- -
- 100%
- +
«Уникальная операция в «Адасе», «Медицинская сенсация», «Хирургия на взлёте» – бурлила пресса, описывая редкую операцию и необъяснимый успех медиков. Больницу атаковали корреспонденты и журналисты.
После операции больного поместили в одиночную палату реанимации, за ним установили строжайший медицинский и технический контроль посредством медицинской аппаратуры. Парень пролежал без сознания пять суток, подключённый к различным аппаратам. Его никто за это время не навещал. Врачи не знали, есть ли у пациента родственники. Но почти ежедневно о состоянии здоровья больного справлялась по телефону некая корреспондентка из центральной газеты.
2 глава. Маргос
– Ну, наконец! Очнулся! Всё отделение за тебя переживает. А пресса и телевидение – тут как тут. Свеженькую сенсацию им подавай! Пока ты был без сознания, успел прославиться, – объявил молодой женский голос.
Маргос, придя в себя, смутно различил фигуру медсестры в белом халате. Болтающая без остановки девушка, продолжала:
– О вас позавчера написали в газете сенсационную статью, а наш главврач рассказывал по радио об операции. Вы теперь – больная знаменитость, то есть простите, знаменитый больной!
– Не понял, вы о чём? И вообще, где я? – недовольно пробасил Маргос. – Может в Раю? Тогда мне надо переговорить с Богом. И желательно с глазу на глаз, – задумчиво размышлял вслух больной.
– Молодой человек, вы что, ещё спите? Спуститесь на землю! Пока что мы находимся среди смертных. Вас всего лишь прооперировали.
– Надо же, значит, меня изрядно подштопали! Замечательно, сестричка. Конечно, ощущать себя живым гораздо приятней!
В палату вошёл доктор и обратился к медсестре:
– Ну, как у нас Маргос?
– Доктор, всё в ёлочку! – перебил пациент, подавая признаки жизни.
– Вы поправляетесь на глазах! Думаю, через два три дня попробуем возвратить вас в вертикальное положение, – пошутил доктор. – Ну, поделитесь ощущениями!
– Хм… Самые приятные, шеф, только в груди что-то подозрительно тикает. Вы там не бомбу случайно оставили? А то, знаете ли бывали случаи – забывали внутри железяки всякие. Ощущения скажем, ну, сами понимаете…
– Не волнуйтесь, больной, раз выкарабкались, эти ощущения теперь на всю оставшуюся жизнь. А она у вас, поверьте, будет долгой. Сердце-то в вашей груди теперь железное, – успокоил доктор.
– Не знал, что у медиков – свои приколы!
– Нет, нет, я вполне серьёзно, – утвердительно кивнул врач, указав на свежую газету, лежащую на тумбочке, хирург вышел.
Пациент попросил вошедшую медсестру прочитать статью вслух. Из статьи он узнал, что дорогостоящую операцию оплатил богатый спонсор, пожелавший остаться неизвестным. Маргос был приятно удивлён, не мог предположить, кто сыграл роль спонсора.
– Сестричка, пока я был в отключке, ко мне не приходил такой старичок с седой бородой и гладким лицом?
– Я работаю через день. С полной уверенностью могу сказать, что в мои дежурства вас никто не навещал. Если не считать девушку журналистку из газеты, статью которой я только что читала.
– У неё золотистые кудри? – настороженно спросил Маргос.
– Да, откуда ты знаешь? – удивилась медсестра.
Услышав ответ, Маргос изменился в лице.
– Мне срочно надо увидеть эту журналистку. Тебя как зовут?
– Катрин.
Маргос от нетерпения занервничал.
– Я попрошу тебя, Катрин, сейчас же позвонить в газету. – Он указал глазами на газету. – Её зовут Валетта Райан, пусть срочно приедет.
– Хорошо, только не волнуйтесь так, – ответила медсестра и вышла.
3 глава. Тонг
Маргос погрузился в воспоминания и незаметно задремал. Во сне ему привиделся тибетский монастырь, утопающий в зелени, окружённый глухой стеной. По утрам в его окрестностях пели диковинные птицы. У главных ворот рос исполинский платан, в дупле которого жила белка Анда, которая стала его единственным другом.
Маргос в одежде тибетского монаха кормил юркую сладкоежку орехами и сушёными фруктами. А белочка Анда учила молчаливого монаха понимать язык животных и птиц, общалась с ними. Они понимали друг друга.
Во сне его звали Тонг. Он прожил в монастыре несколько лет, обучаясь там боевым искусствам. На протяжении времени его пребывания в тибетском монастыре, он научился многому, любви к окружающему миру, философскому отношению к жизни, Тибетские монахи относились к птицам и животным с милосердием: подкармливали голодных, выхаживали раненных. И Тонг трепетно относился к обитателям лесного высокогорья. Он был благодарен своим мудрым учителям.
Неожиданно Маргос проснулся. Ему показалось, что время, растянутое во сне как пружина, в одно мгновение вдруг сжалось в комок и застыло. Он зажмурил глаза и в памяти всплыл образ мечтательной Валетты: грустный взгляд её серо-зелёных глаз, золотые локоны, обласканные ветром. Вспомнился их последний разговор, разрыв…
Когда Маргос впервые увидел неприступную Валетту, дал себе обещание: «Если эта девушка станет моей, мне больше нечего просить у Бога в дальнейшем». Он не мог себе и представить, что расстанется с ней когда-нибудь. В ней было всё – красота, ум, талант, желание реализовать свои способности и мечты. Она стала его невестой, но ненадолго. Уехала в столицу учиться. Валетта мечтала стать художницей, а в итоге отдала годы учёбы журналистике.
Его мысли перебила вошедшая в палату медсестра:
– Я позвонила в редакцию, мне ответили, что Валетта в отъезде.
4 глава. Портер
После операции Маргоса прошло полтора года. Пациент приходил в «Адасу» только для проверки. Искусственное сердце работало безукоризненно как настоящий мотор. Но, несмотря на то, что доктора сочли его здоровье удовлетворительным, лечащий врач отметил некоторые изменения психического состояния пациента. У Маргоса резко менялось настроение. Бывали моменты, что он переставал отзываться на своё имя, вёл себя необычно импульсивно, начались провалы в памяти.
Маргос жил один на собственной вилле с гаражом в пригороде Рамат-Гана, работал программистом в крупной компьютерной фирме. Сотрудники называли его Портером. Маргос уверял, что это – псевдоним для работы в интернете. Начальство его уважало. Вскоре ему дали повышение по службе.
Он ни разу не был женат. На работе до операции слыл «Дон-Жуаном», не пропускал ни одной женской юбки. И теперь любил повторять: «Портер знает толк в женщинах!»
5 глава. Стрип и Эндон
Дома у Маргоса было два имени, в зависимости от настроения он называл себя то Стрипом, то Эндоном.
Стрипом он был по вечерам. И ночью Стрип во сне путешествовал по Чёрному космосу, посещая отдалённые галактики. Незнакомые цивилизации чужих планет представали перед Стрипом загадочными миражами с чуждыми для него законами существования.
Маргос увлекался культурой и религией Древнего Востока. У него дома была старинная каменная статуэтка индийского бога истины, которому Маргос от имени Стрипа рассказывал свои чудные сны. Маргос считал, что этот божок слышит и понимает фантастические видения Стрипа, исполняет сокровенные желания.
«Почешу голое пузо моего обожаемого идола Зи-Джанга, и будет исполнено любое моё желание. Да, да, я вовсе не шучу…» – утверждал Маргос.
Но никто не верил ему. В ответ только покачивали головами и намекали, что Маргос «немного не в себе».
Эндоном Маргос становился в часы мечтательных раздумий, когда, собирая причудливые букеты из засушенных растений, занимался икебаной, его излюбленное хобби. В этом состоянии, будучи Эндоном, он был особенно раним.
Дома Маргоса посещали друзья и знакомые. Приходящие женщины, не зная настоящего имени, называли его по-разному. Маргос воспринимал это как должное.
Окружающие не придавали важного значения многоликости Маргоса, а воспринимали как игру воображения эмоциональной личности. «У каждого свои причуды». К тому же это никому не мешало, даже забавляло. Знакомые подтрунивали над Маргосом. А он переводил разговоры о перевоплощениях всё в шутку. И прибавлял: «Это – моя семья!»
6 глава. Мэтт
Как-то Маргоса пригласил в ресторан на свой день рождения директор фирмы, где он работал. Маргос в этот вечер чувствовал себя подавленным, но не смог отказать начальству. В ресторане именинник предупредил подчинённого о завтрашнем визите журналиста из центральной газеты. Перед уходом Маргос увлёкся выпивкой, «вошёл в раж» и потянуло на философию… Он глубокомысленно уставился на бокал коктейля с бледно-голубой жидкостью и после длинной паузы прошептал:
– Тихий синий океан,Ты поместишься в карман,Может это и обман,Но зато я – капитан!Когда кто-то из сотрудников позвал Маргоса по имени, он крикнул, не поворачивая головы:
– Дорогой, кого ты зовёшь? Меня зовут Мэтт, разве ты не знаешь? Я – великий философ!
Друзья решили, что Маргос перебрал спиртного и отвезли его домой. По дороге, в машине Маргос уснул мертвецким сном.
7 глава. Валетта
Утром проснулся как всегда, по будильнику. Голова гудела, как литой колокол. Не мог вспомнить, где побывал вчера вечером. На работу поехал пораньше, чтобы подготовиться к встрече с представителем прессы.
Ровно в десять секретарша объявила о приходе корреспондента. Маргос в этот момент сидел за столом, что-то писал. Не поднимая головы, он деловитым тоном попросил подождать. Закончив писать, отложил папку с бумагами в сторону. Попросил по селектору, чтоб секретарша впустила корреспондента в кабинет.
Дверь распахнулась в кабинет вошла девушка.
Маргос поднял глаза и от неожиданности застыл. Перед ним стояла Валетта. Её золотые локоны спадали до плеч, а серо-зелёные глаза излучали тепло и нежность Маргос поздоровался. Она ответила. Невозмутимо провела интервью. Записала разговор на диктофон. После беседы сложила блокнот и свои вещи в сумочку и, попрощавшись, направилась к двери. Маркос смотрел на неё как завороженный, не посмел окликнуть. Он ждал, но она не обернулась. Маргос вскипел от возмущения, но промолчал.
«Зачем я буду влезать в её жизнь. Она сама захотела стать мне чужой», – подумал он после ухода Валетты.
Маргос извёлся. Несколько дней он безнадёжно ждал звонка от Валетты. Почти не спал по ночам, много курил. К концу недели ему стало совсем плохо: перестал есть, началась лихорадка, поднялась высокая температура. Ночью в бреду, он звал на помощь по очереди всех своих псевдо личностей. Говорил от лица монаха Тонга, уговаривал себя побороть болезнь. Маргос то пробирал озноб, то бросало в жар.
Вдруг тишину нарушил звонок пелефона. Маргос с трудом дотянулся до него, дрожащей рукой поднёс к уху. В трубке раздался мягкий голос Валетты:
– Здравствуй Маргос! Хочу тебя увидеть.
– Извини, мне очень плохо, не могу говорить, – слабым голосом прошептал он.
– Что с тобой? Тебе нужна помощь? Я сейчас приеду, вызову врача. Говори адрес.
Маргос успел сбивчиво назвать адрес и потерял сознание.
Маргос очнулся в больничной палате. Рядом сидела Валетта. У неё были грустные, опухшие от слёз глаза. Взглянув на Маргоса, она улыбнулась.
– Маргос, ты меня слышишь? – шёпотом спросила она.
Он кивнул в ответ.
– Знаешь, ты проспал трое суток подряд! Врачи решили, что ты впал в летаргический сон. Но теперь я уверена, ты обязательно поправишься. Врачи сказали, что у тебя очень редкое заболевание – расслоение сознания. Тебя атакуют мультиплеты – твои двойники, но характеры у них противоположные, полярные.
В палату вошёл врач.
– Прекрасно, пациент ожил! Вижу, дела пошли на лад. Так, Железное сердце, вам сегодня предстоит серьёзное обследование подкорки головного мозга. Не волнуйтесь, милая девушка, – обратился врач к Валетте. – Пойдите домой, вам нужен отдых. Или вы хотите пополнить ряды наших пациентов? – прищурившись, пошутил он.
Валетта вымученно улыбнулась.
– Хорошо, доктор, я последую вашему совету.
8 глава. Разрыв
В больнице Маргоса основательно подлечили. С ним работали психотерапевты, кардиологи, квантовые психологи. Проводили бесконечные анализы, проверки головного мозга, сделали СИТИ грудной клетки, позвоночника, головного мозга. Валетта приходила к Маргосу в больницу каждый день, нянчилась с ним как с ребёнком. Через две с лишним недели его выписали. И они решили отметить это событие в ресторане «Тет-а-тет».
Маргос ждал Валетту в назначенный час. В ресторане в уютной обстановке, в углу, на возвышении классический квартет исполнял музыку из разных оперетт. Появилась Валетта в великолепном золотом платье. Она подошла к столику, притягивающая восхищённые мужские взгляды.
Молча поели. Между ними чувствовалась напряжённость и холодность. Натянутая пружина молчания казалось, вот-вот лопнет. Подали десерт.
– Почему ты молчишь, Маргос? Скажи что-нибудь! – не удержалась Валетта.
– О чём с тобой говорить? – мрачно спросил он.
– Разве ты не рад своему выздоровлению?
– Не знаю, – сухо ответил он. – Чего ты от меня ждёшь?
– Хочу, чтоб тебя перестали мучать кошмары. Хочу, чтоб ты стал прежним – весёлым и озорным. Хочу вернуть тебя! Моё самое большое желание – быть снова с тобой.
Маргос нервно затушил сигарету и через минуту ответил:
– Я – не Золотая рыбка, не умею выполнять желания. Ты знаешь, тогда я мог простить тебе всё что угодно, но не измену! Ты предательски бросила меня. Если снова буду с тобой… Нет, не могу, прости.
– Неужели я у тебя никогда не вымолю у тебя прощения? – со слезой в голосе, взмолилась она.
– Дорогая, давай сменим пластинку. Посмотри, какие голодные взгляды вокруг! Лучше пойдём танцевать!
Зазвучало танго. Они закружились в зажигающем танце. Её золотые кудри вторили волнующему ритму танго. В разрезе блестящего платья мелькали стройные ножки Валетты. Они станцевали лучше всех.
Прозвучал последний аккорд. Валетта обняла его и прошептала сквозь слёзы:
– Я ухожу. Исполняю твоё желание. Ты всё равно навсегда останешься в моей душе. Прощай, Железное сердце!
«Счастливого плавания, Золотая рыбка!»
Написано 1.12.2001 г. Завершено 8.06.1002г.Живая вода
Фантастический рассказ
Посвящается Р. А.
Вступление
Кому в детстве не читали русские сказки!?
Не только в русских, во всех сказках народов мира происходят всевозможные чудеса и удивительные превращения. Волшебство неотделимо от сказки. Оно олицетворяет в сказках Добро и Зло. И обычно доброе начало побеждает злое.
Кто знает, может в действительности существовали «Умные вещи»: скатерть-самобранка, ковёр-самолёт, шапка-невидимка, сапоги-скороходы, блюдце с золотым яблочком, меч-голова с плеч, говорящее зеркальце, поющее деревце, волшебные туфли (из сказки «Маленький Мук»)?..
С реальной точки зрения, «Умные вещи» – порождение человеческого воображения. До поры, до времени они существовали только в сказках.
Чем же объяснить такой парадокс, что «чудо-вещи» создаются в реальной жизни? Они будут создаваться и дальше, пока существует человеческий разум, фантазия. Со временем люди к ним привыкают, «чудо-вещи» становятся обычным явлением, повседневными предметами пользования, как стали радио, телефон, самолёт, телевизор, компьютер, видео-связь. Эти открытия давно перестали быть «чудом».
Будучи ребёнком, кто не читал сказки: «Сивка-Бурка», «Иван Царевич и Серый волк», «Златовласка», «Конёк-Горбунок», «Руслан и Людмила»? В этих сказках описывается исключительно-волшебное свойство «Живой» и «Мёртвой воды». Целительная влага воскрешает мёртвых, залечивает раны, омовение в волшебной воде возрождает к новой жизни, человек становится ещё прекраснее и здоровее.
В сказке всё волшебно. Сказка – есть сказка!
Создать нечто подобное никому не удавалось. Алхимики древности бились над созданием «Эликсира молодости», но их попытки оказались безрезультатными. Великие путешественники искали «Философский камень», но так же потерпели неудачу.
1
По вечернему городу брёл унылый, печальный человек. Карманы пальто смешно оттопырены, полы отвисли.
«О, если бы люди создали «Живую воду» для души… Как больно и обидно бывает, когда не везёт ни в чём, когда нет ни радости, ни удачи… Фортуна покидает человека надолго и бесповоротно… Если бы создали «Эликсир счастья»… А обыкновенную «Живую» и «Мёртвую воду» теперь умеют делать даже школьники. Дети занимаются таким «волшебством» на уроке химии – обыкновенный электролиз. И вот готово лекарство от всех болезней! С одной стороны – щелочная, с другой – насыщенная ионами вода. «Живой водой» теперь никого не удивишь! Полоскание, натирание, промывание, принятие внутрь в разных пропорциях и сочетаниях Живой и Мёртвой воды помогает почти от всех болезней.
Как примелькалась реклама в нашей аптеке: «Покупайте Живую и Мёртвую воду!», «Лучшее лекарство века!», «Универсальное, самое дешёвое и доступное безвредное лекарство!»
Боже ты мой! Кому всё это нужно, когда болит душа, разбито сердце и некуда деваться от тоски! Ничего не хочется, всё безразлично… А может, просто настроения нет?.. Но это – не причина. Причина гораздо серьёзнее – разочарование в жизни. Разочарование в людях, расхождение их поступков с помыслами», – так думал грустный человек.
Он бродил по ярко освещённым улицам без всякой цели. Шёл долго, никого не встречая. Вечерний город нарядно моргал огнями реклам. Сияющие фонтаны многократно отражали в стоячем зеркале вод красочную цветовую беготню.
Грустный человек ничего не замечал вокруг. Он бродил по городу, пока усталость не напомнила о том, что есть дом. Мысль об отдыхе всегда связана с домом, конечно, если он есть.
Обессиленный, с желанием сна, он, наконец, поймал такси. Очень скоро очутился в тепле уютной квартиры, в своём любимом кресле. Уют в собственном жилище холостяк ценит вдвойне, так как создаёт его сам для себя.
Сон овладел незаметно. Уснул прямо в одежде. Единственное, что он успел сделать, перед тем как сесть в кресло – поставить на огонь чайник.
2
Наш герой спит очень сладко. Что ж, не будем ему мешать.
Сан Саныч – заурядный гелиофизик. Целый день торчит в институте, как и полагается закоренелому холостяку. Но он ещё хорошо выглядит в свои сорок: виной спортивная закалка – увлекается карате, плаванием, хорошо играет в шахматы. Скромен, стеснителен, скрытен. Неудачи и переживания держит глубоко в себе. С ним никогда ничего особенного не происходит.
3
Чайник свистит как ошалелый. Что такое?
Сан Саныч открывает глаза, жмурится. Никакого свиста. Тишина.
«Кажется, сон приснился. Надо же, но я действительно поставил чайник. Как бы он не сгорел…»
Через секунду сонный человек оказывается у электропечи, но как ни странно, кнопки все до одной выключены. Чайник даже немного остыл.
– Как это, как это!.. Я вроде не просыпался, – вслух удивился он, потирая лоб по привычке, когда что-то в расчётах не сходится. – Нет, надо разобраться… Я наверняка болен. Стал, к примеру: лунатиком, чайники во сне выключаю. Да, – вздохнул он, – с таким настроением сам «чайником» станешь.
Он выключил свет на кухне и вернулся в комнату в полном недоумении. Подошёл к окну. Ночь и не думала отступать.
«Сейчас около трёх – час быка».
Вдруг, мужчина непроизвольно отпрянул от стекла. Оно сверху до низу заиграло радужным огнём.
«Таким, наверно, бывает северное сияние, – подумал он, – а может, я ещё сплю?»
В оконной раме, на фоне перламутра, на стекле вырисовался женский лик сказочной красоты. Глаза цвета «морской волны» смотрели отрешённо, губы плотно сжаты. Поражённый Сан Саныч услышал дивный женский голос, внятно произносящий слова:
«Гел! Ты не боишься огня. Я дарую тебе напиток „Бха“, по-вашему – „напиток счастья“. На нашей планете Конс он строго охраняется, как Огонь на Олимпе. Я уверена, тебе знаком этот возвышенный древний земной миф! На Консе мифы не любят. Верховы предпочитают Сказки вашей планеты, более безобидные, чем мифы. Только высшим силам нашей планеты доступен Напиток Жизни – „Бха“. На человека он действует очень сильно. Достаточно одной капли „Бха“. Поистине царский напиток! Смотри сюда, Гел!»
Её пушистые волосы переливались всеми цветами радуги. Неожиданно на подоконнике появился радужный сосуд симметричной формы. Внутри него, огнём искрилась какая-то жидкость.
Геофизик изумлённо застыл, в горле – ком, что даже слюну не проглотить.
«Гел! – не разжимая губ, продолжила гостья, – Почему ты не спросишь, какой силой обладает наш напиток? Ведь вы – люди, любопытнее всякого земного существа! Я отвечу тебе. Напиток „Бха“ – эликсир жизни – как Живая вода. Если мёртвому влить в рот всего три капли нашего божественного напитка, умерший оживёт. Его сердце получит новый запас энергии. Если человек умер от какой-либо болезни, организм его станет здоровее прежнего. Если человек умер от старости, тело его помолодеет, для этого достаточно и двух капель напитка. Такова великая целительная сила напитка „Бха“. Но если к нему прикоснётся или выпьет человек с недобрыми помыслами, он весь сморщится и умрёт в страшных мучениях. „Эликсир жизни“ создавался нашими учёными и Верховами на протяжении всего существования нашей цивилизации и строго охранялся в Консиле – наш главный Храм Наук. Я – дочь главного Верхова Хейле. Меня зовут Гайна. Если захочешь меня увидеть, приложи к любому стеклу вот этот предмет».
На подоконник упал перламутровый кружочек, размером чуть больше металлического рубля. На обратной стороне светился загадочный знак, похожий на английскую букву «G».
Гайна исчезла. Буква в кружочке погасла. Сан Саныч взял кружочек, он ещё сохранил теплоту руки гостьи.
Гелиофизик слегка опомнился от таинственной встречи. Он продолжал стоять в растерянности перед светлеющим окном.
Ночь отступила. Живительные лучи восходящего солнца сняли оцепенение.
Человек почувствовал опустошающую слабость во всём теле. Сан Саныч ещё не успел осознать случившееся чудо, тяжело опустился в кресло. О реальности произошедшего напоминал радужный сосуд с огненной жидкостью. В голове – хаос. Но одну мысль ему удалось ухватить:
«Гостья не сказала, что может произойти, если здоровый, не старый человек или ребёнок отведает живительного эликсира. Что случится с ним? Об этом осталось лишь догадываться. В худшем случае, думаю, в лягушку не превращусь! Всё равно останусь самим собой».
4
«Бха? Бха! Ха, ха, ха, ха…»
Хохот снаружи и внутри. Чувство лёгкости, полёта. Потом радужные круги перед глазами. И сразу… удивительная ясность сознания, только слабое покалывание в затылке.
Неведомое предстало неискушённому взору землянина. Он стоял теперь в центре огромного, почти круглого помещения с высокими сводами без окон. Широту залу придавало отсутствие колонн. Своды же отличались вогнутостью.
Единственная мысль охватила человеческое существо, отбивало пульс, отзывалось эхом в подсознании: «Где я? Где я?..» Другие мысли обволакивали эту мягким, пуховым клубком.
В зале ничего не напоминало о Земле. Знаки на сводах и барельефы на стенах – совершенно чуждые для привычных образов. Часто попадалось чёткое изображение трёхликой головы: левая часть её смеялась, фас изображал покой, правое лицо – страдание, слёзы. Наблюдалось явное сходство с человеческим лицом, более того – с женским. На миг гелиофизику женский лик показался знакомым. На голове – конусообразное сооружение, похожее на корону. Под изображением коронованной трёхликой головы в круге – какой-то знак – может буква или слово.
«Что означает этот иероглиф?»
Откуда-то слышится тихая, певучая музыка. Вокруг освещение мягкое, матовое.
Только сейчас человек заметил впереди, у стены что-то вроде алтаря, на нём огромная непрозрачная чаша перламутрового цвета, вокруг которой огненный голубой ореол.
«Это Живая вода богини Бхатрихари, Эликсир „Бха“. – Голос, звучащий внутри человека ошеломил его. – Гел! Не приближайся к чаше, это смертельно!»
– Что за богиня? Почему зал пуст? Кто говорит со мной? И где я? Наконец, хоть кто-нибудь ответит мне! – Сан Саныч проговорил это шёпотом, почти про себя, находясь в полном оцепенении.
– Это я, Гел, Гайна. Я здесь. А ты обязательно хочешь меня видеть и осязать? Сейчас я предстану.
Перед человеком появилась женщина, которую он видел на стекле у себя дома. Лицо её очень походило на изображение трёхликой богини Бхатрихари.
«А она оказывается хрупка, как фаянсовая статуэтка», – заметил Сан Саныч.
Одета, подчёркнуто строго. Ничего лишнего – на молочно-белом до пят платье, кроме радужной бляхи на закрытом плече. Волосы на сей раз почему-то тоже белые.
– Ты удивлён? Иди за мной. Я обрадую тебя.