Великий обмен и другие мелочи

Аниме

Начинается день, и бывшего оружейного мастера, а ныне десятника на затерянном в тайге заводе боевых дирижаблей вызывают в контору. Из пришедшего по военному телеграфу сообщения ничего нельзя толком понять, но, вроде бы, добивая черно-железных чудовищ уже в их далеких землях, солдаты нашли что-то огромное, неописуемое, но на вид страшно важное. И кто-то почему-то вспомнил, что ровно такими очертаниями и штрихами полны записи бывшего оружейного мастера, которые с некоторых пор безвестно лежат в тайных архивах – вроде не уничтожишь, а и понять ничего нельзя. И надо отправляться через полконтинента – смотреть, что оно такое – огромное, неописуемое, но наверняка может пригодиться огромной стране, измученной долгой войной.

Оружейный мастер едва успевает сунуть в вещевой мешок некоторый тайный артефакт, связывающий его с прошлой жизнью и с волшебством чудаковатого мудреца. И летит вместе с главным охранником дирижабельного завода на стимпанковском летательном снаряде в покоренную землю черно-железных чудовищ – через континент, над стелющимися дымами и усталой, не очень свободной, но победившей и тем счастливой страной.

И потом бывший оружейный мастер, увенчанный для важности погонами пехотного тысяцкого и расквартированный в бывшем городском банке, в компании таких же бывших оружейных мастеров, победительных военных и дирижабельных техников разбирает, осматривает, соизмеряет с чудом сохранившимися старыми записями огромные, жуткие, снабженные враждебными темными надписями сооружения и снаряды, изрядно попорченные, впрочем, огнем из дальнобойных единорогов и греческим огнем с дирижаблей.

При этом вокруг то зримо – за углом, а то незримо – карандашным штрихом, сдвинутой и переложенной вчерашней работой присутствуют прежние творцы черно-железных монстров. Которых, конечно, победили, вбили в землю и растоптали копытами союзной пустынной конницы, но слава когда-то лучших мастеров мира за ними осталась, жаль только, что тратили они себя на черно-железных монстров. Впрочем, оружейных мастеров обычно не спрашивают.

Появляются еще и заморские союзники, которые совсем другие, не похожие на наших героев, но тоже ненавидят черно-железных из своих соображений, хотя страну их не жгли и не рвали. Тоже, по всему судя, хотят в сооружениях разобраться. И постепенно находят общий язык с их творцами – им легче, язык у них, в общем, один. В результате железные монстры остаются оружейному мастеру и его товарищам – замолчавшие, тайн не раскрывающие, ставшие еще менее понятными, когда одним утром прежние их творцы вдруг пропадают, не оставив записки.

Впрочем, углами, очертаниями, цветом и запахом монструозные груды металла и бакелита постепенно начинают как-то соотноситься с артефактом чудаковатого мудреца, который таскает оружейный мастер в потертом – счастливом – портфеле из свиной кожи. И вообще – мастера начинают понимать, что так или иначе сталкивались с похожими – такими же, поменьше – штуками. И что, когда черно-железных победили в прошлой, незапамятной войне, они смогли, на вид смирившись, спрятать от победителей мастерские, где в голоде, железном порядке и энтузиазме построили свои тайные сооружения, сотрясавшие мир, если дернуть за специальное бронзовое кольцо в секретной комнате в сердце всего зиккурата.

Естественно, бронзовое кольцо и все остальное (включая специально оборудованный командирский паровоз) везут в победившую страну, потому что мир не стал спокойнее, и нужно защищаться. Где на фоне заслуженных почестей и строительства Оборонилища оружейного мастера и его товарищей, на тот момент выросших и тоже увенчанных, начинают посещать сны и мысли о том, что если не за бронзовое кольцо Оборонилище дергать, а прилагать к нему усилия иной природы, будет оно способствовать улучшению мира, а не его сотрясанию. Про это было и в обретенных старых книгах чудаковатого мудреца, и в лубочных картинках других чудаков мирного времени, и в замыслах разных других оружейных мастеров и военных телеграфистов, победивших в Последней войне. К Оборонилищу пристраивают дощатую пристройку, и она в результате срабатывает.

Нужна специальная анимешная креативность, чтобы понять, как именно срабатывает, чтобы не завершить вполне себе приземленный, в дыму и железе, стимпанковский сюжет какой-нибудь не понятной неяпонцам аллюзией. Но, в общем, в первом приближении можно сказать, что оно делает «бип-бип-бип», который слышен и заморским союзникам (бывшим), и прежним творцам железных монстров, на всех заводов военных дирижаблей и дальнобойных единорогов и во всех стойбищах союзной пустынной кавалерии, разбросанных по широтам и меридианам этого странного, анимешного, ни на что не похожего мира.

Великий обмен

Он отвечал за Великий обмен.

Нельзя же быть такими бестолковыми. Зачем, ну зачем было собирать, копировать, снабжать пахнущими химией пластиковыми переплетами все важные знания. Зал, заполненный бумагой. Кто сегодня так делает? Есть же технические средства. Все поместится в карман. На крохотную, блестящую ради важности момента защитным металлом штучку.

Ее и передадим тем, с кем многие годы учились обмениваться фразами в диалоге.

Вот. Вот всё.

Что это? Зачем?

Это Знания. Как договаривались. Мы понимаем, что вы дадите взамен.

Зачем нам предмет? Собирая это, вы изменили мировые линии. У нас все уже есть.