Моя бывшая будущая невеста

Давид

Снова беру ее за руку и веду на выход. На улице ангел пытается вырваться, но я не отпускаю.

– Спасибо, что помогли с Вовой, но дальше я сама.

– Чтобы он вышел и завершил начатое? Нет, так не пойдет. Со мной поедешь, – тяну ее за руку, но неожиданно малышка резко вырывается.

– Я никуда с вами не поеду! Если вы думаете, что…

– Не думаю, – резко обрываю, четко понимая, что малышка имеет в виду. Да, я хочу ее трахнуть, развратить этого непокорного ангела, но ни секунды не думал, что это должна быть плата в качестве благодарности за спасение. Мне и не нужно так. – Просто отвезу домой, чтобы быть уверенным, что ты в безопасности. И прекрати мне выкать!

На лице ангела читается облегчение, и она даже пытается улыбнуться.

– Ну, хорошо. Надеюсь… тебе можно верить.

Я снова переплетаю пальцы с этой красоткой и подвожу ее к своей машине. Открываю пассажирскую дверцу и помогаю девушке сесть и пристегнуться. Опускаюсь на соседнее водительское сидение и выжидающе смотрю на малышку.

– Что? – тихо спрашивает, прикусывая нижнюю губу и снова покрываясь румянцем. Блять, меня охренеть как заводят эти ее смущение и порок в глазах. Так и хочется завалить на лопатки и посмотреть, какая она все-таки: смущающийся ангел или порочный дьявол?

– Адрес? – хриплю, усаживаясь поудобнее.

Ангел несколько секунд хлопает глазами, а потом до нее доходит, и она торопливо озвучивает улицу и номер дома. Богатый район, однако. Девочка-то не из простых.

– Как тебя зовут? – пытаюсь наладить разговор, чтобы как-то отвлечься от мыслей ниже пояса. Почему-то на инстинктивном уровне понимаю, что с ангелом так нельзя: напористо и упрямо. Ее нужно приручить и любить. Именно так. Да я и сам не хочу, чтобы первый раз с этой малышкой был скомканным и абы где. Хочу, чтобы мы оба его запомнили. Желательно на всю жизнь.

– Тея.

– А меня Давид. У тебя красивое имя. Что означает?

– Переводится как «богиня», – и снова стыдливо отводит взгляд. Бляяя, если она так будет постоянно делать, то надолго моей выдержки не хватит.

Довольно быстро мы тормозим у ее дома, и я помимо воли тянусь к ней.

– Не надо, – тихо шелестит, вжимаясь в дверь. – Я не буду расплачиваться с тобой так…

Ее слова действуют как ушат холодной воды. Отрезвляют. Желание немного стихает, и включается мозг.

– Ты думаешь, что я буду трахать тебя под окнами твоего дома на переднем сидении? – мой голос спокоен. Но это обман. Мне хочется наорать на нее и выяснить, за кого она меня принимает? За такого же урода, как в клубе? За насильника?!

– Ну…В общем…Да. Всем вам нужно одно, – замявшись и бесконечно теребя подол платья, отвечает Тея.

– Богиня, послушай меня. Я – не все. Я не буду спешить и брать, как попало и где попало понравившуюся девушку. Это унизит и меня, и ее. У меня есть свои принципы. И я никогда их не нарушаю.

Она снова опускает голову и смотрит на свои руки, сильно прикусив губу. Что-то хочет сказать, но думает, стоит ли говорить.

– Давай уже, жги, не стесняйся.

Девчонка глубоко вздыхает, набирает в легкие побольше воздуха и выпаливает:

– А еще ты меня пугаешь, – а во взгляде явно читается сожаление.

Вот это поворот. Я такого не ожидал.

– Пугаю? Чем?

– Своим напором. Мощной энергетикой. И…

– Дай угадаю: внешним видом?

Смущенно кивает.

– Ты же восточный мужчина, да?

– Чеченец. Что-то не так с моей национальностью?

– Что- то не так с вашими нравами и обычаями…Извини, я не хочу тебя обидеть, но…

Не выдержав, откидываю голову назад и смеюсь в голос. Забавная девочка. Но все равно не менее притягательная. Я приручу тебя, Богиня. Так, что ты не сможешь дышать без меня. А я – без тебя. И ты точно забудешь обо всех своих страхах.

– Я – не правильный мусульманин, Богиня. Я с удовольствием ем свинину, пью алкоголь, матерюсь и даже курю иногда. Но стараюсь бросить. Я никогда не одену свою женщину в паранджу, чтобы прятать ее от всех. Моя женщина – моя гордость. Меня с детства приучили уважать женщин и девочек, никогда не поднимать на них руку, дать им защиту и обеспечить всем, чем могу.

Она выслушивает меня со всей серьезностью. Задумчиво прикусывает кончик пальца, как будто обдумывает полученную информацию, и лишь потом уверенно кивает.

– Хорошо. Я пойду?

– Подожди, – выхожу из машины и открываю для нее дверцу автомобиля. – Теперь можно.

Богиня с достоинством выходит и торопливо идет к калитке.

– Тея! – оборачивается и задумчиво смотрит на меня.

– Спокойной ночи! И до встречи!

Которая состоится уже довольно скоро. Хоть ты об этом еще и не знаешь.

Давид

На следующее утро я уже стою у ворот в ожидании моей Богини. Да, моей. Потому что я не намерен отдавать её кому-либо. Моя эта девочка с первого взгляда.

–Ты? – раздаётся удивленный мелодичный голос. Тея стоит у ворот и ошарашенно хлопает глазами, приоткрыв рот. – Что ты здесь делаешь?

–Доброе утро, – отталкиваюсь от капота и подхожу к Богине, останавливаясь напротив почти вплотную, улавливая тонкий цветочный аромат. – Не ожидала меня увидеть? Или ждала кого-то еще?

–Да… То есть нет! Черт, я запуталась! Не в пол восьмого утра же!

– Привыкай, теперь каждое утро встречаться будем. Это, кстати, тебе,– протягиваю букет розовых пионов, о котором я забыл, а она не заметила сразу от удивления.

– Спасибо, – её губы тут же растягиваются в счастливой улыбке, глаза загораются. Такая Богиня мне нравится куда больше, и чтобы видеть её такой, готов дарить цветы хоть каждый день. Мысленно беру на заметку. – Они чудесные.

Дико хочется впиться поцелуем в эти пухлые губы, попробовать их на вкус, прижать малышку к себе, чтобы почувствовала, как сильно я заинтересован в ней.

Но нельзя. Так я точно спугну её, и Тея будет уверена, что мне от неё нужен только секс. Но это не так.

Открываю пассажирскую дверь, указывая ладонью:

– Прошу.

– Давид, я не могу поехать с тобой. Мне на занятия в универ надо.

– Я знаю.

– Откуда?! – Она снова округляет глаза в удивлении и хлопает загнутыми ресницами.

– Каюсь, я наводил справки о тебе. Должен же я знать все о девочке, которую собираюсь завоевывать, – Хитро улыбаюсь, вновь в который раз за утро вгоняя девочку в краску. – Так что я отвезу тебя. Куда ехать, знаю. Даже расписание пар достал вот.

– Но… Не нужно …Зачем это тебе?

–Тея, мужчина сам знает, что нужно делать. Все, что от тебя требуется – быть рядом и наслаждаться оказываемым вниманием.

Тея медлит несколько секунд, но все же слабо кивает и с моей помощью забирается в машину.

Обхожу авто и запрыгиваю на водительское место.

– И я уже сказал: привыкай.

Тея покрывается румянцем и прячет лицо в букет с цветами.

– Я… постараюсь, – раздаётся тихий ответ, который меня, признаться, удивляет. Не думал, что оборона начнёт трещать так скоро.

– Уже не пугаю? – отвлекаюсь от дороги и внимательно смотрю на Богиню.

А она выпрямляет спину, поворачивается ко мне и прожигает своими чистейшими озерами. На лице – ни тени улыбки.

– Внешность бывает обманчива. Признаю свою ошибку.

Возвращаю взгляд к дороге. Я не ошибся в малышке: не только красивая, но и умная. И вся такая моя.

Некоторое время мы едем молча, а я частенько ловлю Богиню за подглядыванием. Не выдерживаю и подмигиваю:

– Так нравлюсь, что глаз отвести не можешь?

Малышка смущенно прячется в пионах, оставив мой вопрос без ответа, но по улыбающимся глазам вижу, что угадал.

Подъезжаю к медицинскому и паркуюсь прямо напротив входа.

– Врачом, значит, будешь?

– Да, педиатром.

– Педиатром? Я думал, стоматологом или, на худой конец, гинекологом. В чем прелесть лечить детские сопли?

– В том, что я очень люблю детей. И хочу, чтобы они были здоровы.

Серьёзная такая и строгая, ух.

– Я побежала, на пару опаздывать нельзя,– Богиня хватается за ручку двери, но я жёстко припечатываю.

– Стоять.

– Что?

– А прощальный поцелуй?

Тея мнется и смотрит на меня, прищурившись.

– Смелее, малышка. Скучать же буду, ну.

Она быстро клюёт меня в щеку и вся пунцовая пулей выскакивает из машины так быстро, что я даже не успеваю выйти, чтобы открыть ей дверь.

– Спасибо, что подвез, Давид. Пока.

– На вечер ничего не планируй. На свидание пойдём.

–Ты всегда такой самоуверенный, Давид? – Богиня улыбается и закатывает глаза.

Охуенный вид. Мой член в штанах мгновенно оживает, причиняя дискомфорт. Постоянно заставлю её так делать. В постели. Верхом на мне.

– Это я ещё ничего не делал, моя Богиня. Но, да, я особенно настойчив со своей женщиной.

Подмигнув, я резко срываюсь с места, пока не передумал и не утащил мою Богиню в свою берлогу.

Весь день я работаю, как в тумане – мои мысли постоянно возвращаются к Тее. Особенно, когда подумаю, что вокруг неё наверняка вьются недоумки-одногруппники. Впервые меня так конкретно зацепило и приложило. Намертво. Да, я конкретно влип, но я не собираюсь ничего делать с этим состоянием. Меня все полностью устраивает.

Едва заканчиваю совещание, срываюсь к универу Богини. И успеваю вовремя: Тея как раз появляется на ступенях и находит меня взглядом. Медлит несколько секунд, но все же её губы дрогают в лёгкой улыбке, и она уверенно идёт к моей машине.

– Ты приехал,– не вопрос, а утверждение.

– Конечно. Сомневалась?

– Нет, но…

– Ты слишком много болтаешь, – веду подбородком в сторону пассажирского сидения. – Садись, поедем на свидание.

Тея неуверенно плюхается на соседнее сидение и складывает руки на коленях, как прилежная школьница. Она, кстати, ею и выглядит в этом платье.

– Тебе восемнадцать-то есть, Богиня? – шучу над ней, чтобы хоть немного разрядить обстановку и заставить улыбнуться.

– Да, – опять удивленно хлопает длиннющими ресницами. – Месяц назад исполнилось. А что?

– Уточняю, чтобы точно знать, не светит ли мне статья за совращение малолетней.

Тея испуганно округляет глаза, и они грозятся вылезти из орбит.

– Ты…– ее голос дрожит, – собираешься меня совращать?

– О да, Богиня. Очень и очень много. Готовься.

Тея ничего не успевает ответить: мы подъезжаем к ресторану, в котором я заказал нам столик. Но неожиданно Богиня упрямится.

– Давай не пойдем туда. Это слишком банально.

Удивляет. Впервые девушка на моей памяти отказывается от ужина в лучшем ресторане с видом на вечерний город.

– Хорошо. Чего ты хочешь?

Ее лицо озаряет счастливая довольная улыбка.

– Просто гулять по парку и пить кофе из стаканчика. Я, кстати, люблю ореховый капучино.

– Без проблем. Пошли.

И мы действительно просто гуляем, весело болтая обо всем. В основном я спрашиваю Тею о ней, о ее жизни, предпочтениях, детстве…Обо всем. Меня интересует каждая мелочь.

В какой-то момент я переплетаю наши с Теей пальцы и притягиваю к себе. Хочу, чтобы эта малышка была ко мне как можно ближе. Чтобы мы стали неделимы.

Осторожно касаюсь румяной скулы большим пальцем, скользнув на нижнюю губу, слегка оттягиваю ее вниз. И ничего не могу поделать с собой: дурею, как подросток, которому девочка впервые показала сиськи – член в штанах мгновенно каменеет и упирается Богине в живот.

– Давид, пожалуйста, не надо, – Тея испуганно дергается в моих объятиях, поднимая на меня свои глубокие чистые озера. – Я правда ещё… Ни разу… Ни с кем.

Да ладно?! Девственница?! Вот это подарок небес!

Я коротко целую малышку в губы и склоняюсь к ней, прислонившись лбом к её лбу.

–Не бойся, моя Богиня. Я не тороплю тебя. Всё будет тогда, когда ты будешь готова. Буду ждать столько, сколько нужно.

Тея немного медлит, но все же обнимает меня за талию и прижимается, спрятав голову на груди.

– Спасибо.

Это тебе, Богиня, спасибо. Что сберегла себя для меня.

И мы почти четыре месяца просто встречаемся. Ходим в кино, рестораны, гуляем, держась за руки, общаемся и узнаем друг друга. В том числе и возможности наших тел, реакцию друг на друга. Наши касания становятся все жарче и все откровеннее, и я с уверенностью могу сказать, что мы идеально подходим друг другу. Тея была рождена для меня. Именно для меня.

И в один из дней Тея даёт мне понять, что готова стать моей.

Я организую все на высшем уровне: номер в отеле на последнем этаже с джакузи, со свечами, столиком, накрытым на двоих у панорамного окна, с огромной кроватью, застеленной шелковыми простынями.

Наша первая ночь наполнена нежностью, осторожными касаниями, поцелуями и страстью.

Я не сдерживаюсь и стону, когда делаю Тею своей, испытывая самые сильные и яркие эмоции в своей жизни.

– Моя, – рычу, поцелуями собирая слезы моей девочки. Моей маленькой женщины. – Не плачь, малышка, я больше никогда не сделаю тебе больно.

– Только твоя, – отвечает со сладкой улыбкой, глядя на меня искрящимися счастливыми глазами. Обхватывает ладошками мое лицо и сама целует в губы. – Я верю тебе.

Я пьянею от вида своей Богини. И понимаю, что хочу видеть постоянно эти счастливые глаза. Слышать ее стоны. Хочу много её оргазмов. Не хочу её отпускать.

И именно поэтому наутро отвожу её в свою квартиру.

– Теперь ты здесь хозяйка, – заявляю, едва мы переступаем порог.

– В… Каком смысле?

– В том, что с сегодняшнего дня ты живёшь здесь.

Я жду от неё сопротивления и мысленно готовлю сто и один аргумент, чтобы убедить Богиню, но её губы счастливо растягиваются в довольной улыбке.

– Я же тебе всю квартиру заставлю всякими женскими штучками и мелочами для уюта.

– Похер, главное, чтобы среди них была ты. Счастливая и вся такая моя.

И с этого дня начинаются наши три самых счастливых месяца в жизни. Через месяц совместного проживания я делаю Тее предложение руки и сердца.

А она его швыряет нахрен, разбив вдребезги на мелкие осколки, что не соберешь, переступает через крошево и идет дальше, растоптав наши жизни.

Тея

– Тея, тебя там Власов вызывает к себе, – запыхавшаяся Лиза смотрит на меня жалостливым взглядом.

Не для кого не секрет, что наш босс – очень жесткий и порой жестокий человек. И если он вызывает на ковер, то вполне можно заказывать панихиду.

– В настроении? – уточняю коротко, отрываясь от бумаг по делу Давида и Кадырова. Предварительное заседание буквально через полтора часа, и Аркадий Андреевич прекрасно осведомлен об этом. Я специально заехала в офис, чтобы досконально подготовиться. Под пристальным и пожирающим взглядом Хакимова сделать это нереально. И если сейчас босс устроит мне разнос без повода, то я не ручаюсь за благополучный исход этого дела…

– Был с утра вроде. Но ты же сама знаешь – у него оно меняется, как у меня в ПМС.

Ну, да. Глупый был вопрос.

– Ладно, перед смертью не надышишься, – бормочу, идя на выход и одергивая юбку вниз.

– Удачи, Тея.

Спасибо, но, боюсь, она мне тут не поможет…

В приемной секретарь Власова окидывает меня таким же жалостливым взглядом, как Лиза несколько минут назад, и кивает головой на дверь: мол, иди, Тея, на заклание, нельзя заставлять биг босса ждать.

Переступаю порог, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица, хотя внутри натянута, как струна. Кажется, проведи чуть резче, и рванет. Я знаю, что не совершала никаких проступков, не проиграла ни одного дела, на меня не поступало ни одной жалобы…Но для Власова это не аргумент. Он увольнял сотрудников и за меньшее, потому что, как Кощей над златом, чахнет над репутацией своей компании. И, стоит признать, все же его политика дает свои плоды: его юридическая компания считается лучшей не только в городе, но и в области.

– Добрый день, Аркадий Андреевич, – привлекаю внимание босса, буквально заставляя себя не съеживаться в ожидании разговора.

– Проходи, Тея, присаживайся, – босс разворачивается от окна, широко и приветливо улыбаясь, чем пугает меня еще больше. Он садится в кресло руководителя, подавая мне пример, и мне ничего не остается, кроме как опуститься в кресло напротив.

Такое поведение босса очень необычно и, признаться честно, пугает еще больше. Лучше бы орал, правда. Там хотя бы знаешь, что ожидать от него.

– Как продвигается дело Кадырова и Хакимова?

– Нормально. Сегодня предварительное заседание, через полтора часа, -отвечаю осторожно, внимательно следя за шефом.

И он меня удивляет.

Нет, даже не так.

Пугает и вызывает омерзительные чувства.

Потому что Власов…пожирает меня взглядом. Буквально ощупывает, оставляя на коже уродливые ожоги.

Мне хочется вскочить с места и сбежать, но усилием воли заставляю себя сидеть. Я не могу потерять эту работу. Не тогда, когда до достижения цели осталось совсем чуть-чуть.

Я и раньше замечала долгие и пристальные взгляды за Аркадием Андреевичем в мой адрес, но не придавала им значения. Мне казалось, что босс просто пристально следит за мной, потому что я – темная лошадка. Молодая, амбициозная и выигрывающая сложнейшие дела. Он искал подвох, и поэтому я старалась понять и оправдать его поведение.

Но в последнее время стала замечать, что его интерес ко мне становится более личным и переходит всякие границы. Вот как сейчас, когда его сальный взгляд останавливается на моей груди в районе декольте.

– Как думаете, Тея, есть шанс у них? Каковы перспективы?

– Не хочу пока ничего загадывать, дело непростое. Многое зависит от судьи, примет ли она наши доводы и доказательства, рассмотрит ли бумаги, которые я приложу к материалам дела…Нюансов много.

– Понимаю, да. Но ты умница, Теечка, у тебя все получится. Верю в тебя как ни в кого другого, именно поэтому и доверил это непростое дело, – Власов откидывается в кресле, ерзая на месте и буквально облизывает меня, задерживая взгляд на губах дольше положенного.

Мне мерзко. Противно. Как будто меня облизал сенбернар, оставив на теле тонну слюны. Хочется помыться и переодеться.

Но вместо этого я отвечаю коротко:

– Благодарю за доверие, Аркадий Андреевич. Я постараюсь вас не подвести.

– Уверен, у тебя все получится, Теечка. Не буду тебя задерживать, но хотел бы обсудить все детали предварительного заседания.

– Конечно, я позвоню вам…

– Нет, Тея, – голос босса понижается и становится устрашающим. – Лично. Будь так добра, заедь в офис.

– Но…

– Я настаиваю. Надеюсь, у тебя нет никаких личных планов? Мы могли бы пообщаться и в более неформальной обстановке…

Боже упаси.

– Я приеду сразу после заседания, – отрезаю, поднимаясь с места. – Могу идти? Не хотелось бы опоздать.

– Иди, Теечка, иди, – задумчиво тянет босс, покручивая в руке ручку и вновь «прогуливаясь» по моему телу, растягивая губы в омерзительной улыбке.

Я дергаю ручку на двери и уже почти выхожу из кабинета, как в спину догоняет:

– Потрясающе сегодня выглядишь…

Тея

Пулей вылетаю из приемной, твердя про себя, что времени на душ и переодевания катастрофически нет. Вся взвинченная забегаю в кабинет и врезаюсь в Лизу, которая несет к своему столу свежеприготовленный кофе.

Разумеется, кружка полная. Разумеется, Лиза ее не удерживает, и содержимое чашки проливается мне на грудь. Мне везет, что Лиза любит разбавлять кофе холодной водой. Иначе бы вместо зала судебных заседаний я бы ехала в травмпункт.

Мы обе смотрим на расползающееся пятно на светлом шелке.

– Прости, Тея, прости! Я не знала, что ты…

– Все в порядке, Лиз. Сама виновата. Постараюсь отстирать. Времени, блин, чтобы заехать домой, просто нет.

Но мои старания не приносят никаких плодов: пятно не становится даже светлее. Стону вслух, упираясь ладонями в раковину. Я не могу подвести Кадырова (плевать на Хакимова, но я не хочу портить себе репутацию), не могу потерять работу, когда я так близко к моей мечте…

Черт, что же делать?!

В уборную заходит Лиза и тихонько произносит сзади меня:

– Ну, что, не получилось, да?

Мотаю головой, закусив губу от досады, чтобы не расплакаться. Когда-то я выплакала весь жизненный запас слез, и с тех пор не позволяю себе такой слабости. Выход есть всегда!

Но, как ни странно, его находит Лиза.

– Ну, и нафиг тогда эту блузку! У тебя классный пиджак, просто одень его и иди на это чертово заседание королевой!

– Что, прямо на голое тело? – недоверчиво кошусь в сторону коллеги.

– А почему нет? У тебя потрясающая фигура, шикарная грудь, которую скрывать просто преступление! Да, декольте будет глубоковато, но ты точно можешь себе его позволить!

Я сомневаюсь доли секунды. Потом быстро натягиваю пиджак и рассматриваю себя в зеркале.

Из отражения на меня глядит действительно привлекательная женщина с чуть испуганным взглядом, неизменной алой помадой, в пиджаке с глубоким декольте в тон помаде, узкой черной юбке-карандаш и на высоких шпильках.

Да, пиджак на голое тело непривычен, но смотрится шикарно. Жаль, что я раньше сама не догадалась так попробовать. Все же мне очень тяжело дается поддерживать образ успешной и раскрепощенной женщины. Но назад дороги нет. Я давно выбрала для себя этот образ, и теперь мне ничего не остается, как следовать ему.

– Блиииин, – тянет восторженно Лиза, загадочно улыбаясь. – Была бы я мужиком, трахнула бы тебя прямо вот у этой стены.

– Хорошо, что ты не мужик. Спасибо за помощь, Лиз. Я побежала, мне пора.

– Удачи там, Тея. Порви их всех!

Не знаю, что насчет всех, но, кажется, Давида мой образ впечатляет.

Он курит на входе в здание суда и буквально давится дымом, завидев меня, поднимающуюся по ступеням. Одному Богу известно, чего мне стоит, чтобы не съежиться под внимательным и трахающим взглядом Хакимова. Но я совру, если скажу, что мне неприятно его внимание. Приятно, еще как. Волнует, будоражит кровь. И лучше жадный и раздевающий взгляд Хакимова, чем мерзкий и сальный Власова.

– Добрый день. Почему не проходишь? Паспорт, надеюсь, не забыл?

Давид смотрит на меня несколько секунд, как будто не понимает, чего я от него хочу. Но потом быстро моргает и отвечает хриплым голосом:

– Не забыл. Просто тебя жду.

– Ну, тогда пошли?

Давид кивает, не сводя глаз с моего декольте. Прохожу мимо, как ни в чем не бывало, но Хакимов догоняет и становится вплотную ко мне. Настолько, что я явственно чувствую, как сильно он «оценил» мой новый образ.

– Тебя точно пустят в здание суда? Уверена, что не перепутала приличное административное заведение и бордель?

Его слова ранят. Царапают, оставляя следы в душе. Но я научилась лечить эти раны. Поэтому равнодушно отвечаю, даже не оборачиваясь:

– Уверена. Не ной и пошли.

Я зря волновалась: заседание проходит более, чем отлично. И в этом отчасти есть заслуга и Лизы. Надо будет не забыть ее поблагодарить за шикарную идею.

Юрист ответчика что-то невнятно мямлит, постоянно бросая на меня взгляды. Хакимов так вообще слился, вручив все карты мне в руки. Хорошо, что на этом заседании не нужны его ответы на вопросы судьи, иначе бы мы конкретно сели в лужу.

Я была уверена, что присутствие Давида будет меня нервировать, и мне будет невероятно сложно работать, но выходит все наоборот. Незримое присутствие босса дарит мне уверенность, придает сил и позволяет мне показать Хакимову, чего я добилась в жизни. Моя маленькая минутка триумфа.

Несмотря на пристальное внимание со стороны босса на мой дерзкий внешний вид, отвечаю я уверенно, как и озвучиваю требования компании, чьи интересы представляю.

После заседания я выхожу на крыльцо и не успеваю подойти к своей машине на парковке, как раздается сигнал входящего звонка.

– Как прошло заседание, Тея? – в трубке раздается слащавый голос Власова, и я морщусь от его тона.

– Все хорошо. Судья приняла дело к рассмотрению, следующее заседание через неделю.