Gelnos, a magical reboot

Он знал, что императрица сбежала с демоном мужчиной в сторону гор страны людей-паучихов – Гарогона. Эта информация поступила к нему от сината Гаргонии и свидетелей её побега. Сознание того, что она предпочла другого демона ему, вызывало в нём новый всплеск ярости.

"Я всё равно её найду", – тихо, но твёрдо произнёс Конрад, остановившись перед огромным гобеленом, украшавшим одну из стен зала. Образованный стратег и опытный стрелок из лука, он не сомневался в своих шансах. Его тело, поддерживаемое в отличной форме благодаря строгому ограничению алкоголя и табака, будет отлично справляться с любыми испытаниями на пути.

Конрад погладил леди Смерть, висевшую у него на поясе. Готический военный наряд с изящными бантиками и проколами в ушах, казалось, был сделан специально для того, чтобы подчёркивать его демоническое величие и напоминать о его корнях.

Глубоко вздохнув, он направился к выходу из дворца. Ему предстояло пройти через множество испытаний, но он был готов. Внутренний страх перед детьми и отвращение к жёлтому цвету можно будет преодолеть, если он будет идти к своей цели с полной решимостью.

Конрад знал, что мрак его души и холод расчетов помогут ему добиться успеха там, где другие провалились бы. Императрица будет найдена, и Гаргония падёт перед его волей.

В широком холле дворца его встретила Каталина, одна из самых преданных слуг и верных союзников. В её глазах, как всегда, читалась пронзительная смесь интереса и опасения. Бросив короткий взгляд на Конрада, она встревожено поджала губы.

– Мой господин, я слышала о случившемся. – Её голос прозвучал чуть приглушённо в полутёмном зале. – Что вы намереваетесь делать дальше?

– Каталина, это не твоя забота, – грубо ответил Конрад, но затем смягчился, видя её преданность. – Прости, моя ярость мешает мне мыслить ясно. Мы отправляемся в Гарогон. Императрица и её демон не скроются.

– Но, мой господин, – рискнула возразить Каталина, – путь в Горогон полон опасностей. Страна полна ловушек и ядовитых созданий. Как мы пройдём это?

Конрад пристально посмотрел на неё, его красные глаза блестели в мраке.

– Мы пройдём это, потому что у нас нет другого выбора. Преданность Гаргонии моей воле превыше всего. Если нужно, мы спалим каждую деревню на своём пути. Пусть даже сами люди-паучихи дрогнут перед нами.

Каталина кивнула, глядя на своего господина с новой решимостью. Она знала, что, despite all, будет следовать за ним до конца, куда бы его путь ни завёл.

Она почтительно склонила голову и отошла на несколько шагов, давая Конраду пройти. Её мысли вихрем закружились вокруг будущих тяжёлых испытаний, но верность Конраду была непоколебима. Каталина знала, что он обладает не только холодным расчётом и нечеловеческой силой, но и редчайшей способностью видеть слабости даже в самых прочных оборонах.

Конрад направился в сторону оружейной комнаты, где его уже ожидали лучшие солдаты его личной охраны. В их стойких взглядах читалась готовность сражаться за своего лидера до последней капли крови. Они понимали, что путь предстоит жестокий, но страха не было ни в одном сердце.

– Мы отправляемся немедленно, – объявил Конрад, оглядывая своих воинов. – Вы – лучшие из лучших, и именно вам доверено выполнить эту миссию. Преданность и стойкость – вот что приведёт нас к победе. Помните это.

Воины молча кивнули, готовясь отправиться в путь. Конрад почувствовал, как их энергия и решимость передались и ему. Он не мог позволить себе потерпеть неудачу. Его судьба, судьба Гаргонии и будущее страны демонов зависели от этого похода. Сжав кулак, он решительно приказал:

– Вперёд, мои воины. Время действовать.

Под леденящим ветром, греющим их только огнём решимости, они покинули замок. Путь их лежал через непролазные горы и чёрные леса, полные скрытых опасностей. Каждый шаг был тяжёл, но никто не отставал. Воины шли плечом к плечу, как единое целое, прямо к их судьбе.

Каталина осталась в замке, наблюдая, как исчезает войско в густом тумане. Её сердце наполнилось гордостью за Конрада и за каждого из тех, кто последовал за ним. Она верила, что подвиги этого похода будут воспеты в веках, что их имена никогда не забудутся.

Днём и ночью, через горные перевалы и узкие тропы, подземные лабиринты и древние руины, Конрад со своими воинами пробирался к цели. Каждый враг, встреченный на их пути, падал под мечами лучших солдат Гаргонии. Никто не мог противостоять силе и решимости этих закалённых бойцов.

Наконец они приблизились к крепости врага, скрытой в древнем лесу, её тёмные стены возвышались над верхушками деревьев, как свидетельство прежней мощи. Конрад остановился перед лагерем, изучая оборону. Его взгляд нашёл слабые места, те, что мог усмотреть только он.

– Это наш шанс, – сказал он, оборачиваясь к воинам. – Сегодня мы разрушим их силы и вернёмся с победой. Готовьтесь.

Тёмная ночь укутала землю траурным покрывалом. Воздух был пропитан зловещей энергией, когда земля задрожала под поступью демонов. Их горящие глаза освещали путь, а крики растений и животных стихали в ужасе перед приближающейся угрозой. Демонические легионы шли без конца, будто извлекая свою бесконечную силу из самой бездны.

По тревожному зовущему сигналу Люди-пауки мгновенно поднялись, их паутины серебрились в лунном свете, готовые ловить любую добычу. Полу-люди, полу-пауки, они обладали нечеловеческой ловкостью и смертельной точностью. Их ядовитые клыки скользили в каждом движении, готовые к бою.

Хитиновые лапы бесшумно скользили по земле, когда первый из них, предводитель на высоких восьми ногах, взмахнул своим алебардом, указывая на приближающихся врагов. Все понимали, что судьба их леса и всей расы Людей-пауков висела на волоске.

– Они не пройдут, – прошипел предводитель, голос его был подобен шороху листвы. – Мы построим паутину смерти, в которой каждый из них найдёт свой конец.

На мгновение всё стихло, как будто сама ночь задержала дыхание в ожидании битвы. Затем начался хаос: демоны натолкнулись на невидимые сети из паутины, и с каждым движением они всё сильнее запутывались в липких нитях. Люди-пауки метались по полю боя, их движения были столь стремительны, что враг едва успевал заметить, кто его атакует.

Ядовитые стрелы и паутинные путы плели смертельный танец, каждый из них работал как единое целое, отбрасывая демонов обратно в толпы и режа их ряды. Взвизги боли и гнева раздавались повсюду, но Люди-пауки не останавливались. Их глаза горели яростью, и каждое движение было посвящено защите своих земель, своей свободы.

Лес потрескивал и стонал, но не сдавался под натиском демонических легионов. Люди-пауки вели бой с невероятной смелостью и решимостью, уверенные в своей победе в этом ночном кошмаре.

Когда первые лучи зари начали пробиваться сквозь листву, на поле боя стало ясно, что демоническая угроза была отбита. Лес снова обрёл своё мрачное спокойствие, и Люди-пауки, израненные, но непобеждённые, подняли свои клыки в молчаливой клятве: их земля останется свободной от зла.

Конрад со своими воинами, пробираясь через те самые леса, могли лишь удивляться, наткнувшись на следы невероятной битвы, где даже демоны не смогли одолеть Людей-пауков. Враждебные силы по-прежнему стояли у них на пути, но это зрелище лишь укрепило их решимость.

Правитель одной из областей страны, Арахн, собрал своих бойцов, чтобы свершить возмездие над Конрадом. Меланос и Мейко стали вперед. Мейко предложила именно им под покровом ночи ликвидировать Конрада и установить порядок в Гаргонии, ведь Конрад пришел за Мейко, а она – императрица Гаргонии.

«Меланос, у нас нет времени на медлительность,» проговорила Мейко, её взгляд прожигал лица воинов. «Мы должны действовать оперативно и решительно. Сегодня ночью мы возьмём то, что наше по праву.»

Меланос, её верный защитник и кивнул. «Конрад не ожидает нападения,» ответил он. «Его армия думает, что мы отступили.»

Зловещая тишина окутала лагерь, когда воины начали готовиться к ночному походу. Был выработан безупречный план, продуман каждый его нюанс. Мейко ощущала, как напряжение нарастает в её груди, но понимала, что это её единственный шанс вернуть свой трон.

Как только ночь опустилась, Мейко и Меланос тихо продвигались через тёмные леса, окружая лагерь Конрада. Тени скрывались на каждой шаге, а все движения были чрезвычайно осторожными. Их решимость была несокрушимой.

Наконец, они достигли лагеря Конрада. Мейко подошла к палатке, где он спал, и замерла в ожидании, прислушиваясь к его ровному дыханию. Её меч блеснул в лунном свете, когда она его подняла.

«Конрад,» прошептала она, разбудив его. Он открыл глаза и едва успел понять, что происходит, как лезвие её меча оказалось у его горла.

«Это всегда было моё,» произнесла она тихо, прежде чем нанести смертельный удар.

Войско Конрада ощутило утрату духовного водительства предводителя, что породило ненависть и жажду мести против Меланоса и Мейко. Меланос, не теряя времени, ринулся сквозь армию Конрада, держа клинки в обеих руках. Его движения были молниеносны и точны, как у хищника, и каждый взмах мечей отправлял врагов в небытие. В его фиолетовых глазах сверкали радость и кровожадность, наслаждение убийствами и хаосом. Будучи демоном, он распознавал слабости противников и безжалостно их использовал, усиливая своё стремление к смерти и разрушению.

Его присутствие на поле боя было подобно вихрю, не оставляющему ни одного шанса на спасение. Кровь врагов заливала землю, как река, подтверждая мощь и неотвратимость Меланоса. В воздухе насыщалась тяжёлая энергия магии и смерти, проникающая в каждую частицу пространства. Окруженный врагами, Меланос чувствовал себя в своей стихии, как акула в кровавых водах, где каждый новый удар лишь усиливал его мощь и жажду разрушения.

Его мечи пели зубодробительную мелодию смерти, рассекая плоть и кости с лёгкостью, достойной лучших кузнечных изделий. Но его потребность в крови была так же велика, как и его стремление к хаосу. В ледяном смехе, эхом разносившемся по полю брани, звучала насмешка над жизнью и смертью, над всякой справедливостью. Этим смехом он воспевал каждую агонию, каждую душу, отправленную в небытие.

Небо над боем окрашивалось в багровые тона заката, словно откликаясь на безумие и разрушение, творящееся внизу. Его клинки легко насыщались кровью, воскрешая древние легенды о великих демонах. Его движения становились ещё быстрыми и разрушительными, превращая поле боя вместо легенд, которые будут пересказываться поколениями.

Но даже в этой бурной вакханалии он оставался хладнокровным стратегом. Меланос прекрасно понимал, что каждая битва – лишь часть масштабной войны. Его глаза, сверкающие яростью и радостью, искали Конрада, зная, что именно он – цель всех его усилий. Устранение Конрада ознаменовало бы полный разгром его армии и утверждение власти демонов во главе с Меланосом.

И наконец, настал момент, когда между ним и самым сильным войном этой мини армии из 500 демонов не осталось преград. Их взгляды встретились, и в этом молчаливом вызове читались все обещания смерти и разрушения. Меланос поднял свои мечи, готовясь нанести последний, решающий удар, который ознаменует конец этой ожесточенной битвы и начало новой эры тьмы и демонической власти.

Битва между ними была столь короткой, сколь Армия Конрада, несмотря на мужество и доблесть, быстро пал под точными и смертельными ударами Меланоса. Его последний вздох ознаменовал падение последней преграды на пути к полной победе.

Поле битвы погрузилось в тишину, нарушаемую лишь стонами умирающих и шелестом тревожного ветра. Меланос поднял мечи в знак победы, его глаза холодно блестели, полные решимости и ненасытного голода. Этой победой он только начинал свою славную компанию. Впереди лежала новая эпоха тьмы, управляемая непоколебимой рукой демона, чья жажда смерти и разрушения была безграничной.

Но несмотря на очевидную победу, Меланос прекрасно знал, что настоящие испытания ещё впереди. Войско Конрада было сломлено, но это лишь начало большого пути. Как только силовые линии первой битвы утихли, на горизонте постепенно начали вырисовываться новые угрозы и преграды. Придворные и шпионы демонов уже разосланы по всем уголкам земли, готовые донести весточку о победе и собрать информацию о новых потенциальных врагах. Меланос остался на поле боя ещё некоторое время, впитывая в себя энергию, созданную смертью и погромом, набираясь сил для предстоящих сражений.

Тем временем остатки армии Конрада пытались укрыться в ближайших лесах и горах, но никто не мог избежать пристального взгляда Меланоса. Каждая бежавшая душа была для него увидена, каждая тропинка их спасения была расчерчена его всевидящим взором. Его легионы, облаченные в крепкую броню и вооруженные до зубов, ринулись в преследование, не оставляя врагам ни малейшего шанса на отступление. Жестокость и методичность действий его воинов стали олицетворением новой эпохи, где милосердие не имеет места, а слабость карается смертью.

Возглавив свою армию, Меланос направил мощный взор за горизонт, где среди дымящихся руин и кровавых рек прочерчивались контуры новых территорий, ожидавших своей участи. Его стремление к власти и господству росло с каждым шагом, с каждым убитым врагом. Маги и стратеги, стоящие под его знаменами, уже готовились к созданию новых планов завоеваний, расчетливых и безупречно точных. Каждый город, каждое поселение теперь были потенциальным плацдармом на пути к глобальному господству демонов.

Притом, что его сердце было окутано тьмой и жестокостью, Меланос уже предвкушал тот момент, когда вся земля будет лежать у его ног, когда он станет неоспоримым повелителем жизни и смерти. В глазах его отражались видения будущих битв и завоеваний, где каждый новый противник будет повержен так же беспощадно, как Конрад. Эта ночь на поле брани стала кульминацией его первых шагов к величию, но впереди ещё ждала бесконечная череда войн и насилия, готовая превратить мир в царство ужаса и тьмы, подчиненное всемогущему Меланосу.

После всех этих событий, как Мейко вышла из палатки, где она собственными руками покончила с жизнью Конрада, её глаза были наполнены холодом и решимостью, которые резко контрастировали с окружающей её беспощадной темнотой. Свет факелов, мерцающий на окровавленных ножах и доспехах, словно обжигал, но Мейко шла уверенно и безмолвно. Воздух был пропитан запахом смерти, отчаяния и горящих руин, создавая гротескное полотно разрушенной надежды.

Подойдя к своим соратникам по оружию, она подняла руку, призывая к тишине. "Мы победили здесь, – начала она, её голос звучал как сталь, закаленная в пламени. – Но это лишь первый шаг. Теперь мы должны объединить силы с арахнами. Их владычество в паутине интриг и теней станет нашей опорой в предстоящих битвах".

Солдаты, уставшие, но всё ещё воодушевленные, приветствовали её слова глухим рёвом поддержания. Мейко знала, что арахны – древняя раса хитроумных и коварных воинов, – были ключевым элементом в планах Меланоса по завоеванию новых территорий. Их способность манипулировать тенями, ловить врагов в невидимые сети и внедрять шпионов во вражеские ряды была несравнимой.

Мейко, чувствуя вес своей ответственности, повернулась и начала свой путь к лесам, где находились лагеря арахнов. По мере того как она уходила, её шаги становились всё увереннее, а её намерения – всё более непоколебимыми. С каждым шагом, что удалял её от поля боя, прошлой ночью отмеченной кровавыми схватками и победами, она ощущала, как её сердце наполняется силой и решимостью.

Тем временем её воины начали собираться и готовиться к долгому маршу. Кони рыли копытами землю, тяжелые повозки с боеприпасами и продовольствием трещали под тяжестью своей ноши. Мейко знала, что впереди лежит нелёгкий путь, путь полного сюрпризов и смертельных испытаний. Она была готова встретить их лицом к лицу, ведь знала, что в союзе с арахнами у них появляется шанс претворить планы Меланоса в жизнь – создать новый мир, где страх и тьма правят безраздельно.

И пока корабли времени плыли к горизонту новых кровавых битв, Мейко, возглавляя шествие своих солдат, шла навстречу неведомому с одной лишь мыслью: война только начинается.

Меланос и Мейко ехали в молчании, утопая в мысли о предстоящем путешествии. Их путь в Гаргонию не был просто физическим перемещением – он символизировал начало нового этапа, где каждое действие, каждая мысль могли стать решающими. От

По мере приближения к границам Гаргонии, холмы и долины становились всё более зловещими. Никто не знал, что ожидало их на этом путнике, и мало кто осмеливался переходить через эти темные земли. Под небом, испещренными кровавыми облаками, они двигались вперед, полные решимости и неизведанного ужаса.

спустя несколько дней новость об убитом графе ола до короля вампиров Баала джевелана. он поверить этому не мог. как так их план что они стоили одну сотню лет сгинул.

Баал Джевелан: (взирая на бескрайние стены замка, ощущая тяжесть новостей) Лилит, неужели это правда? Граф Конрад убит? Наш план, на который мы потратили сто лет… Всё попусту.

Лилит: (подходит к мужу, лёгким касанием рук привлекая его внимание) Да, мой дорогой. Вести безжалостны. Но это не конец нашего пути. Мы сильны, и ни одна трагедия не заставит нас сломиться. Нам нужно новое решение.

Баал Джевелан: (поворачиваясь к Лилит, с болью и гневом в глазах) Лилит, как мы сможем преодолеть эту катастрофу? Гаргония была нашей ключевой целью. Всё рушится.

Лилит: (смотрит мужу прямо в глаза, её голос полон решимости) Баал, время сыграло против нас, но это не конец. Мы можем обратиться к новому плану. Демоны, наши соседи. Они потенциальная угроза и одновременно шанс на новое начало. Если мы одолеем их, мы станем ещё сильнее.

Баал Джевелан: (задумчиво, опуская тяжелый вздох) Демоны… Война с ними приведёт к потерям, но и к великой победе. Хм… Ты уверена, что это единственный путь?

Лилит: (уверенно, её глаза горят решимостью) Да, мой король. Война с демонами может стать нашим новым началом. Мы должны действовать решительно. Вспомни, что ради нашего народа, ради нашего будущего.

Баал Джевелан: (собираясь, его глаза снова полны решимости) Хорошо, Лилит. Ты права. Мы объединим нашу силу, нашу мудрость и мощь. Пусть эта война станет не только вызовом, но и возможностью для нашего триумфа. Да начнётся 200-летняя война.

Лилит: (склоняя голову в знак поддержки и верности) Я всегда рядом с тобой, Баал. Вместе мы справимся. Вместе мы победим.

Баал Джевелан: (обнимая Лилит, обоими охваченные решимостью) И пусть весь мир содрогнется от нашей силы и воли. Вперёд, к победе!

Так началась Война, что длилась 200 лет, война, что изменила судьбы вампиров и демонов навечно.

Между тем, армия Конрада, разбитая и изнуренная, пыталась скрыться в глухих лесах и холодных горных долинах. Но даже среди дикой природы не было им спасения – Меланос всего за одну ночь стал легендой, воплощением ночного кошмара, который нестерпимо преследовал каждого из уцелевших. Его демонические легионы уже начали мастерски зачистку территории, исполняя приказы своего тиранида без капли сомнения или страха.

В то время как Меланос и Мейко продвигались вперед, темнота начинала обволакивать их всё плотнее. Время казалось застыло, и на мгновение весь мир будто бы затаил дыхание перед лицом надвигающейся катастрофы.

Но вдруг, среди колючих теней леса, мелькнула фигура. Высокая и грациозная, она появилась, словно из самого воздуха. Это был Ксарук, предводитель арахнов, древний союзник, способный повергнуть в страх даже Меланоса.

"Мы ждали вас," – прошипел Ксарук, подходя ближе. Его черные, как ночь, глаза блестели в полумраке. Его изогнутые когти казались воплощением смертельной угрозы. "Что привело великого Меланоса на наши земли?"

Мейко, посмотрев за спину Меланоса, сказала: "Мы ищем союза, Ксарук. Союза, который приведёт нас к абсолютной власти. Нам нужны ваши навыки и ваша способность проникать в самое сердце врага."

"Арахны не вступают в союз просто так," – ответил Ксарук. "Что вы можете предложить нам взамен?"

Меланос, не отводя взгляд от предводителя арахнов, спокойно ответил: "Власть и могущество над территориями, которые мы завоюем вместе. Ваша паутина теней станет сетью, охватывающей весь мир. Вместе мы будем непобедимы."

Ксарук задумался на мгновение, затем кивнул. "Хорошо. Но учтите, Меланос, наша верность имеет свои границы. Мы будем следовать за вами, но если путь начнет вести ко дну, мы не замедлим обрить вас в паучью бездну."

С этими словами арахничек исчез, будто растворившись в темноте. Мейко и Меланос продолжили свой путь, зная, что теперь у них появился могущественный, но коварный союзник.

Эта ночь стала ещё одним шагом в их великом путешествии, полным загадок и смертельных угроз. И хотя впереди была неизвестность, ни один из них не чувствовал страха. Только отвага, решимость и пылающее желание изменить мир по-своему двинули их вперед.

И магическое сияние луны, игравшее на их лицах, стало предвестником неописуемой битвы. Когда они, наконец, прибыли в Гаргонию, в воздухе уже витал запах крови и стали, обещая, что это лишь начало великой эры тьмы и ужаса…

Глава 6

Сенат Гаргонии – совет старейшин, один из высших органов власти страны Горгонов. В этот критический момент они обсуждали судьбу убежавшей императрицы, когда она вошла. Была она облачена в шелковую тунику, и её золотые глаза сияли, а длинные зелёные волосы ниспадали каскадом. Рядом с ней был её спутник, Демон-Мужчина Меланос, в черной военной форме, мастерски сшитой лучшими портными из страны полу пауков полу людей.

Её имя было Мэйко Исикава. Она собралась объявить, что её жених, лорд Конрад Дарквейл из страны демонов, был убит, и теперь она выходит замуж за Меланоса, ведь это был наилучший для нее выбор, чтобы избежать нежелательного брака. И, запечатав свои слова поцелуем, Меланос и Мэйко слились в страстном поцелуе на глазах у Сената. Возмущение охватило старейшин, но они были бессильны что-либо предпринять, ведь за императрицей стояла армия.

В молчаливом зале негодование старейшин нарастало будто буря, но ни один из них не осмелился произнести ни слова. Герцог Алезар откашлялся, пытаясь привлечь внимание императрицы. Его холодный взгляд встретился с её пламенными глазами. "Мэйко Исикава, это ли тот путь, который достоин империи Гаргонии?" Его голос звучал как предвестник грозы.

Мэйко отошла от Меланоса и посмотрела на старейшин, её лицо было бесстрастным и строгим. "Я ставлю благо империи выше всего. Меланос будет верным мужем и воином на моей стороне. Вместе мы сможем защитить наш народ."

Старейшины ворчали и колебались, осознавая, что противостоять императрице, тем более, поддержанной могучим Меланосом и его армией, было бы самоубийством. Но среди них был один человек, который сохранял самую глубокую тишину – это был верховный советник Веларион. Он поднял руку, и суматоха тут же прекратилась.

"Императрица, мы готовы поддержать вас, если вы клянетесь, что ваше правление принесет Гаргонии процветание и мир," – произнес Веларион с мягкой, но непреклонной решимостью в голосе.

Мэйко кивнула: "Я приношу присягу перед вами и перед всеми нашими людьми. С этого дня, каждый мой шаг будет направлен на благо нашего народа и нашей нации."

Сенат, хоть и с тяжёлым сердцем, склонился в знак согласия. Так началась новая глава в истории Гаргонии – глава, наполненная надеждой на светлое будущее, но потаенными тенями былого и неизведанными испытаниями впереди.

Взгляды старейшин были устремлены на императрицу, и в их глазах светилась смесь сомнений и надежды. Мэйко Исикава, чувствуя на себе это напряженное внимание, сделала шаг вперед. Её голос прозвучал твердо и уверенно: "Наши враги не будут ждать. Мы должны немедленно приступить к укреплению обороны и налаживанию дипломатических связей с соседними государствами." Её слова были ясны и убедительны, и старейшины начали потихоньку склоняться на её сторону, понимая, что перед ними стоит не просто женщина, а решительная и мудрая императрица.

Меланос, всё это время молча стоявший рядом с Мэйко, сделал шаг вперед и произнес: "Моя армия готова выполнить любой приказ императрицы. Мы будем стоять за Гаргонию до последней капли крови." Его голос был как гром среди ясного неба, внушая старейшинам не только страх, но и уверенность в том, что этот военачальник готов идти до конца ради общего дела.

Рост влияния Мэйко и Меланоса в гаргонской политической арене начал ощущаться сразу. Совместными усилиями они принялись за реформы, которых так долго ждала империя. Первые же шаги показали их решимость ввести порядок и укрепить могущество Гаргонии. В деревнях начались вербовки новых солдат, и к весне гаргонская армия заметно увеличилась. В это же время начались переговоры с другими государствами, и всё больше правителей высказывали готовность поддержать молодую императрицу в её стремлении к миру и процветанию.