Шаги в темноте

   Это история, которая произошла со мной в детстве. Очень странно ее пересказывать вот так, учитывая, что в последние разы, когда я вспоминала те события или рассказывала о них, все возвращалось бумерангом в мою жизнь. Наверное, мне хочется наконец покончить с этим. Возможно, положив это на бумагу, я смогу наконец смириться с прошлым.

   Мои родители переехали в новый дом. Раньше мы жили рядом с морем, в открытом белом доме с мансардой и толпой кошек, сбегавшейся на запах свежей рыбы, выложенной моряками на деревенском рынке после удачной утренней ловли. Я до сих пор скучаю по солнцу и морю, по теплому песку, который обволакивал мои ноги на пляже, по соленому запаху воздуха, тяжелому от жары и соли.

   Мне было, наверное, 13-14 лет, когда мы вернулись в родной город. Там не было ни моря, ни дружелюбных кошек, ни белёсого домика. Была квартира на пятом этаже, темная, с серыми бетонными стенами, без света и без дверей. Когда я первый раз зашла туда с отцом – я боялась заблудиться, все стены казались одинаковыми. Я словно оказалась в коробке, в Кносском лабиринте, и если я зайду за угол, я больше не найду выхода, и меня съест огромное чудище. В старом доме у меня не было как таковой собственной комнаты, и это было единственное, что радовало меня при переезде.

   Скажу сразу, что все, что происходило со мной и моей семьей в этой квартире – не плод моей бурной фантазии, и не проявление какой-то психической болезни. В моей семье все женщины рождаются с некоторой повышенной чувствительностью к паранормальному. И к сожалению, видимо, мне досталась короткая спичка в этой жизни. Все, конечно же, зависит от места. В доме у берега почти не было ничего странного. Наверное, потому что этот кусочек мира не был настолько залит кровью прошедших войн, возможно, потому что рядом была намоленная церковь, возможно, духи просто боятся жары и солнца. Но в новой квартире это было не так, и мое убеждение, что они не смогут никак физически меня потревожить, скоро опроверглось.

   Ремонт занял достаточно много времени, почти три года, пока я наконец не смогла сама спать в своей комнате. До этого мы с семьей спали в одной комнате вповалку и мне было не настолько страшно. Я спала спокойно тогда.

   Все началось достаточно безобидно. Чаще всего я видела их под вечер, когда солнце уже заходило. Не важно, полночь была или нет. Но, видимо, такие вещи действительно не любят солнца. К сожалению, я больше их не вижу. Они были самые приятные из всех сущностей, что я видела. Нежно-голубые светящиеся формы, заполняющие всю комнату. Они медленно плавали в воздухе, словно небесные созвездия, не обращая на меня никакого внимания. Глядя на них, мне хотелось проводить с ними как можно больше времени, их присутствие успокаивало и радовало.

   Но не все были такими “доброжелательными”. Появились другие существа, и я вскоре стала бояться ночи и того, что приходит с ней. Хотя они меня и не трогали, их интерес ко мне пугал. Они знали, что я их вижу, и старались общаться, как могли. Часто они приходили ночью, когда я лежала в кровати. Я тогда спала со включенным светом (думаю, вы понимаете, почему) и могла хорошенько их разглядеть. Некоторые напоминали по форме садовых гномов, маленьких, в пестрых штанах и рубашках, в маленьких шапочках и с бородами. Их глаза были почти человеческие, и в них горело любопытство. Некоторые напоминали тех светящихся существ, что наполняли пространство моей комнаты, но их тело было вытянуто, как тростник, голова была похожа на растянутый бублик с одним отверстием, словно перевернутый набок глаз, черный и без белка. Будучи очень впечатлительным ребенком, я пугалась, хотя они ничего плохого не делали, и я начинала кричать, пыталась отбиться, но мои кулаки проходили через их полупрозрачные тела. А как бы вы отреагировали, если бы проснулись, а над вашим плечом сидит какое-то существо, внимательно рассматривающее вас? Будучи ребенком, я их очень боялась.

   Один раз я проснулась и поняла, что одно из существ подошло совсем близко и тянется своей худой рукой ко мне, а я тянусь к нему. Я была уверена в тот момент, что оно пытается утянуть меня с собой. Тогда я была убеждена, что если бы я дотронулась до него пальцем, оно бы показало мне свой мир, но я боялась, что не вернусь в свой после этого. В тот раз мне удалось отвернуться, закутаться в одеяло и погрузиться снова в сон.

   Это длилось несколько лет, пока я более-менее не привыкла к визитам наших соседей. Я была не одна, кто это замечал. Моя мама тоже видела некоторые вещи, но не так часто. Но все это было мелочью по сравнению с тем, что произошло лично со мной.

   Чем старше я становилась, тем чаще появлялись все более темные тени, сущности. В какой-то момент моя мама пригласила священника, чтобы он освятил квартиру, мы наставили в каждой комнате икон. Это не помогло.

   Со временем я стала ощущать, что кто-то появился в квартире. Не те обычные сущности, что уже с нами сосуществовали. В этот раз это словно был человек. И он становился все более явным.

   Началось все с шагов. Моя мама обычно носит много цепей с крестами и амулетами, и когда она ходит, то звучит очень специфическое звяканье. Я же всегда была совой и долго не могла заснуть ночью. Именно тогда я стала слышать шаги. Они шли от комнаты моей матери до моей комнаты. Иногда это были просто шаги, иногда я слышала именно то специфическое звяканье и думала, что идет мама. Но когда я смотрела на косяк двери, там никого не было. Шаги доходили только до моей двери, достаточно громко, но потом была тишина. Кто-то словно повторял это звяканье.

   Впервые я заметила его, когда ночью вышла на кухню попить воды. Я шла по коридору и увидела, что кто-то зашел за угол. Это было настолько явно, что я была уверена – это вышла мама, проверить, что заперта входная дверь. Я окликнула ее, но ответа не было, а когда я заглянула за угол, там было пусто. Но опять же, это было настолько явным, что можно было подумать, будто кто-то проник в дом. Я тихо обошла все комнаты, но никого не нашла, кроме родителей, которые спокойно спали в своих кроватях. Это был явно какой-то дух или сущность из тех, что я обычно видела.

   Второй раз это произошло, когда я была в ванной. Я готовилась ко сну, только что вышла из душа, родители уже легли. Ручка двери стала медленно поворачиваться. В нашей семье обычно стучат. Ручку кто-то стал сильно дергать, все яростней и яростней, а я могла заставить себя только ждать, пока это закончится. Утром мне родители сказали, что никто не вставал и не пытался попасть в ванну.

   Третий раз случился, когда я лежала в кровати и не могла заснуть. Тогда у меня была привычка либо читать, либо слушать музыку перед сном, и я засыпала только к часу-двум ночи. В тот раз я просто лежала с открытыми глазами, ворочаясь в кровати, и думала о всяких мелочах, о каких подросток думает в том возрасте. В комнате было достаточно темно, из окон лился мягко лунный свет. Когда я бросила взгляд на дверь, там начали проявляться очертания человека. Он подходил все ближе и ближе ко мне, словно медленно плыл по воздуху. Верхняя часть его тела принимала грубые очертания, лицо его было пепельного цвета, искаженное и неестественное, глаза его были широко открыты – он смотрел на меня словно безумный. Перекошенная улыбка, стекающая вниз по подбородку, словно таяла. Это был мужчина, но он не был живым, и не совсем человеком. Его лицо навсегда въелось мне в память, я никогда не смогу забыть этот дикий взгляд и то, как он наслаждался моим страхом. Я чувствовала, как он радовался моему страху, радовался, что я его вижу. Он подошел совсем близко, и я не смогла ничего сделать, я даже не смогла закричать. Сейчас я бы спрыгнула с кровати и побежала из квартиры, но тогда я почему-то решила, что отвернуться и притвориться, что его нет – лучшая идея. Ведь в прошлый раз подействовало. И мне повезло, что на сей раз это тоже сработало. Я не уверена, почему, – то ли от страха потеряла сознание, то ли настолько привыкла к ужасам ночи, – но отключилась я почти сразу.

   После этой ночи я видела его очень часто – в виде темной тени он ходил по дому. Даже днем я чувствовала его постоянное присутствие, чувствовала, как он наслаждается моим страхом, как он следует за мной из комнаты в комнату, смотрит на меня, следит, ждет.

   Мы снова вызывали священников освятить квартиру, не помню, сколько раз, но опять ничего не изменилось. Мама освящала квартиру каждый вечер – с молитвами, травами, звонами в колокольчики и жжением свечей. Я человек достаточно верующий, но сколько бы я ни молилась, сколько бы мама ни читала надо мной молитв – кошмары не уходили, эти темные сгустки энергии, черные зловещие твари, приходящие ночью, не хотели уходить. И конечно же, Он не уходил. Я засыпала с тенью, нависшей надо мной, засыпала, видя Его силуэт, парящий над кроватью, манящий к себе и пугающий.

   Каждую ночь мне стали сниться кошмары. Добрые светящиеся существа ушли, я их больше не видела. Я стала видеть только темные сгустки, принимающие различные формы.

   То время для меня в принципе было не самым лучшим. Новая школа, новый класс. Я была выскочкой, новенькой, не понимающей, чего от меня хотят и ждут. И дети в школе могут быть очень жестоки. Когда ты переезжаешь в другой город – сперва появляется интерес, потом некоторое непонимание, а потом ненависть. Добавьте еще неуравновешенную психику подростков шестых-седьмых классов, немного первой любви, попытки дружить с людьми, которые считают вас изгоем, некоторые разговоры, что ваша семья слегка необычная, и попытки сказать, что ты видишь то, чего не видят другие, – и получится моя жизнь в новой школе. Все это только способствовало постоянным кошмарам и видениям, а мои родители ничем не могли мне помочь.

   В то время газеты пестрели объявлениями: “Гадалка и ясновидящая Эфанагея. Глубокие знания, дошедшие из глубины веков, и необыкновенный дар, который передавался по наследству, дает воистину достоверные предсказания. Поможет решить проблемы, достичь цели. Отгоняет порчу, проклятия.”

   Не зная, как помочь дочери, мама в отчаянии повела меня к такой ясновидящей. Холодной снежной зимой мы ехали туда через бесконечное множество пересадок и наконец добрались до длинного пятиэтажного сталинского дома. Я помню лишь серость – серое небо, серые дома, серые стены, лестницуу без перил, старый сломанный лифт в металлической клетке. Нам пришлось идти на 4-й этаж пешком. Мама, отец и я. Мама постучала в дверь. Нам открыла какая-то девушка, посмотрела на нас и сказала ждать за дверью. Мы ждали, наверное, минут 10-15, пока дверь снова не открылась и из нее не высунулась дряхлая старуха. Я не помню ее лица, помню только, что она была очень зла, отчитала моих родителей – почему они пришли такой толпой? – и отказалась нас принимать. Тогда я думала, что она права, но теперь, спустя 20 лет, я понимаю, что она просто была мошенницей. В итоге мы решили больше не искать помощи в подобных объявлениях.

   После стольких истязаний души, после того, как мы с мамой видели столько пугающих вещей в квартире – мы все равно не могли переехать. Последние деньги были потрачены на покупку этой квартиры, для нас это был новый старт, возможность наконец начать жить и обустраивать семейное гнездо, каким бы оно ни было. И даже если бы мы захотели переехать – какой смысл? Мы бы наткнулись на такие же проблемы. Видения не были чем-то странным в нашей семье, они просто были данностью. А то, что я была более восприимчива – ну и что? Они же не могли нас тронуть, могли только напугать. И мы верили, что, возможно, видения пройдут со временем.

   К сожалению, моя мама не много знала об этих сущностях, а мне безумно хотелось научиться. Научиться понимать их, ведь больше всего боишься того, чего не знаешь. Мне хотелось учиться – но учителя не было. я была одна.

   Его следующее появление стало самым страшным опытом в моей жизни. Я опишу вам то, что помню лично я, а также то, что рассказали мне утром родители. Я спала под звуки музыки, надев наушники, чтобы не слышать того, что говорили мне стены. Мы, как я уже говорила, жили на пятом этаже. Ночью я встала с единственной мыслью, что мне нужно что-то проверить. То, что мне нужно было проверить – это возможность вылезти из окна. Я помню, как достаточно уверенно в полумраке я шла в комнату родителей. Каким-то чудом мать проснулась. Кажется, она что-то спрашивала, и я ей отвечала, после чего пыталась добраться до окна, но она меня сдерживала. Я вырвалась от нее и побежала в другую комнату, где меня догнал отец, проснувшийся от криков, и схватил меня. Он говорил потом, что меня было почти невозможно сдержать, что я была слишком сильной, билась как сумасшедшая, вырывалась, а глаза у меня были стеклянные, закатанные вверх. После того, как он смог меня удержать, я упала в обморок. Утром пара ногтей на руках у меня была сломана, и я чувствовала безумную усталость. После этого случая Он долго не приходил ко мне.

   Прошло, наверное, два или три года. Со временем я просто смирилась с тем, что вижу, что вокруг меня живут много сущностей, и я была очень рада, что больше не видела Его. И даже воспоминания стерлись. Что-то, что я смотрела и исследовала, напомнило об этих событиях. Я всегда пыталась понять, что со мной происходило и что именно я видела, и наконец я нашла то, что возможно описывало эту сущность. Их называли лемур (lemure) или, если более точно, – лярва (larvae): души умерших злых людей, потерявших последние частицы человечности, которые питаются страхом и несчастьями живых. Я думаю, Он не был простым привидением. Привидений мама много видела в своей юности, и они обычно не трогали людей. Позже я узнала, что на месте нашего дома раньше находились деревня и древнее капище. А через дорогу были старые кладбища, которые просто сравняли с землей, чтобы поставить детскую площадку рядом с новостройками. Мне кажется, ничего хорошего не стоит ожидать в таких случаях.

   Часто говорят – не кликай лихо, пока спит тихо. Я думала, надеялась, что больше никогда не встречу такую сущность. Я рассказала о своем открытии маме и предположила, что тогда я была слишком молодой и слабой, чтобы противостоять ему, и именно поэтому он выбрал меня и питался моим страхом.

   И в тот же день ночью Он пришел снова. Я резко проснулась, словно заранее зная, что Он здесь. Его силуэт стоял в косяке двери, я не видела его лица, но знала, что Он улыбался все той же страшной, отвратительной, нечеловеческой улыбкой. Я дико закричала, включила торшер и стала трясти им, пытаясь отогнать его. В комнату вбежала мама, развеяв собой его тень. Спустя несколько мгновений я смогла успокоиться. Мой локоть был в крови. Рядом с кроватью никогда не было острых предметов или гвоздей, торшер тоже не имел никаких острых выступов. Но глубокий порез был на моем правом локте. Шрам до сих пор виден, через 20 лет после того дня. Словно напоминание. Предостережение, что если я заговорю о нем, вспомню о нем – он придет снова. До сих пор я чувствую, что он не уходит, а ждет момента. Я научилась очищать дом окуриванием трав и различными молитвами и заговорами, которые на некоторое время отгоняют темные тени. Также большой черный кот, которого я недавно завела, помогает мне не так бояться. По крайней мере, они не настолько навязчивы, когда он находится рядом со мной. Мелкие темные существа до сих пор приходят навестить меня, и каждый раз, как я их вижу, я вспоминаю о Нем и смотрю на шрам на локте. Я знаю, что Он может вернуться в любой момент. Я знаю, что они не оставят меня, что я никогда не буду одна.