Эквилибрист. Путь изгоя

Ранним утром меня буквально вытаскивают из кровати, цепляют на руки арнириевые кандалы и куда-то ведут. В главный корпус академии, точнее сказать не могу. В роли конвоя выступает все та же пятерка магов, ауры лучатся напряжением и ненавистью. Меня приводят в большой зал-амфитеатр со сводчатым потолком. Здесь может поместиться немало народу, но сейчас тут почти никого нет. Семеро человек в белых мантиях сидят за центральной трибуной. Слева писарь, судя по количеству бумаги и письменным принадлежностям. Плюс моя охрана. Меня ставят на массивный каменный диск в центре зала, и охрана делает пару шагов назад. Диаметр диска – метра полтора. По краю – какой-то узор.

От разглядывания диска меня отвлекает голос:

– Темный маг, называющий себя Даркином, предстал перед Белым советом магов, дабы ответить за свои преступления, – разносится по залу.

О, так это и есть Белый совет? Интересно. Пытаюсь рассмотреть сидящих напротив мужчин. Глаза режет от слепящего сияния, темное зрение слетает само собой. По периметру диска в потолок бьют лучи нестерпимо яркого света. Точнее, это магия такой предельной, невероятной силы, что видна даже простым зрением. Что-то похожее шло от архимага, но он свою силу сдерживал и контролировал.

– Не пытайтесь использовать энергию, подсудимый.

Это крайний слева маг. На вид ему лет сорок. Голос спокойный, уверенный. Я не могу увидеть его ауру, но особой ненависти в нем не чувствуется. Клетка снова гаснет.

Слово берет толстый маг, сидящий в центре. Вот его чувства даже читать не нужно, его лицо искажено ненавистью:

– Вчера этот темный маг убил ученика академии мерзким, запрещенным колдовством! Он применил темную силу для удовлетворения собственной жажды убийства. Напал на беззащитного! Я требую его немедленной казни!

– Я вчера никого не убивал. Маг…

– Молчать! – от вопля толстяка, казалось, стекла бы полопались, если бы в зале было хоть одно окно. – Ты лжешь, ублюдок! У нас есть показания пятерых свидетелей! Как ты смеешь…

Дальше минут пять брани, обвинений во всех грехах и просто истерического визга. «Председатель» уже красный, как помидор. Дальше начинаются крики и вопли с мест. В общем-то, разнообразием они не отличаются. Опять обвинения и требования моей смерти. Обидно. И этот фарс они называют судом? У меня не то что адвоката нет – мне даже слово сказать не дают. Никаких доказательств. Что за пять свидетелей? Народу там было явно больше. Остальные молчат? Или их показания суд просто не устраивают? Похоже, дело принимает скверный оборот. И архимага не видно. А ведь он, кажется, глава Белого совета. Меня решили побыстрее грохнуть, пока Корвус не может за меня заступиться? Вероятно. Нужно валить. Как? Антимагическая защита диска мне не по зубам, придется бить вниз, одним ударом, пока не включилась защита. Но если мы сейчас находимся на первом этаже, значит, внизу земля. Попытаться разбить сам диск? Это явно артефакт, но вот получится ли? Могу и не успеть. Минут через пятнадцать вопли затихают.

– Темный маг по имени Даркин, вы признаетесь виновным в умышленном убийстве с использованием запрещенной магии и приговариваетесь к казни. Ваше последнее слово?

Собираю волю в кулак:

– Я невиновен. Свидетели лгут. Я готов открыть свою память мессиру архимагу Корвусу.

Вот так. Раскрыть память – это последний способ доказать свою правоту. Что-то вроде харакири в Древней Японии. Впрочем, для большинства местных магов раскрыть свою память и есть самоубийство – слишком много скелетов они хранят в своих шкафах. Такого Белый совет от меня не ожидал. Я вообще не должен был знать о подобном нюансе, так что спасибо Виссе. Нарастающий шум перекрывает голос того мага слева, что предупреждал о применении силы:

– Мессир архимаг сейчас отсутствует и не может быть свидетелем вашей невиновности. Вы можете открыть свою память любому члену совета.

Ага, уже бегу!

– Я настаиваю на кандидатуре архимага и готов подождать его возвращения.

На самом-то деле я могу открыть свою память и Виссе, но это сделает ее врагом совета. Если они так хотят меня убить, то жизнь одной пришлой магички их не остановит. Только архимаг обладает достаточным авторитетом, чтобы заставить совет признать мою невиновность.

Звуки нарастающего гвалта отсекает как ножом. Видно, кто-то позаботился о звукоизоляции. А судя по жестам, обсуждение идет бурное. Наконец, слышимость снова возвращается. Толстый маг велит страже меня увести. Лицо у него такое, будто он съел килограмм лимонов. Так бы и любовался!

По сравнению с нынешним местом пребывания моя первая камера – номер-люкс. Круглый каменный колодец диаметром метра два и глубиной примерно пять. Сверху колодец закрыт решеткой. Арнириевой, разумеется. Кажется, в нашем мире такая тюрьма называется зиндан. Если архимаг не вернется в течение недели, я сойду с ума или подхвачу воспаление легких. После первой бессонной ночи на каменном полу я понял, что здорово переоценил свою выносливость, и трех-четырех дней будет вполне достаточно.

Корвус вернулся через три дня. Увидев мою грязную физиономию с красными от недосыпа глазами, архимаг задал один вопрос:

– Ты действительно невиновен и готов открыть свою память?

– Да.

– Тогда мыться и спать. В таком состоянии ты не выдержишь процедуры.

– Куда ты пошел? – Голос остановил меня у самой двери. – Туда иди, – маг указал на вход во внутренние покои. Посреди комнаты ждала горячая ванна. Как меня переносили на кровать, я уже не помню.

Процедура проверки памяти была жутко неприятной. Ощущение такое, будто у тебя в душе кто-то ковыряется. Причем – немытыми руками. Да еще и память начала чудить, подсовывая почему-то самые грязные и неприятные моменты. По окончании процедуры архимаг, кажется, был очень зол. То есть эмоции не ощущались вообще, но именно это и настораживало. И говорил он короткими рублеными фразами:

– Неприятные ощущения? Пройдут. Жди в своей комнате. Вызовут, – и только дверь хлопнула.

Я пошел в комнату, а что еще делать-то? Сел и попытался расслабиться при помощи дыхательных упражнений. Вызвали меня примерно через час.

Кстати, в этом мире время измеряют несколько иначе. У них сутки (по моим ощущениям, их продолжительность равна привычным земным) делятся на двадцать тайсов. Каждый тайс состоит из десяти нимов. Ним делится на десять звитов, а уж звит – на десять ахенов. Один ахен равен примерно четырем-пяти секундам. Ну и раз уж начал о времени, в месяце ровно тридцать дней – три декады. А самих месяцев в году здесь все-таки двенадцать.

В общем, местный скажет, что стража явилась за мной через восемь нимов, но мне как-то привычнее в часах и минутах считать. Главное, что стража все-таки проводила меня до памятного «зала суда». Тот же диск-клетка, тот же стол, за которым сидят семеро. Ненавижу! У архимага, оказывается, было персональное место. Он сидел позади совета на возвышении. Возвышения не видно из-за стола, но вот кресла там в прошлый раз точно не было. Корвус его с собой носит, что ли? Тоже мне, Зевс на Олимпе! И снова голос, звучащий ниоткуда.

– Маг по имени Даркин, с вас снимаются все обвинения. Вы можете идти.

Ах, с меня просто «снимаются все обвинения»! Ни слова о лжесвидетельстве, ни слова об этой пародии на суд! Я даже не оправдан! С меня просто снимаются обвинения. Сделали милость.

– Светлые маги! – выплевываю эти слова, вкладывая в них все презрение и ярость, что клокочут внутри меня. Разворачиваюсь и почти выбегаю из зала. Хорошо, что двери открываются в обе стороны, иначе я бы их вынес.

К архимагу меня пригласили уже под вечер. В знакомый «официальный» кабинет главы академии я вошел спокойный, как айсберг. Где-то внутри бурлили эмоции, обиды, переживания, но море моих страстей было покрыто толстым панцирем льда.

– Произошедшее весьма прискорбно, – начинает архимаг. Он делает паузу, как бы предлагая мне высказаться, но я молчу. – И очень некрасиво.

Я молчу.

– В данной ситуации маги Эрании повели себя не лучшим образом, и мне стыдно за своих учеников и коллег. Но я уверяю тебя, все виновные будут наказаны!

– Кто? Как?

Некоторое время архимаг молчит. Потом продолжает:

– Напавший на тебя Жозе но-Лизи будет приговорен к месяцу карцера и к денежному штрафу, помимо компенсации за смерть Ульфрика Гельдера. Четверо лжесвидетелей получат по декаде карцера и штраф.

Изображаю на лице все свое отношение к подобного рода «наказанию».

– Ну а чего ты хочешь?! – архимаг и сам понимает, что неправ, потому и злится. – Мы, по-твоему, должны убить отпрыска одного из высших дворянских домов?

– Конечно, проще убить разрушителя, – сознательно бью как можно больнее. – По поводу но-Лизи. Самый простой вариант – я его убиваю, причем так, чтобы его семья не имела права на месть. Самый лучший для него исход событий – его исключают из академии, и семья запирает его в каком-нибудь дальнем замке, чтобы он не пересекался со мной даже случайно. А вы лично говорите с главой дома но-Лизи и объясняете, что попытка мстить повлечет за собой уничтожение всей семьи. По четырем прихлебателям: в целом с наказанием согласен, но штрафы в мою пользу, а вообще-то лучше их тоже из академии выкинуть. С Белым советом что хотите, то и делайте.

– Видишь ли, какое дело… Семья но-Лизи очень влиятельна. Жозе осталось отучиться всего год, и поверь: он больше не будет создавать тебе проблем.

– А вы сами-то верите в то, что сказали? Жозе – избалованный дворянчик, привыкший получать все, что хочет. Единственный вывод, который он сделает из этой ситуации: влияние и деньги семьи прикроют его от любых неприятностей. Даже если его накажут, он не будет винить в этом себя – не так воспитан. Если уж он подставил четырех друзей, чтобы прикрыть свою ошибку… Нет, он скорее найдет виноватого на стороне. А кто им будет? Правильно! И но-Лизи будет мстить. Прямо или опосредованно, но будет. Тогда я его убью. Скорее всего, особо жестоким образом.

Некоторое время мы молчим. Потом архимаг переводит разговор на другую тему:

– Молодой человек, а чего хотите от жизни вы?

Затолкав поглубже бессмертное: «Моя мечта надменна и проста…» (и чего из меня эти цитаты прут к месту и не к месту? своих мыслей не хватает, наверное), бурчу:

– Ничего не хочу. Жить, просто жить.

– Чтобы просто жить, как обычный человек, нужно стать членом общества. А когда живешь в обществе, иногда приходится идти на компромиссы.

– Извините, мэтр, – нагло прерываю его речь. – Я совсем не уверен, что хочу стать членом именно вашего общества. То, что я тут увидел, меня совершенно не впечатлило.

– Ты видел лишь небольшую часть – как ты можешь судить обо всех?

– Талантливый юный маг, представитель высшего дворянства, будущая элита и опора трона – это хам и забияка, способный напасть на беззащитного; убийца и лжец, способный сломать жизнь друзей ради того, чтобы прикрыть собственную задницу, – холодное спокойствие ледяного панциря в голосе, лишенном интонаций. – Белый совет – семеро мудрейших магов, которым доверено судить других и определять, что хорошо, а что плохо, что допустимо, а что нет – это толпа фанатиков, способная приговорить к смерти просто так, не дав даже шанса на защиту. Я видел не всех. Я видел тех, кого считают лучшими. Какой смысл искать среди остальных?

Пафоса, конечно, многовато, но архимага надо давить до упора:

– Я, уж извините, в таком случае куда-нибудь к темным уйду. Говорят, тут и такие есть.

– А вот этого я тебе не могу позволить, прости, – в спокойном голосе архимага звучит сталь. – Я предлагаю тебе стать студентом Академии магических искусств Эрании. Это позволит тебе по окончании ее войти в общество, где ты будешь не изгоем, а дворянином. Все не так просто, конечно, но у нас будет пять лет.

Он так и сказал: «нас»!

– За студентов отвечаю я. В академии ты будешь под моим присмотром и под моей защитой. Загадывать даже на пять лет вперед я не хочу. Но в любом случае магистр магии – это статус, и не только в Эрании.

– Ага, понятно. И для того чтобы не сдохнуть… Простите, мэтр, я имел в виду – стать студентом и в перспективе членом общества… Для этого я должен проявить чудеса всепрощения и напрочь забыть о событиях последней декады?

– Ты должен научиться считаться не только со своим мнением! И понять: чтобы что-то получить, нужно что-то предложить взамен.

– Вы подтверждаете мое право убить этих пятерых при следующем конфликте, и мне нужна от них денежная компенсация за причиненный ущерб. Размер определите вы – я в местных ценах на убийство не разбираюсь. Но компенсация должна быть не маленькой! И тогда я полностью ваш!

А вот теперь самый скользкий момент. Не переборщил ли я? Все зависит от того, насколько я нужен архимагу. Потому что если он ответит отказом…

– Компенсация тебе будет. Но ты не должен провоцировать на дуэль ни этих пятерых, ни кого бы то ни было из учеников.

– Намеренно провоцировать не буду. Я вообще очень мирный и ни разу не дрался на дуэли.

– Вот и договорились. У меня есть идея, как доказать твою полезность для академии, но об этом завтра. А теперь можешь идти спать.

На следующий день за мной зашел Клавикус.

– Здравствуй. Следуй за мной. Мессир архимаг тебя ждет.

– Одну секунду, куртку накину. А чего он от меня хочет?

– Насколько я знаю, ты должен будешь продемонстрировать свою способность видеть ауры, – уточняет архивариус по дороге к зданию боевого факультета. – Ты это точно умеешь, так что не волнуйся.

В небольшом зале, куда мы пришли, уже находилось человек двадцать. Первым я заметил архимага. Точнее, я сначала просто ощутил присутствие его силы, а потом уж увидел его. Тут мой взгляд натыкается на толстяка, который исполнял обязанности председателя Белого совета. Из глубины души поднимается черная ярость. Я автоматически перехожу на темное зрение, призывая силу. В ответ ауры толстяка и еще нескольких человек рядом с ним начинает светиться ярче. Да тут белый совет в полном составе! И они тоже готовы к бою.

– Даркин! Руфус! Сейчас же прекратите! – Голос архимага приводит меня в чувство. Медленно расслабляюсь. Ауры семерки тоже теряют интенсивность.

– Даркин, успокойся. Тебе предстоит продемонстрировать членам Белого совета и преподавателям академии свое умение видеть ауры. Задача – определить уровень и направленность силы тех, кто к тебе подойдет. Встань в центр зала.

Ну что ж, это несложно. Первым ко мне подводят студента-третьекурсника. Тут все просто.

– Земля. Уровень три. Потенциально – пять.

Следующий студент.

– Огонь. Уровень семь.

Теперь студентка. Четвертый курс. Кольцо с символом огня. Нет, так просто меня не обмануть.

– Основной талант – природа. Сейчас уровень четыре. Есть способность к магии земли, но тут где-то полтора. Можно развить до двух.

Среди группы преподавателей перешептывания.

Ко мне подходит второкурсник. Что за нелепость? Осматриваю его и так, и этак.

– Господа, этот человек, похоже, вообще не маг.

Следующим подошел мужчина среднего возраста. Без кольца, зато с артефактом под одеждой. Артефакт, похоже, содержит какое-то плетение разума. Его свет накладывается на свет короны, но, в общем-то, не сильно мешает.

– Простите, мэтр, – обращаюсь к дядьке. – Вы не могли бы снять артефакт? Он несколько искажает картину.

– Попробуй определить так, – это архимаг.

– Огонь. Уровень девять.

Следующий – ребенок.

– Вообще не маг.

Пожилой грузный мужчина с обвисшими усами. Что-то с ним не так. Аура выглядит как-то странно. Корона еле заметна и как будто втянута внутрь. Но не до конца.

– Маг разума. Уровень шесть, – мой голос звучит не слишком уверенно. Вислоусый ухмыляется и отходит, качая головой. Похоже, я не угадал.

Дальше опять ребенок. Мальчик лет семи. Знакомая уже картина в ауре.

– Потенциальный маг. Уровень и направленность до инициации определить не смогу.

Среди наблюдателей гул.

Следующим подводят мага в арестантской робе и арнириевых кандалах. Корона у него странная, темно-серая с черными и зеленоватыми прожилками. А еще от него исходит какой-то запах тухлятины, причем чувствую я его не носом, а аурой. Интересно.

– Могу лишь предположить, что это – темный маг-некромант. Уровень силы – четыре.

Последним подходит один из членов Белого совета. Тот самый, который управлял клеткой.

– Уровень семь. Тип силы определить не могу. Ярко-белое сияние.

– Арман – маг света, – это снова мессир архимаг. – Спасибо, Даркин. Ты можешь идти.

По пути оглядываюсь на членов Белого совета. Обычные маги. Стихийники седьмого-девятого уровня. Один менталист.

– Да вы, юноша, талант! – Клавикус буквально влетел в мою комнату. Он был возбужден и буквально излучал радость. – Ни одной ошибки! Ней-Стросс чуть усы себе не оборвал, когда ты его маскировку раскусил. Считай, что ты – почетный студент академии! Наш заместитель ректора по учебной работе готов продать тебе душу, лишь бы ты сидел в приемной комиссии!

– Стоп, мэтр! – прерывать старших невежливо, но иначе я просто захлебнусь в его восторженной болтовне. – Откуда столько радости? Почему вы считаете, что я ни разу не ошибся? И при чем здесь приемная комиссия?

– Ладно, объясняю для… разрушителей, – перешел на деловой тон Клавикус. – В академии есть артефакт, способный определять уровень магической силы, – ортинская сфера. Всех испытуемых сначала проверили на ней. Она же используется для определения уровня силы кандидатов при поступлении. Чем сильнее маг, проходящий испытание, тем сильнее светится сфера. Но она не показывает талант мага к определенной стихии, да и вообще определять приходится на глазок. То есть, маг он или нет – понятно сразу, а вот уровень силы – лишь приблизительно. К тому же сфера очень капризно реагирует на любые артефакты и работает недолго: в среднем в день можно проверить человек двадцать-тридцать. Так что нервотрепка с отбором кандидатов затягивается на декаду, а то и на две. Теперь понимаешь, какая ты находка для приемной комиссии? А уж способность видеть потенциальных магов – это вообще подарок богов! Ведь теперь можно заранее подготовить мага к инициации хотя бы морально, и это позволит сохранить многие детские жизни. Приемные испытания начнутся через три дня. Тебе все объяснят, а пока отдыхай.

За эти три дня я успел поймать Виссу и научиться у нее ставить барьер на болевые ощущения. Пришлось ей за это спеть «Королевну». Это мы так меняемся: она показывает мне приемы из ментальной магии, а я делюсь с ней своей коллекцией музыки. Не сам, конечно, пою, просто перекидываю воспоминания. Правда, обезболивающее у меня получилось только общее, то есть я просто приглушаю сигналы от нервных окончаний в теле. Обезболить только руку или сохранить тактильные ощущения и отсекать болевые у меня не получилось. Висса сказала, что нужно развивать умение работы с разумом, сейчас мне тонкости не хватает. Попробовал применить обезболивание. Ощущения странные, как будто в вату обернули. Ударил рукой по стене – даже касания не чувствую. Ударил сильнее – сигнал есть, но слабый. Висса подобрала упавшую со стены картину, обозвала придурком и выгнала из комнаты. Еще два дня посвятил тренировкам по настройке данного блока и про остальные упражнения тоже не забывал, само собой.

Еще я узнал у Виссы про богов. В Эрании, да и во всех странах по эту сторону пустыни – многобожие. Основных богов – четыре. Отец Справедливости – бог мудрости, справедливости и тому подобного. Ассоциируется с зимой. Мать – богиня плодородия и материнства, воплощение осени. Дева покровительствует молодым девушкам, еще не ставшим матерями, она – символ чистоты и юности, время года – весна. Хозяин Битв – покровитель воинов, время года – лето. Есть еще какие-то боги, которым поклоняются отдельные племена. У каждого из богов есть еще и ипостаси. Скажем, покровителем магов считается Шиол – ипостась Отца. В Эрании в богов верят не слишком истово, страна-то светская. А вот в Гальдоре даже из культа Матери умудрились сделать что-то агрессивное. Вроде бы даже имеется и такой культ, где одним из богов является Разрушитель, но об этом известно лишь на уровне слухов.