Неночь
- -
- 100%
- +
– Как скажешь.
Мия бросила взгляд на пустыню за границей Последней Надежды и, отсалютовав гарнизонной башне, ударила пятками Рыцаря по бокам. Увы, вместо того чтобы лихо помчаться навстречу горизонту, девушка подлетела в воздух, и ее короткий полет закончился приземлением прямо в кучу мусора на обочине дороги. Она перекатилась в грязи, потирая зад, и окинула ржущего жеребца уничижительным взглядом.
– Вот ублюдок! – прошипела Мия.
Затем посмотрела на Мистера Добряка, сидящего рядом.
– Ни. Одного. Гребаного. Слова.
– …Мяу…
Дверь гарнизонной башни распахнулась от резкого удара. На улицу, пошатываясь, вышел оскверненный центурион Винченцо Гарибальди, придерживая рукой расстегнутые штаны.
– Воры! – простонал он.
С сомнительным достоинством центурион люминатов вытащил свой меч. Сталь засияла ярче, чем солнца в небе. От одного его слова по краю лезвия запылали язычки пламени, и мужчина поплелся вперед с лицом, искаженным от праведного гнева.
– Именем Света, остановитесь!
– Ради персиков Трелен, уходим!
Трик запрыгнул в седло Рыцаря и перекинул Мию перед собой, как мешок с изрыгающей ругательства картошкой. А затем, после еще одного удара в бока острыми каблуками, жеребец поскакал, унося парочку прочь, навстречу неминуемой гибели[33].
Отъехав на приличное расстояние, пара сделала крюк, чтобы забрать жеребца Трика – высокого каштанового коня с необъяснимым именем Цветочек, – прежде чем помчаться в пустыню. «Бич ассенизатора» сделал свою работу; погоня гарнизона Последней Надежды длилась недолго и была очень беспорядочной. Вскоре их преследователи исчезли из виду, и Мия с Триком замедлились до рыси.
Пустыня Шепота, как ее назвали, была пустошью, ничего мрачнее которой Мия еще не видывала. Горизонт, иссушенный ветрами, наполненными едва слышными голосами, покрывался коркой, как потрескавшиеся губы нищего. Второе солнце, целующее небо, как правило, предзнаменовало начало холодной зимы в Итрее, но здесь царила жгучая жара. Мистер Добряк, свернувшись в тени Мии, чувствовал себя таким же несчастным, как его хозяйка. Надвинув (украденную, а затем оплаченную) треуголку на лоб, девушка осматривала дорогу впереди.
– Скорее всего, церковники гнездятся на возвышении, – начал Трик. – Предлагаю начать с тех гор на севере, а потом свернуть на восток. После этого, вероятно, нас иссушат до смерти пыльные призраки или съедят песчаные кракены, так что нашим скелетам будет все равно, где им гнить.
Ублюдок слегка взбрыкнул, и Мия выругалась. Ее ноги болели от долгого сидения в седле, а зад готов был помахать белым флагом. Она указала на обломок одинокой скалы в десяти милях от них.
– Туда.
– При всем уважении, Бледная Дочь, я сомневаюсь, что величайший анклав убийц в этом мире расположился в такой близости к вонючим свинофермам Последней Надежды.
– Согласна. Но мне кажется, что нам стоит разбить лагерь. Похоже, поблизости есть родник. И могу поспорить, что сверху открывается хороший вид на Последнюю Надежду и пустыню.
– Мне казалось, мы следовали за моим чутьем?
– Я предложила это лишь в интересах того, кто может нас слышать.
– Слышать?
– Мы же сошлись на том, что это испытание, верно? Что Красная Церковь проверяет нас?
– Да, – двеймерец медленно кивнул. – Но в этом нет ничего удивительного. Твой шахид ведь готовил тебя к предстоящим испытаниям?
Мия резко дернула за поводья, когда Ублюдок попытался развернуться в пятый раз за пять минут.
– Старик Меркурио обожал устраивать проверки на прочность, – ответила она. – Каждая минута могла быть неким замаскированным испытанием[34]. Но дело в том, что он никогда не давал мне задач, с которыми я не могла бы справиться. Вряд ли Церковь чем-то отличается. Итак, какова наша единственная подсказка? Какая часть головоломки стала общей для нас?
– Последняя Надежда…
– Именно. Я сомневаюсь, что Церковь самодостаточна. Даже если они выращивают кое-что для пропитания сами, они нуждаются и в других припасах. Я копалась в трюмах «Кавалера» и обнаружила там товары, которые без надобности выродкам Последней Надежды. Думаю, у Церкви есть тут последователи. Может, они приглядывают за желающими вступить в их ряды, но, что важнее, они доставляют товары в крепость Церкви. Все, что нам нужно, это найти навьюченный караван, направляющийся в пустыню. И проследить за ним.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
1
В переводе с латыни «Качество на риск покупателя» (прим. пер.).
2
В переводе с английского «могила богов» (прим. пер.).
3
Она пока не научилась слушать. Мало кто из людей умеет это делать.
4
Что-то заметило. Чему-то было не плевать.
5
Ребра, пожалуй, самое впечатляющее достояние итрейской столицы; шестнадцать гигантских окостеневших башен, сверкающих в сердце Города мостов и костей. Поговаривают, что Ребра принадлежали последнему титану, свергнутому богом Света Аа в войне за господство над небесами Итреи. Аа приказал своим верноподданным построить храм на том месте, куда упал титан, тем самым ознаменовав свою победу. Таким образом, семена величественного города были посажены в могилу последнего врага Света.
Забавная штука, дорогие друзья, но ни в одной священной летописи или книге вы не найдете упоминания имени этого титана…
6
Леди Океанов, третья дочь Света и Пасти, Та-Кто-Изопьет-Мир.
7
К примеру, это же насколько нужно быть в стельку, чтобы посчитать ухаживание за великаншей разумной идеей? Более того, как в состоянии опьянения можно безопасно орудовать своими причиндалами, не говоря уже о необходимости стремянки?
8
Несомненно, тот еще поэт.
9
В мире их осталось всего шесть. Плиенес и все известные экземпляры его работ были сожжены в XXVII в. P.R. в пожаре, одно время именуемом «Ярчайший свет».
Устроенный великим кардиналом Крассом Альваро, костер уничтожил более четырех тысяч «провокационных» работ и итрейским духовенством был признан громким успехом – пока сын Красса, кардинал Лео Альваро, не подметил, что во всем мироздании нет света ярче, чем у самого бога Света, и что называть так любой рукотворный костер, по сути, ересь.
После того, как великого кардинала Крассо Альваро распяли, великий кардинал Альваро II постановил, что во всех дальнейших текстах костер должен именоваться не иначе как «Яркий свет».
10
Она была самым опасным ассасином во всей Итрее, убийцей легионов, Леди Клинков, разрушительницей республики, но смотрите, в ней было и что-то доброе! Милосердие – даже для насильников и варваров. О, да взыграют громко скри-и-и-ипки!
11
Кота, как вы наверняка догадались, прозвали так за его любовь справлять нужду в неположенных местах: имя, которое едва стерпела ее мать и которое было встречено бурным восторгом со стороны ее любимого скончавшегося отца.
12
Капитан Лужица сидел под кроватью и облизывал свою пыльную лапку. Вышеупомянутое нечто все так же скрывалось за занавесками.
13
К этому времени она уже научилась слушать музыку.
14
Эта сомнительная честь принадлежала «Одинокой Розе», борделю в порту Годсгрейва, который часто посещали полоумные сифилитики и недавно освобожденные каторжники. Управляла домом удовольствий ваанианка – она, окончательно спятившая из-за болезни, ласково называла свою промежность «конвейером сирот».
15
Единственным человеком в Последней Надежде, кто знал, как на нем играть, был местный расхититель гробниц по кличке Синий Пауло. Два лета тому назад его обнаружили повешенным на стропилах в своей комнате. Вопрос о том, было ли это самоубийством или выражением протеста другого местного жителя, который сильно недолюбливал клавесин, оставалось предметом многочисленных пересудов и не слишком старательного расследования в течение нескольких недель после смерти/убийства Пауло.
16
Монеты в республике были трех видов: наименее ценная – это медь, среднее дитя – железо, и самая дорогая – конечно же, золото. Золотые монеты так же редки, как приятный сборщик налогов, и большинство плебеев никогда их даже не видели.
Первоначально итрейские монеты назывались суверенами, но из-за склонности итрейцев жестоко расправляться со своими правителями этот термин вышел из обихода десятки лет тому назад. Теперь медяки иногда называли «бедняками», а железные монеты – «священниками», так как обычно именно эти люди перебирали их в руках с наибольшим энтузиазмом. А вот для золотых монет не было общепринятого прозвища – люди, которые достаточно богаты, чтобы обладать ими, скорее всего, не из тех, кто любит давать деньгам клички. Или перебирать их в руках.
Посему, справедливости ради, назовем их «золотыми мудаками».
17
В тот момент в заведении не было ни одной радуги.
18
Это не так, хотя Жирный Данио и был в крупном долгу перед капитаном после пьяного спора об аэродинамике свиней и расстоянии между «Старым Империалом» и хлевом. Долг следовало отдать в виде длительного сеанса… орального удовлетворения членов экипажа «Кавалера Трелен» (во время которого Данио должен был стоять на руках с выкрашенной в синий цвет задницей). Данио пока не расплатился, но угроза расплаты сильно накаляла атмосферу всякий раз, как «Кавалер» и его экипаж прибывали в порт.
19
Мальчик, девочка, мужчина, женщина, свинья, лошадь, а за определенную сумму и труп.
20
Чаще всего за нарушение порядка, пьянство и несоблюдение субординации, хотя одного легионера сослали в Ашках за убийство повара когорты, которое он совершил после того, как тот триста сорок две неночи подряд подавал на ужин солонину.
«Ты что, сдохнешь, – кричал он, – если хоть раз [удар ножом] приготовишь [удар ножом] гребаный салат?!»
21
О, смотрите, в ней есть что-то доброе! Да взыграют громко скри-и-и-ипки!
22
О, превосходно. Я бы даже сказал, как по учебнику.
Во всех религиях есть оппонент. Зло противостоит добру. Черное – белому. Для народа Итреи эту роль играет Ная, богиня Ночи, Мать Священного Убийства, сестра и жена Аа, также известная (как вы наверняка догадались) как Пасть.
Поначалу брак Аа и Наи был вполне счастливым. Они занимались любовью на рассвете и закате, после чего расходились по своим территориям, поровну разделив власть над небесами. Но, опасаясь соперников, Аа приказал Нае нести ему только дочерей, и та послушно родила четверых: Цану – Леди Огня, Кеф – Леди Земли и, наконец, близняшек Трелен и Налипсу – Леди Океанов и Леди Бурь. Тем не менее Ная скучала по мужу в долгие и холодные часы темноты и, чтобы облегчить бремя одиночества, решила породить на свет мальчика. Ночь назвала своего сына Анаис.
Аа был возмущен непослушанием жены. В качестве наказания Наю изгнали с небес. Чувствуя себя преданной мужем, она поклялась отомстить Аа и больше с ним не разговаривала. Тот до сих пор дуется из-за всей этой кутерьмы.
Вам интересно, что же стало с Анаисом? Соперником, которого Аа справедливо опасался?
А это, дорогие друзья, вы узнаете позже.
23
В Годсгрейве аристократия предпочитает жить в могильных углублениях вышеупомянутых Ребер и вести дела в пещеристых внутренностях Хребта – отсюда и термин «костеродные». Их общественное положение определяется близостью к первому Ребру, в котором проживают члены итрейского Сената и избранный консул. К северу от первого Ребра находится Форум, построенный на том месте, где мог бы быть Череп.
Я сказал «мог бы быть», поскольку сам Череп, дорогие друзья, отсутствует.
24
Девиз легиона люминатов, дорогие друзья. «Свет все победит».
25
А, так ты о то-о-ой Пашти!
26
Священники итрейской Железной Коллегии вступают в орден после второй истинотьмы и проходят проверку на способности к постижению искусства богослужения. Юношей не учат ни читать, ни писать. Накануне пятой истинотьмы тех, кто оказался достойным службы, заводят в ярко освещенную комнату в сердце Коллегии. Здесь, среди ароматов горящей смолы и красивейших звуков захватывающего дух хора, они зачитывают клятвы, после чего лишаются языков при помощи раскаленных железных ножниц. Секрет конструирования и управления боевыми ходоками является одним из самых тщательно охраняемых в республике – ему учат делом, а не словом, – и священство очень серьезно относится к обету молчания.
Возможно, ваши трепетные души утешит то, что священнослужители не принимают обет безбрачия. Им разрешено участвовать во всех видах плотских утех, хотя отсутствие языка может оказаться помехой в поисках жены.
Зато ониотличные собеседники.
27
Несмотря на печальную нехватку темноты, большинство граждан республики все же нуждаются во сне и, вне зависимости от сезона, различают «день» и «ночь»: последняя приходит во время перемены в итрейской погоде. С наступлением неночи с западных океанов поднимается ветер и с завыванием проносится по стране, принося с собой милосердный спад температуры. Поскольку в прохладе засыпается легче, большинство воспринимают эту перемену как сигнал падать в койку, сено или на плитняки – зависит от состояния опьянения. Ветер медленно затихает и снова поднимается примерно через сутки. Считается, что он – дар от Налипсы, Леди Бурь, которая помиловала землю и людей, опаленных почти непрерывным светом ее отца.
Таким образом, «перемена» – это термин, которым итрейцы обозначают границу в цикле сна и бодрствования. В неделе семь перемен, в году – три с половиной сотни. Языковая причуда, конечно, но без нее не обойтись в стране, где настоящие «дни» длятся два с половиной года подряд, а дни рождения – забава, которую могут себе позволить только богачи.
28
Время от времени, к ее глубокому сожалению, остатки костеродной гордости Мии пробивались сквозь тщательно проработанный образ барышни, которой на все насрать. Можно вытащить девушку из грязи, но не грязь из девушки. Увы, то же самое можно сказать и о роскоши.
29
Ой, хватит смеяться! Как дети малые.
30
Кастрированные жеребцы (прим. пер.).
31
Конь, не капитан.
32
За время пребывания на ферме Мию трижды укусили разные лошади, семь раз сбросили (дважды в навоз) и один раз на нее наступили. Ее также ущипнул за зад особо смелый конюх по имени Ромеро (увы, это случилось в ту же перемену, когда ее впервые сбросили в дерьмо), которого ввел в заблуждение странствующий менестрель, сказав, что горожанки «такое любят».
Нос мальчика так и не сросся должным образом, но ему удалось восстановить три своих зуба. Последнее, что я слышал, это что его приговорили к четырем годам в Философском Камне за жестокое и, как многие говорили, ничем не спровоцированное нападение на странствующего менестреля.
33
Ашкахская империя управляла миром около семи веков; период, который рассматривается учеными как выдающаяся эпоха достижений науки и темных искусств. Ашках был обществом колдунов, чьи дерзкие начинания в области магики – или механики, или подставьте любой другой термин, который придется вам по вкусу, – не только затмили слабые чаротворные обряды лиизианских волхвов, но и изменили форму самой реальности.
К сожалению, как это часто бывает, когда смертные балуются с материями, сотканными самими богами, в конечном итоге кто-то иличто-то непременно получает за это по носу. Ни один смертный ученый не может назвать точной причины падения Ашкаха. Многие считают, что империю стер с карты мира сам Аа. Другие утверждают, что магия ашкахских колдунов привлекла внимание существ, древнее самих богов, – безымянных чудовищ за гранью Вселенной и здравомыслия, которые поглотили империю, как черниломан после трехпеременного запоя.
А есть и такие, кто говорит, что кто-то из колдунов просто облажался.
Очень, ОЧЕНЬ сильно.
34
Меркурио называл эти испытания «охотой за сокровищами», и хоть они варьировались по степени трудности и опасности для жизни и конечностей, злоключения Мии почти всегда начинались одинаково: она просыпалась с головной болью в незнакомой обстановке. Однажды, после урока по основам магнетизма, она очнулась в кромешной тьме городской канализации с одной лишь железной шпилькой и кусочком мела в качестве вспомогательных средств для поиска выхода. После шести месяцев обучения древнеашкахскому языку Мия проснулась на глубине пяти миль в некрополе Годсгрейва, чтобы обнаружить наполовину заполненный бурдюк воды и указания, как найти выход, написанные на ашкахском.
Естественно, хоть Меркурио и называл это «охотой за сокровищами», единственной наградой, которую можно было заполучить после пройденного испытания, было «продолжение существования». Тем не менее это помогало ученику стать необычайно самоотверженным.