- -
- 100%
- +
– Кто это такая? – шёпотом спросил Женька, наклонившись к Вовкиному уху.
– Не знаю, – так же тихо ответил Вовка. – У нас в лагере такой нет. Может, комаровская.
– Откуда они здесь взялись?
– Кто его знает, – Вовка, прищурившись, наблюдал за скрывающимися за деревьями фигурами. – А, ладно, пошли дальше. Они нас не видели, а мы их.
Ребята выбрались из кустов и огляделись вокруг. Река уходила левее в широкую межгорную долину, разрезав её на несколько островков бурливыми рукавами проток.
– Ты хоть приблизительно знаешь, где? – спросил Женька. – Далеко ещё?
– Примерно знаю, – Вовка почесал в затылке. – Вон она, гора, рядом. Пойдём напрямую к подножью, там снова в ущелье к основному руслу выйдем, потом ещё немного вверх до водопада, и где-то в том районе и нужно искать.
Кажущаяся близость горы, сложенной из гранитных тысячелетних напластований, оказалась обманчивой. Ребята шли долго, продираясь сквозь заросли карагача и шиповника. Ноги мальчишек скоро покрылись красной сеткой царапин от колючек, но путешественники мужественно шли вперёд, с сопением раздвигая корявые ветки. На пути часто попадались огромные каменные валуны, будто разбросанные по долине расшалившимся великаном. Через них приходилось осторожно перебираться на четвереньках или обходить стороной, петляя, словно в гигантском лабиринте.
Наконец маленькая разведочная экспедиция вышла к каменистому ущелью, в котором река опять собралась в один широкий поток, сбегавший через пороги в долину. К негромкому плеску воды на перекатах примешивался гулкий ровный шум, исходящий из глубины горного распадка. Ещё несколько минут ходьбы по нагромождениям скальных обломков, и ребята оказались прямо перед водопадом, пенными закрученными струями низвергающимся с пятиметровой, искрящейся кварцевыми блестками скалы. Вода разбивалась о широченный каменный язык у основания отвесной стены на мириады крошечных капелек. Воздух весь был пропитан водяной пылью, на которой горела в лучах солнца маленькая яркая радуга, перекинувшись с одного берега речки на другой.
– Здорово! – восхищённо проговорил Женька, не в силах оторвать взгляда от сказочного природного явления.
– А ты думал! – Вовка с гордостью посмотрел на друга, как будто сам сотворил это чудо. – Вот здесь и будем искать. Ты пошарь вокруг понизу, а я заберусь наверх. Да смотри внимательней, какая-нибудь щель должна быть.
Около часа они ползали зигзагами по крутому склону, усыпанному такими же каменными глыбами, что и в долине, и так же жизненное пространство между камнями захватили колючие непролазные кустарники, в переплетении которых трудно было что-нибудь разглядеть. Толку от поисков не было никакого.
Умаявшись на жаре, напарники вновь сошлись у водопада.
– Ничего нет, – Женька виновато развёл руками.
– И у меня пусто, – Вовка вздохнул. – Давай искупнёмся под «душем» и домой, а то нас точно потеряют. В другой раз ещё придём, обследуем противоположный берег.
– Смотри, что это там, – Женька вдруг уловил краем глаза какое-то голубое пятнышко, мелькнувшее на той стороне реки и тут же пропавшее в густом переплетении кустарников.
– Где? – Вовка проследил за его взглядом, но ничего не увидел.
– А-а ладно, показалось, наверное.
Друзья быстро разделись и с восторгом, забыв все огорчения сегодняшнего дня, нырнули под упругие прозрачные струи. Тяжёлая вода заливала глаза, жгутами хлестала по плечам, сбивала с ног. Они долго плескались, захлёбываясь водяной пылью, и, находясь в двух метрах друг от друга, играли в прятки, скрываясь за пенящимися валами. Вот тут-то Женька и поскользнулся случайно, упал на коленки и ухнул головой в рычащую воду. Испугался, что стукнется сейчас о камень, и выставил вперёд руки, защищаясь. Но за стеной воды вдруг оказалась пустота. Он очутился в глубокой нише, скрытой водопадом.
Женька разлепил веки и в сумеречном рассеянном свете кое-как разглядел чёрное пятно провала, уходившего вглубь и вверх под скалу. Оттуда слегка тянуло холодным воздухом.
Женька осторожно развернулся на четвереньках, задержал дыхание, снова окунувшись в тугую завесу водяных струй, с трудом поднялся на ноги и выскочил наружу.
– Вовка, пещера здесь! – радостно завопил он, бросаясь из воды на берег, к испуганному другу. – За водопадом!
– Где?! – Вовка изумлённо смотрел на него.
– Да вон там, внизу под водой, – Женька заплясал по камням, не в силах сдержать накативший на него восторг.
– Только там темно, – наконец остановился он.
Вовка схватил рубашку и вытряс из кармана коробку спичек.
– Пошли, посмотрим, – он завернул коробок в лист репейника, подвернувшийся под руку, сунул спички в рот, и, надув щеки, побрёл к водопаду.
Женька не отставал. Ребята, взявшись за руки, преодолевая упругое сопротивление потока, прошли сквозь двухметровую водяную толщу и упёрлись в скалу. Нашарив пальцами ступни край ниши, Женька потянул друга за собой вниз.
Слабенький дрожащий огонёк осветил низкий сводчатый потолок, и серые, покрытые белёсыми пятнами лишайника, стены. Спичка быстро погасла.
– Эх, фонарик бы! – огорчённо проговорил Вовка и зажёг вторую.
Он осторожно двинулся вперёд, короткими вспышками высвечивая дорогу. Когда темнота сгущалась, у Женьки по спине пробегал неприятный холодок, но Вовка упрямо шёл дальше, и через несколько минут они снова оказались у выхода из пещеры, хотя ни разу не сворачивали. Яркий огонек пламени последней спички осветил две пары испуганных глаз, уставившихся друг на друга, и мальчишки, схватившись за руки, вырвались на свободу.
Обратный путь в лагерь показался совсем коротким. К ужину друзья успели вовремя, еле переведя дух.
Отряд строился возле корпуса и Вовка с Женькой, незаметно вывернув из-за угла, как ни в чём не бывало, зашагали вместе со всеми к столовой. Впереди, между спинами ребят Женька вдруг увидел знакомый синий костюмчик. Он толкнул Вовку локтем, показал глазами на девочку. Вовка удивлённо присвистнул и кивнул.
Когда усаживались за столы, Серёга Жиров, по прозвищу Бегемот, вклинился между друзьями, и, сметав за пару минут свою порцию, нагло спросил:
– А чего это вы на ужин пришли? Могли бы ещё задержаться, я бы не обиделся.
Вовка в ответ молча пнул его под столом ногой.
– Давай компот, Пьеро, а то заложу вожатой, что на обеде не были, – невозмутимо продолжал Бегемот.
Женька пододвинул ему свой стакан. Бегемот облапил подачку и победоносно посмотрел на Вовку, но тот демонстративно облизал указательный палец и макнул в компот вымогателю.
– Вожатая и так знает, что нас не было, в сон-час, поди, заходила в палату, – с улыбкой ответил он Бегемоту, и, отпив половину, отдал стакан Женьке.
Бегемот обиженно запыхтел, брезгливо отодвинул компот и выбрался из-за стола.
– Эй, жиртрест, что за новенькая у нас появилась? – окликнул его Вовка.
– А-а, Ольга Бельчикова. её только сегодня отец привёз, директор к нам определил. Девчонка как девчонка. А что?
– Да так, ничего, – ответил Вовка, потом в изумлении вскинул брови. – Как, как ты сказал?
– Ольга Бельчикова. Чего ты вылупился?
Но Вовка промолчал, отмахнулся нетерпеливо и задумался. Бегемот покрутил указательным пальцем у виска и ушёл.
Женька украдкой глянул на другой конец стола и отыскал лицо новенькой среди знакомых ребячьих физиономий. Подбородок с ямочкой, тонкие губы, чуть вздёрнутый носик, пушистые ресницы под светлыми бровями, длинные волосы, собранные в хвостик на затылке. Действительно, ничего особенного.
Ольга почувствовала его взгляд, повернула голову, и Женька, утонув вдруг в её искрящихся голубых глазах, смешался, покраснел и поспешно вскочил со стула. Вовка хмыкнул, уловив замешательство друга, и вышел вслед за ним на веранду.
После ужина на асфальтовой площадке перед столовой вожатые устроили танцы. По углам шиферной крыши висели два громкоговорителя, шнур от них тянулся высоко в ветвях сосен к радиорубке, где «командовал парадом» старший пионервожатый. Пластинки и магнитофонные записи были старые, «колокола» шипели и хрипели, но ритм отбивали исправно, и довольные пацаны скакали по площадке, выпендриваясь перед девчонками, неприступными, словно великосветские дамы.
Вовка с Женькой долго сидели на перилах веранды, наблюдая за танцующими. Солнце закатилось за ближние горы и на лагерь опустились быстрые сумерки. Над площадкой зажглись фонари, в их жёлтом свете роилась мошкара и ночные бабочки. Малышня нехотя отправилась спать, толпа немного поредела, и Женька отыскал глазами фигурку Ольги.
Она стояла чуть в стороне с девчонками и задумчиво покусывала травинку, не участвуя в общем разговоре, который вели местные красавицы, постреливая блестящими взглядами из-под накрашенных ресниц в сторону ломающихся под музыку парней из первого отряда. Шейк сменился медленным танго, и стайки ребят начали несмело распадаться на пары.
Женька помедлил немного, потом решился. Соскочил с перил, подошёл к Ольге и пригласил на танец. Она спокойно положила руки ему на плечи и уверенно повела сама, плавно вписываясь между другими парочками. А на Женьку словно столбняк напал. Ладони тут же вспотели, и он, чуть касаясь её талии, неумело топтался, деревянно переставляя негнущиеся ноги и чувствуя дрожь в коленках. Ольга смотрела ему прямо в глаза, улыбаясь уголками губ, и молчала.
Медленный танец закончился. Вновь застучал в динамиках ударник. Женька проводил партнёршу к шушукающимся подружкам, и, переведя дух, пошёл обратно к столовой. Но, в дёргающейся вокруг толпе, дорогу ему неожиданно заступил высокий красивый парень в яркой цветастой рубашке.
– Ещё раз к ней подойдёшь, получишь по мозгам, – процедил он сквозь зубы и несильно ткнул противника кулаком в живот.
Женька опешил, не нашёлся сразу, что ответить обидчику, а тот уже отвернулся и снова вклинился в круг дружков.
Вовка сидел на веранде, с ленивым интересом наблюдая за происходящим. Когда Женька подошёл, соскочил с перил и потянул за собой за угол корпуса, в темноту.
– Ты с Толяном Юговым лучше не связывайся – деловой сильно, накостыляет. Не зря у него кличка – Змей, – говорил Вовка на ходу через плечо. – Идём в отряд, разговор есть.
Женя кое-как унял колотящееся в груди сердце, вздохнул глубоко и направился вслед за товарищем. К своему коттеджу они пошли по короткой тропинке, мимо радиорубки. Музыка сразу увязла в кустах за спиной, а вокруг длинными трелями перекликались сверчки, замолкая, едва заслышав шорох приближающихся шагов.
– У тебя соображалка как работает? – спросил, не оборачиваясь, Вовка, угадывая в сумерках ветви деревьев и отводя рукой в сторону.
– Да вроде ничего, – удивлённо ответил Женька. – А что?
– А то. Я тебе, например, скажу, что эта девчонка никакая не Ольга Бельчикова, а мужик тот, с которым она шла, никакой не её отец. Ну, в смысле не отец Ольги Бельчиковой. Что ты на это скажешь?
– С чего ты взял?
– С того, что Бельчиковы года три назад у нас во дворе жили, потом переехали куда-то. Так что я их хорошо помню.
– Так может, они просто однофамильцы, – Женька запнулся и ткнулся носом в спину другу.
Вовка остановился, развернулся.
– Подожди, не падай. Сейчас совсем упадёшь. Раз тебе мало, вот второй факт.
Женька непонимающе уставился на него, пытаясь разглядеть его глаза.
– Помнишь откуда они шли?
– Сверху по реке спускались.
– И волосы у обоих мокрые были. Были?
– Ну да, я сразу заметил.
– Ну, и где, ты думаешь, они могли искупаться?
– В речке, конечно, где же ещё? А лучше всего под водопадом… – Женька тихонько присвистнул. – Ты считаешь, они тоже там были, в пещере?!
– Были?! Да они оттуда вышли! В той стороне никакой дороги и близко нету. Так что, каким транспортом они приехали, неизвестно. Может она иностранная шпионка, через подземный ход из Китая к нам заброшенная!
– Ну, ты загнул!
– Загнул не загнул, а наблюдение за ней нужно установить. И в пещеру надо обязательно пробраться, разведать всё. В общем, завтра поглядим, что дальше делать.
Даже в темноте Женька уловил в глазах друга лихорадочный блеск ожидания захватывающих приключений. Вовка замолчал, прислушался к ночным шорохам и зашагал дальше по тропинке.
Ребята вышли к своему отряду и поднялись по ступенькам в палату. На угловой кровати прямо в одежде разлёгся Бегемот, и, увидев входящих друзей, тут же притворился спящим, усиленно засвистев носом. Женька недовольно кивнул головой в его сторону, а Вовка приложил указательный палец к губам, и они стали разбирать постели.
Глава третья
Девочка-загадка и кое-что ещё
Утром в понедельник, как обычно, была общая линейка. Отряды построились прямоугольником вокруг высокого алюминиевого флагштока, возле которого ровной шеренгой стояли барабанщики и горнисты в тёмно-зелёных шортах и белых рубашках с красными нашивками. Лёгкий ветерок играл огненными языками пионерских галстуков и пытался подхватить приникшее к земле полотнище знамени.
Старший пионервожатый принял рапорты отрядных воспитателей, оглядел торжественный притихший строй и повернулся к флагу. Барабанная дробь и чистые звуки горнов эхом покатились к лесу, взметнулись ребячьи руки в пионерском салюте, и алое полотнище побежало вверх по тонкой рее, расправляясь на ветру трепещущим крылом.
В центр прямоугольника вышел директор. Вовка пихнул локтем стоящего рядом Женьку и прошептал:
– Сейчас нас начнёт песочить.
Но он ошибся. Директор, видимо, посчитал вчерашний инцидент исчерпанным и заговорил совсем о другом.
– Товарищи пионеры! Лето в самом разгаре, и, хоть сезон наш только начался, вы уже достаточно отдохнули, а сейчас пришла пора немного потрудиться. Дело, которое я хочу вам предложить, не будет трудным, и тем более скучным, и, выполнив его, вы поможете многим людям.
Сегодня директор был добрым. Он весело и хитро улыбнулся, и продолжил:
– Отряды с первого по третий сегодня и завтра остаются без завтрака, без обеда и без ужина в столовой…
Ребятня возмущённо загалдела.
– Потому что получат их сухим пайком, и на два дня пойдут в поход за лекарственными растениями. Младшие останутся на месте и займутся сбором трав в окрестностях лагеря, – закончил речь директор и направился к своему коттеджу, давая понять, что линейка окончена.
Ропот тут же сменился ликованием, строй сломался. Вожатые кое-как восстановили порядок, и повели всех к столовой.
Вовка шагал рядом с Женькой и возбуждённо шептал, дыша ему в ухо:
– Представляешь, как нам подфартило! Два дня в лесу сами по себе и времени сколько хочешь. Возьмём с собой фонарик – и в пещеру, а по ходу подорожника насобираем, помнишь, сколько его вдоль насыпи, и всё будет шито-крыто. Заодно и за Ольгой понаблюдаем, может, она наведёт нас на след.
Женька согласно кивал головой и притормаживал за рубашку спешащего друга, который наступал на пятки идущим впереди.
Старшие отряды собрались возле склада и начали получать провизию, палатки, спальники и рюкзаки. Дольше всего, конечно, делили конфеты и пряники. Девчонки подняли такой визг и шум, что к складу прибежал Казимирыч с одностволкой в руках, решив, что в лагерь пробрался какой-то зверь из леса. Сообразив, в чём дело, сторож покачал головой и пошёл обратно, чертыхаясь вполголоса на галдящую ребятню.
Вовка с Женькой быстренько набили рюкзаки картошкой, суповыми пакетами и тушёнкой. Сверху пристроили по спальному мешку, а в руки решили взять палатку и связку дюралевых перекладин и колышков. Вовка отошёл к вожатой и что-то долго объяснял, размахивая руками. Потом вернулся к другу.
– Всё в порядке, – сообщил он. – Идем на наш пляж под обрыв.
Наконец сборы были закончены и отряды потянулись из лагеря в разные стороны. Друзья, невзирая на солидный вес поклажи, вышагивали с отрывом в голове колонны, указывая дорогу и спеша поскорее прийти на место. Вожатая окликала их, и они притормаживали с недовольными минами, поджидая остальных.
– Ты фонарик не забыл? – спросил Женька, остановившись в очередной раз.
– Здесь, – Вовка кивнул на рюкзак. – Правда, «жучок», но ничего, мышцу качать будем, и батареек не надо. Ну что они там плетутся, как коровы, так мы и к обеду не доберёмся!
Он посмотрел на солнце и в нетерпении переступил с ноги на ногу. Из-за деревьев показалась жёлтая косынка вожатой, и Вовка тут же двинулся дальше. Женя подождал, пока ребята подойдут поближе, и направился за другом.
Скоро впереди заискрилась песчаная отмель, и отряд вышел на прогретый жёлтый берег. Вовка бросил палатку и рюкзак под сосной и подбежал к вожатой.
– Ирина Яковлевна, можно сразу за травой идти?
– Что это ты так разохотился? – вожатая удивлённо посмотрела на него. – Сначала нужно палатки поставить, приготовить подстилки из сосновых ветвей, – самая мужская работа. А мы с девочками займёмся обедом. Так что ты бы лучше натаскал пока дров, костёр развёл, а после еды можно и за основное дело приниматься.
Логика у вожатой хоть и женская, но возразить ей было нечего. Пока Вовка таскал дрова и сооружал костёр, остальные мальчишки начали обустраивать походный лагерь, но нетерпеливому искателю приключений казалось, что они копаются ужасно медленно. Он то и дело подбегал к ребятам, лез под руку с советами и шипел на Женьку, что тот неповоротливый, как и все остальные. После очередного наскока Вовку шуганула вожатая: пора было варить еду, а огонь до сих пор еле теплился.
Ольга, за которой Женька исподтишка наблюдал между делом, тоже с удовольствием занялась хозяйственными хлопотами. Она сразу взяла инициативу с обедом в свои руки, начистила картошки перочинным ножиком с множеством лезвий и других приспособлений, затем им же, используя какую-то хитрую крутящуюся открывалку, за несколько минут мастерски вскрыла четыре банки тушёнки. Вовка успел прицепиться и к ней, проходя мимо с охапкой хвороста и как бы невзначай спросив, откуда у неё такой интересный складень.
– Это папа мне подарил, специально для походов, – просто ответила Ольга, споласкивая руки в быстрой речной воде.
– И где такие ножички делают?
– В Австрии.
Вовка удивлённо хмыкнул, и многозначительно глянул на Женьку, краем уха слышавшего разговор. Ольга тоже заметила этот быстрый взгляд и наклонила голову пониже, пряча от мальчишек улыбку. Она сама со вчерашнего вечера незаметно приглядывалась к друзьям, а они, занятые своей тайной, даже не почувствовали, что тоже находятся «под колпаком».
– Проверь незаметно её рюкзак, – прошипел Вовка, специально сделав крюк мимо друга, – когда будете вещи затаскивать.
Женька неодобрительно посмотрел ему вслед.
Когда он закончил возиться с колышками и растяжками девчоночьей палатки, возле которой лежал примеченный рюкзак Ольги, и начал заносить пожитки внутрь, из расстёгнутого кармашка что-то выпало. Женька поднял и рассмотрел на ходу продолговатую пластмассовую коробочку, усыпанную десятком мелких кнопок с цифрами и буквами. В верхней части коробочки находился матовый экранчик.
Загадочная вещица так удобно лежала в ладони, что Женька не удержался и нажал пальцем на одну из кнопок. Коробочка тут же отозвалась тонким музыкальным писком, экран засветился, и на нём появились цифры и какой-то значок, напоминающий изображение антенны, перечёркнутое крестом.
Женька воровато огляделся по сторонам – внимания на него никто не обращал, с сожалением сунул коробочку обратно в карман рюкзака, пристроил его у входа в палатку и быстренько ретировался к другим мальчишкам.
В конце концов все приготовления были закончены, обед умяли за милую душу, и довольная ребятня отвалилась от котелка. Пацаны и девчонки в изнеможении попадали кто куда, всем видом показывая, что неплохо бы устроить сон-час. Даже купаться никого не тянуло.
– Эх вы, – с улыбкой проговорила вожатая, оглядывая уморившихся работников. – То вас спать не загонишь, а тут быстро устали все на свежем воздухе.
– А кто хочет спать?! – тут же подхватился Вовка и оглянулся на друга, усиленно подмигивая ему хитрым глазом. – Ты хочешь?
– Нет, – ответил Женька, заставляя себя подняться на ноги и отряхивая песок с коленок.
– И я не хочу. Мы не хотим, Ирина Яковлевна, и вызываем всех лежебок на соревнование!
Вовка нырнул в палатку и вытащил два пустых рюкзака, один протянул Жене.
– Вечно этот Пьеро что-нибудь выдумает, – недовольно загудел Бегемот, пытаясь на четвереньках преодолеть силу земного притяжения. – Калории ещё не усвоились как следует, а ему не сидится. Во всём мера нужна.
– Это точно, – ответил насмешливо Вовка и, выпятив живот, погладил его ладошкой. – Лучшая мера Бегемота!
Ребята, уже поднявшиеся на ноги, опять попадали со смеху на песок, а двое друзей, закинув рюкзаки на плечи, не теряя времени, направились по берегу к близкому повороту речки.
– Вы хоть знаете, что собирать? – окликнула их вожатая.
– Да знаем, знаем, – отмахнулся, не оборачиваясь, Вовка, и, схватив Женьку за руку, потащил за собой, ускоряя шаги. – Пошли быстрее, пока нас не выследили. Скроемся за поворотом, махнём на ту сторону и вперёд…
Они торопливо зашагали по галечнику, сменившему песчаную отмель, и скоро палатки скрылись из виду.
– Проверил рюкзак? – деловито осведомился на ходу Вовка.
– Проверил. Выпала из него одна штуковина интересная, такая… на маленькую рацию похожа. Я в журнале «Радио» видел портативную радиостанцию, но эта совсем крошечная, на ладони умещается.
– Да ну?! – у Вовки глаза загорелись, и он победно посмотрел на друга. – Что я тебе говорил! Точно, шпионка американская, а ты не верил. Убедился теперь?
Женька в сомнении пожал плечами, поднял плоский камешек и пустил с размаху «блинчиками» по воде.
Через речку переправились тем же способом, что и вчера. На насыпи быстро оделись и тут же принялись рвать широкие жилистые листья подорожника, густо разросшегося по краям старой дороги. Через полчаса оба рюкзака были плотно набиты до самого верха.
Вовка застегнул ремешок клапана на своём рюкзаке, достал из бокового кармашка фонарик, предусмотрительно завёрнутый в полиэтиленовый пакет, а рюкзак забросил подальше в кусты. Туда же отправили и второй, заломили для памяти веточку на берёзке и отправились дальше по своему маршруту.
На другой стороне реки среди деревьев показалась тоненькая девичья фигурка. Ольга проводила взглядом удаляющихся мальчишек и снова скрылась в лесу.
К водопаду друзья подошли, совсем упарившись на жаре, сбросили одежду на камни и первым делом искупались, отвели душу в быстрой прохладной воде. Потом Вовка проверил фонарик, замотал потуже в полиэтилен и крепко зажал в кулаке.
– Пошли? – глянул он на Женьку и шагнул в воду.
В пещере было тихо, шум падающей воды гас в двух шагах от входа, поглощаемый гранитными стенами. Пол был усыпан мелкой галькой вперемешку с песком. Видимо, раньше здесь бежал ручей. Сгустившуюся тишину разгоняло только мерное жужжание фонарика-»жучка», пляшущим лучом которого Вовка обводил таинственную пещеру.
– Неуютное местечко, – проговорил Женька, стараясь не выдать голосом нахлынувшего волнения.
У Вовки храбрости тоже заметно поубавилось, но он упрямо мотнул головой и двинулся прямо по узкому коридору. Рассеянный свет увязал в густой темноте, и Вовка направил луч под ноги.
Через минуту исследователи снова вернулись к началу пути.
– Так дело не пойдёт, – сказал Женька. – Я пойду медленно вперёд, а ты свети мне в спину, и наблюдай, где меня развернёт. Надо засечь это место.
Вовка согласно кивнул и начал усиленно жать ручку фонарика, высвечивая в темноте покрытую мурашками спину друга и держась от него на расстоянии вытянутой руки. Это, тем не менее, не спасло их от неожиданной встречи, гулким ударом отозвавшейся в ушах. Друзья отлепились друг от друга, потирая ушибленные лбы, и рассмеялись.
– Здесь, – Вовка повёл фонариком вокруг по стенам и потолку. – Видишь что-нибудь?
– Нет, – ответил разочарованно Женька.
Они ещё немного потоптались на месте, пытаясь разглядеть в затаившемся мраке недоступную часть пещеры, и даже на несколько секунд потушили фонарик, вслушиваясь в окружающую липкую тишину, но так ничего и не заметили.
– Пошли обратно, – вздохнул Женька, – а то я уже замёрз.
– Пошли, – нехотя согласился Вовка и посветил напоследок ещё раз в запретную часть коридора.
И вдруг луч «жучка» выхватил из темноты две красные светящиеся точки, повисшие в воздухе над самым полом в трёх метрах от них. Вовка дико заорал и друзья со всех ног кинулись вон из пещеры.
Снаружи ярко светило солнце, мирно шумел водопад, и в кустах перекликались беззаботные пичуги.
Мальчишки упали без сил на камни возле скомканной одежды и молчали, успокаивая разгорячённое дыхание.
– Что там было? – наконец проговорил Женька, повернувшись к товарищу.
– Не знаю, – Вовка лежал с открытыми глазами, щурясь в яркое бирюзовое небо над головой. – Зверь какой-то. Сидит и на нас смотрит.