерии под подушечками пальцев всегда действовала на нее успокаивающе, а для встречи с этим гостем ей требовалась железная выдержка.
Дверь открылась, в кабинет вошёл Марк. Он, как всегда, учтиво поздоровался и получил в ответ легкий поклон головы. Глаза заместителя Куратора слегка мерцали, что говорило о его прекрасном настроении, которое, в свою очередь, не сулило ничего хорошего для Минвоских. Вампир не стал занимать одно из пустовавших кресел для гостей, а сразу перешел к причине своего визита:
– Завтра должна состояться ежегодная гонка Четвертого полюса. В этот раз выбор пал на ваши земли, – тон Остросского был, как и всегда, слегка нагловатым и самоуверенным.
– Как я понимаю, гонка должна состояться этой ночь? – вкрадчивым голосом осведомилась Олимпия, тщательно следя, чтобы он её не подвёл и не дрогнул, – Но ты мог бы предупредить заранее.
– Ваш муж, Меркурий, был оповещен три дня назад, сразу после жеребьевки, не представляю, почему он вас не предупредил. Я, как Куратор, был не обязан этого делать, – Марк безразлично пожал плечами.
– Ты не Куратор, – резче, чем хотела, напомнила ему Олимпия.
Её глаза блеснули, а венка на руке, равномерно гладящей Феерию, несколько раз дёрнулась.
Марк усмехнулся, но только на секунду, показал, что заметил, срыв своей собеседницы:
– Однако, я здесь не только за тем, чтобы уведомить вас. Мне нужен представитель правящего рода этих земель. А таковых всего трое. Но Меркурий слишком занят. Так что…
– Я давно не занимаюсь этими вещами, – перебила его Олимпия, но она уже успокоилась и, сумев оторваться от пумы, как от надёжной опоры, грациозно поднялась и обошла стол.
Женщина всем видом, показывала, что разговор окончен, но гость уходить не спешил.
– Я знаю. Именно поэтому мне бы хотелось увидеть Вассу, говорят, что она вернулась.
«Откуда?! Откуда тебе это известно? – изумилась мысленно Олимпия, и тут же одернула себя. – Глупая, пора было привыкнуть, что этому отщепенцу известно обо всём, что происходит в этом полюсе».
Но отказать она не могла. В конце концов, распоряжались гонками либо главы родов, либо их младшие совершеннолетние представители, особенно это касалось тех, кто сам участвовал в них. А Васса раньше частенько гоняла на ежегодных соревнованиях. Этой традиции исполнилось в прошлом году сто пятьдесят лет. Она зародилась в Четвертом полюсе, и сначала это были скачки. Потом лошадей сменили машины, следом и другие полюса тоже начали устраивать подобные соревнования. Вот только ежегодные гонки в Четвертым полюсе оставались самыми престижными среди отщепенцев.
– В данный момент её нет в Альдербане, но я тебе обещаю, ровно в час ночи, она будет на месте представлять нашу семью, – нехотя согласилась Миновская.
– Благодарю, госпожа Олимпия, – с лёгким поклоном ответил Марк и исчез.
Альдербан 13:00
Когда молодые люди вошли в зал, мать Вассы уже сидела во главе стола. Она ласково посмотрела на вошедших и подала руку Артёму. Браже на секунду замялся, так как не был приучен к такому приветствию, да и таких ручек ему не приходилось раньше видеть, не то что целовать. По этой узкой кисти нельзя было сказать, что её владелице уже за сорок. Кожа была нежная, белая, почти прозрачная, такая, что каждая голубая тонкая венка отчётливо просматривалась под ней. Но он все же сориентировался, и приняв руку женщины склонился к ней.
– Прошу меня простить, что вчера я не смогла вас приветствовать, Артём, я себя плохо чувствовала, – с улыбкой обратилась к нему Олимпия, и добавила, тем самым, предвещая возможный вопрос. – Однако сейчас со мной все хорошо! Прошу садитесь, – она легким движением руки пригласила их за стол.
Занимая своё место, Артём воспользовался моментом и ещё раз оглядел эту удивительную женщину. Она сидела гордо, как графиня, лавина тёмных волнистых волос закрывала всю её тонкую спину, доставая до поясницы.
Мать Вассы была идеалом женственности и элегантности. В ней было нечто от кошек: взгляд зелёных раскосых глаз, парящие движения, непривычный говор с ленцой и невероятно красивая, но хищная улыбка. В ней сочетались коварство и шик. По красивому, более благородному, чем у Вассы, лицу нельзя было понять истинных мыслей и настроения его хозяйки. Олимпия олицетворяла мир отщепенцев – столь же загадочный и опасный.
– Мы не были представлены, хотя я о вас уже слышала, – снова замурлыкала хозяйка Альдербана. – Я Олимпия Миновская. Вы ведь из России? – повисло молчание, но Олимпия тут же пояснила смысл своего вопроса, – Наверное, Васса забыла вам сказать. Наш мир не разграничен в соотношении с вашим. Сюда вы можете попасть из любой точки Земли, хоть из Англии, хоть из Австралии, или из России.
Артем неуверенно подтвердил ее догадку. Он никак не мог приступить к обеду, ему почему-то казалось, что рядом с этой женщиной его потуги аккуратно есть будут выглядеть, как чавканье свинки в корыте.
– Что ж, – уже другим тоном обратилась Миновская старшая к дочери, – Ты, Васса, верно, забыла какое сегодня число.
Девушка оторвалась от еды и непонимающе посмотрела на мать. Олимпия долю секунды глядела в глаза дочери, но потом снова улыбнулась и обратилась к Артёму с очередным вопросом.
Васса нахмурилась, она не могла никак понять, что Олимпия имела в виду. Сегодня было третье июля, если смотреть по календарю людей, то есть третий день второй зимней декады в мире отщепенцев.
– Васса, ты давно виделась с Марком? – снова спросила у нее Олимпия.
Девушка напряглась, но ответила:
– Около года назад. А в чём дело?
– Он сегодня заходил. По делам, – сказала Олимпия, отрезая тонкий ломтик телячьего стейка с кровью, и не глядя на молодых людей, продолжила рассказывать, – Он сильно изменился. Стал совсем другим, – казалось она говорила сама с собой, на её губах играла мягкая улыбка, словно речь шла о её сыне.
Вдруг Олимпия серьезно посмотрела на Вассу, озадачено наблюдавшую за ней:
– Я надеюсь, что у вас не будет с ним проблем. Ему сейчас не очень-то легко приходится, и ссоры с нашей семьей Марку не нужны.
– А что с ним такое? – напряжённо поинтересовалась девушка, резко сменившееся настроение матери насторожило её.
– Вот что случается, когда так редко бываешь в своём мире, – притворно опечалилась Олимпия, – Его отец сильно болен. Марк исполняет обязанности Куратора. И надо заметить, превосходно с этим справляется.
– Марк?! – мимолётный испуг показавшийся в глазах Вассы, удовлетворил ее мать и совсем сбил с толку Артёма.
– Он очень пристально следит за порядком. Уже обезврежено несколько вампиров, охотившихся группами.
– Могу поспорить, что это была лишь показуха.
– Не думаю. Говорят, как только Марк преступил к обязанностям, в Полюсе стало спокойнее. Но это всего лишь слухи, ты же знаешь, меня сейчас это не слишком интересует, – женщина мило пожала плечами и отправила кусочек мяса в рот.
– Да уж. Главный нарушитель порядка следит за порядком. Парадокс какой-то получается, – прищурившись, прошипела Васса.
Она не держала себя в руках, как её мать и проигрывала той, в этой незамысловатой столовой дуэли. Олимпия оставалась невозмутимой, но вот её взгляд во время этой беседы был очень тяжелым, придавливающим дочь к стулу.
– Называй это как хочешь. Но могу поспорить, что он будет новым Куратором. Очень скоро, – торжествующе припечатала она и, кивнув Артёму, вышла из-за стола.
Браже зачарованно смотрел вслед хозяйке замка, которая, шурша длинной юбкой, прошла к двери. Повисло молчание. Васса пыталась есть, но ей кусок в горло не лез, она нарезала из стейка фарш ножом, а ножка ее то и дела отстукивала маленьким каблучком нервный ритм. Артём чувствовал её напряжение, но ждал, так как видел что девушка была глубоко в своих мыслях. Из всего разговора он понял лишь то, что произошло нечто неприятное для неё.
– Как только мы доедим, я покажу тебе нашу библиотеку, – вдруг заговорила Миновская, отстраняясь от невеселых размышлений.
– Хорошо, – согласился Артём, пытаясь сдержать свой интерес, но всё же у него это не получилось, – Можно спросить кое-что?
Васса внимательно посмотрела на него и пожала плечами.
– Кто такой этот Марк?
Девушка недовольно покачала головой, она ожидала именно этот вопрос.
– Иногда вы, мужчины, бываете так предсказуемы, даже скучно становится, – Васса зло сощурилась, – Марк – это самая мерзкая тварь из всех, кого я знаю.
– Ого! – Артём откинулся на спинку стула, такая сильная негативная волна была послана от Вассы, – Чем же он так провинился?
– Это самый страшный отщепенец в этом полюсе. Он вампир, сын нынешнего Куратора, лорда Остросского. Подонок, убийца, преступник, и ему всегда и все сходит с рук. Слишком много власти, он ведь сын Куратора.
Записки Безымянных
Альдербан шестнадцать лет назад
– Васса! Васса! – Олимпия стояла в холле, рядом мялся высокий черноволосый юноша, которому несколько недель назад исполнилось двадцать.
Он с нетерпением смотрел на главную лестницу. Наконец там появилась маленькая девятилетняя девчонка в компании двух здоровых доберманов.
– Марк! – она радостно побежала к дожидавшимся её в холле отщепенкам.
Девчонка с разбегу запрыгнула на руки парню, и тот будучи не в силах скрыть свою радость закружил Вассу. Девочка чмокнула Остросского в щёку, покраснела до ушей, но тут же забыла о проделке. Стоило Марку опустить её на пол, как на него накинулся один из доберманов, по имени Грант. Подаренный им несколько лет назад, щенок волшебного добермана прекрасно помнил, кому обязан своим спасением от жестокого колдуна. Бордо же была подарена родителями, но она не меньше любила этого вампира, так часто приходившего раньше в их дом.
Наше время
Васса оказалась права. Библиотека была поистине грандиозной. Она занимала несколько просторных залов на втором этаже, но стены ее поднимались почти до пятого. На верхние ярусы можно было попасть по лестницам ведущим к внутренним балконам. Артём в изумлении замер на пороге, неэстетично раскрыв рот. Стены первого зала были скрыты стеллажами с книгами до самого потолка, их местами прерываемыми большие окна.
– Да, я такого даже представить не мог.
– Здесь есть всё, что захочешь, – Васса села за один из невысоких журнальных столов и с удовольствием огляделась, – Разная литература нашего мира и из вашего.
Две собаки, вечные спутники, забежали вслед за людьми и уселись по бокам столика, на котором сидела Васса.
– И много ты прочла?
Девушка рассмеялась:
– Издеваешься? Мне за всю жизнь даже половины не осилить. Я так некоторые листала, некоторые полностью читала или по частям. Здесь можно найти то, что не встретишь в интернете, очень много книг осталось только в одном экземпляре. Если говорить кратко, то Альдербан обладает второй в мире библиотекой. Здесь и в следующем зале только ее основная часть. Остальные находятся в хранилище, в подвале.
– А как их доставать с верхнего этажа? – Артём шагал вдоль стены и разглядывал тёмные переплёты.
– На каждом этаже, на балкончиках есть передвижные лестницы. Но я обычно делаю так, – и девушка легко и быстро взлетела на высоту третьего этажа.
– Ого! У меня так не получится! – крикнул Браже, наблюдая за ней.
– Уверен?! – Васса рассмеялась и взмахнула рукой.
Артём толком ничего не сумел понять, прежде чем оказался рядом с колдуньей. Васса снова рассмеялась и закружилась, поднимаясь все выше.
– Догоняй! – крикнула она.
Артём секунду помедлил, соображая, как ему теперь передвигаться, это оказалось не так легко, пришлось вспомнить, как в прошлом году он летал в аэротрубе. Они поднимались всё выше и выше. Вокруг мелькали книги светлые пятна окон. Артём догнал девушку и ухватил её за руку. Васса снова рассмеялась, и их завертело под самым потолком, но у обоих вскоре закружились головы. Они так же быстро опускались ниже и продолжали безудержно смеяться, пребывая в эйфории. Васса от того, что может при Артеме не таиться и колдовать, а он от сказки, в которую попал. Они в один момент мягко приземлились на пол рядом со столом внушительного размера.
– В общем, выбирай, что хочешь и читай. Там, есть картотека, – ещё сквозь смех Васса ткнула пальчиком в компьютер и рухнула в ближайшее кресло.
Артём сел рядом, ноги не держали обоих.
***
Васса вошла в кабинет матери без стука.
– Мама, неужели это правда? – начала она с порога.
– Разве я не учила тебя стучаться? – Олимпия работала с документами за своим столом, она укоризненно посмотрела на дочь, – Если ты про предстоящие гонки, то да, это правда. Марк уже сейчас пользуется, куда большими привилегиями, чем его отец, только потому, что знает все наши законы и лазейки в них. Так что мы ничего не можем поделать, – она откинулась на спинку кресла и сложила длинные тонкие пальцы домиком, – И это ещё не всё. Мне кстати понравился Артём. В нём что-то есть, не в смысле привлекательное, а твёрдый стержень и что-то знакомое. Будто мы уже встречались, может быть манера говорить? Но сейчас не об этом. Я хочу тебя предупредить, что не сегодня-завтра Марк узнает о твоём секрете, и тогда никто уже вам не поможет.
– Мы не появимся в его городе, я вообще не собираюсь покидать пределы Альдербана, и тем более видеться с кем бы то ни было. Никто не узнает, что я здесь, – девушка села в кресло напротив матери.
Олимпия тихо рассмеялась:
– Васса, милая моя Васса, иногда ты так наивна. Марк уже давно знает, что ты вернулась, да и весь полюс, наверное тоже. Мне неизвестно, в курсе ли он, что ты не одна, однако, даже если нет, то это дело времени.
Лицо девушки побледнело, такой поворот событий она не предвидела.
– Пойми, даже твой отец не может всё предугадать. Мы пишем сценарий, но вот режиссер любит вставлять поправки. Марк сегодня заходил не просто так. Он сообщил лично, что ежегодная гонка состоится на наших землях, и тебе придется выступить от нашей семьи, а также быть помощником организатора, то есть, Марка, как принимающая сторона.
– Я не могу. Мама ты же это понимаешь.
– Почему? – искренне удивилась Олимпия.
– Я не могу пойти туда с Артёмом. А объяснять ему про все эти замшелые традиции,…это всё сложно. Не хочу с ним ссориться, он может не понять. И ты это прекрасно знаешь! – торопливо заговорила Васса, вскакивая со своего места.
Она подошла к окну, запустив пальцы в густые волосы. Какое-то время обе женщины молчали. За окном было уже темно, только неполная луна горела на прозрачном небе. Васса развернулась и, непримиримо сложив руки на груди, оперлась спиной на подоконник.
– Мама, я не могу и не пойду.
Олимпия глубоко вздохнула, она предполагала реакцию Вассы на эти новости. Женщина раскрыла один из ящиков в столе и вытащила из него маленькую книжицу. Хозяйка Альдербана внимательно, страница за страницей просматривала томик, ища что-то глазами. Васса терпеливо ждала, зная, что решение будет найдено. Наконец Олимпия улыбнулась и подала книгу дочери. Девушка прочитала ее заголовок на открытой и удивлённо посмотрела на мать, желая получить разъяснения.
– Не обязательно брать Артёма с собой, и вовсе не нужно ему ничего объяснять. Просто усыпи его. Это, – она указала на книгу, – Самое сильное заклинание сна. Можешь снять в любой момент. Возьми книжку себе, в будущем понадобится, – продолжала она, возвращаясь к бумагам на столе.
Васса медленно закипая пролистывала страницы и читала заголовки. После каждого следующего ее лицо все сильнее мрачнело.
– Здесь самые лучшие заклинания, действующие только на людей, – Олимпия снова отвлекалась от работы. – Нет никакой угрозы, передозировки силы или зелий. Всё рассчитано на человеческую природу.
Васса сначала хотела сказать, что никогда не станет применять на Артёме магию без его согласия, но остановилась, недовольно поджав губы. Она посмотрела на мать, сидящую в своём львином кресле, вид которого предавал ее фигуре еще большую утончённость и хрупкость, на ее упрямые глаза и сдалась.
– Хорошо, я буду сегодня представлять род Миновских, – нехотя согласилась девушка и, больше не сказав ни слова, покинула кабинет.
(Альдербан 22:00)
Вечер снова опустился на заснеженный край. Артём сидел в библиотеке и читал большую книгу в старом переплёте «Времена вампиров». Васса вышла, в огромном зале кроме Браже и Бордо никого не было. Артём не понимал, почему его так привлекли вампиры, но их природа была действительно очень интересной.
Оказалось то, что о них рассказывали люди в его мире, не совсем совпадало с действительностью. Вампиры не превращались в летучих мышей, не боялись осинового кола или чеснока, дневного света, святой воды или серебра. Хотя среди них не встречались, так называемые, жаворонки, и все вампиры больше предпочитали работать и развлекаться ночью. Артём уже остановился на двести четвёртой странице, на которой рассказывалось об укусах вампиров:
Простой укус вампира не смертелен. Он лишь впускает яд в кровь жертвы и превращает её в вампира. Но эти последствия обратимы до первой охоты. При обращении в вампира жертва теряет свои врождённые способности.
Однако считается, что укус вампира с согласия жертвы во время любви сохраняет все врождённые силы жертвы и добавляет ей возможности вампира. На практике это применяется чрезвычайно редко, и такие методы были запрещены ещё в девятом веке.
По нынешнему закону, действующему с 1112 года, вампиры обязаны уничтожать свою жертву и совершать трапезу не чаще, чем раз в год, в 1900 году этот срок увеличили до восемнадцать месяцев. Также запрещены групповые нападения. За нарушения этих правил вампир подвергается наказанию ведьмаков – усыпление сил, изменение памяти и изгнание в мир людей, или приговаривается к смертной казни.
Артём потёр уставшие глаза:
– Да уж, ну и законы у них, – пробормотал он, закрывая книгу.
В этот момент двери распахнулись, и в зал вошла Васса. Встретившись взглядом с Артёмом, девушка улыбнулась и, обняв его со спины, заглянула через плечо.
– Что читаешь? – Васса прочла название книги и удивлённо вскинула брови, – Почему вампиры?
– Просто интересно, что люди знают о них на самом деле и что выдумывают.
Васса ничего не отвечая поцеловала мужчину в щеку и направилась обратно к выходу:
– Я хочу спать. Очень устала, пойдем?
Артем на секунду задумался, и стянув тяжелый том со стола, поторопился следом за девушкой.
Глава 5
Интуиция не синоптик, врёт редко
(Альдербан 02:34)
Артём проснулся внезапно, сон просто исчез, как будто его и не было. Лёжа в кровати Браже соображал, что его могло так резко разбудить и разом согнать всю сонливость. Он глядел в тёмный полог и не мог избавиться от необъяснимого беспокойства.
Потирая пальцами виски, Артём сел и обернулся, чтобы посмотреть на Вассу. Но девушка, которая, только добравшись до спальни, сразу рухнула на кровать и уткнулась носиком в подушку, пропала. Чувство тревоги, нарастающее с каждой секундой, мгновенно выгнало Артема из теплой постели.
«Чушь какая-то. Может, просто пить захотела?» – старался он успокоить себя, пока искал затерявшийся под кроватью меховой тапочек и заглядывал в пустую купальню.
Конечно, будь они дома, в Москве, и не знай он о существовании отщепенцев, никакого бы страха не возникло. Но Артём был в Альдербане, а здесь его не покидало чувство опасности ни на минуту. Пусть стены замка казались надёжными, и возможно имели магическую защиту, тем более что замок был живой, но всё же…
Гостиную освещал зажженный камин, огонь весело плясал и потрескивал, выбрасывая снопы искр в дымоход. Создавалось такое впечатление, что он вообще никогда не потухал. Собак не было, и это ещё сильнее настораживало. Вода, фрукты, стояли на кофейном столике, спиртные напитки находились в маленьком баре. Чтобы Васса не пожелала, все было здесь. Браже безрезультатно огляделся в поисках какой-нибудь подсказки.
На диване валялась книга, прихваченная из библиотеке, в углу сиротливо приютились собачьи миски, большие часы показывали без двадцати три. Без особой надежды Артем подошёл к одному из окон. Вдруг ему почудилось, будто там в темноте сверкнуло что-то, похожее на молнию, он посильнее отодвинул тяжёлую занавеску. Освещенный фонарями двор мирно спал, за стенами замка виднелась дорога, которая тоже была подсвечена первые метров двести, а затем ныряла в густую чернильную тьму. Именно там, вдалеке и мерцали неясные огни.