Иная: Перст судьбы

– Это не самая приятная история, – начала женщина, мельком поглядывая на Кору. – Идёмте, выпьем чаю, и я вам её расскажу.

Придя в просторный зал, дамы степенно выждали нужный момент для начала. Ида не выглядела раздосадованной тем фактом, что посторонние узнают что-то столь личное.

Если, конечно, это не общеизвестно.

– Мы с сестрой с детства знали, с кем свяжем свои жизни в будущем. Нас обручили в один год, когда мне было пять, а Ирине – девять. Вильям был старше неё на четыре года. Тогда он казался нам таким… взрослым. Мой жених жил в Эссексе. Я виделась с ним лишь пару раз, и он запомнился мне очень худым и болезненным человек. Когда Ирине исполнилось восемнадцать, они с Вильямом поженились. Помню, как она была на седьмом небе от счастья. У них родился Итан, и всё, казалось, должно было быть хорошо…

Ида отставила кружечку в сторону и ласково улыбнулась дочери. Ада перевела внимание на Кору и заметила скопившиеся в её глазах слёзы. Трудно было сказать, что впечатлило её так сильно, ведь она хорошо знала историю своей семьи.

– Итану было полгода, когда заболела Ирина. Пневмония быстро высосала из неё все жизненные силы. В этот же месяц, от болезни скончался и мой жених. Тогда мы и не думали, чтобы сразу же обручить меня снова. Я переехала сюда и ухаживала за Итаном.

– Ох, Ида…

– Четыре года я воспитывала его как родного сына. Не представляла жизни без него и… Вильяма. Любовь к этому мужчине тогда казалась мне чем-то греховным и неправильным. Словно я украла у Ирины ту жизнь, которая должна была принадлежать ей.

– Так распорядилась судьба, – зачем-то проговорила Джулия. – Ты не была в этом повинна.

– Тогда я этого не понимала. Со временем оно пришло… И к Вильяму тоже. Мы поженились, несмотря на протесты моих родителей. Это было трудно: без их разрешения в церкви не хотели нас венчать. Но всё обошлось.

Некоторое время они молчали. Каждая обдумывала ситуацию по-своему. Ада, поджав губы, плавно перешла к размышлениям о жизни в целом.

Смерть может прийти неожиданно. Даже в тот момент, когда человек только познал своё счастье. С одной стороны, это ещё более трагично – он не успел насладиться им в полной мере… Но разве со счастьем бывает иначе? Разве им можно напиться? Надышаться? Сказать: «Всё, с меня довольно, хватит» ?.. С другой стороны, есть те, кто умирает, так и не познав ничего. Вообще ничего…

Девушка еле заметно дёрнула головой, стараясь выбросить из неё все мысли. Этот жест заметила только маленькая Агата и непонимающе посмотрела на сестру. Та в ответ сильнее прижала её к себе, соприкоснувшись виском к виску. Она не представляла себе жизни без сестёр. Случиться могло всё что угодно, но даже мысль о том, что их может не стать, пугала. Конечно, их отношения с Евой были далеко не эталоном сестринской любви. Иногда девушке хотелось собственноручно задушить рыжую язву, но кто через это не проходил?

Мужчины приехали прямиком к обеду – чем-то очень довольные и ужасно голодные. У Оливеров была уютная столовая, и в этот раз, не сидя между мужчинами, Ада наконец смогла нормально поесть. Итан сидел наискосок и почти не смотрел на неё. Разве что по необходимости. Теперь зная чуть больше о его жизни, она окончательно отказалась от идеи мучить его. На самом-то деле Ада уже давно осознала, что не станет этого делать. Вся неприязнь, которую она так старательно копила, окончательно рассыпалась. Вернее, от неё остались лишь микроскопические крошки. Молодой человек вовсе не был ужасным творением Божьим. Более того, Ада вдруг поняла, что испытывает к нему человеческую симпатию, и это её смутило. Ею овладела и другая симпатия – не похожая на симпатию к Итану. В ней присутствовала значительная доля интереса.

После обеда Ида, как бы невзначай предложила:

– Итан, Кора, покажите девочкам лужайку. Прогуляйтесь.

Агата мгновенно оживилась, звучно спрыгивая со стула. За ней без лишних вопросов встали все остальные. На небе ярко светило солнце, приятно согревая кожу. Ада подставила своё лицо свету, довольно окунаясь в теплоту летнего дня. Перед особняком у Оливеров раскинулся большой и роскошный сад с идеально подстриженными кустарниками, зелёными газонами и сложными узорами из живой изгороди. Зато за домом, вдоль зарослей деревьев, шёл невысокий деревянный забор с такой же калиточкой, закрытой маленьким крючком. Итан галантно придержал её, пропуская всех дам вперёд. Первой по усеянной мелким гравием садовой дорожке прошла Агата. За ней, стараясь показать всю свою независимость от старшей сестры, пробежала Ева и схватила младшую за руку. Кора мягко улыбнулась брату и поравнялась с впереди идущими.

Аде больше ничего не оставалось, кроме как идти рядом с молодым человеком. Окружающие с обеих сторон деревья отбрасывали густую тень. Впереди уже виднелась та самая лужайка, и девочки, под предводительством самой младшей, значительно ускорили шаг. Преодолев оставшееся расстояние, они вышли к усеянной цветами поляне. Она находилась на небольшом склоне, и в самом низу бежал небольшой, мелкий ручей с кристально прозрачной водой.

Ада напряглась, услышав журчание. Панику удалось скрыть, и, наконец, зацепившись глазами за полоску воды внизу, от сердца мгновенно отлегло. Нечто подобное страха не внушало. Агата, Ева и Кора принялись собирать цветы, старательно следя за тем, куда лучше не наступать, чтобы не придавить какой-нибудь одинокий цветочек. Девушка хотела последовать их примеру, но осталась стоять на месте, составляя компанию Итану. Молодой человек прочистил горло, неловко переступив с ноги на ногу.

Ему неловко, мне тоже. Видимо, так и будем стоять, пока сёстры не закончат.

– Какая чудесная сегодня погода, не правда ли?

Готовая рассмеяться в голос, Ада подавила приступ смеха, но вот улыбку сдержать не сумела. Ничего оригинальнее она и сама бы не придумала.

– Чудесная, – согласилась она. – После затяжных дождей, особенно.

– Не любишь дождь?

– Люблю… Очень люблю.

Девушка оценила его переход на «ты». Так общаться действительно было проще. Немного помолчав, она несмело добавила:

– Мы ведь оба знаем, почему нас отправили погулять?

Итан перевёл на девушку заинтересованный, немного удивлённый взгляд и кивнул.

– Я полагаю, нужно этим воспользоваться. Стоит… обсудить ситуацию, раз есть такая возможность.

– И что ты думаешь насчёт… Брака?

Молодой человек с готовностью ответил:

– Брак – это серьёзно. Я не задумывался о нём, пока отец не сказал, что нашёл мне невесту.

– Так и сказал, что невесту?! – испуганно воскликнула Ада.

– Тебя это так пугает?

– Это стирает любую, даже самую прозрачную видимость личного решения.

– Не волнуйся… В тот момент я тоже напрягся, но никто не поведёт нас силком в церковь уже завтра.

– Я бы поспорила. Моя мама очень способная.

– Как и моя. Но разговор не об этом. Ты считаешь себя готовой к браку?

Решив не бросаться иронией, которую так не любит слышать Джулия из уст дочери, Ада ответила как можно более искренне и серьёзно:

– Не готова. От мысли, что придётся справить помолвку, по коже мурашки бегут. Даже если пожениться можно и через несколько лет.

Итан понимающе кивнул и улыбнулся, подставив лицо солнцу.

– У меня схожие чувства. Мурашки, конечно, не бегут, но всё же.

– Как бы это не устроило мою маму.

– Джулия настроена решительно?

– Очень.

– А отец?

– Сделает так, как хочет мама. Да и… ты знаешь причину, по которой мы перебрались сюда. Этот союз выгоден обеим нашим семьям. Не думаю, что наше мнение кого-то интересует.

– Мы можем подождать год.

– До чего?

– До момента, когда придётся принимать решение. Год может многое решить.

Идея тут же нашла отклик в сердцах обоих. Ада тихо, с опаской спросила:

– А родители?

– А что им останется? В конце концов, они не такие деспотичные, какими могли бы быть. Я поговорю со своим отцом, а он поговорит с твоими родителями. Или хочешь поговорить с ними сама?

– Нет-нет, пусть это лучше сделает сэр Вильям.

Её губы окрасила яркая и искренняя улыбка. В душе затрепетали тысячи бабочек. Хотелось обнять Итана в знак благодарности, но получилось себя сдержать.

Он делает это и для себя.

– Значит, союзники? – спросила Ада, протягивая ему мизинец.

Итан недолго думая, сцепил их мизинцы и довольно рассмеялся.

– Хорошо… Союзники.