Рожденная править. Магдалена в Академии Магии
- -
- 100%
- +
– Сударь, говорите, как есть, ничего не утаивайте! – потребовал король.
– Мне очень не хотелось бы расстраивать Ваше Величество, но боюсь, мне вас нечем порадовать, – вздохнул ректор.
– Так я и знал! – с горечью в голосе воскликнул тот. – Я все это видел, но наивно тешил себя иллюзиями. Выходит, год потрачен впустую, и принц по-прежнему остался все таким же сорванцом!
– Похоже, что так и есть. И если уж говорить начистоту, то иногда Его Высочество делается совершенно невыносимым, – принялся откровенничать Венсен де Риваль. – Люди, приставленные неотступно следовать по пятам и наблюдать за ним, не дадут мне соврать. Они ежедневно делают мне доклады о поведении и учебе принца. И надо признать, отчеты эти неутешительны. Арман часто ленится, не уделяет учебе должного внимания. И это при всей слабости его дара! А ведь Факультет Высшей Магии не терпит такого отношения! Кроме того, Его Высочество по-прежнему дерзок и строптив, и его хулиганское поведение не соответствует его высочайшему положению наследника престола. Конечно, я делаю скидку на вольные студенческие нравы, царящие в Академии. Но даже с учетом этого, надо признать, что поведение принца часто бывает недостойным.
– Та-а-ак… Заграничное образование не помогло, – задумался король. – И как же нам теперь быть, брат мой? Я уже ума не приложу!
Герцог удивленно посмотрел на короля. Тот впервые за двадцать лет назвал его братом.
– Ваше Величество, мне известен только один действенный способ, проверенный веками, который обычно применяется в таких случаях.
– Какой же? Впрочем, кажется, я догадываюсь, о чем речь. Это женитьба? – предположил тот.
– Да, Ваше Величество, Вы совершенно правы. Я предлагаю выбрать девушку самого достойного происхождения и связать с ней принца узами брака. А что может быть лучше женитьбы? Так всегда делалось в благородных семействах, чтобы усмирить вздорных юношей, – уверенно заключил ректор.
– Признаюсь, Венсен, я тоже думал об этом. Но пока отбросил эту мысль. Посчитал, что Арман слишком еще юн для такого серьезного шага и пока не способен осознать всю его важность для престола.
Герцог снова удивленно посмотрел на короля. Тот назвал его просто по имени. Отбросил все условности, как это было когда-то, много лет назад.
– Я так не считаю, Ваше Величество. Наследнику престола вполне достаточно лет, чтобы уже повзрослеть и примерить на себя эту ответственную роль.
– Сударь, вы думаете, женитьба поможет обуздать дикий нрав моего старшего сына? – с надеждой в голосе спросил Арман I.
– Вероятнее всего, он остепенится, как это обычно происходит, когда женят строптивых сыновей.
– Что же вы предлагаете? Устроить Бал Невест?
– Мне представляется, что для начала можно провести своеобразную репетицию.
– Что это значит? – удивился король.
– Если Его Высочество сразу принудить сделать выбор, то зная его, можно предположить, что он может взбрыкнуть и расстроить все наши планы.
– М-да-а… Такое, к нашему величайшему сожалению, тоже возможно, – вздохнул он.
– Поэтому, как мне кажется, правильнее всего будет просто устроить самый обычный праздник. И под это дело как нельзя лучше подойдет традиционный Осенний Бал в Академии. Таким образом, вообще никто ничего не заподозрит, – пояснил герцог.
– Сударь, выходит, принц ничего не будет знать о том, что от него хотят? Но что это нам даст? – удивился Арман I.
– Ваше Величество, перед этим балом следует как можно более аккуратно намекнуть принцу на присутствие достойнейших барышень, на которых ему, как будущему наследнику престола, стоит обратить особое внимание. И вовсе не для женитьбы, а просто чтобы лишний раз повращаться в высшем свете.
– Под видом прицела на далекое будущее?
– Да. Но это и будет наш пробный, тайный отбор. И его мы сделаем сами. Заранее составим списки подходящих невест. И именно на них ненавязчиво укажем Его Высочеству. И затем поглядим, кого из этих барышень он предпочтет, на кого обратит особое внимание. И, главное, пусть принц немного попривыкнет, переживет зиму с мыслью о женитьбе, неизбежной когда-то в будущем. Мы же тем временем будем работать с барышнями дальше и тайно произведем отбор. А уже весной, накануне Весеннего Бала в Академии мы сможем официально объявить Большой Отбор Невест для наследника престола. Но тайно уже сами произведем этот отбор.
– Гениальный ход! – воскликнул король и воспрянул духом. – Мой брат, вы вселили в меня надежду! Надо будет обсудить эту животрепещущую тему с Ее Величеством.
Глава 8
Мадмуазель Вернель завершила занятие с сыном кухарки. Мальчик оказался очень смышленый.
– Ваш сын делает успехи, – весело сообщила студентка его матери.
– Уж не знаю, как вас и благодарить, барышня! – она радостно всплеснула руками.
– Ну, что вы! – засмущалась та. И тут кое-что вспомнила и продолжила:
– Тетушка Лили, у меня к вам есть просьба.
– К вашим услугам, барышня!
– Тут неподалеку есть один котик, – сообщила Магдалена, аккуратно подбирая слова, чтобы не выдать себя. – Какие-то хулиганы сильно его обидели, но теперь он, к счастью, идет на поправку. И этого малыша срочно надо куда-то пристроить, найти для него хороший дом. Не могли бы вы мне в этом помочь? А может, вам самим нужен кот?
– Ох, я бы рада взять… – замялась кухарка. – Но вы же понимаете, барышня, что в Академии строго-настрого запрещено держать животных. Если я кого-то тайно заведу, и об этом узнают, то я сразу лишусь своего места.
– Понимаю, – вздохнула та.
– Но не переживайте! Я что-нибудь придумаю! Вот я скоро поеду в деревню навестить сестру и там поспрашиваю. Наверняка кто-нибудь согласится взять кота. Может, сама сестра и захочет. Я почти уверена в этом.
– Благодарю вас, тетушка Лили!
– Не спешите благодарить, барышня, – добавила она. – Дело в том, что поеду я не сейчас. Выходные у меня будут только через две недели, не раньше. А до той поры придется обождать.
– Жалко. Но все равно, спасибо вам больше! Надеюсь, котик сможет подождать.
– Только пусть он будет осторожен, этот котик! А то, неровен час, кто-нибудь узнает! – предупредила кухарка, будто о чем-то догадывалась.
– Хорошо! – ответила та, забирая с собой очередную порцию молока для своего питомца.
***
Мадмуазель Вернель вышла в столовую. Там уже собрались к ужину однокурсницы. Приятно пахло ванилью. Это с кухни доносился аромат яблочного пирога.
– Мучное мне сейчас есть никак нельзя. А то в бальное платье не влезу, – лениво произнесла Клер де Гурье, встряхнув своими роскошными каштановыми косами. Эта девушка имела такую яркую красоту, что ее не способна была затмить даже такая неказистая одежда как форменное платье факультета иностранных языков.
Мадмуазель де Гурье в этом сентябре уже успела тайно влюбиться в принца Армана. И теперь, когда в Академии вот-вот должен состояться традиционный Осенний Бал, все мысли невольно устремились к этому грандиозному событию.
– Мне уже доставили бальное платье, – не упустила случая похвастаться Клер. – Я в таком восторге! Как увидела его, просто влюбилась!
– Да-а-а… – одобрительно хором вздохнули окружившие ее приятельницы, заранее представив, какой фурор произведет Клер на Осеннем Балу.
– И теперь боюсь, сумею ли перед балом застегнуть платье в талии, – кокетливо пожаловалась та.
Осиная талия – это была отдельная гордость мадмуазель де Гурье. И она всячески это подчеркивала при каждом удобном случае.
– Везет же некоторым, – покосилась Клер на проходившую мимо Магдалену с булочкой и молоком. – Едят двойными порциями, а не толстеют.
Но та ничего на это не ответила.
– Неужели ты не боишься поправиться? – не унималась Клер.
– Нет, не боюсь.
– А как же Осенний Бал? Ты уверена, что влезешь в свое платье? Хотя… – язвительно хмыкнула она. – Сомневаюсь, что оно у тебя вообще есть.
– Главное, что у тебя оно уже есть. Поэтому я не понимаю, почему ты так волнуешься за чужие наряды и талии? – невозмутимо ответила Магдалена. – Ведь твое платье – самое лучшее в мире, не так ли?
– Так. Оно лучшее! – важно согласилась Клер. И снова обратилась к своим преданным приятельницам с желанием похвастаться и покрасоваться:
– Мой бальный наряд действительно потрясающий! Когда вы его увидите, вы все обомлеете от восторга. Я сама чуть рассудка не лишилась от счастья, едва его увидела! Отец выложил за него какую-то неимоверную сумму, даже не глядя на цену, ведь ради меня он готов на любые траты.
В самом деле, эта барышня происходила из богатейшей семьи, из известного аристократического рода, чем очень гордилась. Ее отцом был сам маркиз де Гурье. Выходило, что Клер – одна из самых титулованных однокурсниц Магдалены.
Двери в Академию Магии Драконов для этой барышни гостеприимно распахнуты с самого рождения, и на факультете иностранных языков она оказалась лишь из-за полного отсутствия магических данных. Но данное обстоятельство нисколько не тяготило и не заботило. Этой юной аристократке, в отличие от Магдалены, в будущем не придется, не смотря на элитный диплом, стать скромной учительницей в богатом семействе или в деревенской школе.
Языки Клер изучала исключительно для того, чтобы соответствовать своему высокому положению в обществе, ведь всем известно, что каждая барышня благородного происхождения обязана знать хотя бы один иностранный язык.
Принесли ужин. Но мадмуазель де Гурье уже было не остановить, и она продолжила начатый разговор:
– В том году мы знатно повеселились и потанцевали. Но предстоящий Осенний Бал – особенный! Он ни в какое сравнение не идет с прошлогодним.
– Что же в нем ожидается такого особенного? Неужели в моду входит какой-то новый танец? – удивилась Зои Ниполь.
– Ты ничего не понимаешь, – важно ответила та. – В прошлом году принц Арман был за границей, а теперь он будет лично присутствовать на балу.
– А-а-а, понятно, – протянула Зои. Она хотела еще что-то сказать, но предпочла воздержаться.
– Ой, в самом деле! Там же будет сам принц! – сразу оживленно загалдели студентки. – О, да! Неужели же объявят Отбор Невест?
– Не думаю, – со знанием дела покачала головой Клер. – Если бы это было так, то я бы уже знала от светских сплетниц. Но пока нет ни одного слуха. Вероятно, это по причине того, что принц слишком юн. Но, уверяю вас, в недалеком будущем такой отбор непременно объявят. И надо к нему быть готовой уже сейчас!
– Представляю, сколько появится желающих принять участие, – предположила Зои. Если честно, она и сама бы не отказалась побороться за сердце принца Армана. Но постеснялась это озвучить перед мадмуазель де Гурье.
– Еще бы! Я первая готова хоть сейчас, – решительно заявила та.
– Ты смелая!
– Выйти замуж за принца – не это ли является главной мечтой любой девушки?
– Откуда такая уверенность? – не выдержала Магдалена, удивленная такому шуму из-за этого кривляки.
– Это – главная мечта девушки из приличной семьи, – еще раз повторила Клер, делая акцент на фразе «из приличной семьи». Так она явно хотела подчеркнуть свое превосходство и унизить свою собеседницу.
Но сделать этого не вышло. Последняя думала лишь о том, чтобы ужин поскорее закончился и можно было, не привлекая внимания, бежать к раненому котику, которого пора перевязать и накормить.
– Да я разве спорю и кому-то мешаю участвовать в Отборе Невест? – невозмутимо пожала плечами Магдалена. – Который, правда, никто и не объявлял.
– Это ничего не значит! – накинулись на нее приятельницы мадмуазель де Гурье. – Главное, что принц есть, он снова в Академии. А уж отбор мы и сами можем устроить. Пусть у этого красавчика закружится голова от такого количества хорошеньких барышень в красивых нарядах!
– Это точно. И лично я первая собираюсь вскружить голову Его Высочеству, – решительно заявила Клер, победно оглядев однокурсниц. Те восхищенно смотрели на нее и, в том числе, Зои Ниполь. Она понимала, что сама так не сможет.
– Но, вероятно, принцу Арману придется выбирать себе невесту из тех девушек, у которых есть магический дар? – решилась предположить Зои. – На нашем факультете таких барышень совсем нет.
– Пф-ф, – хмыкнула та. – Придется?! Он – принц, и сам решит, кого ему выбрать в невесты.
– Он не просто принц, он – наследник престола! А значит, обязан поддерживать в своем роду великий магический дар Драконов.
– Какая же ты зануда, – недовольно протянула мадмуазель де Гурье. Ей не нравилось, что ей напоминают про ее слабое место. – Главное, чтобы Арман влюбился и потерял голову! А уж там…
И Клер мечтательно замолчала, представив себе, как отправляется под венец с наследником престола.
Глава 9
Король задумчиво сидел в своем рабочем кабинете, замерев в роскошном кресле. Эта комната всегда была тем местом, где Арман I мог сосредоточиться и хорошенько, без помех, поразмышлять о многих важных вещах. Но явно не сегодня.
Теперь богатое убранство кабинета резко контрастировало с тягостными мыслями, не дававшими покоя правителю. Он пребывал в некотором замешательстве, поэтому просто сидел и глядел на парадные портреты, висевшие на стене – свой и супруги.
Королева Терезия с величественным взглядом, в роскошном наряде горделиво взирала с полотна на мужа. Хоть это и был брак по расчету, и чувствам здесь не нашлось места, но Его Величество всегда восхищался своей избранницей. Удивительно, но Терезия всегда вдохновляла своего супруга, была движущей силой многих его поступков. Не прилагая к этому никаких усилий. При помощи одного лишь взгляда.
Дверь открылась, и в кабинет стремительно вошла королева. Она предстала перед супругом в домашнем платье, достаточно простом, но при этом таком изящном и красивом, что хоть сейчас на прием.
– Что происходит, Ваше Величество? – удивленно спросила Терезия. – Почему наш мальчик сейчас выбежал в таких расстроенных чувствах?
– В расстроенных чувствах… – с усмешкой повторил король. – Вот как теперь это называется? Но не волнуйтесь, сударыня. Просто с сыном поговорил маркиз де Риваль. И, видимо, объяснил ему, как следует себя вести наследнику престола. Раз до сих пор никто не удосужился ему этого разъяснить.
– Сударь, что за намеки? – повысила голос Терезия. – Вы в чем-то меня обвиняете?
– Ну, что вы, Ваше Величество! Как я могу вас в чем-то обвинять?! Я просто констатирую факт, что наш сын вырос шалопаем. Впрочем, что уж там скрывать?! Он сделался настоящим бандитом.
– Что?! Бандитом?! Да что вы такое говорите, сударь? – возмутилась королева. Она даже готова была перейти на крик. Невозможно поверить, что так кто-то мог говорить о ее любимом сыне.
– Увы, сударыня, но это так, – с горечью в голосе подтвердил Арман I. Похоже, ваша слепая материнская любовь сотворила с принцем дурную шутку, и он вырос настоящим бандитом.
– Нет, я не желаю этого слышать! – заявила та. – Это все Венсен де Риваль! Он наглый лгун!
– Можете не слушать, сударыня. И можете продолжать оскорблять моего брата. Но от этого ровным счетом ничего не изменится. Факт остается фактом. Ваша слепая материнская любовь принесла свои печальные плоды.
– Все это неправда, наговоры и происки наших врагов! – упорно продолжала Терезия, не желая ничего слышать.
– Арман – до невозможности избалованный мальчишка, – более не обращая внимания на дамские эмоции, продолжил король. – И обуздать его с каждым днем становится все труднее и труднее. И то, что наследника престола отправляли на целый год заграницу, нисколько не помогло. Напротив, стало лишь хуже. Вместо того, чтобы учиться, принц шлялся там со своими дружками по трактирам и прочим злачным местам, устраивал пирушки и драки в порту и регулярно попадал в разные истории. А вместо того, чтобы усиленно вращаться в высшем свете, налаживать там полезные связи среди аристократии и быть представленным потенциальным невестам, Арман предпочитал проводить время в компании всяких подозрительных личностей и непотребных девок.
– Что?! – не выдержала королева. Чувствовалось, что ее нервы вот-вот сдадут.
– В итоге знаний за это время у него в голове не прибавилось ни на грамм. Полезных знакомств тоже ноль. А вот бандитские повадки расцвели пышным цветом. Да, сударыня, нравится вам это или нет, но это факт, – заключил Арман I.
Слушая все эти подробности, королева с ужасом смотрела на своего венценосного супруга. То, что Терезия сейчас узнала, повергло ее в шок. Ее Величество даже в страшном сне не могла себе представить, чтобы речь сейчас шла именно о ее любимом мальчике, а не о каком-то постороннем юнце, отбившемся от рук.
– Но это невозможно… – вдруг прошептала она побелевшими губами.
– Что случилось? Сударыня, вам плохо? – король хотел обнять ее за плечи и помочь сесть.
– Нет. Оставьте меня, сударь! Теперь я непременно должна побыть одна, – отмахнулась королева и стремительно направилась прочь. Арман I устало смотрел ей вслед. Он остался один в своем роскошном кабинете, и все это богатство теперь давило на него с удвоенной силой. Хотелось сдавить виски руками и ничего не видеть.
– Оставьте меня, – приказала Терезия даме, сопровождавшей ее в длинном коридоре. – И я запрещаю кому бы то ни было меня беспокоить. Я желаю побыть одна.
И Ее Величество скрылась в своем будуаре. Оставшись, наконец, без свидетелей, королева без сил упала в огромное кресло и горько заплакала.
Будуар, созданный по личным эскизам Терезии, был бесподобен. Задрапирован и обит дорогими заграничными шелками, обставлен мебелью драгоценных пород дерева, украшен бесценными произведениями самых искусных мастеров.
Но вся эта великолепная обстановка, окружавшая королеву в ее дамском гнездышке, сейчас холодно и безразлично взирала на ее боль.
«Мальчик мой! Как такое возможно?! Мой любимый мальчик – бандит?» – шептала сквозь слезы королева, держа в руках тончайший кружевной платок. – Возможно, по своей душевной слабости я и была слишком добра с сыном и действительно иногда смотрела сквозь пальцы на его шалости. Я этого не отрицаю. Но чтобы принц связался с какими-то ужасными хулиганами?! Это уму непостижимо!»
Все, только что услышанное от Его Величества, больно задело мать. Ведь наследный принц Арман был ее любимцем, самым обожаемым и долгожданным.
Когда юную Терезию выдали замуж за Армана де Риваля, он еще не был королем. Но уже тогда этот амбициозный представитель древнего рода Драконов вовсю готовился вступить в смертельную схватку за престол Эсмеральдии. Поэтому представители клана с нетерпением ждали наследника от юной госпожи де Риваль. Та уже была в положении.
Но на свет появилась девочка. Однако, вскоре случилось большое несчастье – новорожденная умерла в первый же день. Убитая горем мать долго не могла придти в себя.
Позже она снова забеременела, и снова родилась девочка. Супруг был вне себя, ведь он ждал сына. Но бедную Терезию снова постигло горе – эта малышка оказалась очень слабенькой и тоже вскоре скончалась.
И лишь третья беременность закончилась благополучно. На свет появилась девочка, которую назвали Люцией. Молодая мать не могла наглядеться на долгожданную дочку. Однако супруг Арман был расстроен, ведь наследование возможно только по мужской линии.
Поэтому когда, наконец, Терезия снова разрешилась от бремени и на свет появился долгожданный сын, радости Армана де Риваля не было предела. Новорожденного мальчика восприняли как великое счастье и назвали в честь отца.
Терезия понимала, что, наконец, выполнила свою главную миссию – произвела на свет наследника – и отныне может считаться истинной королевой. И теперь всю свою нерастраченную любовь она могла направить на сына, принесшего ей долгожданный высокий статус.
Спустя некоторое время небеса еще дважды наградили Терезию счастьем материнства: на свет появились дочь Стелла и, наконец, младший сын Ренье.
Но старший Арман по-прежнему оставался любимчиком матери. И она его всячески баловала, часто сверх всякой меры, в то время, пока отцу, полностью поглощенному укреплением своей власти, было не до воспитания наследника. И в итоге что выросло, то выросло.
Все эти события вихрем воспоминаний нахлынули на плакавшую в своем будуаре королеву.
«Довольно!» – наконец, приказала она себе. В голове Терезии четко обозначилось осознание того, что когда-то она едва не лишилась престола, еще даже не взойдя на него. И тогда Ее Величество решительно вытерла слезы и встала, расправив плечи, у нее явно созрело какое-то решение.
Глава 10
В аудитории стояла зеленая тоска. Такая густая, что, казалось, ее даже можно потрогать руками. А это, всего-навсего, шла лекция Виссия Сукка, бесконечно долгая и невыносимо нудная.
Профессор, сцепив руки за спиной, ходил взад и вперед. Он непрерывно бубнил что-то заумное о тонкостях происхождения корней в староэльфийском языке.
Все свои телодвижения господин Сукк производил с таким видом, словно его только что ударили из-за угла кирпичом по голове. Но, естественно, никто на Виссия не нападал, это был его обычное состояние.
Лекция шла на эльфийском языке. Те, из студенток, кто не очень хорошо его освоил, разбирали слова с огромным трудом, да и то далеко не все.
Но Магдалена все понимала прекрасно. Эльфийский язык – ее любимый! В школе эта девушка изучала его с упоением, не боясь никаких трудностей. Но Виссий умудрился убить эту любовь. Возможно, как ученый господин Сукк был и неплох, но как преподаватель он проявлял редкую бездарность.
Сегодня профессор читал «Историю эльфийского языка». Заунывным и крайне неприятным голосом бубнил заученный и крайне заумный текст. И это угнетало аудиторию. И чем дальше, тем сильнее.
«Нет, слушать такое просто невозможно. Но это еще полбеды. Ведь зимой придется сдавать экзамен по истории эльфийского языка. Все тому же Виссию! Вот уж где будет кошмар так кошмар!» – с ужасом подумала Магдалена. Она то и дело поглядывала в окно, думая лишь об одном: когда же все это закончится.
Судя по всему, она была не одна такая, никто из студенток особо не слушал унылого профессора. За исключением мадмуазель де Гурье. Она считалась любимицей Виссиия, всегда восседала на первом ряду и преданно смотрела ему в рот, ловя каждое слово.
Мадмуазель Вернель в очередной раз глянула в окно и размечталась. Конечно же, о Витольде Клоди, предмете своих грез. «Как же красив этот парень! А его взгляд? Такие проникновенные глаза, что с ума сойти можно! – вздохнула влюбленная. – Как было бы хорошо повстречать Витольда где-нибудь и перекинуться с ним парой слов. Хотя бы чуть-чуть! Но только чтобы он был один, без своей Дианы. И что она вечно за ним ходит как приклеенная?! Совершенно нет никакой возможности хоть чуть-чуть побеседовать с ним!»
Вдруг последовал удар локтем. Это была сидевшая по соседству Зои Ниполь. Она зачем-то толкала подругу в бок и шептала: «Магдалена! Очнись!»
Оказывается, Виссий давно заметил отсутствующий взгляд влюбленной девушки и обратился к ней. Но та его не слышала. Наконец, она очнулась и встала, совершенно не понимая, что от нее хотят.
– Студентка Вернель! – произнес господин Сукк. – Так что вы можете нам сказать по этому поводу?
– По этому поводу я… Эм-м-м… О чем я должна сказать?
– О том, о чем я только что говорил целых полчаса. О видах корней в староэльфийском языке.
– Виды корней… Эм-м-м… Извините, я… Я пока не очень поняла эту тему, – пробормотала Магдалена. – Вернее, совсем не поняла.
– Плохо. Очень плохо, студентка Вернель, – окрысился Виссий. – Ваше прилежание отвратительно и оно требует порицания. Садитесь.
Профессор явно злился. Ему-то казалось, что он так гениально все разжевал и разложил по полочкам, а его, оказываются, не понимают. Такое расценивалось как издевательство.
– Итак, кто может ответить за ничего непонимающую студентку Вернель? – спросил преподаватель. Клер с готовностью подняла руку.
– Студентка Гурье? Прошу! – разрешил Виссий. И Клер бодро оттарабанила то, что тот хотел услышать. Настроение Сукка сразу улучшилось, и он просиял:
– Молодец, студентка Гурье! Садитесь. Всем рекомендую равняться на нее. Она готова сдавать мой предмет хоть сейчас.
«Пф-ф-ф! Ну, и подлиза!» – недовольно хмыкнула Зои.
***
– Ты с Виссием будь поосторожней! – предупредила подруга, когда после занятий они вышли на улицу.
– И чего он ко мне прицепился?! – удивилась Магдалена. – Можно подумать, что я одна не слушала лекцию. Да я больше чем уверена, что ее никто не слушал, все только вид делали.
– Но прицепился Виссий именно к тебе. И это плохо, – вздохнула та. – Он злопамятный. Если взъестся на тебя, то потом все припомнит!
– Ладно. Постараюсь поменьше попадаться ему на глаза.
Но мадмуазель Вернель тут же позабыла о занудном преподавателе, едва лишь около библиотеки увидела Витольда Клоди. Он только что вышел на улицу и прохаживался у входа. Но, главное, он был один.