Эквилибрист. Путь долга

Из ворот вылетает десяток кавалеристов. К такому повороту событий я не готов, но почему бы не попытаться использовать благоприятную ситуацию? На несколько секунд застываю, чтобы послать мысленное сообщение Элеандору, а потом бросаюсь бежать. Задача оказалась непростой: уж слишком велико расстояние, но Элеандор – мой напарник уже много лет, и мысленная связь для нас – дело привычное. Правда, процедура заняла многовато времени, и всадники приблизились опасно близко. Ничего, пусть почувствуют азарт охоты! Сумерки и отвратительное состояние дороги не позволяли преследователям развить максимальную скорость, так что я мог бы убежать от них, даже не используя прыжки сквозь Грань, но это в мои планы не входило. Я то подпускал рыцарей поближе, то вновь отрывался; падал, поднимался, делал вид, что задыхаюсь, – в общем, не давал противнику потерять интерес к охоте.

Немного впереди, у россыпи крупных валунов, я заметил переливающуюся сетку заклинания иллюзии. Вот и подготовленная соратниками ловушка. Пробегаю мимо, а затем, подпустив всадников практически вплотную, ухожу на поля пепла. И снова бесконечная равнина, покрытая пылью. Мифические поля пепла, на которых умирают демоны. Грань между мирами, охраняемая полузабытым орденом Стражей. Именно здесь они встречали незваных гостей. Встречали, потому что я, похоже, остался последним. Последний страж, охотник на демонов. Хорошая шутка. Я улыбнулся, обнажив ряд черных клыков, потянулся, разминая позвонки от шеи до самого кончика хвоста. Чуть повертел рогатой башкой, которая больше напоминает обтянутый кожей череп, и почесал спину навершием костяной пики, венчающей одно из щупалец. Все, нужно работать. А то еще минута – и я начну задыхаться. Страж я там или не страж, но к демонам поля не слишком дружелюбны. Вызываю в памяти картинку реального мира за секунду до перемещения. Для меня время там словно застыло. Делаю семь шагов назад, два вправо и, подпрыгнув, совершаю обратный переход.

Чуть не рассчитал. Но все же успеваю зацепить противника, скакавшего последним, и выдернуть из седла, ломая шею резким движением рук. Человеческих рук – облик я могу менять только на полях. Потерявший цель предводитель резко тормозит, пытаясь развернуть коня. Преследователи сбиваются в кучу – испуганные лошади плохо слушаются поводьев. Именно в этот момент наши и атакуют. Заклинание невидимости рассеивается, и из-за камней вылетает Матеуш, чье копье, раздробив край щита, пробивает забрало одного из врагов. Тай-Дорум тоже верхом; захлестнув цепью горло предводителя, он сдергивает того на землю. Упавшего уже рвет волчица, чудом увернувшаяся от копыт отпрянувшего коня. Не усидела-таки на месте. Прятавшиеся до этого за камнями Элеандор с аристократкой открывают огонь, снимая еще двоих. Двое эранийцев сориентировались и, поняв, что засевших в скалах лучников им не достать, направили коней в сторону магов. Софья, кстати, не одна – рядом с ней обнаружился и Олаф, который, видимо, и ставил заклинание невидимости. Софья тоже может, но у нее структуры не такие четкие. На одного из рыцарей тут же налетела Тиана верхом на своей огнегривой красавице. Чудовищный по силе удар отправляет голову несчастного в полет. Второго всадника добивают братья, ловко орудуя алебардами. Бросивший цепь Эрцель рубится с очередным противником. Прерываю это развлечение броском кинжала. От заговоренных мной ножей не спасут никакие латы. Мимо проносится обезумевший от страха конь без седока. Ага, а битва-то и закончилась. Жан-Жак ловит вражеских лошадей, Элеандор помогает напарнице спуститься на дорогу, спешившийся Мэт присоединяется к близнецам, а Тиана с сэром Эрцелем осматривают тела противников.

– Раненые есть? – интересуется подошедшая одновременно со мной Софья.

– У меня рука, но это просто царапина, – откликается тай-Дорум.

– Вы хоть кого-нибудь в живых-то оставили? – я оглядываю поле боя.

– М-да, погорячились, – Мэт смущенно почесал в затылке, вздрогнул от раздавшегося скрежета и спрятал руки за спину. Потом все-таки снял шлем.

– Мой должен быть… Понятно… – Эрцель нашел взглядом своего первого противника. Довольная Тень замерла у моей ноги, пугая лошадей оскалом перемазанной в крови морды.

– Софья, дай нашей леди что-нибудь выпить, а то ее трясет всю. Тиана, помоги мне, пожалуйста, с амулетами.

Три амулета из пяти были испорчены безвозвратно, один – полностью разряжен. Судя по броне и оружию, меня преследовали трое рыцарей с оруженосцами. Часть вооружения собрали для продажи, взвалив на братьев; тела, как обычно, сожгла Тин, и мы, наконец, вернулись в лагерь, где нас уже ждали разъяренный Васкар, подполковник тай-Робер и еще куча любопытствующих.

– Геквертиш, мэтр! – командир был возмущен, но все же старался сдерживаться, только пальцы нервно теребили висящие на поясе амулеты. – Вы, может быть, и герой, но, тысячу демонов вам в печенку, должны подчиняться общим правилам! Вы обязаны – слышите? – о-бя-за-ны, прежде чем что-то предпринять, хотя бы ставить в известность командира отряда!

– Я буду повторять подобные вылазки каждый вечер, – спокойно уведомил я его.

Васкар от такой наглости поперхнулся, но тон сбавил, вспомнив, с кем разговаривает.

– Простите, мэтр, что это вообще было? – перехватил инициативу тай-Робер-старший. – В чем смысл подобной эскапады?

– Если помните, ваша светлость, я спрашивал у вас план крепости, но так и не получил его. Оставим пока в стороне вопрос, как у командующего может не оказаться схемы собственной крепости, но тот рисунок, что вы набросали по памяти, явно недостаточен. В результате мне придется выяснять все самому, чем я сейчас и занимаюсь.

– Изображая из себя мишень и гуляя под стенами врага? – издевательски уточнил один из офицеров.

– Именно, – я проигнорировал тон вопроса. – И буду делать это до тех пор, пока противник не поймет, что пытаться мне препятствовать попросту бесполезно.

– Или пока в крепости не закончатся защитники, – хмыкнул Элеандор из-за плеча.

– Ну и зачем вам это? – поинтересовался кто-то.

– Нужно, – буду я еще тут планы свои раскрывать перед всякими, – я могу идти?

– Идите, – покачал головой подполковник.

Вся наша компания уже расположилась в «женском» шатре, организовав стол для дружеской пирушки. Не было только Рэйчел. Прислушавшись к ощущениям, я нашел ее забравшейся в горы где-то за западными палатками и переместился туда. Она сидела в позе для медитации и, кажется, изо всех сил старалась не расплакаться. Аккуратно сняв блокировку, продолжаю наблюдать со стороны. Девушка не пошевелилась, только ритм дыхания изменился. Внезапное опьянение вернувшейся силой не менее сложное испытание, чем ее отсутствие.

– Молодец. Можешь ведь себя контролировать, когда захочешь, – я положил руку ей на плечо. – Идем, поздно уже.

– О, вот и наши маги! – возликовал Эрцель. – Девушке наливать?

У Тин на языке явно вертелась какая-то гадость, но рыжая все-таки сумела смолчать.

– Наливайте, сэр, – разрешил я. – Только разбавить не забудьте.

Элеандор произнес тост за первый совместный бой. Рэйчел насупилась, явно считая, что ее не позвали только из вредности. Что бы она там делала без магии, интересно? Да и с магией она пока слабовата против всадников. Еще немного посидев, ученица покинула шатер, буркнув, что пошла спать.

А празднование продолжалось. Обсудив каждый момент прошедшего боя, перешли на более общие темы.

– Простите, если вопрос покажется бестактным, – извинился тай-Дорум, – но каким образом вас всех сюда занесло? Нет, я понимаю, что здесь делает команда наемников. Я здесь оказался сами знаете почему, но вы-то, ребята, откуда здесь взялись?

– Ну, мы это… Мы из Жаркеевки. Под Лэнгом, да, – все так же чередуя фразы, начали братья. – Отец у нас мельник. Ну а мы вот. В солдаты решили податься, королевские. В гвардию. Мы сильные, да. И оружием владеть нас дядька Якоб учил. Крепко учил, сто лет ему здоровья. Ну а пока нас сюда определили. Мы и не против. Супостата-то бить все равно где. А тут, глядишь, покажем себя, так, может, и замолвит кто словечко перед полковником.

– Понятно, – кивнул Эрцель, – служить в королевских войсках – достойное желание. А вы, леди?

– А у меня в Гаэссе осталась семья, – поджала губы девушка. – Мать, отец, брат. Нику было десять всего!

– И вы решили мстить, – констатировал Элеандор.

– Да, а что? – вскинулась девушка. – У нас на юге девушки умеют стрелять!

– Если это единственная причина, – заметил я, перебирая пальцами густую шерсть лежащей рядом волчицы, – то можете выбросить свой лук и езжать в имение герцогов тай-Гивер под Гайтстатом. Вы должны знать, где это – они ведь, кажется, ваши сюзерены.

– Ты уверен? – Софья впилась в меня глазами, первой догадавшись, в чем дело.

– Щупленький такой паренек, темноволосый. В бежевом костюмчике. Был в отряде Романа, все пытался покормить Пламя чем-нибудь вкусным.

– Умеешь ты сообщать хорошие новости, – хмыкнул Элеандор и перевел взгляд на леди Маргариту. – Не нужно хмуриться, душа моя. Ваш брат жив и здоров. Сейчас он находится в поместье герцогов тай-Гивер, как и сообщил наш бестактный друг.

– К-как?.. – с трудом выдавила из себя девушка.

– Нам удалось вывести из города три десятка детей, – пояснила Софья и покачала головой, правильно истолковав взгляд леди. – Только детей. Тин и так чуть не погибла.

Маргарита все-таки разрыдалась, бросившись Тиане на шею. Взгляд демонессы выражал какой-то беспомощный ужас, буквально умоляя: «Снимите ее с меня кто-нибудь».

– Я слышал об этом подвиге, – кивнул тай-Дорум, – но до сих пор не понимаю, как вам удалось договориться.

– А никак, – невесело хмыкнул Элеандор. – Мэтр остался в качестве заложника.

– Изначально речь шла действительно только о семье канцлера, – пояснил я.

– То есть, если бы обман раскрылся…

– Я был бы мертв, – хмуро кивнув, спешно покидаю палатку.

Не люблю я вспоминать это дело. И даже не потому, что меня могли убить – в таких ситуациях я бывал частенько. А потому, что вся авантюра строилось лишь на одном – каждому по эту сторону пустыни известно: Лорд Разрушения не нарушает своего слова. Тогда мне пришлось сделать это в первый раз и не по своей воле. Моим словом распорядились за меня. Это до сих пор приводит меня в ярость, хоть умом я и понимаю, что на другой чаше весов было три десятка детских жизней. Ладно, нужно отвлечься. Заглянув в палатку, я обнаружил, что Рэйчел уже спит, завернувшись в мою любимую шкуру. Стараясь не разбудить девочку, расшнуровал дорожную сумку, где хранился подарок.

– На, посмотри, – вернувшись к наемникам, протягиваю Тиане деревянный ларец. – Мне интересно, сможешь ли ты этим пользоваться.

Откинув крышку, рыжая застыла в немом изумлении, боясь прикоснуться к подарку.

– Что это? – Маргарита заглянула через плечо демонессы, – рукоятка какая-то.

– Клинок абсолютного пламени, – пояснил я. – Прощальный подарок тай-Миронис.

– Это клинок Серебряной Звезды? – еще больше изумилась девушка.

Я только кивнул. Тиана, наконец, аккуратно, кончиками пальцев, прикоснулась к сокровищу. Огладила. Вынула.

– Это… мне? – зеленые глаза сияли.

– На время, – охладил я ее пыл. – Для меня он, сама понимаешь, бесполезен. Ты сможешь его активировать или подзарядить, если понадобится?

– Конечно, – благоговейно произнесла демонесса, разглядывая витую рукоять, инкрустированную рубинами.

Даже для этого мира подобный артефакт – безумно дорогая редкость, а уж в мире, откуда родом Тиана, ему и вовсе цены нет. У них там вообще с драгоценными камнями напряженка. Правда, есть мифрил, который не встречается у нас.

Легкое нажатие на один из камней – и в воздухе материализовался клинок, состоящий из белого пламени запредельной концентрации. Под взглядом Тин клинок вдруг удлинился, изогнулся, вернулся в исходное состояние и, наконец, исчез. Уверен, подобные метаморфозы в конструкцию не заложены. Я увлекаюсь артефакторикой, так что знаю, о чем говорю. Похоже, эти двое нашли друг друга.

– Ты обещал мне поединок, – посмотрела на меня Тиана. – Пофехтуем?

– Издеваешься? – возмутился я. – Эту штуку даже моим черным клинком не заблокировать! Поединок закончится одним ударом: кто не успел – тот и труп. Так что убери-ка ты его подальше.

Тин тут же засунула новую игрушку за пояс, да еще и рукой прикрыла для верности, а то вдруг отобрать попробуют. Уверен, она даже спать с ним в обнимку будет.

И снова вечер, косые лучи заходящего солнца, бессильный скрежет стрел по камням дороги и музыка в ушах. А вот это что-то новенькое. Перед воротами крепости меня ожидает рыцарь. За сетчатым забралом не видно лица, но по ауре понятно, что парень довольно молод. Возможно, это его первая настоящая война. Нет, скорее всего, не совсем новичок. До этого, наверное, были и победы на турнирах, и восторги дам. Но вот войны, настоящей войны, он еще не видел. Аура чистая и светлая: до сих пор, наверное, верит в честный поединок и рыцарские идеалы. Даже вышел пешком, чтобы уравнять шансы. Убивать такого немного жалко.

Лучники на стенах прекратили обстрел, давая нам шанс на поединок. Рыцарь заговорил, называя имя, титулы, начиная ритуальную формулу вызова… Не замедляя шага, плавным движением клинка разрубаю его на две половинки. Враг бывает живым или мертвым, парень. Все остальное – тлен. Увы, но ты – враг. Завершая движение, вкладываю черный клинок в ножны. Мой шедевр, можно сказать. Использовать его могу только я, но зато для него нет преград. Я им могу крепостную стену нарезать кусочками, словно масло. Если мне дадут на это время, конечно. Лучники, наконец, очнулись от шока, но я снова в «мертвой зоне». На этот раз стою, прижавшись к воротам, чуть дольше, чем вчера. Снова переворачиваю плащ, хлопаю по массивным створкам и отправляюсь в обратный путь. В спину мне летят огненные шары и молнии. Пригибаюсь, и над головой пролетает здоровенный булыжник. Догадались-таки, сволочи. Кто это там такой умный, интересно?

На следующий день меня встретили трое магов. Не полноценная боевая пятерка, конечно, но тоже неприятно. Некстати вдруг вспомнилось, что мои бывшие одногруппники уже окончили обучение и вполне могут оказаться по ту сторону клинка. Снимаю с мертвых магов кольца магистров в качестве трофеев. Есть у меня одна задумка.

Через четыре дня по мне вовсе прекратили стрелять. Через семь – закончились поединщики. За это время моя коллекция пополнилась еще пятью кольцами. В последний раз меня встречал целый отряд в два десятка всадников. Трезво оценив свои шансы, я прыгнул сквозь Грань им за спину. Проделав обязательный ритуал с похлопыванием ворот и подождав, пока господа соизволят развернуть коней, совершаю обратный прыжок. Преследовать меня никто не стал, помня о судьбе первого отряда.

Каждый раз я начинал свою прогулку все позже и позже, так что сегодня отправился в путь уже в полной темноте. Крепость спала, никак не реагируя на мое приближение. Только метрах в двухстах от стены под ноги мне уткнулась одинокая стрела. Это уже тоже почти ритуал. Привет от часовых – знак, что меня заметили. Не спеша подхожу к воротам и усаживаюсь в позу лотоса. Сижу так минут двадцать, готовый в любой момент вскочить, уходя от атаки. На издевательские крики стражников не реагирую. Отправляюсь в обратный путь, помахав рукой на прощание. Все нормально, ребята, не волнуйтесь, я ухожу. Следующую ночь просидел под воротами минут сорок. Никаких попыток меня отогнать. А значит, пора приступать к тому, ради чего все и затевалось. Короткое заклинание – и я погружаюсь во тьму, начиная воспринимать ее как некую объемную конструкцию с пустотами там, где находятся физические объекты или есть хоть немного света.

– Здравствуйте, девушки! – оказавшись в шатре, скидываю тяжелый черный плащ с капюшоном. После применения магии тьмы организм какое-то время очень болезненно реагирует на солнечный свет.

– Ого, откуда столько вкусностей? – я оглядываю заваленный сладостями стол. – Благодарные пациенты?

– Здесь не только мое, – лукаво улыбается Софья. – Количество ухажеров в этих краях сильно превышает количество дам, так что в знаках внимания недостатка не возникает.

– И кто лидирует по количеству разбитых сердец? – интересуюсь я, утягивая себе одно из пирожных.

– Тиана, – целительница улыбается до ушей.

– Эти человеки дикие какие-то, – ворчит рыжая. – Они просто не понимают слова «нет». А на дуэль их не вызвать. Девушки, видите ли, не дерутся! Я уже даже платье одевала… – наградив Софью возмущенным взглядом, продолжила Тин.

– Надевала, – автоматически поправил я. – Возможно, я тебя разочарую, но в платье ты выглядишь не менее привлекательно, чем в своем обычном мужском наряде.

– Тебе бы все издеваться! – обиделась девушка. – А я что делать должна? Леди вон только смеется и говорит, что мужского внимания не бывает слишком много. Тьфу!

– Да попросту не показывайся на этих вечерних посиделках, – пожимаю плечами. – Соври, что плохо себя чувствуешь, или еще что.

– И тогда нам будут тащить не пирожные, а всяческие снадобья, чья целительная сила определяется их вонючестью, – прокомментировала Рэйчел.

– К тому же это невежливо, – осуждающе произнесла Маргарита.

– А надоедать девушке вежливо?

Завязался глупый спор, который был прерван появлением тай-Дорума. Воспользовавшись моментом, я ретировался. Не переношу аристократов, а аристократок – в особенности. Хотя, конечно, есть приятные исключения – я вспомнил леди Анну. Или тут все дело в возрасте?

– Итак, максимальная дальность полета стрел примерно вот такая. – Я провел линию на собственноручно прорисованной карте ущелья. – Насчет видимости не скажу. Далее, толщина стен у основания – шагов восемь-девять. Угловые башни не трогаем – даже если создать пролом там, все равно войска застрянут. Таким образом, вижу только одно направление атаки – через ворота.

Вокруг стола сгрудились все бойцы нашего десятка, Годвер, Аманда, подполковник с сыном, капитан Эйданг и еще несколько незнакомых офицеров.

– Это надвратная башня, – я показал новый рисунок, – ворота метров пять высотой…

– Простите? – переспросил кто-то из офицеров.

– Примерно дюжина локтей, – поправился я. – На шаг перед ними земля не простреливается. Предлагаю с засовом не возиться. Я могу сразу срезать петли и попросту обрушить ворота внутрь. Проблема в том, что далее справа и слева идут скрытые позиции для стрелков, а в конце тоннель перегорожен решеткой. Она движется в специальных желобах, так что придется перерезать каждый прут, а пока я буду карабкаться наверх, меня со двора стрелами утыкают.

– А почему бы тебе не прыгнуть сразу внутрь? – поинтересовался Элеандор.

– Там какая-то странная магия. Не уверен, что даже защитники о ней знают, но прорваться через поля в крепость невозможно, как и телепортироваться обычным образом. Так что предварительный план таков: я пробиваю стену тоннеля, и мы попадаем на галерею лучников. Судя по количеству бойниц, стрелков там будет не больше десятка. С галереи лестница ведет в помещение над воротами. Именно там и находится подъемный механизм. Самое паршивое место – здесь, – я чиркнул карандашом по эскизу. – Это дверь на стену между первым и вторым пролетом. Если мы не успеем ее проскочить, нас остановят и сомнут массой. Таким образом, наша задача – захватить комнату с механизмом, поднять решетку и удерживать помещение, пока не подоспеют войска.

– Десять человек против всего гарнизона? Безумие! – капитан нахмурился.

– Двери всего две, – задумчиво протянул Мэт, – и не очень большие. На одну сторону – я и Тиана, на другую – Жан-Жак и мэтр. Сэр Эрцель и Элеандор – в резерве. Можем и продержаться. Сколько нужно времени?

– Кавалерии – два-три нима, – прикинул Эдуардо, – пехоте – пять-шесть.

– За четыре добежим, – уверил нас Васкар. – Главное, ребята, чтобы вы не облажались. А то у закрытой решетки нас попросту перестреляют.

– Так, всадники врываются во двор, отвлекая защитников, – в обсуждение включился подполковник. – Далее небольшой отряд может пройти по стопам наших героев и выйти на стену. По крайней мере, отвлечете защитников.

– Мои ребята сделают, – кивнул кряжистый дядька в кожаной жилетке. Видимо, капитан одного из малых отрядов.

Обсуждение переключилось на отработку деталей. Спорили еще несколько часов. Атаковать решили дня через три – подполковнику еще согласовывать с лордом-хранителем участие кавалерийского эскадрона. Мне тоже нужно подготовиться: щиты против магии зачаровать, стрелы. Только для нашего десятка, разумеется, но тоже немало крови уйдет. Увы, но закрепить заклинание разрушения можно только используя собственную кровь. Попробую еще Рэйчел к этому подключить – заодно и научится чему-то полезному.

Разумеется, к вечеру о предстоящей атаке знал весь лагерь. Все мои попытки сыграть на внезапности опытные командиры отвергли еще при обсуждении. Они не то чтобы соглашались с существованием шпионов и предателей (это несовместимо с понятием рыцарской чести), но просто по умолчанию рассматривали вариант, при котором противнику известно время штурма. Приближение активных действий чувствовалось хотя бы по размаху устраиваемых пьянок. Я в этом не участвовал, занятый подготовкой оружия, обучением Рэйчел и восстановительными процедурами. Девушка, что меня порадовало, не жаловалась на пропущенные танцы и вечера, а с увлечением работала. Возможно, из нее и выйдет толк, хоть заклинатель она пока достаточно слабый. Во второй вечер к нам присоединилась Тиана под предлогом проверки качества изделий. Истинную причину я понял чуть позже.

Мы втроем как раз возвращались со стрельбища, когда нас перехватил какой-то пожилой дядька в ливрее. Аккурат возле девичьего шатра.

– Лорд тай-Пантус выражает свою обеспокоенность отсутствием солнцеликой госпожи Тианамиреи на вчерашнем и сегодняшнем вечере, – возопил слуга, склоняясь в поклоне и протягивая на вытянутых руках какую-то коробку, – и просит принять в дар это скромное подношение в надежде, что оно порадует благородную госпожу и смягчит ее гордый нрав, заставив откликнуться на слезные просьбы покинутого влюбленного.

И все это с выражением, придыханиями, паузами. Под конец слуга сделал какой-то неуловимый жест, явив всем любопытствующим шедевр кондитерского искусства. Торт в виде корзины изящнейше выполненных цветов. Даже я оценил мастерство кондитера, хоть и достаточно равнодушен к сладостям. А вот во взгляде Тин, брошенном на щеголеватого юнца с залихватски подкрученными усиками, сквозило лишь раздражение. Видимо, это и есть даритель – вон как напыжился под восхищенными взглядами приятелей. И, судя по глазам, молодой человек не привык получать отказ в чем-либо. Это и есть тот настойчивый ухажер, от которого пряталась Тин? Я с ним еще не знаком, но уже ненавижу.

Сделав шаг, зачерпываю крем пальцем, разрушая композицию; задумчиво облизываю. Лица у присутствующих как-то неестественно вытягиваются, молодой лорденыш бледнеет.

– Дерьмо, – выношу я вердикт и выбрасываю испорченный тортик в канаву.

После чего обнимаю опешившую Тиану… примерно за талию, увлекая в свой шатер. Надеюсь, присутствующие все поняли правильно. Оказавшись внутри, девушка пытается вывернуться, но я смыкаю кольцо рук, прижимая ее к себе. Втягиваю в себя запах рыжих волос, едва уловимый, дразнящий аромат тела, горячую ауру огня, безумную мешанину чувств, где страх и вожделение, ярость и покорность переплетаются в яркий клубок, – все то, из чего складывается для меня образ Тин. На секунду замираю, наслаждаясь этим ощущением. Демонесса дрожит. Нет, еще не время. Беру чувства под контроль и размыкаю руки, выпуская рыжеволосое чудо на свободу. Прочь из шатра, а то еще немного – и я за себя не отвечаю. Сладить с собой оказалось не так-то просто – сердце все не хочет успокаиваться, в душе прочно поселился образ Тианы. Нужно отвлечься. Лезу на примеченный еще несколько дней назад утес. Безумная красота окружающего пейзажа и порывы ветра, кажется, продувающего тело насквозь, помогают отвлечься. Погружаюсь в ежевечернюю медитацию.

Вернувшись, застаю всю компанию в сборе. Тренируются двигаться так, чтобы полностью скрываться за двумя огромными щитами, что несут братья. При моем появлении занятие заканчивается.

– Тебе там вызов на дуэль приносили, – сообщил Элеандор. – Кажется, парень решил, что ты от него прячешься.

– Да и ладно, – пожимаю плечами. – Ты согласовал условия?

– Конечно.

– И?.. – что-то мне не нравятся переливы его ауры и еле сдерживаемая ухмылка.

– Бой завтра утром, кодекс «чистой стали», дуэльные рапиры, до первой крови. – Рот лучника все-таки растянулся до ушей.

– Ты издеваешься?! – я чуть не задохнулся от возмущения. – Мне, может, еще и руки свяжут или заставят в платье драться?

– Хорошая идея, я бы посмотрел… – протянул Матеуш.

Игнорирую этого гаденыша.

– Эл, вот за что ты со мной так, а? – заглядываю в глаза командиру, надеясь обнаружить там хоть каплю смущения или вины. Не-а, ни разу.