Принцип «Земля»

А параллельным временем в университете Санкь шестнадцатой линии в лаборатории Листана настроениями жонглировал полный хаос. Весь штат лаборатории был поднят на уши. Листану пришлось даже обратиться к преферу университета за помощью.

Префер, имилот Дебль, направил к Листану несколько десятков студентов со словами, что Листан всегда может рассчитывать на его помощь. Лишняя практика студентам еще никогда не лишним поводом, свалить с обычных занятий. А в данном случае это не просто надуманные практические занятия по учебнику, но практика на реальном проекте, который может как раз сейчас накрыться неудачей или в скором времени закончиться промышленным внедрением.

Имилот Дебль, однако, заметил Листану, что случившаяся неконтролируемая утечка из области носителя – это целиком результат его личной безответственности. Если носитель не удастся стабилизировать и эксперимент провалится, то этот случай останется неприятной страницей в репутации всего университета Санкь. Второй попытки университет ему не сможет предоставить. И продолжить уже можно будет только под крылом глобатиатов, если удастся с ними договориться.

Когда все закончится, Дебль просил Листана навестить себя с объяснениями.

Слетевшихся студентов в лаборатории Листана равномерно размазали по всем трем уровням вокруг носителя. Их задача состояла в том, чтобы наблюдать за возмущениями в носителе и, предсказывая точки наложения возмущений, создавать компенсирующие возмущения, не допуская таки образом резонансов.

– Сектор нактоно-шесть, направление 34-леано-8, завихрение станто, – то и дело раздавалось с различными вариациями значений с разных уровней.

– Компенсируем по прехилу 18-вечи, – отзывались в ответ.

Часть команды лаборатории многозадачно вычисляла параметры компенсирующих возмущений, в соответствии с которыми действовали студенты. Друга часть команды спешно латала носитель и готовилась к восстановлению в нем оптимального давления.

Вскоре стало очевидно, что далее носитель восстановится сам. Листан, как и обещал, отправился к имилоту Деблю.

– А, вот и виновник тишины во втором корпусе университета, – сказал Дебль, увидев Листана. – Все имилоты возмущены срывом учебного процесса, мой друг.

– Это, несомненно, имилот Дебль, потеря! И даже утрата! – с легким ехидством ответил Листан. – Мне рассказывали, что Вы даже радовались, когда мы просили Вас перенести лекцию.

– Нет, вы посмотрите на него! Он еще позволяет себе язвить! Каков! – засмеялся Дебль. – Ну, если честно, то мне тоже кажется, что имилотов в большей степени возмутило, что ты никого из них не попросил о помощи, нежели отсутствие студентов. Ну, да это все риторика. Мне же хотелось бы услышать факты. Найдется ли у тебя парочка таковых?

– Несомненно!

– Кто бы сомневался. Это же Листан! Ну, слушаю.

– Носитель все-таки у нас достаточно старый, по современным меркам. Еще четырнадцать обиоров назад нужно было установить новую стабилизирующую мембрану. Прежняя практически уже полностью истощилась и испарилась.

– А какого типа была мембрана? – все еще сохраняя строгость тона, уточнил Дебль.

– Уже давно везде используют чистые мембраны, – пояснил Листан, – которые рассчитаны на определенный срок, после которого истощаются и испаряются. Когда мы меняли мембрану у себя в последний раз, мы тоже установили такую. Она и так прослужила дольше положенного.

– А где новая мембрана? Почему до сих пор не установили. Наверняка даже не запланировали. Я же говорю, что это твоя безответственность.

– Не буду спорить, но уточню. Проблемы с поставками. Мембраны изготавливают на дальних линиях, почти синхронных с нами. А мы сейчас на противоположных сторонах от Асаны. Поставщик не имеет возможности доставить их сюда.

– Я бы поверил в это пару тысяч сиклонов назад! Но теперь?! – с недоумением произнес Дебль. – Не могут доставить!

– Имилот традиционно прав, – учтиво ответил Листан. – Но, увы, это так. Во-вторых, мы уже не могли далее откладывать эксперимент с пробным присоединением другого носителя. И вот имеем, что имеем. Возможностей стабилизации не хватило.

– Студенты-то хорошо справились с подмогой? – Деблю на самом деле было интересно, что этот, Дебль никогда не скрывал своего мнения, способный с торчащими из головы в разные стороны идеями индивид, может думать о других студентах.

– Просто молодцы! Все четко, без лишних вопросов, но с пониманием дела. Даже молодежь! Всех уже отпустил.

– Ты мог бы держать их до конца асана.

– Ну, асан уже практически закончился. Все светлее и светлее. Я тоже сегодня сильно устал. Не совсем понятно, почему, – сыронизировал Листан. – Но сегодня у меня будет возможность хорошо отдохнуть. Лечу на вторую линию. У нас с ними сейчас разница больше, чем в четверть конжона. Так что отдохну, заряжусь, и полный энергии пойду на переговоры. Планируем объединить наши носители!

– Аа… Так они согласились? – Дебль, казалось, просто проснулся при этой смене темы.

– Пока однозначно нет. Но, разговаривая, легче убедить или как минимум заинтересовать, чем высылая удаленные проформы. А уж если заинтересуем, то там и убеждать не придется.

– Да я думаю, что они должны быть заинтересованы в этом не меньше нашего, – предположил Дебль.

– Возможно, только для них это пока еще немного преждевременно.

– Тогда зачем мы так торопились? Рисковали с тестированием присоединения носителя при старых стабилизирующих мембранах?

– Для них преждевременно, а для нас, как бы не упустить удобный момент. Наш принцип уже на пороге открытия границ носителя.

– Понятно, – покачал головой Дебль.

– Вот как раз на встрече и договоримся о сроках. Чтобы и им не рано, и нам не поздно. Так же хотелось бы предварительно сопоставить принципы. Хочу обсудить возможность изъятия представителей. Посмотрим на малых носителях.

6

– В задницу этих депутатов, – кричал шеф в трубку своей секретарше. – Пришел он! Разбираться! Депутатский запрос! Почтальоны, б! – негодовал он. – У меня есть свои депутаты. А еще генералы и прокуроры!

– Какие почтальоны? – не уловив нити рассуждений шефа, сдержанно спросила, Виолетта.

– Да никакие! Депутаты эти почтальоны! Все до единого, кто приходил со своими запросами, на самом деле хотели только одного. Получить чистый, но не совсем пустой конвертик. Когда он звонил?

– Два дня назад. Я вам говорила о его звонке.

– А сегодня он чего звонит?

– Сегодня он не звонит. Он ждет в приемной, когда вы его примете.

– Так он здесь? – одновременно удивился и возмутился шеф. Но времени злиться на секретаршу, что она не предупредила его несколько раз, не было. Он начал быстро продумывать последующие шаги. – Он меня слышит?

– Конечно, нет.

– Сколько у тебя сейчас в сейфе? Стоп. Скинь мне в личку. Пригласи этого урода ко мне.

*

В кабинет к шефу вошла известная публичная личность.

«Да, Виолетта говорила, что он звонил. Я упустил этот факт из вида, – думал Ян Константинович, присматриваясь к гостю. – Этого фраера я точно где-то видел».

– Проходите, прошу Вас. Присаживайтесь, – пригласил Ян гостя, указывая рукой на кресло у своего стола. – Минутку.

Он взял трубку и вызвал Виолетту:

– Виолетта, не забудь, пожалуйста, подготовить срочные документы. И сделай нам два кофе, будь добра.

– Кофе или, может, чай? – обратился Ян к гостю.

Тот кивнул «Кофе».

Виолетта знала, что имеет в виду шеф под срочными документами. И даже знала, что они ему понадобятся. Поэтому сразу после звонка депутата обратилась к юристам и безопасникам за сведениями и подготовила все для шефа. Сейчас она мигом отправила их шефу по электронной почте, зная, что он будет беседовать и одновременно изучать досье гостя. Кофе тоже уже ждал, когда его разольют по чашкам. Но Виолетта, не спеша, поставила кофейник на поднос и вошла в кабинет шефа.

– А вот и кофе. Так быстро! – изображая полнейшее расположение духа, сказал Ян Виолетте. – Большое спасибо, Виолетта, – продолжил шеф, когда она, словно находясь в клубе любителей кофе, наполнила чашки.

– Сахар, сливки? – обратилась она к гостю.

– Сливки и без сахара, если не сложно, – глубоко вежливо, но по-деловому ответил тот.

Виолетта взяла кувшинчик со сливками с подноса и тоненькой струйкой стала вводить их в кофе. Все ее движения теперь были очень спокойными. Она давала шефу время успеть посмотреть документы. При этом главное было не допустить неудобной тишины, поэтому Виолетта изредка вмешивалась предложениями и легкими побрякиваниями посуды, как бы мешая шефу вести беседу.

– Наша компания всегда охотно участвует в общественных и благотворительных мероприятиях, – поддерживая разговор, продолжил Ян, лишь ненадолго бросая взгляд на собеседника.

– Рекомендую добавить в кофе корицу, – продолжила свою миссию Виолетта. – Отменный вкус. Пробовали уже? Может, попробуете?

Гость согласился. Виолетта взяла стручок корицы и небольшой нож, стала строгать пряность.

– Еще полминутки и кофе будет готов, – сказала она гостю, отложив все в сторону.

– Благодарю, – ответил тот.

Шеф кивнул Виолетте в знак того, что она может идти. Она уложила все лишнее на маленький подносик, стоявший на большом, забрала его и удалилась.

– Так чем бы мы могли помочь Вам в этот раз? Мы организовывали сцены для различных акций. Можем это сделать практически в любом месте. Мы осуществляли ремонт зданий в детских домах, когда не находилось средств у самих организаций. Когда не могли помочь делом, участвовали материально. Думаю, возможны различные варианты и кроме этих. Прошу, изложите цель вашего визита. Я прошу, конечно, меня извинить, если сегодня не смогу предоставить подробные предложения. Просто Вы, если не ошибаюсь, о встрече предварительно не договаривались. Что, конечно, назовем это мягко, моветон.

– Я к вам пришел не за тем, чтобы обсуждать правила светского этикета, Ян Константинович. И оставьте свои предложения себе. Пока, – начал довольно резким тоном гость…

«Гусь, – подумал Ян, пока гость излагал свою точку зрения на деление пирогов. – Но это его «пока» уже о чем-то говорит. Клиент, судя по всему, не безнадежен».

– И, наверное, у Вас имеются какие-то сведения, факты, или, может, даже доказательства, раз Вы позволяете себе упоминать прокуратуру? – Ян разговаривал, но по-прежнему продолжал поглядывать в досье клиента.

– Вы не слишком ли вызывающе себя ведете, уважаемый Ян Константинович? Ведь то, о чем я Вам говорю, и Вы это прекрасно понимаете, не пустой звук.

– Вот Вы, как Вы говорите, для примера назвали мне несколько строительных площадок, где, по Вашему мнению, найдено немыслимое количество нарушений. Но на двух из них наша компания работы не вела.

– Конечно. Только вела работы некая компания, контрольный пакет в уставном капитале которой принадлежит другой солидной иностранной фирме, назовем ее скромно так. А ее деривативы выкуплены Вами.

– Последнее вовсе не говорит о том, что я контролирую деятельность компании, – парировал Ян, вчитываясь в очередной абзац досье, который показался ему очень любопытным.

– Но есть и другое мнение по этому поводу, – намекая, что об этом мнении могут узнать кое-где, пропел гость.

– Есть мнения, господин депутат! А есть факты! – надменно вполглаза произнес шеф.

– Факты, безусловно, вещь незыблемая. Но вам известно, что у каждой игры есть свои правила…

«Интересно, сколько у тебя в запасе еще таких подкатов на обстоятельства наберется», – размышлял шеф.

– И в то же время очевидно, что наряду с правилами, существует и логика, – он сделал свой ход.

– Уж не усмотрели ли вы нечто нелогичное в моих словах? – прищурил глаза и депутат.

– Ну, вам-то с высоты вашего пьедестала видно только высоту, и не видно простой логики! – Ян Константинович по-прежнему говорил не спеша, давая себе подумать и гостю понервничать.

– Вы пытаетесь увести разговор в софистику, уважаемый Ян Константинович, – наконец отрезал гость.

– А вот Вы упомянули в своей обвинительной речи ряд объектов, – поддался шеф, вернувшись к серьезному разговору. – Но почему-то не упомянули еще, например, площадку на пересечении наших любимых проспектов Мира и Ленина. А объект, как мне представляется, очень сильно аналогичен упомянутым Вами.

– Это от… – депутат немного замешкался с ответом. – Это от чего же они так аналогичны? Ничего общего.

– А, то есть ими вы тоже занимались? Тогда Вам известно, что и к этим объектам мы тоже не имеем никакого отношения.

– Нет, этими объектами мы не занимались.

Господин депутат явно чем-то встревожился. Ян, конечно же, это заметил.

«Молодец, Виолетта! Прекрасное досье!» – подумал он.

– Тогда мне непонятно, отчего вы утверждаете, что у них нет ничего общего?

Встреча с депутатом закончилась пусть не полной и безоговорочной победой, но все же удалось выяснить, что общие темы для разговоров у сторон есть. То есть у клиента есть свои проблемы. А следовательно, решить его запрос можно будет без труда и, вполне возможно, без затрат. Хотя, уходя, клиент обещал вернуться.

«Посмотрим», – подумал Ян.

В течение дня и на следующий господин депутат больше не объявлялся.

«Ну, и чудненько, – думал Ян. – Тем более, что у меня завтра все равно командировка».

– Я еду по делам в Европу? – объявил Ян жене еще за неделю до командировки.

– На сколько едешь?

– На пять дней.

– А куда?

– Во Францию.

У жены на эту новость моментально сработали инстинкты. Нужно обязательно, любыми способами прицепиться к нему. Одну он меня за границу отпускать не хочет, пусть я тогда поеду вместе с ним.

– У дочери каникулы, возьми ее собой, – и она мигом сделала вид, что эта идея не часть только что построенного ею плана, а вдруг, внезапно возникшая мысль, и что она сама удивлена, как хороша эта идея. – Слушай, – потянула она, – это же отличная идея! Покажешь ей Дисней-Лэнд! Она давно мечтает.

– Я же еду не на выходные. В Дисней-Лэнд я бы с ней сходил на выходных. Но у меня еще будет несколько рабочих дней. Не таскать же мне ее с собой на деловые встречи.

– Я легко могу решить тебе эту сложность, – улыбаясь, ответила жена.

– Ааа. Кажется, я тебя понял, – засмеялся Ян.

– Да, да, дорогой. Если я поеду с вами…

– Ну, так сразу бы и сказала! Я еду не один. Так что сделай так, чтобы ваше присутствие не мешало работе.

– Ты же знаешь, что я с этим справлюсь, – улыбнулась она.

Во Францию Ян ехал со своими начальниками отделов: юридического, проектировки, финансов и новым начальником отдела маркетинга Наумом Сергеевичем, переведенным с повышением из отдела продаж. Плюс, конечно, охрана, которую пришлось усилить, из-за жены с дочерью.

В самолете Ян с коллегами продолжали прорабатывать вопросы новой сделки. Появилась возможность взять хороший подряд. Работа может оказаться выгодной с финансовой точки зрения, это зависит от того, как договориться. Но это так же неплохой имиджевый ход, который позволил бы подконтрольной ему фирме закрепиться еще в одном сегменте европейского рынка. А это, кроме всего прочего, еще и новые связи.

Сейчас необходимо было определить минимальные условия, при которых можно было бы соглашаться на сделку. Условия просчитывались для разных вариантов, так как точные параметры проекта еще не были известны. При этом все прекрасно понимали, что половина из сделанных расчетов точно не пригодится, что станет понятно, как только будут озвучены какие-либо детали.

Так оно и вышло. Переговоры с зарубежными партнерами шли с переменным успехом. Были моменты, когда всех все устраивало, и все были практически готовы подписывать документы. Были моменты полного взаимного непонимания.

Три дня переговоров завершились, однако, всего лишь договоренностью еще раз проработать все вопросы более детально. От Яна ждут полноценно оформленное предложение. Возможно, партнеров Яна смутила его настоятельная просьба, в третий день встречу провести в другом помещении. Просьба была несколько неожиданной, но объяснение, мол, из соображений общей безопасности, мол, есть необходимость обговорить деликатные вопросы, уговорило остальных согласиться.

Истинным же поводом к переносу встречи была личная безопасность Яна. Он знал, что на его дочернюю фирму в Испании подан иск в суд. Дело умело затягивали. Но его службе безопасности стало известно, что органы Испании, получив информацию о том, что он находится во Франции, пытаются через международные ведомства добиться его ареста.

Пока шеф вел переговоры с заказчиком, перед Наумом Сергеевичем он поставил другую задачу. Тот мотался по стране, изучая специфику рынка, спрос, вкусы, предложения, особенности менталитета и многое другое.

В третий день на переговорах не было официальных лиц. Только заинтересованные, которые знают, как на самом деле делаются дела. Ян не случайно настаивал на разрешении вопросов с официальными лицами вчера. При них поднимать некоторые вопросы было не деликатно.

– Нам хотелось бы еще понять одну вещь, – начал щупать почву юрист Яна с любопытным именем Оказий Пантелеевич. – Мы имели возможность побывать на месте, где предполагается строительство. Там имеются жилые строения.

– Пускай фас это не песпокоит, коллеги, – ответил заместитель директора по безопасности строительной компании-будущего партнера. – Этот фопрос решаем.

– Очень хочется надеяться, что он решаем без осложнений.

– У нас если вопрос решаем, то решение обратного хода не имеет. Поэтому осложнений не будет.

– С домами понятно. А с самим решением о строительстве? Учитывая, что территория прилегает к охраняемой зоне? – уточнил Ян Константинович. – Я слышал, что зеленые уже заявляли свое неодобрение.

– Фам не хуже меня известно, как решаются такие проплемы. Если би вопросы не решались в принципе, то мы би не тратили свое и Фаше время на пустые разговоры. Если нужно отрезать – отрежем. Нужно засыпать коралловые рифы в Красном море – сделаем. Мы-то с Фами прекрасно понимаем, что прогресс движется вперед только по костям. И это неизбежно!