Сильванаар. Ковчег для избранных. Книга 1

Это было почему-то даже обиднее.

Потирая макушку, я неловко вывалилась из повозки, инстинктивно ожидая, что хоть кто-то подаст руку. Но чуда не случилось. Рейндал стоял в сторонке, скрестив руки на груди, с выражением легкой скуки на лице.

Я огляделась и замерла. Площадь перед дворцом была полна эльфов, и все они смотрели на меня. Но это был не просто взгляд на незнакомца. Это было откровенное, нескрываемое любопытство, смешанное с… восхищением? Их взгляды скользили по моим чертам, задерживаясь на острых кончиках ушей, словно видя в них что-то необычное. Словно мы и не похожи вовсе. Хотя уши-то у меня теперь вроде как такие же, как у них. Но что-то в моем облике заставляло их замирать и перешептываться, будто перед ними стояло какое-то экзотическое диковинное существо, а не очередная забредшая в их мир «дикарка».

– Вы говорили, что в этом месяце уже три девушки попали к вам? – спросила я, стараясь звучать безразлично.

– Так точно, – отчеканил Рейндал, будто докладывая по уставу.

Так точно, – мысленно передразнила я его, скривив губы.

– И где же они сейчас?

– Слишком много вопросов, – резко парировал он, повернувшись ко мне всем корпусом и снова скрестив руки на груди. Его взгляд стал тяжёлым, пытаясь сломить моё любопытство.

Я лишь пожала плечами, не отводя глаз, и демонстративно сложила руки точно так же, зеркаля его закрытую позу. Мол, попробуй теперь отмахнуться.

На его губе дрогнула тень улыбки – то ли досады, то ли уважения к моей наглости.

– Идём, – бросил он коротко и, развернувшись, пошёл прочь, через плечо бросив: – Принц ждёт.

Заходя в огромные двустворчатые двери цвета топлёного молока, украшенные переливающимися на солнце изумрудами, мы вошли в просторный холл. Воздух внутри был прохладным и пах свежесрезанными цветами и старым деревом.

Я невольно подняла голову вверх и замерла. Потолок был не просто высоким – он был расписан фреской невероятной красоты. На ней был изображен их город – Сильванаар, но каким-то волшебным, идеализированным образом. Башни казались еще выше и изящнее, сады ещё более цветущими, а по серебристым рекам плыли лодки с фонарями, свет которых, казалось, действительно мерцал благодаря искусной игре красок и падающего из окон света. Это был не просто рисунок, это была история, застывшая над головой.

На мгновение я забыла, куда и зачем иду, полностью поглощенная созерцанием этого шедевра.

Продолжая идти, я разглядывала просторный коридор, который вытекал в ещё более грандиозное помещение – тронный зал. На возвышении, в конце зала, на троне сидел, как я поняла, тот самый принц.

Подойдя ближе, я смогла лучше разглядеть его. Трон был выточен из дерева цвета тёмного шоколада и украшен сложнейшей резьбой. Деревянные узоры по его контуру не просто украшали спинку. Они взмывали вверх, как живые, переплетаясь между собой подобным лианам и цепляясь за ближайшие колонны, создавая ощущение, что трон и дворец – единый живой организм.

А на этом фоне сидел он. Принц. Его поза была идеально неподвижной, словно и вправду восковая фигура. Глубокого, тёплого оттенка смуглая кожа невероятно сильно контрастировала с ослепительно-белыми, коротко остриженными волосами и холодными, льдисто-голубыми глазами, в которых не читалось ни единой эмоции. Он был прекрасен и пугающе безжизненен.

– Добро пожаловать в Сильванаар, – раздался тёплый, бархатный голос, наполняющий зал подобно мелодии.

Принц поднялся с трона, и его движение было исполнено изящной, ненапряжённой силы. Его улыбка была не просто вежливой – она была искренней и лучистой, достигая до уголков его холодных глаз и на мгновение делая их тёплыми.

– Мы так рады видеть тебя здесь. Лес привёл к нам редкий и прекрасный цветок, – он сделал несколько шагов навстречу. – И мы рады, что ты приняла облик Сильванаара. Он тебе к лицу.

Его слова прозвучали так естественно и сердечно, что на мгновение я забыла о странности ситуации. Казалось, он действительно был счастлив меня видеть. Но где-то на периферии сознания я поймала на себе взгляд Рейндала. Он стоял чуть поодаль, скрестив руки, и на его лице застыла та же привычная, немного насмешливая ухмылка. И почему-то именно этот взгляд заставил меня смутиться сильнее, чем вся королевская любезность.

– Цветочек мой, – его голос прозвучал как ласковое прикосновение. – Позволь узнать твоё имя.

Я перевела взгляд на Рейндала и ехидно усмехнулась, прежде чем ответить принцу.

– Джейд Вэнс, – отрезала я, бросив вызывной взгляд Рейндалу и сразу же вернула его принцу.

Принц мягко улыбнулся, но всё внимание было приковано к молчаливому эльфу. Рейндал не просто поднял бровь – его взгляд вспыхнул, будто я бросила ему перчатку. Он медленно, с едва заметным вызовом, окинул меня взглядом с ног до головы.

– Джейд, – произнёс принц, задумчиво покачав головой. – Слишком твёрдое имя для такого хрупкого цветка. Оно не отражает твоей истинной сути. – Он сделал паузу, и в зале повисла тишина. – Позволь мне дать тебе новое имя, под которым тебя будет знать Сильванаар. Отныне ты будешь – Джейра – нежная, но несломленная утренняя роса.

Я замерла, чувствуя на себе тяжёлый взгляд Рейндала у себя за спиной.

– Простите, – сказала я твёрдо. – Но моё имя – Джейд. И, прежде чем принимать новые имена, я хочу понять, что происходит и как я оказалась здесь.

– Дорогая, – промурлыкал принц, и в его голосе зазвучало снисходительное терпение. – Я понимаю твоё замешательство, но позволь всё прояснить.

Я бросила короткий взгляд на Рейндала. Он стоял, нахмурившись, скрестив руки на груди. Его стойка была напряжённой, ноги расставлены как у воина, готового к бою.

– Видишь ли, – начал принц, медленно обходя меня вокруг, как хищник, высматривающий добычу. – Много зим назад я отправил своих посланников в ваш мир. Мы пришли с миром, с открытым сердцем, желая разделить мудрость и магию наших народов.

Он остановился передо мной, и его голос стал холоднее.

– Но ваши сородичи встретили нас насмешками. Они назвали нас сказкой, плодом больного воображения. Наши дары были отвергнуты, наши слова – осмеяны. – Принц с лёгкой усмешкой провёл рукой по резному узору на ближайшей колонне. – Человечество предпочло слепоту чуду. И тогда, – его глаза вспыхнули, – мы оставили вам… испытание. Тысячи камней, подобных тому, что ты нашла. Они были раскиданы по всему вашему миру. Но лишь те, чьё сердце осталось чистым вопреки цинизму мира, и те, кто упрямо отрицал саму возможность чуда, могли активировать их. Это был не акт мести, – он мягко улыбнулся, – а урок. Попытка образумить человечество, заставив его увидеть то, во что оно отказывалось верить.

Я молчала, пытаясь осмыслить услышанное. Камень в кармане внезапно показался невыносимо тяжёлым.

– И что же, – прошептала я, – все, кто нашёл эти камни…

– Попали сюда, – закончил за меня принц. – Как и ты, Джейд.

– Но зачем вам это? – выдохнула я, всё ещё не в силах осознать услышанное. – Зачем вам быть увиденными нами? Для чего? Вы не боитесь войны?

– Войны? – рассмеялся принц, и от того, как он переспросил, уши мои покраснели до самых кончиков. – Милая Джейд, попасть в наш мир без ключа – того самого камня – невозможно. А те, кого выбирает камень… – его взгляд стал пронзительным, – они не способны на насилие. Чистое сердце не может принести вред этому месту.

– Я не понимаю, – прошептала я, чувствуя, как почва уходит из-под ног. Всё, во что я верила, рушилось.

– Ты поймёшь всё в своё время, – сказал принц, изящно возвращаясь на свой трон. – Рейндал покажет тебе твои покои, цветочек мой.

Рейндал шагнул ко мне так близко, что его плечо почти коснулось моего. Его высокая фигура заслонила свет из высокого окна, окутав меня в лёгкую тень.

– Подождите, – я резко вытянула руку в сторону трона, не желая так просто сдаваться. – Здесь же есть другие девушки? Те, что попали сюда до меня?

Принц повернул голову, его белые волосы мягко колыхнулись.

– Да, – подтвердил он просто, без всякого выражения.

– Я могу их увидеть? – в моём голосе прозвучала надежда, которую я сама же испугалась.

– Конечно, – легко согласился он, словно я попросила передать солонку за ужином. И тут же, как ни в чём небывало, развернулся к ожидавшему его советнику, продолжив прерванную беседу.

Я облегчённо выдохнула. Слишком всё просто.

– Идём, дикарка, – произнёс Рейндал прямо у моего уха. В его низком голосе снова зазвучала знакомая ехидная нотка.

Я резко развернулась к нему, подняв подбородок.

– Ты же слышал моё имя, Рей.

– Рейндал, – он произнёс своё имя сквозь зубы, но на его губах играла всё та же надменная улыбка.

– Ладно, – фыркнула я, делая шаг к выходу, давая понять, что жду, когда он поведёт. – А для тебя я так и останусь дикаркой. Не хочу, чтобы твой ядовитый рот портил моё имя.

Мы шли по длинному широкому коридору, увешанному замысловатыми картинами, изображавшими лесные чащи и сияющие города. Рейндал шёл чуть впереди, его тяжёлый, уверенный шаг отдавался эхом по пустому пространству. От него исходила такая ощутимая сила и мощь, что я на миг задумалась, а правильно ли поступаю, кидая в него свои колкие шуточки.

Он остановился перед высокими дубовыми дверями, украшенными резными виноградными лозами.

– Твои новые апартаменты, – произнёс он, распахивая створки.

Моё дыхание застряло в горле. Это была не комната. Это был просторный, светлый зал под сводчатым потолком, с которого свисали изящные светильники, похожие на соцветия светящихся лунных цветов. Стены были цвета слоновой кости, а по ним вились живые ветви с нежными серебристыми листьями, источающими лёгкий цветочный аромат.

Вдоль стен стояли несколько изящных кроватей с балдахинами из струящегося шёлка, каждая отделена ширмами для уединения. В центре комнаты располагалась зона для отдыха с низкими диванами и пуфами, уставленными мягкими подушками. В углу я заметила небольшой фонтанчик, из которого струилась чистая вода, и даже невысокие деревца в кадках, усыпанные крошечными сияющими плодами.

– Здесь вы будете жить… пока, – голос Рейндала вернул меня к реальности. Он стоял на пороге, внимательно наблюдая за моей реакцией. – Всё необходимое есть. Остальные… обитательницы сейчас в саду.

Я медленно вошла внутрь, ощущая под ногами мягкий пушистый ковёр. Комната была прекрасна, но в её идеальной красоте сквозило что-то тревожное. Это было похоже на роскошную клетку. Дверь за мной с тихим щелчком закрылась, и я осталась одна посреди незнакомой роскоши. Но одиночество длилось недолго. Из-за полуоткрытой двери в соседнюю комнату послышался сдержанный смех, и на пороге появились три девушки. Они были одеты в струящиеся лёгкие платья цвета утренней зари и серебристого мха – явно местные наряды. И, конечно, у каждой были те самые изящные заострённые уши.

Первой бросилась в глаза рыжая. Её волосы были цвета осеннего заката, собранные в небрежную косу, из которой выбивались живописные пряди. Её глаза, зелёные, как майская листва, светились безудержным любопытством. За ней шли две блондинки. Одна – высокая и статная, с волосами цвета спелой пшеницы, заплетёнными в сложную корону. Её голубые глаза смотрели на меня с лёгкой снисходительной улыбочкой. Вторая – поменьше ростом, с пепельно-белыми локонами и большими, чуть наивными серыми глазами, в которых читался неподдельный восторг.

– Новая! Наконец-то! – прощебетала рыжая, первая, подбегая ко мне и хватая за руки. Её пальцы были тёплыми и живыми.

– Мы уже думали, тебя Рейндал в подземелье упрятал, а не к нам привёл, – с лёгким смешком сказала высокая блондинка, ободряюще подмигивая.

– Оставь её, Илэйн, дай отдышаться, – мягко упрекнула её та, что с пепельными волосами, и повернулась ко мне. – Не пугайся, пожалуйста. Я Лира, это Илэйн, – она кивнула на высокую блондинку, – а это Фрея, – указала на рыжую, которая уже вовсю меня рассматривала. – Мы так рады тебе! Говори, откуда ты? Как попала? Что там, снаружи, сейчас происходит?

Они обступили меня, их лица светились искренней радостью и любопытством. В их глазах не было и тени той настороженности или высокомерия, которые я видела у других эльфов. Они выглядели… счастливыми.

– Я Джейд… То есть Джейра теперь, кажется… – я выдохнула и опустила голову.

– Джейра, – мягко повторила Лира, и в её голосе звучала искренняя теплота. – Мы так тебе рады.

– Да, – подхватила Илэйн, её голубые глаза оглядели меня с ног до головы. – Ты такая красивая, хвала Элариэлю!

– Тебе нужно принять душ и переодеться, – практично сказала Фрея, уже аккуратно беря меня под локоть и мягко уводя в сторону арки, за которой виднелась просторная душевая. – Не торопись, насладись горячей водой. А потом переоденешься в прелестный наряд. – Она хихикнула, лукаво подмигнула и выпорхнула обратно к подругам.

Я осталась посреди роскошной ванной комнаты. Стены из полированного перламутрового камня, медные трубы, из которых тонкими струйками уже бежала вода, наполняя воздух паром и ароматом полевых цветов. Я ущипнула себя за руку.

– Ауч! Ну что за чёрт? Когда я уже проснусь?

Горячие потоки воды обволакивали кожу, смывая пыль и страх из леса. Я стояла мокрая с головы до пят под тропическим ливнем их душа. Мысли путались. Интересно, кто у кого позаимствовал технологии? – промелькнуло в голове абсурдное предположение, пока я разглядывала идеально отполированные смесители, похожие на соцветия. Может, не мы изобрели всё это первыми? Может, наши миры когда-то были гораздо ближе?

Закутавшись в махровое полотенце, я осторожно ступала по тёплому каменному полу, выходя к девочкам. Они сидели на одной из кроватей, что-то оживлённо обсуждая и весело хихикая. Я успела услышать обрывки фразы: «…А Рейндал, ты видала? Снял свою куртку и нырнул в озеро…» – восхищённо говорила Илэйн.

Заметив меня, они тут же вскочили и, словно стайка разноцветных птичек, счастливо окружили меня.

– О, смотри, какая красотка! – воскликнула Фрея, хватая меня за руку.

– Теперь нужно подобрать тебе что-то особенное! – подхватила Лира, и все они повели меня в гардеробную.

Комната оказалась огромной. Сотни нарядов висели на стенах и лежали на полках – лёгкие, струящиеся, расшитые цветами и серебряными нитями. Воздух пах сандалом и сушёными травами.

– Вот это платье! – Илэйн достала нежно-лиловое одеяние с кружевными рукавами.

– А это! – Лира показала салатовое, с вышитыми на вороте ягодами.

Наряды были прекрасны, но мысль надеть любое из этих воздушных творений вызывала у меня тихий ужас. Мне было не по себе от всей этой лёгкости и открытости.

– Спасибо, они чудесны, но… – я замялась, чувствуя себя неловко. – У вас есть что-нибудь… с брюками? Мне бы хотелось чувствовать себя удобнее.

Девушки переглянулись с лёгким удивлением, но их лица тут же озарились новыми идеями.

– Конечно! – воскликнула Фрея и провела рукой по дальней стеллажу. – У нас есть кое-что из практичного шёлка!

Она достала комплект, от которого у меня перехватило дыхание. Широкие брюки-клёш из плотного тёмно-синего шёлка, переливающегося, как ночное небо. Они были мягкими и, как я сразу поняла, невероятно удобными. А к ним – длинный топ с рукавами-крыльями из воздушного чёрного шифона. Он плотно облегал грудь, расшитый серебряными звёздами, но спина оставалась открытой, лишь прикрытой лёгкой, струящейся тканью, сквозь которую соблазнительно угадывались контуры тела.

– Это… идеально, – выдохнула я, уже представляя, как это сидит.

Девушки радостно захлопали в ладоши.

– Мы знали! – сказала Лира. – В этом ты будешь выглядеть как воительница из древних легенд!

Послышался сдержанный, но настойчивый стук в дверь, и за ней раздался низкий, узнаваемый голос Рейндала:

– Джейра, принц просит тебя явиться к нему.

– О нет, мы даже не успели сделать ей прическу! – в панике прошептала Лира, хватая расческу с ближайшего столика.

– Успокойся, – мягко остановила ее Фрея, внимательно посмотрев на меня. – Ты только посмотри на ее волосы. Они и так шикарны.

Мои длинные черные волосы, еще влажные после душа, тяжелыми волнами спадали на плечи, слегка кудрявясь на концах и поблескивая в свете светильников.

– Она права, – подтвердила Илэйн, с одобрением кивнув. – Влажные, они выглядят даже лучше… дико и свободно. Ему это понравится.

Она многозначительно подмигнула мне, и все трое, с веселым смехом, мягко, но настойчиво вытолкнули меня из гардеробной в основную комнату.

На пороге, прислонившись к косяку, стоял Рейндал. Увидев меня, он медленно выпрямился. Его темно-карие глаза скользнули по новому наряду – от широких темно-синих шелковых брюк, почти скрывавших туфли, до почти прозрачного топа, обрисовывающего силуэт. Но затем его взгляд поднялся выше и задержался на моих распущенных влажных волосах. Он будто изучал каждую прядь, каждый изгиб.

Наконец его взгляд встретился с моим. Он впился в мои зеленые глаза, и в этой тишине между нами повисло невысказанное напряжение. Он смотрел на секунду, другую дольше, чем того требовала простая вежливость. Казалось, он что-то искал в моем взгляде или, наоборот, пытался что-то скрыть в своем.

– Идем, – наконец произнес он, и его голос прозвучал чуть глубже и тише, чем обычно. Он резко развернулся и не удостоверившись, что я последую за ним, зашагал вперед.

Я догнала его, поравнявшись. Его лицо было напряжённым, желваки на скулах слегка ходили.

– Что-то случилось? – спросила я, пытаясь поймать его взгляд.

– Нет, – он слегка наклонил голову ко мне, не сбавляя шага. – Просто принц хочет видеть тебя.

– Зачем?

– Потому что он принц и ему положено просто захотеть, – его голос прозвучал плоско, без эмоций.

– Зачем? – не отставала я, чувствуя, как нарастает раздражение где-то глубоко в его молчании.

Тогда Рейндал резко остановился, а я по инерции пролетела несколько шагов вперед. Обернувшись, увидела, как он с неприкрытым недовольством смотрит на меня. Потом он закатил глаза, провёл рукой по затянутым в низкий хвост тёмным волосам и поднял голову к потолку, явно восстанавливая самообладание.

– Послушай, дикарка…

– А, уже дикарка, – я скрестила руки на груди. – Минуту назад я, кажется, была Джейра.

– Я же не буду называть тебя дикарка перед твоими новыми подружками, – он сделал шаг ко мне, и пространство между нами внезапно сузилось.

– Странно, что могло тебя остановить унизить меня снова? – не отступала я, чувствуя, как учащается пульс.

– Унизить? – прошипел он, и в его глазах вспыхнул настоящий огонь. – Я что, унижаю тебя?

– То есть «дикарка» – это не унижение? – парировала я, поднимая подбородок.

Он слегка наклонился ко мне, и его голос прозвучал тихо, почти интимно:

– Не знаю… По-моему, это даже очень… сексуально.

– Что? – я поперхнулась собственной слюной и закашлялась, отступая на шаг. Кровь ударила в лицо.

– Ты задаёшь слишком много вопросов, – продолжил Рейндал, снова устремляясь вперёд, будто ничего не произошло.

Я шла за ним, пятясь спиной вперёд и не сводя с него взгляда, сверля его глазами.

– Ты ведёшь себя как ребёнок! – съязвил он, мотая головой.

– А ты, – улыбнулась я, – ведёшь себя как зануда! – сказала я и, запнувшись о собственную ногу, конечно же, полетела вниз.

Мир опрокинулся, но вместо ожидаемого удара о холодный камень меня резко дёрнуло вверх. Сильная рука обхватила мою талию, остановив падение. Я оказалась в полуметре от пола, лицом к лицу с Рейндалом. Он держал меня легко, почти без усилий, но его пальцы впились в мой бок сквозь тонкую ткань топа. Его тёмные глаза были всего в сантиметре от моих, дыхание спёрло. Я чувствовала тепло его кожи и лёгкий запах дождя и металла. Он сглотнул, и его горло дрогнуло. На мгновение в его взгляде промелькнуло что-то неуловимое – не то удивление, не то досада. А потом его пальцы разжались, и он просто отпустил меня. Я грузно приземлилась на пол, ударившись локтем.

– Смотри под ноги, дикарка, – бросил он через плечо, уже уходя.

Я сидела на холодном каменном полу, поджав ноги и потирая ушибленный локоть. Боль пульсировала горячей волной, но это было ничто по сравнению с жжением на щеках от унижения.

Он шёл вперёд тем же мерным, уверенным шагом, не обернувшись ни разу. Его прямая спина и равнодушный затылок говорили красноречивее любых слов: он уже забыл о моём существовании.

Я сжала зубы так, что заныли скулы, и с трудом поднялась на ноги, всё ещё растирая больную руку. Пыль серебристого камня испачкала новенькие тёмно-синие шелковые брюки. Я смахнула её с раздражением и, выпрямив плечи, двинулась вслед за его удаляющейся фигурой. Каждый мой шаг отдавался в раскалённом сознании чётким обещанием: Я ещё припомню тебе это, Рейндал.

Возле массивных дверей тронного зала я остановилась рядом с Рейндалом. Его лицо было каменной маской, но нервно дрогнувший кадык выдавал внутреннее напряжение. Когда двери начали бесшумно открываться, его рука на мгновение непроизвольно сжалась в кулак, а взгляд, острый и быстрый, скользнул по моей фигуре в новом наряде. В его темных глазах мелькнуло что-то стремительное и нечитаемое – возможно, досада, возможно, что-то еще, но он тут же отвел глаза, снова став невозмутимым стражем у входа.

Прежде чем я успела что-то язвительно заметить, я увидела принца. Он стоял у большого окна, залитого закатным светом двух солнц. Увидев меня, он повернулся, и его лицо озарилось тёплой, искренней улыбкой, которая заставила мою собственную натянутость немного растаять.

– Джейра, – произнёс он, и его голос прозвучал как мягкий шёлк после колючего бархата Рейндала.

– Я рад, что ты пришла. Надеюсь, покои тебе понравились и девушки не слишком докучают?

– Нет, они… очень милы, – немного сбитая с толку таким приёмом, я выдавила ответ.

– Прекрасно. Прошу, пройдём со мной, – он легким движением руки указал на небольшую дверь в стороне от тронного зала. – Я приказал приготовить нам ужин в зимнем саду. Надеюсь, ты не против разделить его со мной? Мне бы очень хотелось познакомиться с тобой поближе.

Он повёл меня по светлой галерее, увешанной живыми цветами, в то время как Рейндал остался стоять у входа, его тёмная фигура резко контрастировала с ярким убранством дворца.

Стол в зимнем саду был невелик и уютен, уставлен яствами, которые пахли незнакомыми, но дразняще вкусными специями. Принц пододвинул мне стул с естественной галантностью, которой мне так не хватало в общении с Рейндалом.

– Расскажи мне о себе, Джейра, – начал он, наполняя мой бокал напитком, переливающимся как жидкое серебро. – Каким был твой мир? Чем ты жила? Что приносило тебе радость?

Его вопросы не были допросом. В них сквозило неподдельное, глубокое любопытство. Он внимательно слушал мои сбивчивые рассказы о археологических раскопках, пыльных библиотеках и одиночестве в большом городе, кивая и задавая уточняющие вопросы. Он смеялся над моими неуклюжими историями и сочувственно хмурил брови, когда я невольно касалась чего-то болезненного.

– А твои родители? Они беспокоятся о тебе? – спросил он мягко.

Я покачала головой, глотая комок в горле.

– Их нет уже много лет.

На его лице появилась тень искренней печали.

– Прости меня. Это должно быть очень тяжело – остаться одной в таком мире.

Затем он откинулся на спинку стула.

– А теперь, я чувствую, твой черед. Ты вся горишь от вопросов. Спрашивай, Джейра. Я буду откровенен с тобой, насколько это возможно.

– Вы… вы один правите здесь? – спросила я, вспоминая его титул.

– О, нет, – он мягко улыбнулся. – Со мной правят мои родители – король и королева. Сейчас они в отъезде – посещают наши дальние провинции, чтобы лично убедиться, что все наши подданные живут в мире и достатке. Управление целым королевством – это большая ответственность, и они всегда стараются быть ближе к народу. Я же остался здесь, чтобы поддерживать порядок в столице.

В его словах не было и тени высокомерия, только спокойное достоинство и глубокая любовь к своей семье и королевству.

– А Рейндал? – не удержалась я. – Он кто для вас?

Принц задумался на мгновение.

– Рейндал… – он произнёс это имя с лёгкой усмешкой. – Он мой лучший друг с детства и капитан королевской гвардии. Надёжный, как скала, и верный, как сталь. Его методы могут казаться… грубоватыми, – он многозначительно взглянул на меня, – но его сердце на правильном месте. Он просто не всегда умеет его показывать.

Он отпил из своего бокала, его взгляд стал задумчивым.

– Знаешь, Джейра, этот мир может казаться тебе странным и пугающим. Но здесь ценят искренность, смелость и доброту. И я уже вижу эти качества в тебе.

Его слова, его внимание, его готовность говорить на равных – всё это создавало вокруг него ореол не просто правителя, а человека, глубокого и понимающего.

Принц внимательно слушал мой рассказ о попытке откопать древнюю амфору, которая оказалась всего-навсего разукрашенным горшком для кактуса моего профессора. Он смеялся – не тихим, вежливым смешком, а искренне, от души. Его глаза искрились.