Обратно в рай

Илас, крепко сжав руки, бросил на Цербера спокойный, но твердый взгляд.

– Мне нечего сказать.

Когда Цербер хлопнул в ладоши, ослепительный свет залил комнату. У окна, на крепкой веревке, висело нечто, напоминающее человека.

– Это твой приятель с Земли, – проскрежетал Цербер хриплым, зловещим голосом, будто сама бездна заговорила. – Такая же участь ждет всех, кто осмелится пойти против меня.

Илас с ужасом понял, что это был Лебир.

– Я царь этой Солнечной системы. Властелин мира, – голос Цербера торжественно гремел, разливаясь эхом по залу. – Я вырос на Деймосе, окруженный роскошью и комфортом, и не намерен потерять ни крупицы этого, – добавил он, и сумасшедшая ухмылка исказила его лицо, придавая ему пугающую решимость.

Цербер вскочил с магнистула, опираясь на трость. Резким движением он заправил прядь волос за ухо, как одержимый, с безумным блеском в глазах.

– Тебе никогда не спрятаться от меня, – прорычал Цербер, его голос звучал, как рёв загнанного в угол зверя. – Ладно, скажи, где мальчик, и я пощажу твою семью и друзей.

– Они и есть моя семья, и я буду биться за них насмерть, – твёрдо и уверенно произнёс Илас, его голос звучал, как железо, готовое сражаться до последнего. Глаза его не дрогнули, он смотрел прямо в лицо Цербера, и в этом взгляде читалось решительное непоколебимое намерение. В его словах не было ни сомнений, ни страха – только безграничная любовь и готовность к жертве ради тех, кто стал для него всем.

Цербер вздохнул, его лицо оставалось суровым, но в глазах на мгновение проскользнула неясная тень. Он смотрел на Иласа, будто пытаясь прочитать его душу, понять этот огонь, пылающий у него внутри.

– Послушай… – начал он, его голос чуть дрогнул. – Да, я жесток, властолюбив, жаден… у меня столько грехов, что и не перечесть, – пробормотал Цербер, слова выходили будто с трудом, и в них проскользнуло что-то жалобное, почти уязвимое. – Но знаешь, я стараюсь поступать правильно. Всё, что я делаю, – это ради человечества. Это мой долг.

Он на секунду отвёл взгляд, и в этом движении было столько груза, столько усталости. В его словах была правда – исковерканная, может быть, но всё же правда, стоящая на изломе его природы. Голос стал мягче, словно он в этот момент пытался оправдаться, и перед самим собой тоже.

В зал вломилась охрана – пятнадцать человек в полной боевой готовности.

– Уличные роботы-уборщики вышли из-под контроля, – с тревогой сообщил один из охранников. – Похоже, их взломали. Они больше не поддаются управлению и движутся в нашу сторону.

– Так перепрограммируйте их! – раздраженно выкрикнул Цербер, стукнув тростью о пол.

– Не можем, господин. Кто-то зашифровал их команды. Вам лучше немедленно покинуть здание, – осторожно добавил охранник.

Цербер вскипел от ярости. – Как вы могли проглядеть такое?! Всех уволю! А его – взять! – Он указал на Иласа, не скрывая бешенства.

Над атриумом навис красный грузовой корабль, его массивная тень легла на зал. Сотни уличных роботов-уборщиков ворвались внутрь, вооруженные швабрами и щетками, они напали на охранников с неожиданной яростью. Цербер, охваченный паникой, торопливо исчез через эвакуационный выход. Повсюду слышался хруст ломающейся мебели: роботы сносили кресла, опрокидывали столы, разбрасывали горшки с цветами. Охранники, отстреливаясь, медленно отступали к выходу, но поток роботов не прекращался.

Боевые роботы были обездвижены – их массивные металлические корпуса застыли, словно кто-то отключил питание или заблокировал системы. Их глаза больше не горели; безжизненно потускневшие линзы отражали лишь хаос вокруг.

Вдруг с корабля по тросу спустился человек. Разбив стекло атриума молотком, он уверенно прорвался через толпу роботов. Это был Сагус. Без промедления он добрался до Иласа и, используя сварочный нож, обрезал стальные веревки, освободив его. Затем Сагус быстро зацепил сына за обвязку и закрепил оттяжки, готовясь к эвакуации.

– Поднимай, – скомандовал Сагус через аугмент.

Когда они оказались на борту, Брасон тут же направил красный корабль в сторону города. Илас, измученный, отдыхал на кровати в тесном спальном отсеке.

– Как вы меня нашли? – спросил Илас, приподнявшись на локте.

– Натан помог, – ответил Сагус с едва заметной улыбкой. – От него мы узнали твое примерное местоположение. А Брасон и Натан собрали неугомонных роботов-уборщиков со всего Деймоса и направил их прямо на штаб-квартиру.

Корбаль приземлился на пустом стадионе, где их уже ждали два жёлтых корабля. Илас огляделся и с облегчением увидел знакомые лица. Синеглаз, Мими и Амели, сияя от радости, подбежали к нему и бросились в объятия. Следом из корабля вышел Гурд, неся в своих мощных металлических руках походный рюкзак.

Они все радостно обнялись, и Илас с облегчением улыбнулся.

– Вы даже его взяли! Класс, – воскликнул Илас.

– Без него в космос никак, – ответила Мими, подмигнув.

– Не думал, что скажу это, но я рад тебя видеть, Гурд. Теперь твоя мечта сбылась – мы отправляемся в большое путешествие, – сказал Илас, искренне улыбаясь.

– Ура! Наконец-то походный рюкзак будет использован по назначению, – отозвался Гурд.

– Я теперь волнуюсь за Натана, – сказал Илас, с беспокойством глядя в сторону.

– Он сказал, что справится. Пока его найдут, пройдут десятилетия, – ответил Сагус, передавая слова Натана. – А за это время, как он сказал, ваши дети сделают этот мир лучше.

Сагус оглянулся, и его лицо вновь стало серьезным.

– Пора лететь, и как можно скорее. Здесь оставаться слишком опасно.

– Баки полностью заполнены. Этого хватит, чтобы долететь до Земли, – добавил Брасон. – Но учтите, на одном корабле мы все не уместимся.

Сагус указал на корабль:

– Дети, садитесь на тот желтый корабль, который выглядит целее. Мы сядем на красный. Я возьму управление всеми кораблями на себя.

Илас оглядел второй желтый корабль, на котором уже виднелись следы ударов. – А что случилось с ним?

– Он протаранил ворота на Марсе и на Деймосе. Но пока держится, – с ухмылкой ответил Брасон.

Когда три корабля полетели к стеклянным воротам Деймоса, Илас начал рассказывать о своей неприятной встрече с одиозным Цербером, словно стараясь поскорее сбросить с себя мрачный отпечаток этой встречи.

Глава 26

Трио

В городе царила мертвая тишина. Казалось, весь транспорт исчез за считанные минуты, укрывшись по гаражам, и теперь над крышами не пролетала ни одна машина. Воздушное пространство опустело, как будто город затаил дыхание. Но радары уже сигналили – дроны приближались. Дистанция сокращалась с пугающей скоростью: их реактивные двигатели ревели, готовые догнать и уничтожить любой транспорт.

Илас даже не успел среагировать, как первые пули пронзили воздух, срикошетив от обшивки желтого корабля. Они использовали его в качестве щита, защищаясь от свирепой атаки черных дронов, обрушившихся на них. Но среди черных машин мелькнуло нечто более зловещее – белые дроны, оснащенные бронебойными мини-ракетами, их прицелы неумолимо наводились на корабли.

– У нас предусмотрены какие-нибудь планы для подобного случая? – спросил Илас, чувствуя, как его голос дрожит от напряжения.

– Боюсь, нет, – ответил Брасон, бросив на него мрачный взгляд.

Сагус быстро передал команду через аугмент, его голос звучал решительно:

– Проломим желтым кораблем ворота стеклянного небосклона ещё раз и выйдем в космос. Там дроны не смогут нас преследовать.

Путь внезапно преградила еще одна группа дронов. Сагусу, управлявшему всеми тремя кораблями, пришлось мгновенно изменить курс, едва не столкнувшись с металлическим роем. Корабли стремительно нырнули в огромный кратер под названием «Вольтер», на дне которого раскинулся аквапарк – достаточно масштабный, чтобы вместить футбольный стадион. Скалистые стенки кратера обрамляли водяные горки, спускающиеся с высоты двести метров, словно стремительные потоки водопада, впадающего в гигантский бассейн с аттракционами.

Люди, скользившие по водяным горкам, сначала не заметили, что происходит. Но как только космические корабли начали кружить над аквапарком, отдых на искусственном пляже сменился паникой. Визг и крики эхом разнеслись по всему кратеру, отдыхающие бросались врассыпную, в спешке покидая свои шезлонги.

Аквапарк оказался далеко не надежным укрытием. Дроны прекратили огонь, но выстроились по периметру кратера, их зловещие силуэты неподвижно нависали над аквапарком. Они словно замерли в ожидании, наблюдая, пока толпы людей покидали горки и бассейны, спешно эвакуируясь из зоны опасности. Сагус с напряжением следил за каждым движением дронов, надеясь, что они не рискнут открыть огонь, пока вокруг столько людей.

Через минуту дроны, словно теряя терпение, открыли беспорядочный огонь. Люди, бежавшие с пляжа, пытавшиеся уплыть из бассейна или отчаянно спускавшиеся с горок, не успевали выбраться из кратера. Выстрелы разрывали воздух, и крики отчаяния гулко отражались от стен кратера. Те, кто застрял на водяных горках, не могли остановиться и, продолжая неуправляемое скольжение вниз, становились легкой мишенью, падая под огнем.

Сагус, стиснув зубы, стал уводить корабли прочь от аквапарка, маневрируя по спирали вдоль стен кратера, прикрывая людей, стараясь защитить бегущих от беспорядочного огня дронов.

Побитый желтый корабль первым прорвался к краю кратера, не щадя периметр: снося дронов, он уничтожал любые преграды на пути. Вскоре все три корабля, как призраки, вырвались из аквапарка, оставив позади разрушенный водный рай.

У ворот стеклянного небосвода уже сгрудились сотни дронов, их тени угрожающе нависали над последним шансом на побег. Сагус направил вперед желтый корабль, превратив его в мощный таран. Дроны, словно почуяв угрозу, ответили яростным шквалом огня – десятки мини-ракет взмыли в воздух, устремляясь к цели. Первый взрыв всколыхнул корабль, и с фюзеляжа посыпались тысячи обломков, разлетающихся по сторонам. Пустой желтый корабль, пожертвовавший собой, прикрывал остальные, заслоняя их от ослепительного огненного дождя, словно раздвигая перед ними путь через адскую завесу.

– Что ты делаешь? – с тревогой спросила Мими, следя за быстрыми движениями Иласа.

– Взламываю операционную систему дронов, – сосредоточенно ответил он, не отрывая взгляда от экрана.

– Я уже пробовал, – Брасон нахмурился. – Это бесполезно. Их система не поддается.

– Нужно только вспомнить, как подключиться к серверу Деймоса. Он более мощный, – пробормотал Илас, его взгляд сосредоточенно скользил по экранам компьютера корабля.

– Всех взломать не успеем, – отозвался Брасон, заметно напрягшись.

– Тогда попробуем подчинить хотя бы одного, – решительно произнес Илас, его взгляд вспыхнул азартом.

Илас связал два аугмента в единую сеть.

– Получается, – сказал Брасон, сдерживая волнение.

– Теперь у нас по одному дрону, – сдержанно кивнул Илас.

В этот момент два дрона вышли из строя общего взвода. Один нырнул вниз, второй взмыл выше, оба открыли огонь по вражеским дронам, выпуская очередь за очередью из пулеметов. Противник начал метаться, разлетаясь в стороны, давая столь нужную передышку Сагусу, который, не теряя темпа, сокрушал дронов на своём пути, прокладывая дорогу. Желтый корабль, превратившись в настоящий таран, протаранил стеклянные врата Деймоса, которые недавно починили роботы-ремонтники.

– Что бы мы делали без третьего корабля! Он нам очень пригодился, – сказала Амели, не скрывая облегчения.

– Может, назовем его «Надежда»? – предложила Мими, улыбаясь, как будто само название даровало им новую веру.

Позади все еще слышалась грохочущая перестрелка – одна часть дронов яростно сражалась с подчиненными Иласу и Брасону беспилотниками, а другая сконцентрировалась у ворот Деймоса, словно решительная стена, но за пределами города догнать корабли в открытом космосе стало для дронов почти невозможной задачей.

Корабли вырвались в открытый космос. Огромный спутник, только что угрожающе близкий, теперь постепенно исчезал вдали. Им почти не верилось, что они смогли уйти – их маленькая победа над корпорацией казалась нереальной, как мгновение свободы, настигнувшее их вдруг.

Глава 27

Планета

Повреждённые двигатели желтого корабля «Надежда» окончательно заглохли. Обшивка на фюзеляже почти полностью разорвана, истерзанная множеством ударов, от которых остались глубокие трещины и разломы. Полуразрушенная и неуправляемая, «Надежда» дрейфовала в невесомости, исчезая в черноте космоса.

Теперь лишь два грузовых корабля направлялись к Земле: массивный красный – лидер группы – и небольшой желтый, следующий за ним. Они покинули орбиту Деймоса и вскоре должны были пронестись мимо Марса.

Илас устроился в кресле-качалке, ощущая, как его тело медленно погружается в тишину и покой. Каждая мышца болела, но это была приятная боль, напоминающая о пережитом труде и напряжении последних дней. Он позволил себе улыбнуться, почувствовав, как эта улыбка расползается по лицу, согревая его изнутри.

Вдруг пространство наполнилось мягкой мелодией – спокойной и чарующей, словно сама музыка разгоняла остатки усталости. Мими запела, и её голос обволакивал всё вокруг, лёгкий и чистый, как дуновение ветра. Это была её любимая песня, и каждый звук был пропитан её внутренним светом и теплотой. Синеглаз и Брасон, увлеченные мелодией, закружились в беззаботном танце. Их смех эхом разносился по пустому пространству, и Илас, завороженный этой картиной, хлопал в такт, чувствуя, как радость разливается в нём.

Затем, поддавшись веселью, он вскочил и присоединился к ним, позволяя себе стать частью этого маленького праздника, отринув заботы и тревоги. Каждый шаг был словно глоток свежего воздуха, лёгкий и полётный. В этот момент казалось, что все границы стёрлись, и они парили в собственном мире, полном безмятежности.

Сагус и Амели наблюдали за ними через мониторы, едва сдерживая улыбки. Они видели, как Илас, обычно сдержанный и серьёзный, сейчас был беззаботен, его лицо светилось искренней радостью. Они чувствовали, что этот момент был как тихий маяк – свет в безмолвной темноте космоса.

За иллюминаторами раскрылась во всей своей мощи огненно-красная сфера Марса, словно древний артефакт, окутанный тайной. Из полумрака её поверхности медленно проступил город, похожий на колоссальную теплицу – живое сердце пустынной планеты, укрытое прозрачным куполом, под которым кипела марсианская жизнь. Город раскинулся у подножия белоснежной полярной шапки, служившей ему естественным защитником от зноя, охлаждая его в самые жаркие дни.

Неподалеку сияла настоящая оранжерея, где выращивались овощные культуры, питая этот мир своим скромным урожаем. А за ней, словно зеркальные озера, простирались ряды солнечных электростанций, безмолвно тянувшиеся по красной долине. Эти поля, словно гигантские лепестки, поглощали свет солнца, наполняя город энергией, вечно пульсирующей в такт древним ритмам пустынной земли.

С летной палубы космос простирался под углом в 150 градусов, словно огромная картина, раскинувшаяся в бесконечности. Все на борту замерли, прильнув к широким иллюминаторам, завороженные видом: даже для марсиан, привыкших к чудесам технологии, такое зрелище оставалось редкой привилегией, доступной лишь немногим.

– Не могу поверить, что все это время такая красота была так близко, и мы не замечали, – прошептала Мими, словно боясь нарушить тишину.

– Это правда, – тихо ответил Илас, глядя в её сияющие глаза. – Когда я впервые увидел космос, меня тоже охватило это чувство, будто мир становится бесконечно больше, чем можно представить, – добавил он с улыбкой, разделяя её восхищение.

Большая часть поверхности Марса была покрыта скалами, горами и бескрайними красно-желтыми пустынями, словно застывшими во времени. В низинах и кратерах, как в природных резервуарах, корпорация искусственно наполняла водой отдельные участки – некоторые из них превращались в аквапарки, другие – в водохранилища, напоминающие небольшие озера среди марсианских просторов. Эти оазисы создавали иллюзию живой планеты, притягивая к себе взгляд, будто драгоценные камни в пустыне.

В древних жерлах давно потухших вулканов установили геотермальные электростанции, использующие скрытые под поверхностью тепловые ресурсы. В южном полушарии, вдали от обитаемых зон, корпорация строила атомные электростанции – их было немного, хотя именно они обеспечивали основной приток энергии в марсианский город. Современные технологии сделали такие станции куда безопаснее, но, несмотря на усиленные системы защиты, они всё же выделяли радиоактивные отходы, что оставалось неизбежным риском. Атомные станции были рассчитаны на долгую службу, способные обеспечивать энергию столетиями, но корпорация предпочитала задействовать их минимально и возводила исключительно на удалении от городских районов.

На удивление жителей, сама идея расширения числа атомных станций вызывала у администрации необъяснимые приступы паники. Любые вопросы, касающиеся строительства новых мощностей, вызывали у них едва скрытое беспокойство – словно открывались опасные тайны, готовые разрушить хрупкий баланс жизни на этой красной планете.

На линии горизонта, где Марс встречался с безмолвным космосом, вдруг вспыхнула солнечная корона – яркий обруч света разорвал темноту, словно древний огонь, пробудившийся среди звёзд. Все на борту замерли, завороженные этим моментом. Небо медленно озарилось алыми и золотыми всполохами, и первые теплые лучи рассвета скользнули в лётную палубу, смягчая холодный воздух, словно древняя сила обнимала корабль своим сиянием.

Синеглаз, не отрывая взгляда, медленно поднял ладонь, ловя в ней тонкие нити света. Тёплое утреннее солнце, казалось, текло сквозь его пальцы, словно золотой песок, принося ему странное, невыразимое чувство, будто он впервые ощутил связь с чем-то за пределами их мира. Палуба утонула в тишине, пропитанной безмятежностью космоса, и в этом покое казалось, что сама вселенная замерла рядом, наблюдая за тем, как рождается новый день на далекой, красной планете.

– Завораживающая картина. Звёзды, они такие яркие, – голос Амели донёсся из монитора, её слова звучали тихо, почти благоговейно, словно она говорила не для всех, а только для себя.

Тем временем Марс становился всё меньше, растворяясь в космосе, пока корабли удалялись от него. Синеглаз, увлечённый игрой солнечных бликов, как дитя, ловил «солнечных зайчиков» на ладони. Его взгляд случайно упал на соседний отсек, где он вдруг заметил незнакомый предмет.

– Что это? – спросил он, указывая на странный прибор.

– Я видел что-то похожее на круизном корабле, – ответил Илас, прищурившись. – Это телескоп – оптическое устройство, позволяющее наблюдать объекты, находящиеся за пределами прямой видимости человеческого глаза.

Синеглаз, затаив дыхание, осторожно подошёл к телескопу, словно к редкому сокровищу, чувствуя, как в нём пробуждается неосознанное желание заглянуть глубже в тайны вселенной.

Илас аккуратно выкатил телескоп на лётную палубу, подключив его к панели управления и направив линзы в сторону Земли. На дисплее, передающем изображение с телескопа, проступил туманный силуэт – Земной шар, медленно обретавший очертания. Изображение становилось всё чётче, и наконец на экране проявилась планета, окрашенная в мягкий голубой цвет.

– Вы это видите? Земля голубая, – удивлённо сказал Илас. – Это совсем не жёлтый Сахарат, как нас учили в учебниках.

– Значит, там действительно есть вода, – откликнулся Сагус, в его голосе звучала искренняя заинтересованность.

– Это просто невероятно, – прошептала Мими, не отрывая взгляда от экрана.

– Настоящая, природная вода? – задумчиво спросила Амели, её глаза блеснули любопытством.

– Провожу спектральный анализ… да, есть явные признаки воды на поверхности планеты, – подтвердил Илас, прокручивая данные на панели.

– Судя по всему, немало, – вставил Брасон с улыбкой. – Ну что, Синеглаз, теперь ты официально землянин!

На палубе раздался дружный смех, хотя для каждого из них эта мысль была странной и волнующей.

– Значит, этим миром управляет Цербер, владелец корпорации «Молния»? Но зачем скрывать Землю от марсиан? – Амели нахмурилась, недоумение промелькнуло в её взгляде.

– Вполне возможно, что люди Цербера уже давно обосновались на Земле, – задумчиво ответил Сагус. – Но, видимо, их присутствие не нравится местным жителям. Как бы то ни было, Земля остаётся для нас лучшим вариантом в нашем положении.

Слова Сагуса повисли в воздухе. Каждый невольно задумался: что их ждёт на далёкой, загадочной Земле? Раздался резкий, тревожный сигнал бортового компьютера. Илас бросился к панели управления, мгновенно всматриваясь в экран.

Глава 28

Орбита

На радаре замигали тревожные отметки – с Фобоса поднялся военный флот. Пятьдесят автоматизированных военных кораблей, управляемых дистанционно из Деймоса, устремились к ним с пугающей скоростью. Сагус, пристально наблюдая за данными, быстро определил траекторию движения флота – они шли прямо на них.

– Что случилось? – выдохнула Мими, её глаза округлились от беспокойства.

– Плохие новости, – тихо произнёс Сагус, его голос дрожал. – За нами отправили космический флот Марса.

– Мы пропали, – пробормотал Брасон, лицо его побледнело. – Это вам не дроны…

– Спокойно, не паникуем, – Сагус глубоко вдохнул, стараясь сохранить самообладание. – Фюзеляж грузовых кораблей защищён бронёй, рассчитанной на удары метеоритов. Но… – он замолчал, обдумывая дальнейшие шаги. – У кого-нибудь есть идеи?

– Я за то, чтобы просто уносить ноги, – пробормотал Брасон, искоса глядя на монитор.

– А если ускориться на полную мощность? – предложила Мими, цепляясь за любую возможность.

– Двигатели ещё не успели прогреться, – ответил Сагус, качая головой. – Если мы рванём на максимальной скорости, они могут заглохнуть на полпути.

– Это ведь грузовой корабль, а не военный. Мы не продержимся под обстрелом: у них как минимум есть ракеты. Перед такой армадой у нас почти нет шансов, – добавил Илас, его взгляд был настороженным, но собранным.

Синеглаз робко поднял взгляд, как будто не решаясь нарушить тревожное молчание.

– Есть одна мысль… – тихо произнёс он, словно слова были хрупкими, как стекло, пробуя их на вкус.

Но прежде чем его голос успел утвердиться в воздухе, Мими перебила его, нетерпеливо подалась вперёд:

– Нужно поговорить с Цербером. Мы граждане Марса, он обязан нас выслушать! – заявила она, её голос звучал резко и требовательно, будто вычеркивая слова Синеглаза.

Он потупил взгляд, невидимо сжавшись, словно привык к тому, что его мысли растворяются в шуме, так и не успев оформиться.

– Почему бы не вернуться на Марс и рассказать марсианам правду? Люди поддержат нас! – уверенно добавила Амели.

Все принялись говорить одновременно, перебивая друг друга в попытке высказать свои аргументы.

– Тихо! – скомандовал Сагус.

– Что будем делать?! У нас нет времени! Что… – Мими задыхалась от волнения.

– Как мы можем что-то решить, если никто никого не слушает? – с раздражением сказал Илас.

– И что ты предлагаешь? Сюда идет смерть, – взволнованно прошептала Мими.

– Спокойно, – твёрдо сказал Илас, подняв руку, чтобы утихомирить всех. – Давайте хотя бы раз дадим Синеглазу возможность высказаться, не перебивая. Кажется, он хотел сказать что-то действительно важное.

– Он всего лишь мальчишка, который потерял память. Что он может сказать? Прости, Синеглаз. Мы тебя все любим, просто… – проговорила Мими, слегка нервно, словно пытаясь смягчить свои слова.

– Мими, – почти хором произнесли остальные, и её голос тут же оборвался.

– Синеглаз, можешь говорить, – мягко сказал Илас, ободряюще кивнув ему.

Синеглаз посмотрел на них, собравшись с мыслями.

– Не знаю, может, это прозвучит безумно, – начал он, голос его был тихим, но решительным. – Я хотел предложить… полететь к астероидному поясу и спрятаться там. Флоту будет сложно маневрировать среди астероидов, и у нас появится шанс.

На мгновение все замерли, переглядываясь. В напряжённой тишине его идея словно окутала пространство, и каждый обдумывал это неожиданное решение.

– Ваш марсианский язык улучшился. Вы быстро учитесь, – одобрительно заметил Гурд, оценивающе глядя на Синеглаза.

– Это может сработать. Пояс астероидов между Марсом и Юпитером совсем близко, – сказал Илас, его голос звучал уверенно, словно он уже видел их спасение в этой идее.

– Вы шутите?! – воскликнула Мими, её глаза округлились от удивления.

– Стоит попытаться, – спокойно ответил Брасон, соглашаясь с Иласом.

Не теряя времени, два грузовых корабля синхронно взяли курс на астероидный пояс. Сагус тут же активировал первую ступень ионных двигателей, увеличив скорость до 56 000 километров в час, на пределе возможностей. Но военные корабли не отставали – за полчаса они догнали беглецов, сокращая дистанцию с пугающей точностью. Когда расстояние сократилось до тридцати километров, флот выпустил первую дальнобойную торпеду. За ней, с ужасающей решимостью, следом отправились ещё двадцать.