- -
- 100%
- +
- Влада, он был с цветами… - укоризненно добавил мужчина. - Воздыхатель?
- Да, нет! - снова поспешила я с ответом. - Курьер. Привёз цветы в качестве извинений от коллеги, с которым мы немного повздорили во время вчерашнего показа.
- Парниша хоть жив? - повеселел Дайнович и перестроился в крайнюю правую для съезда на стоянку маленькой кафешки, которую я так обнадеживающе называла “нашей”. - Конфликтовать с тобой опасно, Владочки.
- Жив и здоров, но уколы от бешенства проколоть не помешало бы.
- Ты все-таки его покусала?! - в голос засмеялся мужчина.
А у меня внутри запели жаворонки.
Так это было приятно…
Я тут же подхватила тему и продолжила неустанно болтать, рассказывая другие веселые истории из своей жизни.
И ничего, что их было немного.
Нам хватило на этот вечер.
- Счёт, - подозвал Павел Андреевич официанта, а я тут же скривилась, сожалея, что моё время вышло.
- Ты домой или в агенство?
- Домой… - не задумываясь ответила я, но тут же прикусила язык. - Я доберусь сама…
- Влада, мне несложно. Притом у меня ещё есть время. У Лии сегодня художественная школа, поэтому я могу приехать домой немного позже.
Нужно как-то выкручиваться, ведь наотрез отказаться я не моглу.
- Хорошо, но высадишь меня не около дома, а на остановке автобуса. Я маме не рассказала ещё о нас… - честно призналась я, потому что осознала, что не могу и не хочу врать этому человеку. Он честен со мной, и я должна ответить тем же.
- Почему?
- Ей сейчас не до этого. Новый хахаль… - стыло и раздраженно фыркнула я.
Разговоры о матери, как прочем и лично с нем мне давались мега сложно и дискомфортно. Я бесилась ещё до первого слова, потому что однозначно знала, куда приведёт меня даже самая безобидная болтовня.
- Он тебе не нравится?
- Они все мне не нравятся… - буркнула я и решительно перевела тему. - Может на выходных прогуляемся в парке или сходим в кино.
- Не смогу. Другие планы… - ответил и замолчал до самого конца пути. Лишь безликое “до завтра”, когда я покидала салон авто.
Я хотела злиться, винить его, но не имела права.
Кто я, а там законная жена и дочь.
Расстроилась, конечно, но однозначно не это было самой моей большой печалью.
- Мам!? - выкрикнула я и напряглась, застав маму на полу нашей квартиры. Адекватную, но заплаканную и с фингалом под глазом. - Мамочка моя родная, что случилось? Кто тебя так?
- Доченька, я хотела ему помешать. Но что я больная против него… - объяснялась сумбурно мать, но мне хватило одного взгляда на взломанную дверь своей комнаты, чтобы понять все самой.
- Как же я тебя ненавижу! Тебя и всех этих маргиналов, которых ты таскаешь в наш дом! - стряхнула я с себя дрожащие руки родительницы и влетела в разгромленную комнату.
Удивляться было нечему!
Не в первый раз…
И не слезы раскаяния это на лице матери, а разочарование от неудачи.
И если бы не её хахаль вскрыл мою комнату и вынес оттуда все ценное, это рано или поздно сделала бы она сама.
Я же говорю не в первый раз, мать исполняла и такой сценарий…
Глава 8
ВЛАДА
- Позавтракаешь со мной?
- Твою ботву? От неё блевать хочется…
- Я для тебя отварила куриную грудку, - перебиваю я маму, пока она не наговорила того, что все испортит.
- За что такая щедрость!? Мясо в нашем доме…
- Я просто рада, что ты непричастна… Что не помогала этому ублюдку…
- Что хоть украл?
- Ноутбук, фен и коробку с дешевой бижутерией, - говорю я, поджимая губы.
Знаю, что не заплачу, но так разрывает от безысходности, что даже голос похож на жалобный скулеж.
Мне ни этот компьютер, ни фен, ни даже копеечная цепочка с кулончиком не свалились с неба, я на них заработала.
Поэтому они так ценны для меня…
Поэтому меня дико злит, что мне в который раз нужно начинать все сначала, чтобы что-то иметь, чтобы снова не быть изгоем с потертым портфелем.
- Поем, - тихо соглашается мама после минутной паузы и, раскачиваясь, пытается встать с кровати.
Наверное, надо бы помочь…
Подать руку или придержать…
Но не могу себя заставить сделать это.
И дело не в грязной одежде или сером постельном белье на маминой кровати. Я привыкла справляться с приступами брезгливости. Пришлось, мама такая всегда, даже временами хуже.
Все дело в утрате телесного контакта… Последний раз мама обнимала меня лет семь назад, но перед этим избила до полусмерти. Поэтому это не считается ни нежностью, ни проявлением материнской любви…
Больше я ей не позволяла прикасаться к себе. Бежала и от ударов, и от ласк.
- Жду на кухне… - цежу я растерянно, опустив глаза в пол, и решительно устремляюсь к двери. Тяжело смотреть на эти болезненные телодвижения. - И, мам, открой окно. Здесь надо проветрить…
- Мать ей воняет, - неожиданно вскрикивает женщина, а я замираю от этого гневного, но такого привычного тона. - Когда я тебе жопу мыла, мне, думаешь, не воняло… Когда я за тобой лужи убирала, мне, думаешь, не воняло… Сейчас, когда мне голова раскалывается, а ты льешь на себя литры духов, мне, думаешь, не воняет… Но я терплю, потому что участь моя такая, - тебя терпеть. Это из-за тебя я не получила ни образования нормального, ни работы. И не потому что дурой была…
- Все сказала?! - не оборачиваясь, громко ору я, но тут же смолкаю, как и мать. Не хочу ругаться, а ещё больше не хочу слышать продолжение этой истории. - Еда на кухня. Я ушла в университет.
Если на земле есть ад, то он вот здесь…
На этих жалких квадратных метрах.
Ребёнком я боялась даже дышать в сторону матери, трусливо забивалась в угол от любого выкрика, не понимая, отчего и когда её подорвет…
Когда она пьяная, трезвая или на отходняке.
От немытой посуды или от купленных мной “не тех” продуктов, или просто от моего присутствия.
И затишье у нас дома было только перед очередной бурей.
Но хватит лирики…
Пора и погрызть гранитный камушек науки. Особенно если я хочу получить после выпускного хорошую работу. Я никогда не была отличницей. Не хватало меня на учёбу, работу и психически нездоровые качели дома.
Но на последнем курсе я заметно подтянула учёбу. Работа в модельном агентстве была не такой изнурительной и не предусматривала ночных смен, как это было в ресторане, но значительно уступала по деньгам. За каждый показ и каждую фотосессию приходилось драться.
Поэтому мысль о контракте с “Лори” не покидает мою голову. Это не какая-то одноразовая фотосессия для каталога. Это многолетнее рекламирование бренда как на показах, так на обложках журналов и бизибордах.
Но вместе с этой мысли дрелью жужжала и другая мыслишка.
Не такая заманчивая и перспективная.
Антон Морозов…
А точнее, спор со Златкой на признание в любви от этого жука навозного.
В том, что я раскручу этого мажорчика на признание, не было сомнения. Особенно после слов Тигра. Но вот сам процесс меня знатно так пугал.
Нужно было быть милой с этим нахальным гадом…
А как?
Если он бесит до дрожи…
Испепелить взглядом полным ненависти и презрения - и это как минимум…
А про максимум лучше не спрашивайте.
Сама себя боюсь.
А ещё того, что в его присутствии я заработаю себе косоглазие, пытаясь смотреть и не смотреть на него одновременно.
Я всеми правдами и неправдами стараюсь не замечать этого парня, ведь игнор - это лучший метод привлечения внимания… Особенно для такого залюбленного мажора как барабанщик “Опасных”.
Но как не сказать ему “спасибо”, если он единственный, кто готов прийти на помощь…
- Влада, а ты куда? - налетает на меня Яр - наш несменный король университета, а по совместительству и мой напарник в агентстве.
Нас троих - меня, Ярослава Цаплина и Злату Наумову после вузовского конкурса Элеонора подтянула к себе в агентство.
Новые лица, не требующие заоблачных гонораров, как профессиональные модели… Мы с Яриком быстро раскрутились и стали первой парой показов и главной парой фото кастингов.
Но это совсем не значило, что за границами подиума мы как-то тесно общались.
Я отказала, Яр больше не напрашивался…
- В библиотеку. Зачётный реферат по “Авторскому праву”, - ответила я, удивляясь неожиданному любопытству парня.
- Ты рабочий чат читала? - скривился Цаплин в иронической улыбке.
- Нет… А что?
- Начинай злиться, королева, потому что из-за Барса нам изменили график…
- В смысле? - хмыкнула я и нечаянно вздрогнула всем телом.
От одного лишь имени…
Вот видите, как на меня эта блондинистая тля действует. Придушить бы его, чтобы не портил “мой огород”…
- У нашей знаменитости по вечерам репетиции с группой, поэтому сбор назначен на три. То есть полчаса назад. Вот такой расклад, королева…
- Эпический беспредел… - исправила я парня и ушла на перезагрузку.
Как сделать реферат, если сейчас нужно в агентство, а потом библиотека будет закрыта.
Я ещё помню первые курсы, когда рефераты набирала на телефоне.
Это знатный пиздец!
А мне полный конец!
Несдача реферата равна пересдаче, а это автоматически отброс на последние строчки листа распределения.
И вот я вместо Современника ставлю новогодние утренники в Доме культуры за МКАДом.
А если пропустить прогон у Элеоноры, то можно уже завтра искать новую работу.
Вот нет у Тохи Морозова шанса понравиться мне…
Ни единого!
Точка!
- Ты едешь? - вышла я из нерадужных раздумий.
- Потом, - отбил Яр. - У меня сейчас тренажерка. Да и какого черта жопу рвать? Барс сейчас там number one.
А этот самый номер один, вальяжно развалившись в стуле, о чем-то чирикал с Элеонорой и старательно делал вид, что ничего выходящего из ряда вон не отчебучил.
А что уже второй раз из-за него моя жизнь летит в тартарары?
Мелочь…
А мне вот страшно!
Ибо кто этого гада знает, что у него на уме?
Возможно, уже завтра он задастся целью полностью извести меня, если мать не преуспела…
- Богомолова, чётче шаг…
-Богомолова, поворот на девяносто градусов, а не на девяносто пять…
-Богомолова, то… Богомолова, это…
Не нужно объяснять, что к шести шагам я выглядела как загнанная лань. Истерически взвинченная, а физически уставшая.
А под занавес ещё и отправленная в далекое пешее…
- Ярослав, - обратилась я в перерыве к приехавшему напарнику. - Можешь на вечер мне одолжить свой ноут. Мой в ремонте, а реферат сдавать завтра…
- Купи новый…
И что ответить?
Может поведать богатенькому мальчику, что в мире есть родители, которые не спонсируют все твои хотелки, а последний рубль из дома несут в винно-водочный отдел магазина.
Но кроме жалости и пренебрежения я этим ничего не добьюсь.
- Не хочу. На старом все мои фотки, рационы питания…
-Не могу, Влада, - перебил меня парень. - Мне тоже реферат писать.
- Супер! - воодушевилась я. - Давай вместе. Сначала твой сделаем, а потом мой…
- Богомолова, ты же все равно не дашь. Поэтому я лучше с кем-нибудь другим вместе, а потом она за меня ещё и реферат сделает…
Пошло, но зато честно.
Я не осуждаю.
Но вопрос: как выкручиваться - остаётся актуальным.
- Мой менеджер привезет компьютер к концу репетиции, Влада. А сейчас на подиум и не смей больше исчезать из поля моего зрения.
Ах!
Как же меня раздражает этот голос!
Как злит, что эта белобрысая болонка снова вмешивается в мою жизнь!
Хотя нет...
Мне это нравится... Очень нравится…
Глава 9
БАРС
Господа, потыкайте в меня палочкой.
Может я уже не человек вовсе, а так зомби.
Иначе как объяснить, что меня плющит не по-детски уже какие сутки.
А все из-за этой самки богомола.
Интриганка чёртова с самого начала лишь играла со мной.
Но этим знанием мне уже помочь было нельзя…
Потому что я в полной жопе.
А Тигран, как птичка мозгоклюйка, летал рядом и добивал:
- На меня можно было. Но вот на плешивого старика - это, конечно, позор, Барсик.
- Заткнись... - вяло отбил я, устало прикрыв веки.
Но руки сами собой, словно одержимые бесами, дрогнули, а потом и вовсе сжались в кулаки до побелевших костяшек.
Сука!
Какого хрена я вообще поперся к ней?
На кой, повёлся на её провокацию и согласился на извинения?
А получил злоебучее приключение…
Сейчас никак не выйдет списать эту ядовитую королевишну?
“Опасные” засмеют… И подколы Аязова ничто, по сравнению с тем, как мне до подкорки мозг расковыряет Пума. Этот энцефалитный клещ с постоянной регулярностью уже третий год пил мне кровь, а узнав, что я в очередной раз ввязался в спор на телочку, прям открыл охоту на новости о моих неудачах.
- Барсик, что? Барсик, как? Барсик, может сразу пас? - обильно так выводил меня наш гитарист и угоманиваться совсем не собирался…
Набеги этого прибабахнутого ебантея я терпеть ни физически, ни морально не мог, поэтому и решил раскатать зазнавшуюся королевишну на следующий же день после показа.
Да только набег, мягко сказать, не удался…
А все из-за охуевшей стервы!
- Знаешь, она ещё так засмущалась при виде этого престарелого дегенерата на подуставшем опеле, что я…
- Ты хреново меня слышал, Тигр? - злобно перебил я друга, который сыпал соль на и так растертый мозоль. - Мне глубоко насрать…
- Я тебя лишь мотивируют… - хитренько скривился Тигран, а затем и добавил “сладкого”. - Твоя королевна, видно, ути-пути любит, потому что ни деньгами, ни красотой не пахло от её трухлявого бойфренда.
- Тигр, смотивируй себя свалить на хуй, пока я этим лично не занялся…
- Так значит! - дурашливо обиделся друг. - Я тут ему помощь всякую оказываю, советы даю. Даже розы для твоей зазнобы притащил…
- Она не оценила, - поморщился я, вспоминая, как эта шизанутая одергивала руки и от меня, и от букета. - И вообще, я уже тебе сказал, что не собираюсь расшаркиваться перед этой…
Я уже догадался, что Владислава Богомолова слегка зазнавшаяся и зацикленная на своём Величестве особа. Но даже не подозревал, что ситуация так запущена. Эта моделька реально возомнила себя Королевой Всея Руси.
Когда она меня извинениями прижала, я на первых парах даже заржал от шока.
Где это видано, чтобы на меня шикали…
Идиотизм ситуации зашкаливал, поэтому я банально решил, что девочка от счастья, что я до нее снизошел, берега попутала, но сейчас очухается маленько и причалит послушно у моих ног.
Но где там…
Эта дура точно ударилась где-то своей белокурой головкой. Да так сильно, что связь с реальностью потеряла…
Где я и где она?! Даже если она и самая красивая девушка, которую я видел…
Выбесила до одури…
Но я продолжил мило улыбаться, лишь бы побыстрее доставить её в свою кровать. Выиграть спор и забыть напрочь…
Сори, но не откладываются в моей голове ни имена, ни лица использованных девиц.
А голубые глаза, длинные волосы, сочные губы Влады, как прибитые, висели перед глазами… И осознание этого так шарахало по мозгам, что хотелось в этот же миг расправиться и с видением, и с девушкой.
Но хоба не случилась…
А я все больше и больше зверел…
- Можем начинать? - скомандовала Элеоноры, которая лично контролировала все прогоны. - Все на месте?
- Нет Влады с Яром… - пропела лилейным голоском Злата, которая висла на мне так, словно мы не только подиумная пара. - Король с королевой предпочитают общество друг друга, а не наше… Они покидали универ раньше меня… Но вот неожиданность - я здесь, а они…
Бам! Бам! Бам!
И это не наманикюренные пальцы девушки отбивает такт на моих предплечьях…
Это, мать вашу, пульс болезненно лупит в виски.
- На хер! - ору я неслышным голосами тараканам, взбесившимся от дурацких предложений в моей башке. - На хер!
Но Злата, как назло, продолжает вентилировать свои феерические умозаключения…
- Через ресторан или отель, конечно, дольше… Вот только не пойму я Владу, зачем ей снова Цаплин… С замдеканом же сейчас роман крутит…
Блядь, до невменоза…
Круче, чем на самых бешеных американских горках.
Дикое раздражение, неконтролируемая злость и ярое желание проучить эту пластмассовую куклу, которая играла в сомнительные игры со всеми…
И я оторвался изо всех сил, стоило только явившейся королеве переобуться с модных кед в босоножки на высоком каблуке и подняться на подиум.
- Элеонора, у Влады левая нога западает, - шептал я непринужденно мачехе, а та безжалостно одергивала Богомолова, желая по просьбе отца все-таки подружиться со мной.
- Поворот перекрутила…
И снова королеве прилетело.
Кайф!
Вначале.
А потом месть потеряла вкус. Стала до оскомы пресной.
А вид потухшей от усталости Влады и вовсе заставил почувствовать себя сволочью и во время перерыва пойди за ней в гримерку.
И вот тут эта самая самка богомола откусила мне голову.
- Алло, Тоха! - позвал я сам себя. - Остынь…
Ну куда там!
Она стояла так близко и так обворожительно улыбалась этому своему одногруппнику…
Я нарочно не подобрал к парню более емкий эпитет. Не хотел раздражаться ещё больше.
Москва-река совсем близко…
Утоплю нечаянно нипочем неповинного парнишку, наивно попавшего в умело расставленные сети этой ядовитой паучихи.
Аж, мурашками покрылся, так зашкаливающе стыла кровь в моих жилах.
А потом чуть богу душу не отдал от счастья, когда услышал, как бедняжка сокрушался, что Влада ему не даёт.
Рассмеялся до слез и дикой паники одновременно…
Ибо окончательно рехнулся.
Этой интриганке снова удалось вывести меня.
И пока мой многострадальный в последние дни нерв в повелительно-просительном тоне требовал оставить его в покое, я уже набирал менеджеру “Опасных”:
- Анька, можешь мне срочно привести мой ноут. Адрес скину в мессенджер.
- Тоша, а мой комп подойдёт? Он сейчас со мной, а я не в офисе, - отбила подруга на том конце телефонного провода.
- Нет. На твоём нет моих фото с голым торсом, - отрапортовал я.
Хотел бы на полном похуизме, но хрен там…
Каждая клеточка забилась в экстазе, а в штанах неожиданно стало тесто, лишь я представил Владу, облизывающую свои охуенные губы на мои эротические фоточки. Глухо зарычал, но улыбаться и строить далекоидущие планы на пару со своим окрепшим членом не перестал.
А надо было в тот самый момент ужаснуться от таких пердимоноклей своего тела.
Только вот я идиот вафельный не придал им никакого значения…
А зря…
Очень зря…
Глава 10
ВЛАДА
Что дома очередная гулянка я поняла ещё со двора. Деревянное шаткое окошко на втором этаже было открыто настежь, и из него слышались крики вперемежку с пением, которое больше походило на собачий вой.
Если мать запела значит “праздновали” масштабно и уже не одну бутылку огненной воды распили.
Откуда только деньги взяли?
Мать свою пенсию по инвалидности ещё на прошлой неделе полностью замочила.
В общем, идти домой было рискованно, но другого выхода нет.
Раньше в такие моменты меня ютила у себя соседка - баба Света. Она жила с нами на одной лестничной площадке и лучше других знала, как мне несладко живётся. Поэтому и жалела больше остальных: подкармливала, разрешала сходить в ванну, когда у нас отключали тёплую воду за неуплату, иногда даже прятала от взбешенной матери.
Старушку и саму жизнь не радовала. Единственный сын с невесткой погиб в авиакатастрофе, а на её скованные радикулитом плечи легла забота о пятилетней внучке Сонечке.
Пенсии старушке не хватало, и она подрабатывала у нас во дворе дворничихой.
А я была её помощницей.
То мусор из урн в контейнер отнести, то снег расчистить, то окурки возле подъездов собрать. Я была готова на любую работу, лишь бы оказаться в квартире, где всегда была еда и пахло настоящим домом.
К моему несчастью, баба Света с внучкой не выдержали пьяного беспредела за стенкой и продали квартиру. Новые жильцы повоевали месяц: приходили с разборками, вызывали милицию, даже социальную службу, которая на несколько месяцев изъяла меня из неблагополучной семьи - а потом тоже сдались и съехали.
До сих пор, проходя около закрытый дверей пустой соседской квартиры, мне кажется, что я слышу заботливый голос старушки и смех её внучки. Я очень завидовала этой девочке, что у неё есть хоть один человек, который её так сильно любит и так трепетно заботится о ней.
Меня не любили. Никто…
После смены соседей я пережидала попойки родительницы, или шляясь по улицам, если было тепло, или в подъезде, на подоконнике между вторым и третьим этажом.
Идеальное место…
Мамины “гости” обычно не шастали вверх, их скорее тянуло на свежий воздух. Многое не доходили до подъездной двери и курили, блевали или даже спали прямо на лестничном пролете. То же самое творилось и в нашей квартире.
Домой в такие дни я возвращалась уже ночью, когда мамины собутыльники расходились, а она сама, перебрав, вырубалась.
Было особенно страшно, если она вспоминала о том, что у неё есть дочь. О том, какая я неблагодарная дрянь, сначала слушали её “дружки”, а потом и все соседи.
- Владка, где ты есть, иди сюда немедленно… - орала заплетающимся языком мать.
Лупила дверь моей комнаты, на которую я уже с четырнадцати лет навесила замок, а потом и вовсе выходила на площадку звать меня…
А я…
Быстро собирала книжки и тетрадки, так как делала на подоконнике уроки, и бежала вверх на девятый этаж. Даже если мать или её каждый раз новые друзья решили бы меня поймать, то не сумели бы в залитом состоянии добраться до последнего этажа дома.
Двести шестьдесят шесть ступенек.
Я пересчитала их сотню раз. Каждый раз, спускаясь вниз, я просила, чтобы это была последняя бутылка, чтобы ни мать, ни её очередной хахаль не додумались закрыть дверь изнутри на задвижку, потому что я замёрзла, устала, хочу есть и спать.
Хотя я и отлично знала, что в нашу квартиру нужно заходить после попойки, но сегодня проигнорировала это знание…
Мне нужна была розетка, а ещё материал, который я собрала для реферата.
Поэтому я вдохнула поглубже, покрепче сжала в руке сумку с ноутбуком Морозова, и вошла в подъезд, заполненный запахом сигаретного дыма, мочи и блевотины.
Бедные старики с первого этажа…
Завтра с утра нужно обязательно вымыть это гадство…
Полчаса мне все-таки пришлось посидеть на подоконнике, так как в квартире были слышны звуки пьяной драки. Мать верещала, что резанная:
- Васька! Васька, не бей его… Васька, забьешь - посадят же…
Ясно, за что гуляют…
Васька - тот самый хахаль, который обосновался у нас в квартире с прошлого месяца. Мужик молодой, видный, но сидевший несколько раз за грабеж… Последний факт мать мало волновал.
Главное, что “он её любит”, но больше жизнь в тепле и сытости. Вот ради сытости и нескольких бутылок беленькой он и подрезал мой компьютер, когда у “любимой” карман опустел.