Баронет. Новый дом

Глава 6

Темное и влажное помещение, переплетенное грязно-зеленой паутиной, свисающей с потолка и стен. Толстые жгуты нитей сходились в центре этой комнаты, окутывая большой овальный кокон. Уже час пульсировала верхняя часть этой конструкции, подтверждая, что обитатель кокона выходит из анабиозного сна. Раздавшийся треск скорлупы оповестил, что его хозяин проснулся. Между рваных краев кокона показались зеленые мохнатые лапы, с которых сползала отвратительная зеленая слизь. Крупный осколок скорлупы приподнялся, и в темном провале кокона вспыхнули восемь зеленых глаз, расположенных в три ряда. Четыре крупных и подвижных глаза занимали лицевую часть головы и были способны воспринимать форму и цвета предметов. Два глаза поменьше располагались в средней части головы по бокам. Еще одна пара глаз находилась внизу почти на задней части головы.

Резкое движение паукообразного существа раскололо кокон на несколько частей, разлетевшихся к стенам мрачного помещения. Тишину нарушили щелкающие звуки, переходящие в клацанье. В помещение ворвались несколько маленьких пауков и, разбежавшись, начали стаскивать осколки кокона. Шустрые пауки помогли освободить от кокона остальные шесть лап, что позволило твари подняться в полный рост.

В комнату вползла представительница расы Ирков и, сделав неглубокий поклон, присела на четыре лапы. Зеленые глаза мокрой твари были направлены на гостью.

– Зачем ты разбудила меня, Рахтанга, неужели прибыла королева-мать? – клацающие звуки разнеслись по помещению. – По моим ощущениям еще рано или Роллдай обнаружила пищу?

– Нет, принцесса Доарав, королева-мать еще не прибыла… – не успела та закончить, как принцесса совершила стремительный прыжок и нанесла гостье удар передними лапами, который снес Рахтангу, впечатав ее в стену. Лопнувшие жгуты паутины плавно заколыхались.

– Тогда зачем? Что может произойти в мертвой системе. – Доарав в ярости заметалась по помещению, из которого предусмотрительно поспешили скрыться маленькие пауки.

Последняя битва с ящерами, в которой погибла мать роя, унесла с собой и надежды принцессы Доарав вырастить свой улей. Только мать роя могла помочь созреть и переродиться молодой принцессе до основателя своего улья, но эти ящеры оказали слишком сильное сопротивление. За всю историю существования принцесса Доарав не помнила, чтобы у роя были такие потери, исчисляющиеся целыми ульями.

Она двести лет отстаивала права на создание своего маленького улья и когда Доарав уже прошла перерождение и создала свой корабль, началась война с ящерами. За пять долгих лет улей потерял больше половины своих кораблей, что вызвало невероятный гнев королевы-матери. В последней битве улей Доарав должен был вернуть благосклонность королевы-матери, но корабль ящеров пошел на таран улья матери и, пробив его, совершил выстрел из своего смертоносного оружия, чем обрек мать улья на голодную смерть, так как она не может впадать в спасительный длинный сон. Принцесса Доарав бросилась на помощь улью матери, но она уже ничем не могла ей помочь. Корабль принцессы попал под огонь огромного корабля ящеров, и получил серьезные повреждения.

Битва закончилась их победой, по-другому и быть не могло. Королева-мать повела рой дальше, а им было приказано остаться здесь и следить за системой. Когда вернется королева-мать, у принцессы может появиться шанс искупить свою вину. Первые сто лет Доарав собирала во всей системе тела ящеров. Они были и не очень вкусными, но весьма питательными. Пауки-рабочие переработали несколько десятков кораблей ящеров и восстановили корабль принцессы. Но с каждым годом еды становилось все меньше. Сначала Доарав приказала съесть два десятка солдат мужской особи, оставив один десяток для размножения. Помотавшись еще какое-то время по системе, она приняла решение переводить корабль в анабиозный сон. Чтобы сформировать коконы для всех, необходимо было потратить полгода и много ресурсов. Доарав надеялась дождаться королеву-мать, которая могла предоставить достаточное количество пищи со своих кораблей-ферм и присоединить принцессу к одному из ульев. То, что эта шестиглазая Рахтанга решила ее разбудить по какой-то другой причине, страшно взбесило принцессу Доарав.

Количество глаз на голове Ирков было признаком их статуса. У рабочих было всего два глаза и они были небольшого роста. Четыре глаза имели особи мужского пола. В основном это были солдаты, которых было очень много, их никогда не жалели, а в трудные времена употребляли в пищу. Мать улья могла за один раз отложить до тысячи яиц, из которых через три месяца появлялись здоровые воины, готовые умереть за свою мать. Доарав в одну кладку могла заложить только пять десятков. Она была еще молода, да и кормить сейчас выводок было нечем. Маленькая ферма ее корабля не справится с этим.

Особи с шестью глазами были только женского пола, их яйца мать откладывала отдельно и не всегда в достаточном количестве. Из таких яиц иногда могла появиться принцесса, будущая мать улья, если докажет свое право на это. Остальные росли и перерождались в те направления, в которых нуждался улей.

– Прости меня, принцесса Доарав… – шестиглазая Рахтанга поднялась и, прихрамывая на переднюю левую лапу, вновь склонилась в поклоне. – Я посчитала, что это важно для вас, принцесса Доарав.

– Говори! Я сама решу, что для меня важно! – на спине принцессы раздраженно приподнялась шерсть.

– Согласно вашему приказу Роллдай сквозь полусон, в котором она пребывала, отслеживала активность в системе. – Рахтанга почти выпрямилась, держа на весу травмированную лапу. – Тысячу лет назад погасло местное светило…

– Я это знаю! Я тоже получала от нее информацию, – раздражение Доарав все усиливалось, и принцесса боялась не сдержаться, желая убить Рахтангу. – Говори быстрее, иначе я тебя отправлю на ферму в качестве еды.

– Месяц назад в систему вошел корабль, но Роллдай не смогла его отследить из-за большого количества обломков. Через две недели он ушел из системы. Направление нам известно, но в скором времени Роллдай засекла вашего личного врага…

Доарав передали образ корабля, оставляющего за собой два синих следа примитивных двигателей. Корабль пробирался через плотное поле обломков к останкам другого большого корабля. Доарав узнала его. Это был именно тот корабль ящеров, который уничтожил их мать улья, совершив таран. Но Доарав не стала бы принцессой, если бы в такие моменты поддавалась эмоциям. Она помнила, на что способен этот корабль ящеров, и знала, что в прямом столкновении с ним она могла проиграть. Принцесса видела, что корабль ящеров сильно поврежден, на его броне видны следы старых битв. Сейчас он был похож на раненого самца сноука, который представляет собой легкую добычу, но в агонии может сильно ужалить и даже убить охотника.

– Где он сейчас находится, – принцесса Доарав прекратила хождение по помещению и уставилась на Рахтангу.

– Он подошел к останкам большого корабля ящеров и стоит там уже больше двух недель, – Доарав получила четкую картинку корабля, расположившегося возле останков другого большого корабля. – Роллдай проанализировала поведение корабля и утверждает, что он практически слеп и сейчас представляет для нас удобную добычу.

– Буди солдат: для них есть работа. Мы захватим этот корабль! А также узнаем, куда ушел первый корабль. Если там окажется много пищи, мы непременно получим прощение королевы-матери, когда она вернется.

Рахтанга быстро поклонилась и, засучив лапами по полу, выбежала из помещения, освободив принцессу Доарав от своего присутствия. Принцесса проводила ее взглядом и отправила мысленный образ Роллдай, чтобы та следила за кораблем ящеров, пока они будут готовиться к его захвату. Их старшего необходимо доставить живым, чтобы проникнуть в его голову и узнать, откуда приходил первый корабль. Ресурсов корабля Доарав хватит всего на два перехода между системами, поэтому она остро нуждалась в пище для своих подчиненных. Если они ослабнут, то не смогут привести ее к заветной мечте о собственном улье.

Когда-то ящеры дали кораблям Ирков имя, назвав их «Разрушителями». Доарав настолько понравилось это сравнение, что она перестала ощущать себя переросшей этот корабль. В ульях ходили слухи, что королева-мать заинтересовалась технологиями хранителей ящеров и несколько установила на своем корабле, пытаясь лучше понять врага. Но Ирки не смогли взломать хранителей, которые отказались даже общаться. Принцесса Доарав желала получить себе хранителя с этого ненавистного корабля и разговорить его. Она была уверенна, что он не откажет принцессе, которая командует «Разрушителем» Ирков. Эта мысль ей настолько понравилась, что от удовольствия она расслабленно присела на свои восемь лап.

Аарон находился в реакторном отсеке, когда волна тревоги появилась где-то на задворках сознания. Тогда это было списано на повествование хранителя Дража, которое подвергло испытаниям эмоциональное состояние экипажа линейного крейсера. Учитывая свои способности «Слышащего», Аарон не стал отбрасывать возрастающее чувство беспокойства, решив разобраться с этим, когда закончит работу в реакторном отсеке. На завтра планировался запуск реактора, снятого с дредноута.

Еще более настойчивое ощущение опасности охватило Аарона, когда он направлялся в центр управления линейного крейсера. Чувство было настолько сильным, что заставило его замереть на месте. Реальное ощущение чужого взгляда окружило Аарона, вызвав колючий озноб на спине. Он почти бегом продолжил путь.

– Гахарит! – крикнул Аарон, ворвавшись в центр управления. Фатлум подпрыгнул от неожиданности и уставился на Аарона. Чувство опасности все сильнее сжимало Аарона, казалось, что оно стоит за спиной и дышит ему в затылок, заставляя обливаться холодным потом. Еще немного и он впадет в панику. – Боевая тревога, нас атакуют!

Слабую надежду, что он может ошибаться, уже бесцеремонно вытолкали из сознания Аарона. Все можно было списать на банальный нервный срыв, но, если предупреждение реально, то это могут быть только Ирки. Вспыхнувшее красное освещение в центре управления сопровождалось звуковым сигналом, все системы корабля были переведены в боевой режим, закрывались перегородки между отсеками. Проблема корабля была в том, что он не располагал противоабордажными средствами, а оружие состояло из шести лучевых винтовок и нескольких пистолетов.

Сильнейший удар сотряс линейный крейсер. Он был такой силы, что Аарона откинуло к дальней стене и сильно приложило левым плечом. От травм его уберег защитный доспех, который тут же перешел в боевой режим. Шлем закрылся на голове Аарона за мгновение до столкновения со стеной. Раздавшийся голос хранителя корабля имел металлические нотки.

– Целостность корпуса нарушена, вторжение на корабль в области второго яруса. Срочно предпринять противоабордажные меры.

Глава 7

Крейсер «Ирмит» находился в тени одного из трех спутников большого газообразного гиганта в системе АН-434—351. Именно через эту систему должен был пройти малый транспорт, сопровождаемый средним носителем. В системе было шесть планет, не имеющих атмосферы и полезных ископаемых, поэтому она была не очень интересна добывающим корпорациям и колониальным центрам Республики, в территорию которой она входила. Но именно эта система была ближе всего к системе RS-1108, где сейчас находился первый ударный флот Республики. Правильность расчетов подтверждал тот факт, что три часа назад в систему от первого ударного флота прибыли два легких крейсера сопровождения для встречи и дальнейшего препровождения кораблей Конфедерации.

Алан находился в центре управления крейсера, на главном экране которого сейчас отображалась информация о движении двух легких крейсеров. «Ирмит» находился в системе уже третьи сутки, дабы не пропустить транспорт и успеть подготовиться к его встрече. Два легких истребителя, приписанных к крейсеру «Ирмит», на малой скорости занимали позиции согласно разработанному плану.

Как и было договорено, Алан связался со своими старыми друзьями из восьмого флота. Он понимал, что переиграть спецслужбы Конфедерации было невозможно. Любая попытка узнать необходимую информацию о действиях кораблей в системе RS-1108 сразу привлекла бы внимание и привела к аресту друга и дезинформации Алана. Необходимые Микелю Родору люди были уже арестованы и ожидали своей участи. Поэтому переговорив со своим другом полковником Панером, Алан попросил узнать, какие корабли готовятся к длительной автономности. Через неделю от офицера поступило сообщение, в котором указывалось, какие корабли выходят с полной загрузкой на автономность. Таких кораблей было больше двенадцати, и определить, какие из них пойдут в систему RS-1108, было сложно. Еще через несколько дней Алану поступила информация от военного диспетчера о прохождении системы двумя кораблями, совершившими дозаправку. Корабли были приписаны к резервному флоту Конфедерации, но уход их в системы Республики привлек внимание военного диспетчера, который это шепнул нужным людям. Так информация попала сначала к полковнику, а потом и к Алану. За полученные данные Алан должен был перевести три миллиона кредитов в течение месяца, но благодаря давней дружбе полковник согласился на отсрочку платежа.

– Зафиксирован выход корабля из гипер-прыжка, – в центре управления раздался голос старшего тактического офицера.

– Вот и началось, – проговорил Алан. – Всем постам полная боевая готовность.

Освещение в центре управления сменилось с ярко-белого на приглушенное. Реакторы выходили на рабочую мощность, экипаж занимал боевые посты. В центре управления вспыхнули два боковых экрана, каждый из них передавал свою информацию. Алан стоял напротив главного экрана, где сейчас отображался вышедший из гипер-прыжка средний носитель Конфедерации Деус. Он сбросил четыре истребителя и окутался защитным силовым полем, экран мигнул полусферой активного сканера носителя. К носителю сразу устремились два легких крейсера Республики. Они обменялись сообщениями и на носителе отключили щит.

– Ждут малый транспорт… – повернув голову, Алан встретился с взглядом Хеидера. – Командор, можем сейчас нанести удар и уничтожить их.

– А если транспорта не будет? – Алан вновь повернулся к экрану. – Тогда они будут знать, что наш корабль может действовать у них в тылу и следующей попытки перехватить транспорт у нас уже не будет.

Хеидер, соглашаясь, кивнул. Алан понимал, что у капитана крейсера руки давно чешутся испытать его в настоящем бою. Охлаждал порывы факт, что сейчас в этой системе находился весь «флот» клана Хасмов.

– Зафиксирован выход корабля, – вновь раздался голос старшего тактического офицера. На главном экране добавилась точка с обозначением: «Малый транспорт».

– Старший пилот, очень медленно выводи нас из тени спутника. Смотри раньше времени не попади в область их сканеров.

План действий был разработан Орвиллом, который остался на станции в системе Норх. План был понятен. Во время разгона кораблей перед очередным гипер-прыжком к транспорту на большой скорости подойдет легкий истребитель и сбросит на него дройда-диверсанта. Как Омид не старался, он не смог к указанному сроку изготовить двух дройдов. Создание второго затянулось на неделю, которой у крейсера не было. Второй истребитель должен был прикрывать первый, держась на расстоянии, и сблизиться с противником только при попытке противодействовать первому.

Пока Алан в очередной раз прокручивал в голове план действия, корабли Конфедерации и Республики начали строиться в походный порядок. Первым шел средний носитель, за ним, чуть ниже, малый транспортник. По бокам малого транспортника двигались легкие крейсера Республиканцев и, судя по сигнатуре двигателей, они еще не начинали разгон в отличие от кораблей Конфедерации.

Первый легкий истребитель клана Хасмов начал стремительный разгон к группе кораблей. Преимущество кораблей под управлением искусственного интеллекта в том, что пилот не подвержен перегрузкам при маневрах и резких ускорениях. Когда до сектора действия сканеров носителя оставалось около одной тысячи километров, истребитель затушил оба двигателя и пошел к своей цели по инерции. Истребитель миновал половину пути и был замечен. Тут же с носителя на его перехват отправилась тройка истребителей. Но появление второго истребителя клана Хасмов заставила тройку, стремившуюся на перехват, разделиться: один продолжил движение к первому, а двойка повернула в сторону новой угрозы. Средний носитель выпустил пятерку истребителей, но не успели они перестроиться, как истребитель клана Хасмов открыл счет. Включив двигатели, он совершил маневр и практически в упор расстрелял одинокий истребитель Конфедерации. Заложив резкий вираж и, совершив разгон на форсировании, он зашел снизу к транспортнику, постоянно маневрируя и уклоняясь от активного огня, который вели оба легких крейсера. Отправив посылку транспортнику, истребитель Хасмов совершил очередной резкий вираж и пошел на сближение ко второму легкому истребителю, который крутил виражи, пытаясь сбросить тройку севших ему на хвост истребителей конфедератов.

– Дройд на борту транспортника, – сказал Хеидер, хотя это и так было понятно: транспортник резко сбавил скорость, прекратив разгон. Между средним носителем и легкими крейсерами начался интенсивный обмен сообщениями. Один из крейсеров начал подходить к правому борту транспортника для стыковки с ним.

– Через две минуты мы будем на дистанции открытия огня, – доложил старший офицер-тактик крейсера «Ирмит».

– Первой орудийной башне приготовиться к стрельбе, цель номер три, – левый экран отображал тактическую схему. На ней все корабли имели свой номер для быстроты приказов и смены целей. Также схема отображала траектории движения кораблей. В данный момент крейсер «Ирмит» мог открыть безнаказанный огонь по легкому крейсеру, отмеченному целью номер 3. Противник пока не знал о приближении к ним крейсера «Ирмит» и этим Хаидер и хотел воспользоваться. – Стрельба по готовности.

Крейсер немного вздрогнул, когда в верхней носовой части раскрылись бронеплиты, выпуская двухорудийную башню корабля. На тактической схеме отобразился таймер, отсчитывающий время до совершения выстрела. Носовой целеуказатель крейсера произвел вычисления и высветил области поражения легкого крейсера. Первое орудие должно поразить двигательный отсек легкого крейсера, второе нацелено на место расположения центра управления, скрытого дополнительной броней.

Загудевшие генераторы накачки оповестили, что крейсер «Ирмит» совершил свой первый боевой выстрел за последние две тысячи лет. На тактическом экране цель номер три потухла, правый экран показывал картинку с оптических сенсоров, но качество изображения было плохим из-за расстояния. Но и так было видно, что легкий крейсер как боевая единица прекратил свое существование. Второй легкий крейсер начал пятиться к среднему носителю, и развернулся носом в сторону, откуда были совершены выстрелы. Капитан легкого крейсера правильно истолковал появление нового противника, развернув корабль к «Ирмиту» самой сильной частью и активировав щит, стал отходить к среднему носителю.

Средний носитель Конфедерации начал выпускать истребители и штурмовики, последними его борт покинули торпедоносцы. Тактический экран наносил отметки на каждый появившийся малый корабль. Алан не был знатоком ведения боя в космосе, но сейчас он был горд за свою бывшую родину. Средний носитель за три минуты выпустил в общей сумме семьдесят малых кораблей. За это и ценились носители, которых боялись многие капитаны крупных кораблей. Противостоять такому количеству мог только крейсер прикрытия, разработанный именно для этих задач. Но крейсер «Ирмит» являлся кораблем дальней разведки и не был полноценным крейсером для ведения линейных боев в составе регулярного флота.

– Малый вперед, первая орудийная башня – цель номер 1, вторая и третья – цель торпедоносцы, – Алан видел, что Хеидер начал нервничать, не зная реальных способностей крейсера «Ирмит». – Хранитель Мел, на вас противокорабельная оборона. Активировать щит на полную мощность.

Центр управления наполнился писклявым звуком, так работали генераторы накачки активного щита, когда их переводили в режим полной мощности. Два легких истребителя клана Хасмов юрко крутились, ведя бой сразу с десятком истребителей противника. С интервалом в минуту истребители Конфедерации теряли одну машину за другой, но подбитых товарищей заменяли новые, которые средний носитель теперь выпускал небольшими группами. К писклявому звуку генераторов накачки щита добавилась более громкая «музыка» генераторов накачки лучевых орудий. После первого выстрела из трех башен конфедераты потеряли тринадцать машин, тактический экран предоставлял прогнозируемые данные. Согласно анализу тактического модуля крейсер успеет сделать только один выстрел из главных орудий, а дальше все будет зависеть от мощности щита и активности ПКО корабля.

Средний носитель выдержал спаренный выстрел первой орудийной башни, результатом которого стало отсутствие активного щита у среднего носителя и длинная пропаленная борозда на его броневом поясе, кое-где доставшая до силового каркаса корабля. Малый транспорт, двигавшийся все это время по инерции, вышел за пределы боя. На него пока никто не обращал внимания, что Алана в данный момент устраивало. То, что они совершили ошибку, было теперь понятно всем присутствующим в центре управления. В первую очередь необходимо было уничтожить средний носитель, но никто не мог знать, что в таком случае ждало их родственников на борту малого транспорта. Что сделано, то сделано, о прошлом не стоит жалеть. Необходимо выжить в настоящем и суметь изменить будущее.

Мелкие вздрагивания, пробежавшие по корпусу крейсера, огласили, что малые корабли противника вошли в зону поражения ПКО корабля. Тактический экран отреагировал на открытие огня системой ПКО несколькими потухшими точками на нем. Крейсер вел огонь из всех своих малых орудий, совершая маневры, чтобы подставить в сектор огня, как можно большее количество орудийных турелей. С расстояния в триста километров штурмовики Конфедерации сделали синхронный запуск всех ракет, которые они несли. Их примеру последовали последние шесть торпедоносцев. Истребители все время маневрировали перед штурмовиками и торпедоносцами, что мешало системе ПКО вести прицельный огонь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.