Музыка моего сердца

Новый год мы начали в хлопотах и обустройстве дома Оли с Димой. Оля попросила меня помочь ей, и я с радостью ездила с ней по магазинам. Мы выбирали ковры и посуду, всякие светильники и прочее убранство. Оле нравился восточный стиль, она умела танцевать танец живота, у нее очень хорошо получалось. Когда все было готово, мы устроили проводы. Закатили вечеринку.

– А когда свадьба-то будет? – не унимался Финн, – я люблю свадьбы.

– Летом, когда тепло будет, – отвечала Оля, – я хочу красивое, открытое платье, и устроить деревенскую вечеринку со столами на улице. А сейчас холодно. Дождись лета.

– Может, ты просто боишься? – подтрунивал Финн.

– Чего мне бояться? Все хорошо.

– Я и правда боюсь, – призналась мне Оля за готовкой. – А вдруг что-то не получится? Вдруг мы разлюбим друг друга? Мы ведь даже и полугода не знакомы.

– Вы в любом случае разлюбите друг друга.

Оля уставила на меня испуганные глаза.

– Не переживай, все это сказки, что любовь длится вечно. Она проходит, но рождаются новые чувства, гораздо более важные, на мой взгляд, чем любовь. Пока люди любят друг друга, они как в шорах, не видят недостатков друг друга, живут какими-то своими мечтами и представлениями о том, какая жизнь их ждет. За то время, пока любовь длится, рождаются доверие, уважение, преданность, уверенность друг в друге, любовь перерастает в близость. Все это строительный материал, фундамент будущих отношений. Главное строить, и строить обоим. Что бы ни произошло, всегда все можно решить и исправить. Я сейчас вспомнила стихотворение Маргариты Алигер:

– Так что не переживай, все будет хорошо, все можно исправить и понять.

Оля улыбнулась.

– Хорошо, что у нас есть свой психолог.

Мы сидели в столовой и ждали обед. Оля вынесла всякие вкусности, и мы принялись есть. Все было очень вкусно.

– Ну что, можно похвалить Олю? – спросила я у ребят, – сегодня она все готовила сама, я была на подсобных работах.

– Да, ты у меня умница, – сказал Дима, целуя Олю.

– Я как будто дракона убила, – говорила Оля, – это прям мой личный подвиг!

– Выпьем за это! – сказал Никита, разливая по бокалам вино.

– Для меня ты подвигов не совершала, – с какой-то укоризной сказал Андрей.

– А может ты не заслуживал никаких подвигов? – с наездом ответила Оля, – может, если бы ты меньше таскался за юбками, и больше уделял внимания мне ты бы и заслужил чего-то хорошего?

– Вот так история, – тихо сказал Финн, – а с этого момента поподробнее!

– Никаких подробностей! – вмешалась я, – у нас праздник, и нечего его омрачать прошлыми обидами, Андрей. Ты действительно во многом сам виноват. Давайте закроем тему.

Мы вышли с Олей на улицу покурить.

– Знаешь, мы с Андреем много лет были вместе, и я и подумать не могла, что мы когда-то расстанемся. Он ведь сначала не вел себя так. Вдруг и с Димой все потом расстроится?

– Хочешь правду?

Оля кивнула.

– Уверена? Ты не особо любишь критику.

– Что тебе Андрей там наплел?

– Он мне ничего не наплел, если честно, мы с ним никогда не говорили о ваших отношениях. Но я знаю, что в любом случае всегда виноваты двое, кто-то больше, кто-то меньше, но всегда двое. Скажи, тебе сейчас хочется пойти налево?

– Нет, – удивленно ответила Оля.

– Почему?

– А зачем? мне и так хорошо, мне всего хватает, Дима дает мне даже больше, чем нужно.

– Ты сама сейчас ответила. Человек идет на сторону не только за сексом, он добирает там то, чего ему не хватает дома. Конечно, у Андрея много своих тараканов и он сложный человек, но иногда прост надо уметь разговаривать друг с другом, это элементарно, Ватсон, и крайне необходимо. Мы делаем вид, что проблемы нет, потому что если проблема есть, ее надо решать, а иногда не хочется, или не знаешь как, и поэтому легче сделать вид, что все хорошо. Поддержка друг друга в разные моменты, и в горе и в радости – это и есть брак.

Оля глубоко затянулась и уставилась вдаль. Потом затушила окурок и посмотрела на меня так, будто уже обдумала все.

– Что ж, значит надо взрослеть, – спокойно сказала она и пошла в дом.

А я осталась с каким-то непонятным осадком. Мне казалось, что я сейчас вдребезги разбила ее розовые очки. Наверное, я не то что не успокоила ее, а поселила в ней еще большую смуту. Подруга еще называется, с горечью подумала я.

1 марта 2023 года

У Андрея был день рождения, правда родился он 29 февраля, и праздновали мы сегодня, 1 марта. Андрей в последнее время ходил хмурый, я пыталась с ним поговорить, но он был очень замкнутым человеком, и разговора не сложилось. Я попросила Никиту поговорить с ним.

– А если я не буду знать, чем ему помочь?

– Не обязательно помогать, да и мы далеко не всегда можем помочь, а если и можем, то не всегда стоит. Но в любом случае важно просто быть рядом. Я знаю Андрея, и ему будет спокойнее, если он будет знать, что у него есть человек, к которому он всегда может прийти.

Оказалось, Андрею просто жутко не хватает секса. Помочь ему в этом никто не мог, и максимум, что мы могли сделать, это закатить мегаотрывную вечеринку. Мы все усиленно готовились, и решили устроить костюмированную вечеринку. Андрей обожал вестерны, и решил, что темой будет Дикий запад.

Мы все вместе ездили в специализированный магазин. Когда мы туда зашли, у нас глаза разбежались, каких только костюмов там не было. Не прошло и пяти минут, как Дима выбежал в костюме Супермена, с криками о том, что он полетел спасать мир. Мы начали мерить разные костюмы, было очень весело, особенно, когда Финн выбежал в костюме индейца.

Я выбрала себе наряд девицы из кабаре, и выглядела очень неприлично и даже вульгарно. Выйдя в этом костюме к ребятам, взорвался такой свист и улюлюканье! Андрей откровенно пялился на мою грудь, которая вываливалась из корсета. Я вспомнила, что сейчас не лучший момент оголяться, и решила выбрать другой костюм. Но Андрей заверил меня, что все в порядке, и раз трогать нельзя, то дайте хоть посмотреть. Сзади подошла Оля.

– Ты чего тут стоишь? – говорила она театральным тоном, хлопая меня веером по заднице, – иди работай, тебя там клиенты заждались!

Она была в роли хозяйки борделя. На ней было атласное платье темно-бордового цвета с черными лентами и, конечно корсетом. Она нашла где-то парик с высокой прической и перьям. Выглядела очень колоритно. В итоге, когда мы все выбрали костюмы и аксессуары к ним, мы двинулись домой. Ехать было тоже весело. Вшестером в одну машину мы поместились с трудом, меня усадили на руки троим ребятам, сидевшим на заднем сиденье, Оля была на пассажирском сиденье, Финн за рулем. Мы орали песни во всю глотку, нам было весело.

Вечером мы разошлись готовиться к вечеринке. Я лежала в ванне и слышала как, через стенку тоже льется вода. Комната Финна была рядом с моей, и ванны были смежные через стенку. Ко мне в голову опять полезли грязные мысли, и мне захотелось оказаться с ним в одной ванне. Потом я вспомнила о своем окончательном решении забыть о нем, и пошла одеваться.

Недавно я покрасила волосы и цвет у меня получился темно-каштановый с красным отливом, я завила пряди на манер того времени, сверху надела полоску в паетках и черным, блестящим пером. Подвела стрелки, густо нанесла тушь на ресницы, румяна, и накрасила губы темно-красной помадой. Надела чулки в крупную сетку и свой наряд. Он был черного цвета и состоял из корсета, шортиков с белыми рюшками, и юбки, которая была короткая спереди и почти до пят сзади. Спереди юбка была такой длины, что из-под ее подола выглядывали белые рюшки на шортиках и ажурный край чулок.

Надушившись, я вышла из комнаты и спустилась вниз. В гостиной было тихо, видимо все уже ушли в наш клуб. Спускаясь с лестницы, я увидела Финна, он ждал меня. Одет он был в костюм ковбоя. На нем была шляпа, опущенная почти на глаза, кожаная куртка, и кожаные штаны-чапсы в цвет пятнистой коровы с бахромой по бокам. На поясе висела кобура с двумя пистолетами. Выглядел он зверски сексуально, этот костюм ему очень шел. Руки его были полуопущены в карманы, он смотрел на меня из-под шляпы, повернув голову вбок.

– Плесни мне виски, детка, а то во рту пересохло от твоего вида, – намеренно хриплым голосом произнес он.

Я широко улыбнулась и направилась к нему.

– В таком случае нам обоим нужно выпить, ты выглядишь просто шикарно!

Финн накинул на меня шубу, все также не выходя из своей роли, я взяла его под руку, и мы пошли в клуб. При входе сидел Дима, он был в костюме шерифа, рядом с ним стояла Оля, упершись одной рукой в бок, и жеманно обмахивалась веером. За барной стойкой сидел виновник торжества, Андрей был в роли губернатора. За баром стоял Никита, он был барменом, на стойке лежало бутафорское ружье. Мы зашли с Финном под руку, широко распахнув дверь, как в кино. Повернувшись к шерифу Диме, Финн коснулся края шляпы, в знак приветствия, и мы, не останавливаясь, двинули к бару. Бармен Никита, театрально протиравший стакан, взял ружье.

– Ты кто такой? – также театрально сказал Никита. – Мы здесь не любим чужаков, – сказал он и сплюнул.

– Я Джо, Дикий Джо, – сказал Финн, взявшись за кобуру.

Я вышла вперед и наклонилась к Никите.

– Ты мне так всех клиентов распугаешь! А у этого водятся деньги, он продает лошадей.

– Лошади, это хорошо, – хриплым голосом сказал губернатор Андрей, – только я не видел тебя в мэрии, а вся торговля в этом городе идет только через меня. Ты будешь продавать здесь своих лошадей, только если я тебе разрешу.

– Я думаю, мы сойдемся, господин губернатор, – сказал Финн, искря хитрющими глазами из-под шляпы, – хозяин, – обратился он к Никите, – дай нам бутылку лучшего бренди.

Никита церемонно принес им какую-то бутылку и два стакана.

– Занавес! – сказала я, и все зааплодировали, – давайте веселиться! Димон, врубай музыку!

Мы танцевали, пили, и ели. Дима скачал музыку для кан-кана, и заставил меня танцевать. Мы веселились, как могли. Все ребята основательно напились, кроме нас с Финном. Накануне мы с ним переели копченого сала Никиткиного производства, и у нас болели желудки, мы решили не добивать их алкоголем, и выпили совсем мало.

Оля, еще державшаяся на ногах, сгребла Диму, и они удалились в свой новый дом. Андрей вырубился прямо в клубе, и Финну пришлось тащить его в дом, потому что в клубе ночью стало бы холодно, мы там топили только когда были вечеринки, и к утру домик остывал до инея на окнах.

Финн сгрузил Андрея на диване в гостиной, сказал, что наверх по лестнице его не потащит. Никита с трудом разложил диван, на котором лежал Андрей, и рухнул рядом. Я пыталась загнать его в комнату, но он уже спал глубоким сном. Мы разошлись с Финном по комнатам.

Я сняла костюм и надела свое ночное платье на голое тело. Я любила спать голой, но так как Никита с Андреем постоянно приходили ко мне спать, пришлось хотя бы по минимуму одеваться, и я привыкла к этому. Платье было из очень тонкого трикотажа на бретельках, которые постоянно спадали, спина почти полностью открыта, длина была тоже не особо приличная.

Раздеваясь, я посмотрела в окно, там была густая, непроглядная чернота, и все мое хорошее настроение как рукой сняло. Последнее время я много думала о том, что где-то наверняка еще есть люди, я всегда смотрела в окно с надеждой увидеть там кого-то.

Я подумала, что надо бы укрыть ребят, чтобы не замерзли, в гостиной тоже под утро было прохладно. Я взяла большое покрывало из норки и босиком спустилась вниз. На первом этаже горел только тусклый светильник на стене возле лестницы, слышалось мерное похрапывание.

Я укрыла парней и подошла к окну со стороны кухни. За полгода я так и не привыкла к тому, какое красивое здесь небо, такое чистое, с бесконечным количеством звезд. Эта сторона дома выходила на лес, и снег блестел в лунном свете.

– Не спится? – послышался голос Финна, он вышел из тени.

– Ты меня напугал. Я решила укрыть ребят, чтобы не замерзли. А ты почему не спишь?

– Решил выпить пива.

Финн был в одних спортивных штанах светло-серого цвета. В полумраке мышцы его торса казались еще более рифлеными.

Я посмотрела в окно, и мне почему-то вдруг стало так одиноко и тоскливо.

– Иногда мне кажется, что мы остались одни на целом свете, – с каким-то отчаянием в голосе сказала я.

У меня внутри все сжалось. Финн видимо почувствовал это.

– Иди ко мне, – сказал он.

Он поставил бутылку с пивом на подоконник и прижал меня к себе. Одной рукой я обнимала его за спину, вторая лежала у него на груди, я прижалась к нему лицом лицом, ощущая щекой волоски на его груди. Он был высокий, выше меня на голову.

Почему-то именно в этот момент это объятие сроднило меня с Финном. У меня внутри было ощущение скулящей собаки по своему хозяину. Меня всегда охватывало это чувство, когда я думала о том, что в мире возможно больше не осталось людей. От этой мысли мне казалось, что я падаю в пропасть, а сейчас Финн как будто поймал меня, и я перестала падать.

Я открыла глаза и увидела, что его губы медленно приближаются к моим. В одном сантиметре от соприкосновения я остановила его, взяв его подбородок в руку, что лежала на его груди. Я смотрела ему в глаза, и не видела в них ничего, кроме любви.

Я думала буквально одно мгновение. Раньше Финн никогда не переходил к действиям, и я никогда не думала, что до этого может дойти. Я растерялась, эта ситуация ломала все мои решения относительно него. Я почувствовала, как мне в ногу уперся его возбужденный член, и решила плюнуть на все.

Я убрала руку, и наши губы слились в поцелуе. Боже, какие вкусные у него были губы! Время остановилось, и я провалилась в нирвану. Очнулась от того, что Финн усадил меня на кухонный стол, ночного платья на мне уже не было. Мой мозг давно отключился. Мне было наплевать на все, даже на спящих неподалеку парней.

Закончив здесь, мы переместились в мою комнату. Я не знаю, как долго мы занимались сексом, но мне казалось, что это длилось целую вечность, и этой вечности мне было мало. Это был не просто секс, что-то гораздо больше, это было полное слияние, полная совместимость, мы угадывали желания и действия друг друга. Мы сливались не только телами, но и душами, у меня такого очень давно не было.

Я сняла перед ним кожу. Мы оба ее сняли.