Охота на эмиссара

Все эльтонийки красивы, но если Фокс участвовала бы в конкурсе красоты планетарного масштаба, то совершенно точно заняла бы первое место. И золотую медаль за профессиональный флирт она бы тоже взяла играючи. Эта женщина была настолько же прекрасна внешне, насколько и искусственна, и ладно, что она наверняка перенесла не менее десятка пластических операций, её эмоции пахли такой дешёвой синтетикой, что зубы сводило.

Вот и сейчас, виртуозно-соблазнительно наматывая малиновую прядь на наманикюренный пальчик и по-актерски закусив пухлую алую губу, Эстери не менее игриво тронула под столом стопой моё бедро. При всём при этом в ментальном фоне от неё пахло отвращением.

– Это не свидание, Эстери, и ты прекрасно это знаешь. Я пригласил тебя по делу. Прекрати трогать мою ногу, а то я подумаю, что у тебя судороги. Твоя неприязнь для меня как на ладони, или ты забыла, что я цварг и всё прекрасно чувствую?

Фокс громко фыркнула и демонстративно отодвинулась, но в её эмоциональном фоне к отвращению добавилось ещё и раздражение. Ещё бы, такие женщины привыкли, что стоит только поманить пальчиком – и мужчины будут есть у них из рук.

– Нет, я не забыла, что ты цварг. – Она презрительно поджала губы. – Но запамятовала, что ты импотент.

– Вообще-то я тебя не оскорблял.

– Зато обворовал на десятки тысяч кредитов! – искренне возмутилась эльтонийка.

– Я не воровал. Это был штраф за незаконную деятельность от правительства Тур-Рина, между прочим.

– И не ты донёс про «незаконную деятельность», можно подумать!

– Не надо было заниматься подпольными абортами, вот и всё.

– Какой святоша нашёлся! Эти женщины заплатили за операции и хотели того! Да ваш Цварг, где даже презервативы запрещены, омерзительнее в сотни раз! Царство тупых мужланов, я не удивлена, что цварги вымирают, – зашипела в ответ Эстери.

– Господа, вы выбрали, что будете на ужин?

Наверняка со стороны мы могли выглядеть как влюблённая парочка, которая ссорится из-за мелочей. Фокс молниеносно заменила ядовитый оскал на ослепительную улыбку и продиктовала официанту заказ длиной в километровую простынь. Мелькнула мысль, что таким образом она пытается отыграться на моём кошельке за штрафы, которые ей выставило местное правительство. Что ж, пускай тогда хоть все блюда закажет, если после этого немного придёт в себя и начнёт сотрудничать.

Официант записал всё в наладонник, а затем поставил на стол вазу с фруктами.

– Комплимент от шеф-повара «Госпожи удачи», – заученной фразой сказал мужчина и принялся наливать вино из декантера вначале Эстери, затем мне.

Я успел поставить ладонь над стаканом.

– Бутылку принесите, пожалуйста.

– Что? – Официант моргнул, не понимая, что от него хотят. – Бокал вина – тоже комплимент от ресторана. Давайте я налью, вы хотя бы попробуете, это лучшее ассамбляжное вино из каберне-совиньон южных виноградников этой планеты…

Я отрицательно мотнул головой, всё ещё держа руку над бокалом:

– Меня устроит любой сорт вина, но я хочу, чтобы бутылка была закрытой.

Наконец до официанта дошло, что я имею в виду. Он уставился на стеклянный сосуд с широким горлом.

– Но, господин, наши вина надо декантировать, так они лучше открывают палитру вкуса, если за час до подачи подышат воздухом! Я лично переливал вино в этот сосуд! Вы можете попробовать и убедиться…

– Я не буду пить то, что было открыто не при мне. А ещё лучше принесите алюминиевую банку с кофе. Запечатанную, разумеется.

– Да, господин. – Официант кивнул, скривив лицо, а я продолжил:

– Мои блюда положите, пожалуйста, в одноразовую посуду.

– Одноразовую?

Вот теперь у него глаза полезли на лоб.

– Да. Бумажная или пластиковая тарелка, которая перерабатывается обычным утилизатором, меня устроит. Приборы, соответственно, тоже.

– Да, господин. Разумеется, – шокированно пробормотал мужчина и поспешил удалиться от странного клиента.

Закончив инструктаж, я перевёл взгляд на Эстери Фокс. Моя спутница на этот раз даже не пыталась скрыть бурлящую неприязнь. Она смотрела на меня как… на маньяка, наверное.

– Всё такой же псих, каким я тебя помню, – произнесла она с улыбкой, будто делала комплимент. – Не хочешь переместиться на балкон? Хотя бы воздухом свежим подышим, хоть что-то приятное будет в нашем ужине.

– Нет, я не проверял документы ресторана, а крепления балконных балок вызывают у меня сомнения.

– Да если бы ты был последним мужчиной в галактике, я бы тебе не дала, – внезапно заявила собеседница, сморщив носик.

Я пожал плечами. Как женщина Эстери интересовала меня в последнюю очередь. Жан, помнится, рвался в бой и хотел познакомиться с эльтонийкой лично, когда выяснилось, что одна залетевшая от высокопоставленного цварга ночная бабочка пришла на аборт в клинику Фокс. Но то дело передали мне…

– Фрукты тоже проверять каким-нибудь анализатором пищи будешь? – издеваясь, уточнила Эстери.

– Нет, – ровно ответил я, не утруждая себя объяснениями, что просто не буду их есть. – Фокс, я бы хотел договориться с тобой.

– Договориться? Со мной?! Известный своей неподкупностью Фабрис Робер?! – воскликнула женщина так, будто я предложил ей по меньшей мере крышевать наркотрафик.

– Я хочу арендовать на одном из твоих складов ячейку для хранения медицинских препаратов. Ничего особенного.

Эстери нервно фыркнула и поправила манжеты белоснежного пиджака, делая вид, что раздумывает над предложением.

– И какой мне с этого толк? Вдруг там что-то запрещённое и ты хочешь снова меня оштрафовать?

– Даю слово, все препараты легальные. Можешь проверить. Оплата по двойной ставке.

Эмоции недоверия и подозрительности разлились в воздухе, но бизнес-жилка в Фокс была сильнее.

– Почему я должна поверить, что это не какая-нибудь подстава? Цварги всё так великолепно просчитывают, а тут вдруг «оп» – и нужна моя помощь. Даже не верится как-то.

Она сузила глаза, пытаясь просканировать меня насквозь и начав вертеть крупную пуговицу на рукаве.

– У нас затягивается строительство верфи космопорта на две недели, небольшая накладка из-за задержки поставки материалов. Сама понимаешь, когда такой грандиозный проект, то пара недель – не критичный срок. С космопортом я договорился, рейсовые корабли на некоторое время встанут в соседний док, и всё бы ничего, но лекарства, которые Аппарат Управления Цваргом планирует привезти, требуют особого хранения.

– А несколько лет назад ты лично перепроверял мой склад, – фыркнула женщина и заёрзала на стуле. – Он оснащён холодильными камерами, осушителями воздуха и запасным генератором электричества по последнему слову техники. Но хорошо оснащённых хранилищ много, а в квартале Карнавальных Масок – только моё.

Говоря «квартал Карнавальных Масок», эльтонийка подразумевала уникальный феномен Тур-Рина: исторически именно в этом секторе скучковался самый «белый» из «серого» бизнеса планеты. Системная Полиция, поощряя выход компаний из серой зоны, проверяла документы и фуры на этом направлении без особой ретивости. Правительство понимало, что стоит надавить с проверками на квартал Карнавальных Масок, и получится обратный эффект – уход бизнеса в подполье. В итоге такие, как Фокс, пользовались ситуацией и время от времени ввозили и вывозили не самые законные товары.

– Повторяю, это не имеет значения, – произнёс я, глядя в глаза собеседнице. – Все препараты легальные. Аппарат Управления Цваргом неожиданно заключил несколько договоров, меня просили найти место для хранения лекарств в сжатые сроки. Я, конечно, могу обратиться к правительству Тур-Рина, но всё это займёт массу времени…

– А когда нужна ячейка?

– Чем скорее, тем лучше. Идеально – с понедельника.

– Ха, с понедельника! Фабрис, ты с ума сошёл? Такая услуга будет стоить не двойную плату, а как минимум тройную…

Вот теперь я чувствовал, что сделка удалась. Эстери торговалась как акула и, помимо кредитов, хотела ещё от меня пару личных услуг, на что я, разумеется, ответил категорическим отказом. Мой план был предельно прост и в то же время сложен: если хозяева плавучего борделя за несколько дней не отследили лекарства для своих подопечных или побоялись связываться со Службой Безопасности Цварга, то склад полулегальных клиник госпожи Фокс должен стать лакомым местом для этих ребят. В ходе разговора я дал понять, что очень спешу, мне дела нет до лекарств и вообще обязанность по поиску площади для хранения скорее в тягость. Эстери должна была увериться, что если сворует коробочку-другую и выгодно перепродаст, то я этого даже не замечу. А если замечу – промолчу, ведь она и так «идёт мне навстречу».

Почему я был так уверен, что это сработает? Да потому что о том деле, когда специалисты Фокс проводили незаконные аборты, знал весь Тур-Рин. Эстери устроила целое шоу, надавливая на то, что она выступает за права всех женщин, а мы, цварги, – изверги, которые запретили продавать на своей планете даже элементарные средства контрацепции… Возможно, какая-то частичка меня была с ней согласна, вот только эльтонийке дела не было до здоровья женщин, которые обращались в её клиники. Она просто пыталась выбить себе место под солнцем и собрать денег побольше.

Попрощавшись с Эстери Фокс, я подхватил одноразовую тарелку и прибор и направился в туалет. Цваргов отравить сложно, но можно. Разумеется, я заказал быстро готовящиеся блюда и позволил себе съесть ровно столько, сколько не повлияло бы критично на организм, окажись в еде неожиданные ингредиенты.

Быстро стряхнул всё в местный утилизатор и вымыл руки. В голове крутились обрывки диалога и мысленные заметки, что теперь надо быть начеку, ведь сутенёры или их подельники могут сунуться на склад Фокс в любой момент. При размещении товара надо будет расставить скрытые камеры.

Скомканной салфеткой для рук я надавил на кнопку открытия двери, бросил в тот же утилизатор и, на миг отвлёкшись, столкнулся с девочкой… нет, пожалуй, всё-таки девушкой.

Как бы я ни уверял себя, что женский пол меня не интересует, в первый момент в глаза бросились съежившиеся соски под тонкой тканью влажного платья-футляра. Тугие вишенки стояли торчком, натянув эластичную ткань и сразу давая понять: белья там нет. Декольте у платья оказалось неглубоким, но давало прекрасный обзор на хрупкие ключицы и тонкую шею. Лицо незнакомки тоже выглядело приятным: ни грамма инъекций, которые просто обожают жительницы Тур-Рина, выразительные огромные карие глаза, блестящие от нежно-розовой помады приоткрытые губы.

Во второй же момент я почувствовал, как в штанах стало мокро. Швархова Вселенная, действительно мокро! Лужа растекалась по моим брюкам от самого паха и по правому бедру до колена, а перепуганная девушка замерла словно суслик, увидевший гепарда.

– Я… я… прошу… прощения… я… не-неспециально, – вымолвила она и… почему-то зажмурилась.

Проклятые астероиды! Я, конечно, знал, что многие люди, да и другие расы, побаиваются цваргов, но не до такой же степени. От девчонки так фонило эмоциями, что сложно было разобраться, что именно она сейчас испытывает. Бета-колебания наслаивались друг на дружку, испуг смешивался с восторгом, и всё это сверху поливалось чем-то густым, почти как алкогольное опьянение. Как люди только выживают с таким эмоциональным фоном? Я непроизвольно потянулся к рогам, и девушка, видимо, решила, что ударила меня.

– Простите-простите-простите! – заголосила она, рванула внутрь мужского туалета, рывком отмотала сразу с десяток салфеток от рулона и бросилась ко мне.

Наверное, меня слишком сильно приложило в ментальном плане, потому что объяснить следующие несколько секунд бездействия я просто не мог. Мозг впал в настолько шоковое состояние, что тело потеряло с ним связь. Эта девица принялась прикладывать к моему паху полотенца!

– Стоять! Я сам! – прорычал на наглую пигалицу, отбирая уже ставшую влажной бумагу.

– Фабрис, я же вас облила! Позвольте, я промокну ваши штаны…

Меня как током шибануло.

– Откуда ты знаешь моё имя?!

Девчонка снова замерла, как пойманный на месте преступления начинающий воришка.

– Я… вас узнала. По фотографии. Вы Фабрис Робер, эмиссар высшего звена Службы Безопасности Цварга.

Она не врала. Карие глаза смотрели на меня хотя всё ещё с лёгким испугом, откровенную ложь я бы почувствовал. Шва-а-арх, неужели всё настолько плохо, что меня узнает в ресторане Тур-Рина первая встречная девица? Кошмар.

– Ясно, – пробормотал я хмуро и отобрал у неуклюжей незнакомки полотенца.

Молча вышел из туалета. Конечно, я предполагал, что после того как забросил карьеру секретного агента и официально встал на службу эмиссариата, многие станут узнавать меня в лицо, но не до такой же степени!

Я не сделал даже десятка шагов в сторону выхода, когда меня внезапно поймал за рукав пикси, ранее сидевший за соседним столиком.

– Простите, сэр. Это работает, да?

– Что работает?

Раздражение от того, что меня облили водой и узнали в туалете, всё никак не хотело укладываться. Что за нравы такие? Одна облапала, теперь этот считает нормальным за рукава хватать. Всё-таки слава планеты с самыми доступными женщинами накладывает определённый отпечаток на менталитет населения.

– Ну вы эту горячую дамочку… так и сяк, ух… распекали, унижали, по-снобски попросили заменить вилку на пластиковую, а она буквально слюной захлёбывалась. Взглядом вас пожирала! Вы её отшили, а она вас только больше захотела!

«Ага, первую часть ужина Фокс хотела меня удушить, а вторую – отобрать все деньги и снова удушить», – хмуро подумал про себя.

– Уверяю вас, от таких женщин лучше держаться подальше. Отпустите мой рукав, пожалуйста.

– Она такая знойная, да ещё и эльтонийка! Я бы её как следует шпёхнул по самые помидоры. – Мужчина поиграл бровями, даже не думая отпускать мой рукав. – Дружище, ну тебе же всё равно, ты же её бортанул. Подбрось номерок коммуникатора этой красотки, а? Ну эльтонийки же такие, всегда на всё согласные!

Обычно я держал себя в руках.

Обычно я даже игнорировал оскорбления в свой адрес.

И Эстери Фокс точно не была той женщиной, чью репутацию стоит отстаивать, но… но было в речи пикси что-то такое, что стерпеть я просто не мог. Пользуясь зазубренным приёмом, я вывернул руку и перехватил запястье пикси. Теперь я уже удерживал его руку, и в весьма болезненном положении.

– Ой-ой-ой, – тоненько запищал мужчина, – больно же!

– Значит так, – я рыкнул на идиота-неандертальца, потянув на себя и понижая голос, чтобы нас никто не услышал, – хватит говорить о женщинах так уничижительно. Я эмиссар высшего звена СБЦ, и на Тур-Рине полно моих коллег. Прямо сейчас я установлю за тобой слежку, и, если хоть раз где-нибудь когда-нибудь ты отзовёшься хотя бы капельку неуважительно в адрес любой представительницы противоположного пола, тебя вышвырнут и с Тур-Рина, и с Цварга, и ещё с парочки планет. Ты меня понял?

Пикси мелко-мелко закивал, окутывая неприятными эмоциями. Я отпустил его рукав и медленно пошёл в сторону лифтов. Уже в спину мне донеслось:

– Бешеный отморозок!

[1] Гориллом – полуразумное агрессивное животное на просторах Федерации Объединённых Миров.