Когда падëт небо

– Не шевелись сказала! – Повторила я, уже громче.

Но тот оттолкнул меня. Он пнул меня своим ботинком прямо в грудь, и я сжалась. Удар хоть и был очень болезненным, но это не помешало мне встать на ноги. Он тоже успел восстановиться, и стоял с заряженным луком в руках. Я подняла руки, и сказала:

– Ты этого не сделаешь!

Мне нечем крыть, признаю. Но это еще не проигрыш, верно? Хотя…

Стрела полетела прямо в мою сторону. Я метнулась к пистолету. Но стрела все равно доставала середины меня. Когда я упала прямо к пистолету, то зажмурилась, но… не почувствовала боли. Через мгновение я открыла глаза.

Парень стоял на коленях, спиной ко мне. Его белые громадные крылья прикрывали всю меня. Это был Эйден. Он стоял неподвижно.

– Стреляй! – Крикнул ангел.

Я выглядываю из-за его крыла, а после раздаётся выстрел, а за ним ещё парочку, но мой был первый. Незнакомец тут же спустил свою мантию, а после из его спины начали вырисовываться такие же громадные красные крылья, как у ангела, только это был далеко не ангел…

Я сразу вспомнила бессмертного, что пожирал труп около обрыва в лесу. Это был он, точно он! Тот бессмертный уже не волновал меня, ведь он скрылся. Мое внимание завоевал Эйден. С его плеча торчала стрела. Зрелище не из приятных.

– Эйден… – дрожащим голосом произнесла я.

Он слабо улыбнулся, а после спросил:

– Ты цела?

Генерал и Нолан подбежали к нам. Мужчины тут же взяли бессмертного под руки. Он слегка поморщился от этого жеста.

– Ему больно! – Кричу я, и мужчины оборачиваются. – Не трогайте его руки.

– Выньте эту стрелу, мужики. – Требует бессмертный.

– Не вынимайте. Он потеряет больше крови! – Перебиваю парня я.

Эйдена принесли в поместье. Генерал дал приказ никому не расходиться. Все должны были спать в гостиной, в спальных мешках.

– Это неразумно. – Отвечает Мелисса.

– Это более чем разумно. Так мы будем в безопасности. – Отвечает ей сестра.

– И в каком месте безопасно? Думаете убийца кто-то из нас самих же?

Мелина закатила глаза. Увидев раненого бессмертного, женщина дала приказ:

– Отвезите его на кухню, а там приведите в порядок. Сохраните ему жизнь.

После этого женщина подошла ко мне.

– Спасибо, Селин, что спасла мне и моему мужу жизнь.

Я натянула улыбку, а после убежала за врачом и Эйденом. Все таки пернатый спас меня, а я даже не помогу ему? Я так то медсестрой работала в армии, и более чем умею лечить людей, да и бессмертных тоже. По крайней мере с последним буду верить в это.

Я стояла в дверной проёме, и наблюдала за тем, как доктор разглядывая стрелу в бессмертном.

– Оцениваешь хорошо, а теперь достань её, прошу. – Рычит парень

Врач потянулся к стреле, как вдруг я сказала:

– Не вытаскивайте её. Предмет может пломбировать повреждённые сосуды, и при извлечении начнется сильное кровотечение. Дополнительно вы можете повредить нервы и кости. Ещё вы можете пустить туда инфекцию.

Врач взглянул на меня, и сказал:

– А чего сама себе брюхо тогда не зашила? Сможешь его вылечить?

– Смогу. – Отвечаю я, и улыбаюсь.

Врач покидает кухню, а я присаживаюсь около ангела. На нём разорвали его чёрный свитер. К слову, без верха ему идет гораздо лучше. Я замечала очерченные кубики пресса. Он был таким красивым, только вот стрела…

– Долго любоваться будешь? – Посмеялся он. – Ты ещё пьяна? Мне начинать переживать?

– Я сейчас эту стрелу ещё глубже воткну, если не закончатся твои тупые шутки. – Фыркнула я, а после слабо улыбнулась. Все таки я переживала за него. – Почему ты спас меня? Зачем? Зачем пожертвовал собой? Я того не стою, поверь.

– Захотелось сделать что-то непредсказуемое. – Он улыбнулся мне, и я взяла его за руку.

– Ты мог погибнуть. Не стоило так рисковать ради…

– Это уже случилось, – Отвечает парень. – и я рад, что ты цела. А ты что здесь делаешь?

– Пришла вернуть долг. Теперь буду спасать твою задницу.

Я коснулась края стрелы ладонью. В прикосновении не было спешки, а была обещанная забота. Когда я вынула стрелу, это не было рывком – скорее долгожданным вздохом. Звук был таким, будто из комнаты ушло тяжёлое дыхание. Кровь – не буйная, а теплая и живительная – проблеснула в лунном свете, и ангел сжал зубы не от боли, а от неожиданного смятения: человек трогал его, и это было в новинку.

Перевязка превратилась в медленный ритуал. Я аккуратно кручу бинт, оставляя совсем лёгкие прикосновения, чтобы успокоить его. Каждое движение – вера в то, что можно привести в порядок не только плоть, но и дух. Я прижимала ткань с той лаской, с какой укрывают горящую лампу, чтобы не забыть пламя надежды.

Парень слегка вздрагивал от резкой боли, на что я брала его за руку другой рукой, и приговаривала:

– Тише, я рядом.

Такие же слова я слышала и от него. Они успокаивали меня, и я была уверена, что успокоят и его. Это и вправду было так.

Когда работа была сделала, я не отстранилась – провела ладонью по его светлым волосам, будто проверяя, целый ли те редкие человеческие нити, что остались в его душе после перерождения. Между нами повисла тишина: теплая и густая. В этой тишине зародилось то, что нельзя назвать иначе, как нежность.

– А меня вылечишь? – Смеется Феликс, проходя на кухню.

Он держался за второй бок. И где этот придурок пропадал? Почему я не видела его, когда нас собирали в гостиной?

– Я не помогаю. – Отвечаю я.

– Разве? Врач сказал, что ты решила занять его место. К тому же, я знаю, что ты еще та медсестра.

Он ухмыльнулся, а после облизал губы. Мне стало очень некомфортно от такого жеста. Это было мерзко и глупо, и выглядело очень пошло. Не с Феликсом, нет.

– Я не могу, – говорю я. – я очень устала. Не могу лечить людей на пустую голову.

Я зову врача. Тот все таки решается помочь Феликсу. Эйден остаётся лежать в койке. Он хотел встать, но я требовала постельного режима.

– Спокойной ночи.

– Уже утро.

После его слов я слабо улыбнулась, а после вернулась в гостиную. Мне было не по себе. Голова все еще гудела, а в ушах звенела сирена. Я хотела сосредоточиться на ситуации, и задумалась о том, кто может являться убийцей. Но голова была забита другим.

Многие уже спали, поэтому я решила выйти на свежий, холодный воздух. Небо по прежнему было тёмное. Где-то вдалеке красовался рассвет. Дул сильный ветер. Двери просто вышибало из-за ветра. Я тут же поспешила вернуться в поместье.

– Генерал, – я начинаю будить мужчину. – генерал. С погодой что-то не то. Нам точно не стоит обратить внимание?

– Не жужжи, – фыркнула Ася. – у нас так каждый день.

Вдруг я услышала громкие хруст, а после треск. Мне хватило секунды, чтобы перевести свой взгляд на лестничную клетку. Там было небольшое окошко. На нём я увидела трещины. Мгновение, и стекло выбивается из оконной рамы. Внутрь здания летит снег и ветер.

Остальные испугались звука. Они забежали на кухню, и достали оружие. Генерал тоже напрягся. Когда в здание рванула метель.

– Нужно заколотить окно досками. – Кричу я генералу, на что тот отвечает:

– Нужно заколотить хоть чем то!

– Доски в подвале! – Говорит Фред, а после бежит в подвал. – Сейчас вернусь!

– Небо! – Кричать Санни, а после смотрит в окно с кухни. – Смотрите!

Небо залилось алой краской. Его будто проживали кровью. Никакого серверной сияния, как принято, а этот кромешный ужас.

– Держите! – Кричит Фред, и кидает нам доски.

Вместо меня доски ловит Нолан. Он сказал:

– Оставайся здесь.

Я остаюсь на месте, и наблюдаю одним глазом за происходящим, а другим за остальной частью отряда. Вдруг с улицы я услышала истошные крики и визги.

– Это отродья! – Кричит Ася, а после генерал и Нолан замечают в оконной раме лапу мутанта.

– Мать вашу! – Фыркнул кудрявый. – Прочь отсюда!

Он ударил молотком по лапе отродья, и тот взвизгнул. Генерал держал доски, а Нолан забивал гвозди. Холод и ветер не исчез, но зато все было перекрыто.

Вдруг двери в поместье распахнулись. Там стояли пятеро заражённых. Они без раздумий побежали на генерала и Нолана. Те быстро достали пушки, и начали стрелять. Асия размахивала мечом, а Эмма стреляла из лука

Когда на Нолана чуть не напал со спины зараженный, я выстрелила в него.

– Беги! – Кричу я.

Вдруг я почувствовала резкий прилив холода. Я чувствовала душу позади себя. Вдруг я вижу спину ангела. Эйден…

Но в нём что-то изменилось. Он будто не был таким, каким был прежде. Бессмертный притягивал холод. Подойдя к последнему, он свернул мутанту голову голыми руками. Я услышала шепот ветра. Когда Эйден обернулся, то я увидела, что его крылья стали больше в размерах, а радужки глаз из голубого цвета перелились в красный цвет. Я видела, как по его щекам текли слезы.

– Эйден, нет! – Кричит генерал.

На лестнице стояло сразу несколько отродий. В поместье было слишком много развалин, через которые мутанты смогли пройти без особых усилий.

– Эйден!

Бессмертный полетел за отродьями, которые улетели от него. Уже на третьем этаже они начали бойню. Я побежала туда с Зейном, Ноланом, Эммой, Ником и Асей. Мы все были вооружены.

– Он не справится со всеми! – Крикнул нам генерал.

Он стоял с остальными с противоположного мне угла. Я стояла одна. Мы не знали, что делать. Зейн никак не мог прицелиться. Отродья вместе с Эйденом перемещались слишком быстро и резко.

– Он в ярости. Ему больно.

Даже на расстоянии пяти метров я все равно слышала шепот генерала.

Ему больно…

Я увидела, как ангела повалило отродье. Бессмертный старался закрыть лицо и грудь. Ему больно…

– Нет! – Крикнула я, а после выстрелила в отродье ровно три раза.

Мутант упал на спину, рядом с ангелом. Я подбежала еще чуть ближе, а когда отродье потянулось своей лапой к Эйдену, то я выстрелила еще раз.

– Офелия! Нет!

Я слышу голос генерала, и оборачиваются назад. Все пятеро сделали из меня цель. Повернувшись обратно убедилась, что целью являлась вовсе не я. Передо мной стоял мутант, отродье. Нездоровые фиолетово-красные вены обтягивали его кости. Он схватил меня за шею, а после слегка приподнял вверх. Раздался выстрел, а потом еще один. Отродье не падало, а стояло на месте, и пыталось душить меня.

– Пусти… – цедила я сквозь зубы, зная, что он меня не понимает.

Я пыталась бить ему ногой в грудь, но все безуспешно. Я разумно рассчитывала свои силы, ища его слабые места. Мне было непонятно, почему он держит меня, и не реагирует на пулевые атаки.

– Он же её сейчас задушит! – Кричала Эмма, и пыталась целиться в голову отродья, но все безуспешно.

Вдруг я почувствовала движение. Отродье отвело лапу, держащую меня, назад, а после замахнулось, и отбросило в стену.

– Офелия! – Это последнее, что я услышала.

После этого, лёжа, без сознания, я слышала истошно крики отродий, ужасающие крики ребят из отряда. Вдруг я чувствую, как склизкие лапы касаются меня, а после поднимают.

– Они её забирают! – Кричит кто-то, но я уже не особо разбираю голоса.

Через мгновение я чувствую, как взлетаю на воздух с тяжёлой адской душой.

– Нет!

– Отпусти её!

Я слышала выстрелы, пули были в сантиметрах от моего тела, но душа все равно не останавливалась. Я чувствую, как что-то взрывается рядом со мной. И внезапно я лечу вниз, но через миг…

Я оказываюсь в чьих-то руках. Руки были холодные. Я чувствовала холодок, что пробежал по моей спине. Это не конец… нет…

После чего я упала на снег, вместе с ледяной душой…

Я не могу… нет… не могу оставить это…

Это не закончится так… нет… не сегодня…

Я слышала шепот ветра,

Он был густым, и ощущался как звон в ушах.

Я ведь не специально.

Я просто хотела спасти его…

Также, как он спас меня…