Мажор против элиты. Ты (не) моя цель

Глава 6

В этот день проблем у меня больше не было. Я смотрела в оба. На следующий день в столовой развернулась новая сцена с Яном в главной роли. Вернее, начиналось-то все не с него.

Мы с Ваней — это тот гнусавый парень в очках, который рассказал мне про Подслушано — стояли в очереди. Как и ещё человек двадцать ребят.

Тут прошли трое парней из параллельного класса и просто обошли очередь, встав в начало! Среди них был и парень Кристины.

— Они совсем охренели? — проговорила я.

Хотела разобраться во всем и уже даже дернулась, но Ваня схватил меня за локоть.

— Ты что, новенькая, совсем? Проблем потом не оберешься. Это Три Ка!

— Трико? — нахмурилась я.

Ваня прикрыл глаза и мотнул головой.

— Нет. Три Ка. Коля, Кирилл и Костя.

Я закатила глаза.

— С Кристиной у них Четыре Ка?

— Их там шесть. Ещё Николь и Вика. Вместе у них что-то вроде тайного общества.

— Тайного? — я выразительно на него посмотрела. — Прямо секретный секрет!

— Ну не тайное. Элитное общество. У них даже комната есть для их собраний.

Это ещё интереснее. Школа и так элитная, но даже тут есть иерархия. Самая элитная элита стоит наверху, еще и в группировку собралась.

Я присмотрелась к этим Трико. От их выходки шептались все, но никто не мог сделать им замечание. Они выглядели как «крутые парни». Или думали, что так выглядят. На самом деле походили на обычных козлов с раздутым самомнением. Все вокруг должны перед ними расступаться! Они короли мира! А все потому, что их родители сказочно богатые. Даже повара и буфетчица не могли сделать им замечание, потому что для таких, как они, работники все равно что прислуга.

Но здесь был ещё один, кто выше всех в пищевой цепочке.

И он зашёл через мгновение после них.

Ян окинул взглядом очередь, а потом троих парней в ее начале. Взгляд его потяжелел. Когда он направился к кассе, все ещё больше зашептались.

— Он что, тоже без очереди?

— Да мы из-за них не успеем пообедать за перемену!

Но Ян не пролезал вперёд очереди.

Он схватил одного из парней за плечо и оттолкнул в сторону. Думаю, не случайно он выловил из этой троицы именно бывшего парня Кристины, Костю — тот вчера уже успел нарваться на него в спортивном зале. Его взлохмаченные светло-пшеничные волосы напоминали стог соломы, в ухе блестела серьга, которую я заметила только сейчас, а рубашка не была заправлена в штаны. Выглядел как настоящий хулиган. Ян на его фоне, несмотря на белые кроссовки, казался прямо британским джентльменом.

— Кто так по морде захотел? — вопросил Костя, но при виде Яна чуть язык не проглотил.

— Похоже, что ты.

Голос его звучал так холодно, что даже у меня мурашки по спине пробежали, хотя я далеко стояла.

Я поймала себя на мысли, что Костя изо всех сил пытается казаться крутым, но Ян крут на самом деле, а для этого ему даже ничего особо делать не приходится.

— Черт, — Костя закатил глаза. — Как ты меня раздражаешь.

— Показать, где твое место?

— Что ты докапываешься? Если хочешь купить побыстрее, мы тебя пропустим.

Ян опять усмехнулся. Я заметила, что такие смешки вырывались у него в самые нервные моменты.

— А почему ты решаешь за всех, что можешь пропустить меня вперед? — Ян двинулся на него, схватил за плечо и толкнул по направлению к выходу. — Испортил мне настроение. Сегодня останешься без обеда.

— Да ты совсем психованный? — возмутился Костя.

Ян снова толкнул его, на этот раз с такой силой, что он чуть не упал, запнувшись о порог.

— Зайдешь сегодня сюда еще раз, и у тебя будут большие проблемы. И не думай, что я не узнаю.

Костя, стоя за порогом столовой, прожигал его взглядом. По глазам было видно, что он хочет хорошенько врезать Яну, но не мог этого сделать. Он глубоко вдохнул и запрокинул голову, выдыхая.

— Что за фигня.

И на такой ноте ушел.

В столовой стояла тишина. Многие даже дышать боялись. Но несколько ребят за столами рискнули достать телефоны, чтобы все это снимать. Наверное, собирались дать контент Админу Подслушано.

Ян повернулся к двум другим парням.

— Вы тоже без обеда хотите остаться?

Молча, без излишних препирательств, они ушли в конец очереди. Ян тоже направился туда. Смерил парней мрачными взглядами. Те отступили, пропуская его вперёд. Так становилось ясно: Ян поставил их на то место, где они, по его мнению, должны быть. В самом конце, позади него.

Стоящий рядом со мной Ваня выдохнул.

— Я думал они подерутся.

— Я заметила, что они хотят подраться, но изо всех сил сдерживаются, — прошептала я, чтобы парни не услышали.

Мы стояли в середине очереди, а другие ребята уже выходили из оцепенения, продолжая общаться. Я даже удивилась, какая тут стояла тишина.

— Конечно, если у кого-то из них появятся синяки или ссадины, будет разбирательство. Они этого не хотят. Да и вообще. Ещё недавно они были друзьями.

— Да ладно? — не поверила я.

— Я говорил тебе про тайное элитное общество. Так вот, их там было семеро.

Значит, Ян был с ними. Оно и неудивительно, он сын директрисы. А директриса не просто тут свою должность занимает. Она является и владельцем школы.

Когда мы купили обед, принялись искать место.

— Давай сядем туда, — Ваня указал на столик у окна.

Вообще-то, я пришла сюда не с ним, мы просто случайно пересеклись в очереди. И друзьями мы не стали. Было как-то неловко. Должны ли мы садиться вместе? С другой стороны, что такого? Он же мой одноклассник, а мест тут свободных мало. Если бы сели за разные столы, стало бы ещё более неловко. Я решила использовать это как возможность выведать у него побольше сплетен.

— Говоришь, они были в одном тайном обществе и дружили? А почему сейчас не общаются?

— Понятия не имею. То, что происходит за дверями их комнаты, там и остается.

— Звучит так, будто там какие-то преступления совершаются.

— Кто знает? — протянул Ваня. — Я никогда не бывал в той комнате. Каждый тут мечтает посмотреть, что же там такое. Но ключи есть только у них. Они часто туда ходят на переменах, иногда там уроки прогуливают.

Шестеро зазнавшихся мажоров. Самые богатые в этой школе. Кажется, я нашла всех своих главных врагов.

Или их семь?

Раньше ведь Ян был с ними.

— Когда Ян ушел от них?

— Где-то в начале этого года. Они просто резко перестали общаться.

Значит, он ушел незадолго до того, как моя сестра бросила школу. Был ли он причастен к тому, что с ней происходило?

Я подозревала, что если сам сын директора школы в числе агрессоров, то я не смогу так просто отомстить.

— Когда появилось Подслушано, я надеялся, что туда скинут какие-то сплетни, — тяжело вздохнул Ваня. — Но ничего насчёт их компашки так и не появилось.

— Ты говорил, что тоже туда что-то пишешь?

Ян сказал, что стукачей не любят, а Ваня в открытую говорил, что туда что-то скидывает.

— Да. Я увидел в этом шанс сделать нашу школу лучше. Вот, например, на днях увидел, что под мою парту кто-то приклеил жвачку. Люди — свиньи! Или в кабинете химии кто-то постоянно откручивает краны на партах и складывает их в раковины. Вода через них не подается, мы даже толком не знаем, для чего нужны эти краны, но зачем их постоянно откручивать? Вот об этом я и пишу, сопровождаю фотографиями!

Я вздохнула. Неудивительно, что его посты не выкладывают. Ерунду кидает. Но говорить об этом не стала, чтобы не обижать Ваню. Судя по опубликованным постам, Админа интересуют больше сплетни о самих учениках. А вернее, что-то самое интригующее, даже грязное. Их проступки. Как будто он хочет выставить всех в невыгодном свете и рассорить.

Быть может, этот Админ все же может стать моим союзником?

— И никто не знает, кто Админ?

Ваня покачал головой.

— Думаю, после всего, что выложил, он в этой школе спокойно жить точно не сможет. Тем более, он подгадил элитному обществу. Представляешь, что они с ним сделают?

Могу догадываться.

А это означает, что так просто отыскать Админа у меня точно не получится.

Глава 7

На уроке химии учительница огорошила новостью.

— Сегодня у нас занятие в парах. Все сидят по двое? — Она вытянула шею, оглядывая класс.

Я неловко прикусила губу.

По двое сидели абсолютно все, кроме меня и Яна.

Рядом послышалось шевеление. Я повернулась. Ян убрал со стола свой рюкзак, повесив его на крючок рядом с партой. Раньше рюкзак всегда занимал соседнее место.

— Эй, новенькая, давай сюда.

Я что, собака? Ещё бы сказал «ко мне».

Не знаю, отчего его слова вызвали у меня такое раздражение. Вроде бы, ничего страшного не сказал. И всё-таки… раздражает. Наверное, это из-за того, что он сын директрисы, а директриса — тот человек, на котором лежит ответственность за все, что произошло с моей сестрой. Она замяла дело, хотя прекрасно знала, в каком Маша состоянии.

Да и вообще, где гарантия, что сам Ян не участвовал в издевательствах? Как я выяснила у Вани, он был вместе с теми Трико. Только почему перестал с ними общаться? Может, наскучили издевательства? В таком случае, что сейчас у него вызывает веселье?

Мне вдруг стало не по себе от этих мыслей.

Вот так и становятся маньяками. Сначала они мучают слабых, а потом им этого становится недостаточно, и они идут убивать.

Я отмахнулась от этих мыслей. Надо меньше трукрайма смотреть перед сном.

Впрочем, те, кто сломал моей сестре психику, однозначно преступники.

Я пересела за парту к Яну. Было глупо отнекиваться и что-то выдумывать: и так очевидно, что нам придется объединиться, ведь мы единственные, кто сидел по одному.

Мы взяли из лаборантской лотки с уже приготовленными баночками и скляночками. Учительница начала объяснять, что делать для получения гидроксида алюминия.

Опыт был не особо интересный. Просто работали с какими-то жидкостями. В химии я плохо разбиралась, для поступления сюда сдавала экзамены по математике и физике.

— Надо налить эту штуку? — спросила я, взяв бутылочку с раствором.

— Шаришь?

— Нет.

— Ничего страшного, я могу все сделать.

Он забрал у меня бутылек. При этом случайно коснулся моих пальцев. По моей спине пробежались мурашки.

А это что такое?

Я превратилась в каменного истукана. Он специально это сделал или случайно?

С невозмутимым видом Ян налил раствор в пробирку, а потом добавил раствора из другой баночки. В жидкости появился белый осадок.

— Просто записывай все, что видишь, потом я у тебя перепишу и допишу формулы.

Прищурившись, я кивнула. Ян вообще никак не менялся в лице. Глупая я, конечно, он случайно меня коснулся, и что в этом такого? Даже не знаю, почему я придала этому такое большое значение.

Я решила, что его предложение справедливо. Это задание на оценку, но в то же время это командная работа. Пока он смешивал жидкости, я старательно записывала все изменения, которые с ними происходили, а также тщательно переписывала названия с этикеток, чтобы не перепутать.

А потом вдруг заметила, как сосредоточенно Ян работает и насколько серьезно выражение его лица. Он очень ответственно подошел к заданию, и это меня почему-то отвлекло. Я ещё не знала, кто тут главный отличник, здесь вообще-то все хорошо учились, недаром школа частная. Наверное, сын директрисы должен быть лучше во всем. Так сказать, положение обязывает держать планку.

— Ты не записала? — он повернулся ко мне.

Сидели мы довольно близко и теперь оказались нос к носу.

— Ой.

Я тут же законспектировала новые изменения жидкости, а потом как бы невзначай спросила:

— Тебе нравится химия?

— Почему ты так решила? — не сводя взгляда с пробирки, спросил он.

— Выглядишь очень увлеченным.

— Дело не в этом. Если я за что-то берусь, всегда делаю это как следует.

Это какой-то синдром отличника? Я не стала допытываться. С чувством неловкости я поняла, что благодаря ему за эту работу получу отлично. Теперь мне казалось, что я в долгу. А это плохо, если Ян — один из моих врагов. В таком положении он может потребовать у меня что-то взамен. Обычно так это и происходит: я за тебя сделал задание, а взамен ты должна совершить что-то ужасное. Манипуляция агрессора.

Зря я об этом сразу не подумала.

Напряженно я снова посмотрела на Яна. Он не выглядел так, будто собирался требовать у меня что-то взамен. Вообще в разговоре казался довольно адекватным, ни разу мне никакой грубости не сказал. Но это еще ничего не значит. Настоящие манипуляторы скрываются за маской и только потом открывают свое истинное лицо.

Тут впереди сидящие девочки нервно зашевелились. Одна сразу отложила ручку и поднесла телефон к носу.

— Как такое может быть?

Ее соседка наклонилась к ней, чтобы заглянуть в телефон.

— И так понятно, что он хулиган, но вот это уже слишком.

Я подалась чуть вперед, пытаясь тоже посмотреть, но головы девочек все перекрывали. Наверное, что-то выложили в Подслушано. Тогда я взяла свой телефон, чтобы проверить.

И правда — вышел новый пост.

Несколько фотографий: разбитая машина, у которой вся передняя часть всмятку. Развороченный забор и разбитый столб из желтого кирпича. По виду, фото сделаны в частном секторе. В тексте поста говорилось, что это машина Костиного отца, которую парень взял без спроса после выпитого также без спроса отцовского алкоголя. В результате — разбитый мерседес и разрушенный забор соседей. Ситуация не предавалась огласке: отец Кости договорился с соседями. Какого рода был разговор, и так понятно: денежки затыкают любой рот.

Даже странно. Сначала Кристина, потом ее бывший парень. Наверное, Админ нацелился на их элитное общество? В таком случае, стоит ждать посты об оставшихся четырёх ребятах?

Если это действительно так, то Админ однозначно мой союзник. Но пока этого нельзя было сказать наверняка. Понаблюдаю еще.

Я повернулась к Яну. Он просто сидел, смотря перед собой ничего не выражающим взглядом, тогда как уже весь класс встал на уши и шушукался, а учительница пыталась призвать всех к тишине.

— А тебе не интересно, что там? Ты ведь тоже есть в этой группе?

Я проверяла всех участников — наш класс состоит в этой группе полностью, как и параллельный.

— И так уже увидел.

— Я слышала… вы с этим парнем были друзьями? — рискнула поинтересоваться я.

Ян перевел на меня взгляд, будто стрельнул.

— Я же говорил, что тут ни у кого друзей нет.

— Но вы близко общались?

— А тебе какое дело?

Понятно. Просто так он мне ничего не расскажет. Но справедливости ради, это и правда не мое дело.

— Вернемся к работе. — Ян взял ручку и принялся переписывать наблюдения из моей тетради.

Вместе с тем с поразительной легкостью дописывал формулы. Он явно умный. Я бездумно записала эти же формулы к себе в тетрадь.

Когда подняла взгляд, заметила, что сидящая за первыми партами черноволосая Николь сверкает на меня глазами. Или не на меня? Смотрела она явно в нашу сторону. Но стоило нам пересечься взглядами, как она отвернулась.

Мне это совсем не понравилось.

— Постарайся больше не нарываться на Кристину и ее подружек, — вдруг сказал Ян.

Я повернулась к нему. Не поднимая взгляда, он дописывал работу.

— Опять предупреждение?

Тут он остановился, посмотрел на меня и немного улыбнулся.

— Скорее, совет.

— Я и не нарывалась, они сами ко мне пристают.

— Больше не будут.

Почему? Он собирается за меня заступиться или что? Почему он кинул тот мяч в Кристину? Я терялась в догадках, но не могла напрямую спросить.

Когда Ян вернулся к своим записям, я заметила, как его взгляд решительно блеснул, и поняла, что он и правда собирается что-то делать.

Глава 8

На следующих уроках мы сидели, как и раньше. Разумеется, то, что мы объединились на химии, вовсе не означало, что теперь на всех уроках будем садиться вместе. Да и Ян, как и прежде, клал рядом с собой рюкзак, что красноречиво говорило: ему сосед по парте не нужен.

На обед я пошла одна. Впрочем, я тут вообще редко с кем-то разговаривала. Иногда общалась, разве что, с Ваней, но он уж слишком был странным: не прекращая искал мелкие недостатки в школе и отправлял их в Подслушано.

Неужели он не понимал, что Админа интересуют сплетни о людях, а не разрисованные и обклеенные жвачкой парты?

Кстати, после поста про разбитую машину, Костя был прямо в ярости. Он снова заявился к нам в класс и набросился на Кристину. Спрашивал, не она ли отправила эти фото. Похоже, Кристина знала о произошедшем, так что его предположение было логичным. После этого обвинения она разрыдалась, а подружки ее успокаивали.

Так и не понято, она отправила этот пост или нет.

Если и она, то зачем? Мстила за то, что ее кинули? Но это ведь она засветилась на фото, целующаяся с другим парнем. Или это действительно подделка, и Кристина обиделась, что Костя не поверил ей, поэтому решила отомстить?

У этих ребят интрига на интриге.

Теперь я даже не знаю, как мне мстить за сестру. Вообще-то, я хотела их растоптать и уничтожить, заставить испытать то же, что испытывала она. Раскрыть их злодеяния, чтобы о них узнали все. Возможно, выложить в интернете на всеобщее порицание. Но тут уже и без меня справлялись. Этот таинственный Админ рушил их репутацию. Правда, пока все это происходило лишь на группу в восемьдесят пять человек.

Возможно, я могу собрать эту информацию и смонтировать вирусный ролик? Если он наберет миллионы просмотров, то обидчики от такого скандала ещё долго не оправятся.

За обедом я прокручивала эту идею. Можно создать анонимный аккаунт. Вот только я должна быть уверена в том, что публикую, иначе меня быстро вычислят, да ещё и обвинят в клевете. Тогда проблемы уже будут у меня. Мне нужны существенные доказательства, на которых показано, кто и что делал с Машей.

Иногда ведь хулиганы снимают на видео, что делают со своими жертвами? Мне что, украсть чей-то телефон? Вряд ли из этого выйдет что-то толковое. Я не умею взламывать пароли и копировать данные, как это показывают в фильмах.

Из мыслей меня выдернул резкий хлопок подносом, обрушившийся прямо передо мной.

Я вздрогнула.

Напротив села Николь. С левой стороны в проходе разместилась молчаливая Вика. Кристины с ними не было — наверное, она ещё отходила после разборок с Костей.

— Тебя ведь Мила зовут? — спросила Николь, сверкая на меня глазами. — Что это за имя? Оно вообще настоящее?

Я в упор на неё посмотрела.

— Сказала Николь.

Она покачала головой с приклеенной к лицу полуулыбкой.

— Мне не нравится, как ты себя ведешь. Похоже, новенькой нужно показать, где ее место.

Я пожала плечами.

— Вообще-то я помню, где сижу.

Взгляд Николь стал гораздо жестче, хотя улыбка не сходила с ее лица. Выглядела она и правда зловеще, верю, что лидер в их компании именно она.

Не сводя с меня взгляда, она вязала стакан с компотом и вылила его мне в тарелку с макаронами.

Я уже была готова к какой-то пакости, так что не сильно удивилась.

Вообще-то, зря она поставила поднос со своим пюре, политым коричневой подливой, прямо напротив моего. Да ещё и белую блузку без жакета надела. Наверное, никто отпор ей не давал, а потому она даже не подумала о возможных опасностях.

Но я уже видела шанс ей отомстить за свою испорченную еду, причём так, чтобы со стороны никто не понял, что это сделала именно я.

Столешница выполнена из гладкого материала, я ещё в свой первый обед заметила, как хорошо по ней все скользит. Пластиковый поднос не исключение. Края столешницы чуть скругленные.

Может, и не зря я учила физику для поступления в эту школу. Передо мной был идеальный пример принципа рычага.

Чтобы вылить компот в мою тарелку, Николь пришлось податься чуть вперёд. Когда она закончила, стала возвращаться в привычное положение. Я тем временем толкнула свой поднос, он уперся в поднос Николь и сдвинул его за край с противоположной стороны. Николь как раз в этот момент ставила свой стакан обратно и не успела среагировать. Поднос накренился, и тарелка с пюре скатилась, шлепнувшись ей прямо на живот.

Вся столовая затихла. А Николь замерла с широко раскрытым ртом — была в таком шоке, что даже звука издать не смогла. У рядом стоящей Вики от потрясения округлились глаза.

Я поднялась, взяв свой поднос с испорченными макаронами.

— Разве в детстве тебе не говорили, что с едой играть нельзя?

И с гордо поднятой головой прошествовала к окну для сдачи грязной посуды.

Только когда вышла за порог столовой, поняла, что у меня трясутся руки, а сердце бешено стучит. Мне даже не было обидно, что я так и не пообедала. Николь пыталась поставить меня на место, а я выставила все так, что от злодеяния она пострадала в два раза сильнее меня. Даже дыхание перехватывало. Не знаю, от радости или волнения — наверное, от всего вместе.

Маленькая, но все же победа.

Когда вернулась в класс, своих врагинь ещё долго не видела. Наверное, отмывались в туалете. Перемена была долгая, так что, может, Николь и успеет привести себя в порядок.

Как обычно лежащий на парте Ян вдруг поднялся и подошел ко мне, повернув экран своего телефона.

— Смотри, что выложили.

Я пригляделась.

С ума сойти, кто-то сфотографировал облитую пюре Николь и стоящую рядом меня. Пост уже выложили в Подслушано.

«Сегодня Ника пыталась опозорить новенькую, а в итоге сама опрокинула на себя поднос. Вот ржака. Анон пожалуйста»

— Она сама виновата, — я старалась сохранить невозмутимое лицо, но Николь выглядела так смешно, что я не сдержалась и засмеялась.

Ян смотрел на меня с каменным выражением.

— Смешно тебе? Но это только пока. Можно проиграть бой, но выиграть сражение. Поднос не просто так упал, ты его подвинула, и она это наверняка поняла. — Он уперся руками в мою парту и посмотрел совершенно серьезным взглядом. — Следующий ее удар будет в десять раз хуже.

А то я сама не понимала. Вот надо было ему мне настроение портить?

— Ты все предупреждаешь, предупреждаешь, только мне от этого ни тепло, ни холодно, они все равно ко мне пристают!

— Слишком жесткий ход без стратегии. Ты в меньшинстве. Сейчас выиграла, а потом что?

— Почему жесткий? Она мне еду испортила.

Ян выдохнул, схватился пальцами за переносицу, а потом обошел мой стул и сел рядом.

— Какая Николь? Ты знаешь ее характер? Почему твой ход жесткий? Он бьет сразу по нескольким ее преимуществам: внешний вид и репутация. Она заставит испытать тебя в два раза больше унижения.

— Хочешь сказать, мне не надо было давать ей отпор? Надо молча терпеть, когда она лила мне компот в тарелку?

— Нет, но тебе нужно приготовиться, что делать дальше. А пока… — он отвёл взгляд. — Садись со мной, они не тронут тебя, пока я буду рядом.

Я озадачилась. Вот в чем дело. Этот мажор переживал, что со мной жестоко поквитаются. Даже странно. Почему он обо мне печется? Предупреждает, заступается.

Вряд ли из-за того, что я ему понравилась.

Может, совесть не дает покоя?

Я не стала спорить и перенесла свои вещи на соседнюю парту. Он был прав — рядом с сыном директора мне будет гораздо безопаснее. Когда разместились, повернулась к нему.