Генетика любви

Шварх меня дёрнул за язык: то ли сказалась на рассудке полная тревоги и переживаний ночь, то ли на контрасте с заботой Себастьяна организм потребовал привычных унижений… не знаю. Но слова вырвались сами собой:

— Так я же тоже отребье! Не противно жить в одном доме?

Супруг резко изменился в лице, глаза сощурились, а на скулах заиграли желваки. Он быстро преодолел оставшиеся ступени, подлетел и всей своей огромной массой навис сверху.

— Не смей даже вспоминать своё происхождение! Да, я вывез тебя из эльтонийской грязи, но теперь ты чистокровная цваргиня. Ты не представляешь, сколько денег я потратил, чтобы ты такой стала. Поняла?! Поняла, я спрашиваю?! — зашипел он в лицо.

Его ноздри налились кровью, покраснели и заняли пол-лица. Неподдельная неприязнь к полукровкам буквально плескалась на дне карих глаз.

Было безумно страшно, но в то же время я вдруг почувствовала себя пьяной от кощунственной, но такой притягательной мысли… А что, если он меня ударит? Вселенная, да если муж ударит хоть ментально, хоть физически, я смогуподать на развод. Что такое открытая рана, синяки или даже длительная головная боль по сравнению с тем, что я смогу освободиться?! Сейчас идеальный момент!

Чувствуя, что ещё чуть-чуть, и вынужу Мориса применить силу, я добавила дров в топку его ненависти, тщательно подбирая слова:

— У Себастьяна мать — метис, и мир не рухнул от того, что он бескорыстно помог сегодня с Лансом. На мой взгляд, это поступок настоящего мужчины. Уверена, что, если я расскажу ему о происхождении, он ни разу не попрекнёт этим. — И добавила совсем уже шёпотом: — Да если бы меня хоть кто-нибудь спросил, от кого я хочу иметь дочь, от тебя или него, то я не задумываясь ответила бы — от него. Да хоть от миттара, хоть от ларка, но только не от тебя!

Я видела по взгляду, что он вот-вот ударит.

Он замахнулся. Мощный хвост с шипом прочертил борозду в ковре, задел ножку стола, с жалобным «дзынь» упала стеклянная вазочка. Рядом раздался удивленно-испуганный вскрик:

— Пап, ты же не ударишь маму, верно? Нам в школе говорили, что девочки — это сокровище нации! А мама — девочка.

Я на миг прикрыла ресницы. Единственный шанс освободиться рассыпался на осколки, как декоративная вазочка мгновениями раньше. Ланс проснулся и всё услышал…

Понимание в глазах Мориса проступило столь явственно, что тут не надо было быть цваргом, чтобы понять: он всё осознал. И мой замысел, и фразу, которую я бросила, чтобы его позлить ещё больше, и зачем это сделала. Кривая ухмылка проступила на пухлых губах.

— Разумеется, нет. Я был настолько неаккуратен, что случайно задел столик. Иди, Ланс, в свою комнату.

— Пап, но у меня нога болит…

— Иди!

Немного неаккуратно сын поднялся с дивана и, прихрамывая, заковылял прочь из комнаты. Я с внутренним облегчением отметила, что, несмотря на порванную одежду, многочисленные ранки уже затянулись. Как только дверь закрылась за сыном, Морис произнёс тихо, но чётко:

— Я никогда тебе не дам развод, Ориелла. Бросай эти влажные мечты и занимайся хозяйством. Сегодня вечером придут друзья, и дом должен блестеть от чистоты, а на ужин я хочу минимум три перемены блюд. И пруд на заднем дворе почисти, он начинает зарастать ряской.

— А если не буду? — с вызовом спросила я.

— А если не будешь, то я буду тебя трахать так часто, пока ты вновь не забеременеешь, — ответил супруг, ухмыльнувшись и сальным взглядом заглядывая в вырез кофты. — В конце концов, если женщина беременна, то у неё возникает уважительная причина не заниматься физической работой. Да и все эти мысли о разводе наконец выветрятся из головы, а с рождением дочери мы получим увеличенную родительскую дотацию от Аппарата Управления. Одни плюсы!

— Ты не посмеешь взять меня силой… — прошептала я.

— А кто говорит о силе? Жена должна отдавать супругу долг хотя бы два раз в месяц, это преподается в ваших школах для истинных леди, я это точно знаю. И поверь: держать так, чтобы на тебе не осталось синяков, я тоже смогу. В конце концов, у меня на одну конечность больше.

Он взмахнул хвостом, показывая, что при желании может с лёгкостью связать руки. Меня замутило от одной лишь мысли, что я могу вновь забеременеть от Мориса. Я резко шарахнулась в сторону.

— Я же тебе воняю!

— Я что-нибудь придумаю, — оскалился Морис. — Так что будь хорошей мышкой и переставай меня злить.