Чертог Восхода Асуры

Глава 9. Сага

Пока Сага собиралась встретиться с Тенёвыми, чтобы начать воплощать план поиска Ксави, сама виновница этой встречи ухмылялась ей капризной улыбочкой с фотографии, вставленной в бронзовый багет зеркала.

Подводя губы тёмно-бежевой помадой, Сага в очередной раз отметила:

«На фото Ксави едва ли восемнадцать, но схожесть между нами просто пугающая».

Эта мысль заставила её занервничать, и на мгновение она закрыла глаза, сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Но, позабыв о сестре Лоренса, она снова ощутила пустоту внутри, с которой боролась уже несколько месяцев…

Всё это время в Асуре прошло в попытках справиться с собой, чтобы жизнь наконец встала хоть на ржавые, но рельсы. И когда Сага была почти у цели, она случайно встретила Лоренса в одном из клубов Асуры.

Воздух в «Садах Небес» ощутимо пульсировал от грома электронной музыки и разносил ароматы татуры, шарэры и дорогих духов. Самый большой клуб верхнего уровня был ярким и гремящим доказательством, что ночь создана не для того, чтобы спать, а Сага уже много недель не могла сомкнуть глаз. Страх не позволял блаженному мраку пролиться в сознание. Вместо этого её оглушал ужас, и она искала спасение в шумных вечеринках.

После выстрела Декселя тело зажило так, что и шрама не осталось. Сага даже чувствовала себя лучше, распрощавшись с не прекращающимися много лет мигренями. И всё же ей хотелось, чтобы хоть что-нибудь напоминало о том, что она снова может умереть. Одно дело – бояться смерти, но совсем другое – бояться смерти после смерти. Настоящий страх рождается внутри, только когда это не в первый раз.

Какой бы пугающей эта мысль ни казалась, Сага всё чаще думала о том, что лишилась шанса быть вместе с Артуром. Что, если загробная жизнь всё-таки существует и там её ждёт тот покой, о котором она мечтала долгие годы? Артур бы забрал её в свои объятия из этого странного места, которому она больше не принадлежит. Избавил от неожиданного спасения…

Спасение. Слово, которое приобрело самые мрачные тона. Нужна ли ей эта вторая жизнь, Руак’Маару не было дела. От этого она чувствовала себя заложницей. Ведь в сухом остатке тот, кто вернул жизнь, не спросив, ничем не лучше того, кто её отнял. Стал бы хоть кто-то на её месте держать слово перед своим убийцей?

А ведь за спасение жизни Сага дала Руак’Маару одно-единственное обещание – позаботиться о его дочери, не дать ей оказаться в лапах Вайтари, но все хилые попытки взять себя в руки сводились к неспешному сбору информации о недвижимости и активах Ребелей-Лилигренов. В редкие периоды, когда совесть оживала и заставляла начать действовать, Сага неделю или две проводила за наблюдением, но их особняки и квартиры были заложены и пустовали. Она не рассчитывала продвинуться таким образом в поисках, а только отсечь гиблые варианты или, если совсем честно, создать видимость выполнения обещания.

Сага сделала глоток «Маргариты» с ломтиком лайма и подошла с бокалом к краю балкона. Коктейль был четвёртый. В «Садах Небес» их делали на совесть, и мир уже сбавил обороты, становясь тягучим, наполняясь отголосками тяжёлого эха, звенящего в ушах. Глаза ходили без цели от одного лица к другому, от одной движущейся в ритме танца фигуры к другой, пока не остановились на ком-то в толпе, кто смотрел прямо на неё. Он стоял неподвижно. Светлые волосы убраны назад. Большие, но безжизненные и жестокие глаза хищника не моргали. Лицо в металлических имплантах.

Магия Саги рванулась по венам со скоростью мысли, вытесняя алкоголь. Сердце забилось в надежде, что ей всё только привиделось. Но когда миру вернулись привычные ритм и громкость, Лоренс всё ещё стоял в толпе. Он видел её и не собирался уходить.

– Я думал, ты мертва, – было первым, что сорвалось с его неприветливо изогнутых губ.

– Многие так думают до сих пор. – Сага водила пальцем по стенке бокала, то опуская к нему глаза, то поднимая их к Лоренсу. Он смотрел на неё сверху вниз из-под приспущенных век. На нём была свободная чёрная рубашка без рукавов и брюки от «Ив Сен-Лоран». – Не так просто оказалось свести тебя с магом из тайного круга прямо под носом у Чевского. Пришлось извернуться, – призналась она, оставляя ему фальшивое превосходство, показывая, будто не знает, кто такой Руак’Маар.

– Как ты смогла найти его? – Этот вопрос прозвучал так, словно ей к горлу приставили нож.

– Я сразу сказала, что знаю множество магов, мне просто нужно было время, чтобы понять, кто именно вам нужен.

– И всё же это не ответ.

Исключать попытку Лоренса найти её и прижать было бы глупо, и Сага подготовилась, а тот факт, что встретил он её совершенно случайно, придавал уверенности.

– Ваш Матис был другом британского посла, на которого совершили покушение полгода назад. Я познакомилась с ним на одном из благотворительных приёмов. Как тут устоишь и не обчистишь такой большой кошелёк? – Сага повела плечом и приподняла брови, словно говоря: у всех свои слабости. – Орешек оказался крепкий, пришлось с ним сблизиться сильнее, чем я рассчитывала. В Петербурге он жил под другим именем – Владимир Фирсов. Твой рассказ про древних магов показался мне интересным, и я передала ему, что ты хочешь с ним встретиться, – продолжала она. – Сделала я это у него в квартире, прямо напротив картины острова, похожего на тот, что был в твоём рассказе.

Лоренс молча внимал её словам. Скорее хороший знак, чем плохой.

– Теперь ты. Как прошла ваша встреча?

– Благоприятно.

– Правда? – Сага умело изобразила удивление. – Вот только он больше не выходит на связь. Тебе об этом что-то известно?

– Не многим больше твоего.

Интерес Лоренса поостыл, и она решила сменить тему:

– Давно в Асуре?

– Какое-то время, – ответил он. Она кожей чувствовала его режущий взгляд. – Завтра уезжаю.

– Значит, развлекаешься напоследок?

– На самом деле я ищу кое-кого, и мне не помешала бы помощь того, кто в этом опытнее меня. Твоя, например.

– Ну, это всегда было не бесплатно. – Сага скрыла интерес, глотнув «Маргариты» из солёного бокала. – А теперь я начала новую жизнь. Ставки сильно выросли.

– Сколько ты хочешь? – спросил Лоренс, наклонившись на парапет балкона, чтобы говорить прямо ей на ухо. – Деньги не проблема.

«Как же. Кому, как не мне, знать, что твоя семья разорена окончательно», – пронеслось у неё в голове, пока она без толку испытывала на Лоренсе чары своего обаяния. Её близость не возбуждала в нём ни одной клеточки.

– Всё зависит от сложности, – пожала плечами она, а потом придвинулась к нему: – Но ты со мной ещё и за прошлый раз не рассчитался. Как думаешь, в твоих ли силах заставить Чевского навсегда позабыть обо мне?

– Я ищу сестёр. – Цену Лоренс принял без колебаний. – Провёл на верхнем уровне два месяца и готов спорить, их здесь нет. Моя сестра не дура и слишком любит красиво жить, чтобы просто отсиживаться в дали от цивилизации. Уверен, у неё есть план. И, возможно, на ней контроль.

– И это всё? – спросила она.

– Да, здесь поможет либо случай, либо полезные знакомства. – Лоренс улыбнулся плотоядной улыбкой. – Я подумал, ты – мой случай.

Сага же подумала про Арчи и его ребят в килтах, с которыми познакомилась около полугода назад, когда они казнили британского посла на благотворительном приёме. Их связи помогли бы очень глубоко копнуть. Вопрос только, какой будет цена и готова ли она её платить.

Лоренс передал ей визитку апартаментов, в которых остановился.

– Подумай до утра и дай знать. Все документы, которые я смог найти, у меня в номере.

– Я согласна. – Она не дала ему уйти.

– Мне нужна только Майсента. Найдёшь её – приведи на площадь Слепого Эйгуо.

– А как же вторая?

От долгого молчания, с которым Лоренс встретил этот вопрос, в груди похолодело.

– Почему именно туда? – снова спросила она, заставив себя улыбаться как ни в чём не бывало. – На площадь Слепого Эйгуо?

– Проверим, куда пропал твой таинственный Фирсов, – туманно сказал он, и его внушительный силуэт стал удаляться в полумраке, раскрашенном огнями всех цветов, пока она не потеряла его из вида.

«Лоренс не глуп, он бы не стал всецело полагаться на Вайтари. Он хочет узнать, что стало с Руак’Мааром, а дочь – единственный шанс привлечь его внимание», – решила она.

Может, когда-то Сага и справилась бы одна, но не сейчас – сейчас ей нужна была команда. Всё закрутилось в слишком тугой узел, чтобы развязывать его в одиночку, а исчезновение Руак’Маара говорило только об одном: разрубить этот узел больше некому.

Когда Сага вышла из квартиры, фотография Ксави, словно собственное отражение из далёкого прошлого, с насмешкой смотрела ей вслед.

Макс и Рейн были уже в Улье. Оба выглядели вымотанными и, вопреки ожиданиям, заливали себя минералкой вместо пива.

Сага понимала, что Тенёвым было наплевать на дочь Руак’Маара, но от них она узнала об исчезновении Яры и решила натолкнуть братьев на мысль, что сёстры Лоренса приведут их к Руак’Маару, а он точно знает, где их ненаглядная или что с ней стало. Так и вышло. Теперь они работали вместе, а значит, и их общие шансы добиться успеха выросли. Конечно, можно было сразу связаться с Арчи, но Сага ему не доверяла.

– Вид у вас не самый свежий, – заговорила она, занимая один из свободных стульев на длинной террасе нескольких уличных забегаловок, спрятанных под общей черепичной крышей.

Рейн не обратил на неё никакого внимания. Он словно работал в автономном режиме, изо всех сил стараясь не дать голове включиться без серьёзного повода.

– Если бы я не видел платья у тебя в шкафу, то подумал бы, что твой багаж потеряли в аэропорту. – Взгляд Макса прошёлся сверху вниз, рассматривая её голубую блузку и светлые джинсы.

Она повела плечом и улыбнулась:

– Я же не могу изображать честную женщину в наряде от «Версаче».

– Мне иногда кажется, ты можешь быть полностью голой и даже святой отец поверит, что ты невинна, – с улыбкой ответил Макс.

Из клубов кухонного дыма за его спиной показались два мага в скромных мантиях. Они вышли на улицу, лежащую рядом с террасой, и стали зажигать фонарики из красной бумаги, парящие прямо в воздухе.

– Раз уж мы остались наедине. – Сага с проверкой махнула рукой перед лицом Рейна, в попытке вернуть его к действительности, но тот устранился основательно, и она снова посмотрела на Макса: – Я всё ещё не прочь как-нибудь оказаться полностью голой.

В ответ в его серо-зелёных глазах промелькнуло какое-то подобие неохотно подавленного удовольствия, которым она успела насладиться.

Со стороны, окрашивающейся светом фонарей улицы, раздался голос Артёма:

– Я с ног сбился…

Он с ходу осушил остатки минералки в бутылке, а потом сел к ним за стол, обводя всех заговорщическим взглядом, будто все они принадлежали к одной шайке.

Рейн включился. Выглядело жутко, как его смотрящие в никуда глаза вдруг начали фокусироваться на лицах.

– Я навёл справки у тех, с кем успел познакомиться в приюте, – продолжал Артём. – Один целитель подтвердил, что к ним приходила девушка, похожая на Ксави, но услуги, которые её интересовали, там не предоставляют. Ей предложили отправиться в храм Древних на окраине Улья.

– Что ещё за храм? – спросил Макс, нахмурив густые брови, которые теперь прятались за непослушными кудрявыми волосами.

– Одним словом – дикари, – отвечал Артём. – Не знаю, почему их ещё не выставили в Яму, ведь их практика, мягко говоря, спорная. Только они занимаются перестроением биологических тканей.

– Спорная, но в Асуре такая практика не объявлена вне закона, – поправил его Макс. – Что говорят об этом храме?

– Я бы десятиметровой палкой предпочёл этого не касаться, – сморщился Артём. – Такие эксперименты даже по собственной воле – признак серьёзных психологических отклонений.

– Желание сменить цвет волос или получить красивую грудь для тебя заболевание? – изображая оскорблённое удивление, уточнила Сага.

– Смена внешности – это самое безобидное. – Артём нервно моргнул. – Они отлавливают людей на поверхности и ставят над ними опыты, пытаясь привить магию, как в тех легендах, которые мы откопали.

– Напомни, о чём там речь, – попросил Рейн.

– Если коротко, то много веков назад крепкие здоровьем молодые мужчины пропадали, а когда возвращались, то выглядели старше, с сединой и шрамами по всему телу. Они творили чудеса, но рано умирали. Похожие рассказы есть во всех частях света. Некоторые считают, что так зародилась магия. Яра как-то собрала несколько таких легенд, и мы сравнивали их с записями из рукописей путешественника, которые вы ей достали. Он считал, что выдающийся рост и крепкое телосложение магов в наши дни делают эти россказни правдивыми.

– Думаешь, в храме Древних получится что-то узнать о Ксави? – спросил его Макс, возвращаясь к теме разговора.

– За деньги они и не то сделают, – кивнул Артём.

– Их у нас и нет.

– Значит, я начну с бюджетного варианта, истории о потерянной сестре, – сказала Сага, поднимаясь из-за стола.

– Одна не ходи. – Рейн указал на брата. – Этого увальня возьми с собой.

Макс так устал, что был не в настроении пропускать замечание брата мимо ушей.

– Кажется, что твоему самомнению расти уже некуда, но нет. Как по мне, так Чи тебя зря хвалит. Как бы ловко ты ни научился прыгать с мечом, в таком состоянии, как у тебя, идти на дело нельзя.

Рейн наградил его безразличным взглядом:

– За моё состояние не переживай. Лучше постарайся запомнить побольше деталей.

– Постарайся взять себя в руки, – повторил его интонацию Макс и в два широких шага оказался на улице.

Сага не сразу приноровилась к его темпу.

– Всё ещё бодаетесь? – Она больше констатировала увиденное, чем спрашивала.

– Я не понимаю, что с ним происходит. Какого хрена он ненавидит весь белый свет, если принял выбор Яры и уверен, что она жива?

– За такое можно и возненавидеть, – задумавшись, ответила Сага. – Как говорят, от любви до ненависти один шаг. Яра сделала этот шаг. А то, что твой брат принял её выбор, ещё не значит, что он с ним согласен.

Макс притормозил. К сожалению Саги, возненавидеть Яру у него явно не получилось.

– Как это вообще возможно?

Сага взяла его под руку и повела дальше:

– Невозможно, потому что он сделал невозможный выбор. Невозможный выбор отличается от обычного тем, что это только иллюзия, какое бы усилие над собой ты ни сделал. Твоему брату куда хуже, чем тебе, потому что он действительно понимает, что Яра может быть мертва. И это его вина.

Макс промолчал. Понимал он это с трудом.

– А кто такая Чи? – сменила тему Сага.

– Ха! – кивнул он, показывая, что рассказывать не собирается.

– Да я уже догадалась, что вы ввязались в какое-то дело, ведь денег у вас нет. Раз там есть мечи, то, вероятнее всего, вас нанял Арчи.

Макс так поражённо засмотрелся на неё, что Саге пришлось потянуть его на себя, чтобы он не влетел на всех ходах в старушку у лавочки с фруктами. На секунду их лица оказались друг напротив друга в гулком потоке торговой улицы. Она ощутила его дыхание и аромат розмарина от бальзама после бритья.

– Я вот думаю, друг ты или враг, – проговорил Макс, всматриваясь в её глаза.

– Тенёв, я – твоя судьба, – с широкой улыбкой ответила она и отпустила его предплечье.

– Двойственности это не отменяет.

– Ну, тут от меня ничего не зависит. Каждый сам выбирает свою судьбу.

– Звучит как очередной шантаж, – посмеялся Макс, но взгляд его просветлел и, кажется, не испытывал желания найти другой объект для наблюдений.

Тем временем на водный квартал Улья, через который они шли в сторону окраин, наползли сиреневые сумерки и стали загораться огни: в окнах домов, в переходах многочисленных изящных мостов, в деревянных лодочках на тихой глади широкой реки. Мощённые булыжником, извилистые улицы повторяли её изгибы, пересекая каналы и ручьи. Куда ни посмотри, везде огни и отражения огней, вода и мосты со скатными крышами, коридорами, двухуровневыми беседками и даже башнями. Самая высокая из них, Башня сотни имён, возвышалась на восемь уровней, пронизывая своим отражением извилистую реку от одного берега с домами на сваях до другого. Старинные опоры, местами покосившиеся от времени, напоминали игриво подвёрнутые тонкие ножки.

– Так кто такая Чи? – снова спросила Сага.

– Чиэра Родари. – Макс сделал паузу, чтобы дать ей время вспомнить фамилию Ксави, но это не потребовалось. – Чи – фотограф, художница и чёрт знает кто ещё. Она рассказывала, что изучала архитектуру и античную скульптуру в Италии.

– Светлая голова в наивной итальянской семье.

Впереди над рекой возвышался каменный мост с закрытыми коридором и беседкой, защищённой массивной крышей.

– Ты и её знаешь? – устав удивляться, спросил Макс.

– На турнире я присматривала за Лоренсом и его приятелем – Дерэнтом. Он – муж Ксави, как выяснилось из разговора, который я подслушала между ним и Чиэрой. Этот разговор мне запомнился.

– Чем же он тебе запомнился? – поинтересовался Макс. Сейчас все его вопросы гораздо меньше напоминали допрос, в них появилось больше личного интереса. Это располагало к честным ответам.

– Чиэра была уверена, что отношения между Лоренсом и Ксави куда более близкие, чем родственные, потому что разные у них не только отцы, но и матери. После резни слепых магов отец Лоренса пропал, а вместе с ним и мать. Зато в семье блондинов в десяти поколениях появилась ещё одна сестра, которая позже назвала Лоренса своим сыном.

– К чему ты ведёшь? – Макс непонимающе уставился на неё.

– Я рассказывала тебе, что моя мать пропала?

– Да.

– А что твой отец был женат на француженке по имени Эстель, ты знаешь?

– Что-то такое было.

– Она сестра этой самой Розали Лилигрен, якобы-матери Лоренса, да только похожими их не назовёшь, – сказала Сага и задумалась. – Французская часть семьи наверняка раньше часто приезжала к ней в гости, а связям Ратмановых нет конца. Раньше не существовало проблемы, которую они не могли бы решить…

Улицы, наводнённые прохожими, начали пустеть и сужаться. Рестораны и магазины, идущие по обе стороны от них всю дорогу, превратились в бедные жилые дома.

– Ты думаешь, что твоя мать пропала, потому что стала объектом захвата? – спросил Макс с таким сомнением в голосе, что Сага почувствовала себя дурой.

– Такое совпадение почти невозможно, но я всё чаще думаю об этом. В нашем роду магов не было. Мать родила меня рано, до того как у неё самой созрела магия, а пропала она, когда мне было только десять. Её некому было искать в нашем мире. Можешь мне поверить, она была удобным вариантом для захвата, – с горечью говорила она и не могла отделаться от тяжёлого чувства вины, что сама столько лет промышляла тем же, от чего и пострадала. – Доказательств у меня нет, и, скорее всего, я их никогда не найду. Внешне Розали отличалась от того образа матери, который я помню. К тому же она умерла.

– Но ты её видела?

– Мельком, когда следила за Лоренсом.

– Теперь ясно, почему ты помогаешь Руаку. Услуга за услугу. Он спас тебе жизнь, а ты пообещала позаботиться о его дочери, которая к тому же, возможно, твоя сестра, – догадался Макс.

Ей ничего не оставалось, как кивнуть.

Улица закончилась небольшой площадью и входом в храмовый комплекс. Всё вокруг едва освещали костры, горящие в дырявых баках. Вдали возвышались каменные ступени. Они вели наверх и исчезали в темноте. Местные, собравшиеся рядом с открытым огнём, провожали их с Максом внимательными взглядами. Пока они шли к порталу храма, из тени тихой улицы выходило всё больше магов. Прибывшие зло переговаривались, показывая, что здесь не рады незваным гостям.

Макс напрягся, и синий доспех начал проступать из-за расстёгнутого ворота рубашки. За время, проведённое в Асуре, его магия стала гораздо мощнее, и сейчас он, отвечая на угрожающие взгляды жителей трущоб, демонстрировал её изо всех сил.

– Это просто предупреждение, чтобы мы вели себя тихо, – едва слышно заговорила с ним Сага. – Вольно, егерь.

– Да я тише воды, – не шевеля губами, ответил Макс.

Проход к лестнице через каменный портал им отрезала шайка надушенных и хорошо одетых местных. В отличие от людей на улице на их лицах читалась куда более опасная враждебность. Они смеялись и громко разговаривали так, чтобы их слышали все, но сами прекрасно знали и выказывали удовольствие оттого, что ни Сага, ни Макс не понимали ни единого слова из их языка.

– Сколько? – спросила Сага, когда они оказались в нескольких шагах от прохода.

Вместо ответа те скривились в жутких оскалах, которые сами считали дерзкими улыбками, и принялись снимать с неё драгоценности, а потом осматривать карманы и кошельки. Когда, забрав всё, что только можно, их наконец пропустили на лестницу, ведущую к храму из серого песчаника, за спиной снова раздавались тупые смешки.

– Это можно понимать так, будто мы уже расплатились за все услуги? – спросил Макс, посматривая вниз.