- -
- 100%
- +
– Его уже не переделать, Светуля. Он не для денег создан. Раньше такие, как он, в скиту жили или философские трактаты писали. А сейчас в дизайнеры подались… Да и зачем его жалеть? Он не выглядит несчастным страдальцем. Для него работа – как наркотик: и вино, и женщин, и развлечения заменяет.
Света хотела что-то заметить мужу, но сдержалась: сказать ему о том, что он сам от Олега в этом плане недалеко ушёл, не решилась. Работа, работа, работа… Кадровые перестановки, новые телепроекты, творческие совещания, корпоративные мероприятия, работа в будни, работа в выходные, работа в праздничные дни… Он не замечает, как дочь растёт. Даже новую Светину причёску – впервые без чёлки! – не заметил. О сексе лучше уж совсем молчать. Забыла, когда последний раз было. Подобные эмоции и мысли промелькнули тенью на погрустневшем Светином лице. Стас их не увидел (или сделал вид, что не увидел). Два пирога с мясом сделали своё дело – он расслабился и повеселел. Чмокнул жену в губы, похвалил её кулинарный гений… Поговорили на бытовые темы, попивая чай. Потом Стас вспомнил:
– Лапуля, мне ещё надо с бумагами поработать. Кудряшов своё творение подкинул. Ты не жди меня, ложись – могу засидеться.
– Понятно. Опять работа. – Света постаралась сказать это как можно спокойнее. В последнее время все чаще случались стычки, когда она начинала предъявлять претензии мужу-трудоголику, а он отвечал довольно резко, что расстраивало обоих. – Ну ладно, тогда спокойной ночи, дорогой. Надеюсь, в субботу сходим втроём в кино, Ксюша очень просила.
– Обязательно сходим! – уверил Стас и направился в “кабинет” – комнату, оборудованную специально для спокойной работы и чтения.
Он прекрасно помнил о своём намерении чистосердечно поговорить с женой об их (вернее, о его) интимных проблемах. Но в последний момент струсил. Что он ей скажет, на самом-то деле? “Извини, дорогая, но я не стремлюсь к физической близости, поскольку работа… стала интереснее секса?” Так, что ли, сказать? Эту простую истину о причине своего “недуга” он понял, пока ехал домой. Спасибо Олегу, прочистил мозги. Стас понимал, что с этим надо что-то делать. Тайное Светино недовольство он ощущал ясно. Наверное, придётся взять пару недель отпуска. Насильно оторвать себя от работы. Через пару дней он втянется в семейную жизнь, будет с женой и дочкой ходить по друзьям и родственникам, чего давно не было, проведёт ревизию городских культурных мероприятий, забудет ненадолго о служебных авралах, а там, глядишь, и сексуальное влечение вернётся… Пожалуй, ничего другого не остаётся. Стас ещё дорожил семьёй.
Глава девятая
Косые оценивающие взгляды Верочка почувствовала сразу, как начался трудовой день. Опоздала на полчаса – гололёд, пробки. Все уже успели в буфете побывать. Наверное, обсудили вчерашнее за чашкой кофе… Никто ни о чём её не спрашивал, никто не отпускал комментариев и шуточек – но это-то и было странно. В отделе “новостей” принято коллективное обсуждение всех “личных” событий. Такая сенсационная новость, как поход главного редактора и журналистки Веры Стрельцовой в театр, не могла быть упущена из вида коллегами. Но все молчали, как будто ни о чём таком даже не догадывались. Почему? Вера чуяла заговор. Она ждала, что её атакуют вопросами-допросами, на которые собиралась отвечать сдержанно и с достоинством. Но кроме дежурного “привет, чего опаздываешь?” ничего не услышала.
Секретарша Лида укрепила Верины подозрения. Она была удивительно нелюбопытна: “Привет, Верочка. Как тебе погодка? А у моего тачка барахлит, пришлось на такси добираться. Жуть, а не дороги! Сегодня, кроме тебя, ещё двое в пробках застряли”. И ни-слова-о-театре! Не было раньше такого, чтобы Лидочка чего-то там не знала: по таинственным каналам информация шла к ней бесперебойно.
Ещё одним выбивающим из колеи моментом было поведение Стаса: он всем видом изображал трудовой энтузиазм, пока шла утренняя “летучка” с журналистами. Строго отчитывал неопытную Лену Милявскую за вчерашний ляп: брала “синхрон” у начальника какого-то там отдела администрации, а точно его должность не узнала, и в “новостях” вечерних вышли неправильные титры. Естественно, из администрации уже позвонили. Стас оставался крайним – не перепроверил информацию. Лена рдела, пыхтела, кусала ногти и вот-вот могла расплакаться. Всем её было жаль. Было понятно, что наложат штраф и что теперь ей будет меньше доверия. Потом Станислав традиционно составил план съёмок на день, дал особое задание Евгении, которую всегда бросал в самые трудные места. Казалось бы, никаких поводов для волнения Вере Стас не давал. К ней обращался столь же дружелюбно и ровно, как и ко всем прочим журналистам. Но! Всё обо всё знали – “это раз”, как говаривал Фандорин. Вере это было ясно и без слов, по общей вибрирующей атмосфере скрытности. Делать вид, что “всё, как обычно”, Стасу не было никакой необходимости. И “два” – Вера таила смутную, возможно, ничем не оправданную надежду, что теперь он будет к ней теплее, проявит чуточку внимания… Однако, по всей видимости, праздничное настроение вчерашнего “театрального свидания” осталось в дне вчерашнем. Перед ней был начальник, который радел исключительно о качестве производимой телепродукции. Это задевало её женское самолюбие.
Во второй половине дня деланное безразличие коллектива стало сильно нервировать Верочку. “Может, всё-таки не знают?” – робко предполагала она. И через минуту ловила на себе странный взгляд Андрея (сочувствующий, что ли?). Или мимолётную ухмылочку Вадима. И опять начинала нервничать. В таком состоянии Вера не могла творчески относиться к своей работе: из-под “пера” журналистки вместо бойкого, весёлого рассказа о детском трудовом отряде выходило какое-то унылое, шаблонное повествование, ей самой кажущееся фальшивым и ненужным. Чего стоит одна фраза “каждый участник отряда мечтает внести свой вклад в будущее родного города”… Потом этот “шедевр” ещё Стасу показывать…
Один раз Верочка чуть было не позвонила Оксане – та бы её мигом утешила, вразумила, подбодрила. Но в оживлённой телестудии не было укромного уголка – кто-нибудь мимо да пройдёт. Разговор на столь щекотливую тему лучше отложить до дома. А пока…
Вера вспомнила о своём новом “дружке”: карманном издании книги “Счастье на блюдечке” (на обложке – красивое расписное блюдечко и слово “счастье” в золотых вензелях). Последнее время она носила книжку в сумочке, читала в маршрутном такси и в периоды “между съёмками”, хотя бы по две странички. Сейчас Верочка открыла книжку наугад. В глаза бросилось правило, обведённое узорной рамкой: “ЛЮБЫЕ ПЕРЕЖИВАНИЯ, КОТОРЫЕ ОТДЕЛЯЮТ ВАС ОТ СЧАСТЬЯ, ПРИДУМЫВАЕТЕ ВЫ САМИ”. Дальше шли комментарии и примеры из жизни разных людей. Верочка пробежала их глазами, чувствуя себя всё спокойней и уверенней. Чего, собственно, она так разволновалась? Ну, знают. Ну, обсуждают. И дальше что? Раз “в глаза” молчат, значит, и дальше будут молчать. И слава Богу! Не надо отчитываться, оправдываться, не надо об одном и том же с каждым любопытствующим говорить. Получается, это не Верочка скрывает тайну от коллег, а коллеги скрывают от неё свою информированность! Можно ведь на эту проблему и так взглянуть. И тогда кому должно быть стыдно? Она ведь ничего не утаивает – все и так всё знают! Ну, а спросят – ответит. Свидание с начальником – вовсе не смертный грех. Кажется, в список библейских запретов оно не входит…
Верочка расправила плечи и смело оглянулась по сторонам. Ольга, редактор и ведущая “Новостей культуры”, печатает текст за компьютером. Вадим “эсэмэсится” с очередной подружкой. Евгения что-то по телефону выясняет, разгорячилась не на шутку. Остальные разъехались на съёмки. Всё нормально! Всё, как всегда! Верочка облегчённо вздохнула и решила, что впредь будет придерживаться этой же тактики – она ни в чём не виновата и стыдиться ей нечего. В конце концов, она решила стать счастливой. И не будет придумывать себе лишние переживания. А со Стасом… со Стасом посмотрим ещё. Может быть, найдётся способ выяснить его истинное отношение к Верочке.
Глава десятая
О той злополучной встрече с Александром Матвеичем Альбина старалась позабыть. Подобного разочарования она в жизни не испытывала! Ей казалось, что “охмурить” известного сценариста и пробить себе путь “в большое кино” – не сложнее, чем “раскрутить” родителей на личный автомобиль. В конце концов, к пятнадцати годам Алечка твёрдо была уверена в своей неотразимости. Мир постоянно подтверждал ей это. Ни один интересный парень не мог пройти мимо Алечки. Липли, как мухи на мёд, и взрослые мужики. В лице сорокалетнего писателя, приехавшего в сибирский город “попиариться”, Алечка рассчитывала найти свой бесплатный билет в мир Славы.
Незадолго до “эпохального” разговора с матерью Алечке позвонила Настёна, её приятельница из разряда “есть с кем потусоваться”. Звонит и взахлёб хвалится новым маминым “постояльцем” (а мама у неё заведующая гостиницей): прикинь, сам Александр Гольц к нам в город припылил! Ну, помнишь комедию по его сценарию, “Русский характер”? Ещё сериал сейчас идёт про общагу – тоже его! Мамка все уши о нём прожужжала. Короче, этот Гольц заказал номер-люкс на неделю! Ну, пресс-конференцию проведёт, встречи с читателями… А я к нему в гости напросилась, прикинулась школьной журналисткой. Хочешь, вместе пойдём? Интервью проведём, хи-хи-хи! Он такой дядька прикольный, будем потом нашим рассказывать! Автографы возьмём!”.
Это был шанс, который Алечка не могла упустить. На “интервью” оделась так, что отец не хотел из дому выпускать – всё допытывался, с кем у неё свидание. Алечка наврала, что Настёна собирает большой девичник, и хочется выглядеть лучше всех, чтоб обзавидовались. Врала убедительно, поверил.
И вот она в номере-люкс. На высоченных шпильках, в невообразимо облегающем алом платье, которое мало что скрывает. Светлые волосы спадают причудливыми кольцами по спине… Юная, прелестная, грациозная. Александр Матвеич чуть не присвистнул, обратился к Настёне:
– Анастасия, эта воздушная фея и есть твоя подружка-журналистка?
Настёна захихикала и подтвердила, что она и есть.
– Вот зачем мне стоило приехать в Сибирь! Какой типаж! – патетически воскликнул хозяин номера и даже губами причмокнул. Усадил юных красавиц на диванчик, предложил сок и сладости. Он не выглядел на сорок лет – скорей, на тридцать. Чёрная водолазка, чёрные джинсы. Тонкие усики, смешливые карие глаза. Невысокий, но крепкий, с ловкими быстрыми движениями. Алечке понравился. Она решила, что он ей “подходит”.
Оживлённый разговор начала Настёна: а сколько вам за один сценарий платят? а почему вы в Европу не переедете? а подруга у вас есть? и ещё с кого вы героев “Весёлой общаги” придумывали? Александр Матвеич несерьёзно отвечал, что платят ему больше, чем банковскому клерку, но меньше, чем министру экономики. На икру хватает, а на домик в Швейцарии – нет. Что он настроен патриотически и слишком любит соотечественников, чтобы искать счастья в другой стране. Что любая женщина для него – лучшая подруга, а сам он – лучший друг женщин. А “общаговские” студенты – это, по факту, его друзья и знакомые, с кем он раньше учился. Теперь они стали солидными толстыми дядьками и толстущими короткостриженными тётками, а двадцать лет назад зажигали – дым столбом стоял! Настёна хихикала и протестовала: ну вы-то совсем не толстый, даже наоборот! А это, деточка, от нервов всё – с преувеличенной горечью отвечал Гольц. Знаешь, какая нервная работа у писателя-сценариста! Посетит, скажем, оригинальное желание на шашлыки с боевыми товарищами съездить – ан нет, режиссёр срочно звонит: переделай-ка, Шурик, диалоги, серия в хронометраж не вписывается; а вот эти твои шуточки замени на что-то более понятное для зрителя, будь ближе к народу! И всё, вместо полёта души – рутинная работа, не доставляющая никакого творческого удовлетворения. Настёна выражала сочувствие и переходила к новым вопросам: а что, а почему, а как…
Алечка снисходительно слушала разговор, ждала подходящего момента, чтобы “вступить в игру”. Когда Настёна взяла паузу, непринуждённо спросила:
– Александр Матвеич, для нашего школьного журнала я хочу задать вам вопрос в “Особую колонку”. Можно?
– Как я могу отказать такому ангелу? Всё, что угодно, прекрасная мадемуазель!
– Тогда… Скажите, Александр Матвеич, вот вы знаете известных режиссёров, актёров, актрис. А некоторые девушки в нашей школе мечтают в будущем стать кинозвёздами. Что, по-вашему, необходимо для достижения этой цели?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.