Его желанный триумф

Закрыв глаза, она с силой прижала телефон к уху.

– Сколько ты должна, Клео? Мне не нужны приблизительные цифры, скрывающие правду. Сколько именно?

Сумма, которую назвала сестра, заставила Джейн почувствовать себя больной. В течение целой минуты она боролась со слабостью в ногах.

– Ты шутишь? – хрипло переспросила она.

– Я бы хотела, чтобы это было шуткой. О, Джейн, что мне делать?

Слишком знакомый вопрос, и Джейн ответила на него так же, как отвечала всегда. Крепко сжав телефон, она проговорила:

– Ты будешь сидеть и ждать. Я перезвоню.

– Но у тебя нет таких денег!

– Нет. – Лицо Саида с искривленными издевательской ухмылкой губами проплыло перед мысленным взором Джейн. – Но я знаю человека, у которого они есть.

Она медленно положила трубку. Осмелится ли она попросить денег у этого невероятно богатого шейха, чтобы помочь сестре? Кредит, который она смогла бы выплачивать в течение многих последующих лет? Поглощенная своими мыслями, Джейн совершенно забыла о времени. И лишь когда часы пробили семь, девушка осознала, что автомобиль Саида приедет меньше чем через час.

Она быстро приняла душ и вернулась в комнату. Открыв свой гардероб, Джейн бросила равнодушный взгляд на его содержимое. Она никогда не придавала значения одежде и была уверена, что великий соблазнитель Саид вряд ли заметит, что на ней надето. Не раздумывая, она натянула теплый свитер и плотные колготки. Дополнив наряд видавшей лучшие времена твидовой юбкой, Джейн была готова к выходу в прохладный осенний вечер.

Услышав стук в прихожей, девушка распахнула дверь, и от нее не укрылся изумленный взгляд шофера, который он, к его чести, немедленно постарался замаскировать вежливой улыбкой, особенно услышав от нее приветствие на безупречном кафалахском языке. Было странно и неловко, когда водитель открыл перед ней дверь лимузина, и она скользнула внутрь на мягкий кожаный диван. Никогда раньше она не ездила в королевском автомобиле. Здесь находился холодильник, набор роскошных хрустальных бокалов, а размер экрана телевизора был больше, чем в ее квартире. Джейн смотрела в окно на сгущающиеся сумерки и думала о том, как помочь Клео. Может, попросить у Саида прибавку к жалованью? Она закусила губу. Чтобы спасти сестру, прибавка должна быть очень солидной и получить ее нужно немедленно.

– Мы приехали, мисс.

Голос водителя прервал ее беспокойные мысли, и Джейн очнулась. Поездка прошла так гладко, что она не заметила, как лимузин остановился. Дверь снова открылась, и портье в красивой униформе проводил ее ко входу в элитный клуб для избранных, расположенный недалеко от станции метро «Лестер-сквер». Тяжелая дверь мягко закрылась позади, и Джейн вошла в великолепный, роскошно украшенный зал, стены которого были отделаны темными дубовыми панелями, а количество картин превышало собрание Национальной художественной галереи. Несколько пожилых женщин в сверкающих драгоценностях с презрительным любопытством разглядывали Джейн.

Она и в самом деле почувствовала себя неуютно, потому что, не имея практически никакого опыта посещения подобных заведений, недооценила ситуацию. Она по-прежнему не видела ничего плохого в своем свитере и твидовой юбке, но в этой обстановке роскоши и величия она выглядела смешной и нелепой. Затем открылась еще одна дверь, и Джейн увидела Саида, стоящего рядом с резным мраморным камином, в котором потрескивали душистые поленья. Он был одет в струящиеся одежды цвета бледного золота, красиво оттенявшие его медную кожу и густые смоляные волосы. Встретившись взглядом с его блестящими черными глазами, Джейн ощутила резкий удар сердца, а что-то теплое вдруг разлилось внизу живота. Глядя на нее, шейх даже не пытался скрыть презрительную усмешку.

– Это что, шутка? – требовательно спросил он.

Джейн искренне не понимала, что он имел в виду, она по-прежнему была занята мыслями о Клео.

– Шутка, ваше королевское высочество? Я не понимаю.

– В самом деле? – Его королевский повелительный тон был одновременно и надменным, и снисходительным. Она вдруг поняла, почему на родине его называют Саид Великолепный.

– В самом деле, – ответила она.

Его глаза сузились, черные брови взлетели, будто крылья ворона, а на лице появилось выражение недоверия.

– Я пригласил тебя на ужин, – коротко и резко произнес Саид. – Я разрешил тебе уйти с работы, чтобы подготовиться. А ты являешься в мой клуб, одетая как деревенская домохозяйка!

Щеки Джейн вспыхнули, но она твердо вернула ему взгляд.

– У меня нет модной одежды и драгоценностей, – жестко ответила она.

– Но у тебя, надеюсь, есть расческа! И платье! И конечно, использование помады, чтобы мне было приятнее смотреть на тебя, не выходит за пределы возможного!

– Я вовсе не хочу, чтобы вы смотрели на меня! И уж конечно, меня не волнует, нравлюсь ли я вам! – парировала Джейн прежде, чем успела подумать о своих словах. Она тут же захотела взять их обратно, ведь она собиралась просить этого человека об одолжении! Лицо Саида потемнело, а Джейн, глубоко вдохнув, изобразила на лице слабую улыбку, неубедительную, как новогодние игрушки в сентябре. – Мне очень жаль. Я не хотела показаться грубой.

– Нет? Ну, тогда я не хотел бы услышать, как ты грубишь намеренно.

Шейх определенно старался быть терпеливым. На долю секунды Джейн задумалась, зачем он это делает, ведь терпение никогда не входило в число его достоинств.

– Почему бы тебе не расслабиться? – продолжил он снисходительным тоном. – Сейчас тебе подадут бокал шампанского.

На языке Джейн вертелось очередное возражение. Она не пьет шампанское! За исключением того единственного случая в день ее совершеннолетия, когда шипение пузырьков в бокале привело к мучительной головной боли наутро. Но, промолчав, она взяла хрустальный бокал с подноса дворецкого, появившегося рядом, словно по волшебству.

– Я уже заказал еду, – проговорил Саид. – Я не желаю тратить время на ожидание, пока ты будешь изучать меню.

– Разве вы не должны были сначала поинтересоваться, нет ли у меня аллергии на какие-либо продукты? – сказала Джейн, раздраженная очередным проявлением его высокомерия. – Я не ем мяса.

– Какое совпадение! Я тоже! – с сарказмом сказал шейх, усаживаясь за массивный деревянный стол. – По крайней мере, у нас есть одна общая черта. Садись, Джейн.

Когда она села напротив него, Саид откинулся на золоченую спинку стула, чтобы лучше рассмотреть девушку, и по-прежнему не мог поверить своим глазам, настолько нелепо она выглядела. Он подумал о своей любовнице в Нью-Йорке и о том, в каком виде она появилась бы в этом клубе, если бы он пригласил ее сюда. Наверняка она надела бы одно из своих платьев с корсетом, которые так любила за то, что они приподнимали грудь, ее тонкие ноги покрывали бы шелковые чулки, а каблуки были бы настолько высоки, что представляли угрозу здоровью.

Но, несмотря на абсолютно лишенное макияжа лицо, прилизанные волосы и безобразную одежду, в глазах Джейн Смит светился ум, который ему редко удавалось видеть в женщине. Вокруг нее будто пульсировала сложная, многослойная аура, с которой он раньше не сталкивался.

Саид покачал головой, напомнив себе, что особенности этой девушки были так же несущественны и мимолетны, как легкий бриз в разгар лета. Она была лишь средством для достижения цели, не более того. Он сделал малозаметный жест, приказав подавать основное блюдо, и кивнул, когда блюдо через секунду оказалось на столе перед ним. Шейх решил отказаться от закусок, – не нужно затягивать беседу дольше, чем это необходимо. В это время девушка пристально смотрела куда-то мимо него, и ему пришлось обернуться, чтобы понять, что она внимательно рассматривает картину, висящую за его спиной.

– Это пустыня Кафалахи? – наконец спросила она.

Он кивнул.

– Так и есть. Я пожертвовал эту картину клубу, – нехотя признался Саид.

– Я узнала ее. Там вдалеке Тираба, не так ли? Я вижу три синие башни на горизонте.

Шейх разрывался между восхищением ее явной любовью к его стране и раздражением от того, что она продолжала его игнорировать. Он не привык, чтобы его игнорировали. Саид съел несколько ложек своего любимого блюда – пряного риса с добавлением фисташек и граната, – его всегда готовили здесь к его приходу, и положил вилку. Он заметил, что Джейн ничего не ест, но это его не удивило, – женщины обычно были слишком взволнованны, чтобы наслаждаться пищей в его присутствии.

– Расскажи мне о себе, Джейн Смит, – внезапно сказал он.

Джейн отложила вилку в сторону и посмотрела на него с благодарностью за то, что он избавил ее от необходимости притворяться, будто она ест. Блюдо пахло очень вкусно, но беспокойные мысли о Клео надолго лишили ее аппетита. Она посмотрела на Саида с подозрением.

– Зачем?

– Потому что таково мое желание, – ответил он.

– Вы недовольны моей работой?

– Нет, Джейн. Но я становлюсь все более недовольным твоей неспособностью прямо ответить на простой вопрос.

Она смотрела на шейха, стараясь избежать гипнотического воздействия его черных глаз, но это было почти невозможно.

– Что вы хотите знать?

– Как ты оказалась в моем посольстве и откуда у тебя такие непревзойденные знания о моей стране?

Не обращая внимания на искрящееся в бокале шампанское, Джейн сделала глоток воды и ненадолго задумалась, с чего начать? Рассказать ему о своем детстве и родителях? Нет. Саид аль-Зауба не интересовался ее личностью. Он хотел знать о ее квалификации. И если она планирует попросить у него прибавку к жалованью или кредит, разве это не отвечает ее собственным интересам – без ложной скромности рассказать о своих достижениях?

– Я училась в лондонской школе востоковедения и именно там узнала о некоторых великих поэтах Кафалы. Я полюбила произведения одного из них, его лирические поэмы вдохновили меня на изучение языка, чтобы читать в подлиннике и переводить его стихи. – Джейн улыбнулась при мысли о том влиянии, которое оказали на нее эти поэтические произведения. – Вам, безусловно, знакомы поэмы Расула Бейхаджи?

– Меня не интересует поэзия, – небрежно ответил Саид. – Это было увлечением моего отца.

Джейн постаралась не показать, насколько ее шокировал такой ответ, но не была уверена, что это ей удалось. Однако Саид действительно не обладал репутацией правителя, склонного к изящным искусствам, он был известен своей страстью к скоростным автомобилям, реактивным самолетам, лошадям и легендарными сексуальными успехами у женщин. И, кроме того, все знали о его мастерстве в игре на фондовых рынках, что принесло его богатому нефтью государству еще больше финансовых ресурсов. Но иногда Джейн размышляла о том, как ей жаль, что современной Кафалой правит такой варвар.

– Конечно нет, – ответила она. – Я на мгновение забыла, что вы – человек действий, а не человек слов.

С противоположной стороны стола послышался глубокий вздох и низкое, еле различимое шипение, именно так она представляла себе шипение змеи.

– Ты хочешь сказать, что я интеллектуально и культурно не образован, не так ли, мисс Смит?

– Я думала, мы говорим обо мне, а не о вас, ваше высочество.

Его глаза опасно сузились.

– И я заметил, что ты аккуратно избегаешь ответа на мой вопрос.

Джейн кивнула. «Держись с ним приветливо, – убеждала она себя. – Чего бы это ни стоило, просто держись с ним приветливо».

– Вы – правитель, работающий на благо своей страны, – смело сказала она, – и вы вовсе не обязаны любить поэзию.

Саид коротко кивнул, словно был частично удовлетворен ее дипломатичным ответом.

– Продолжай, – сказал он. – Расскажи мне о себе.

Девушка глубоко вздохнула и продолжила:

– Я написала эссе о Бейхаджи, которое вызвало некоторое волнение в академических кругах. Тогдашний посол Кафалы пригласил меня для беседы, после которой предложил мне работу по каталогизации, переводу и сохранению прекрасных рукописей, которые ваш отец собирал в течение всей своей жизни. Если честно… – Впервые за целый день Джейн расслабилась, вспомнив, что она испытала, получив это предложение. Как будто все вдруг встало на свое место. Как будто она наконец оказалась именно там, где и должна была быть. – Это была работа моей мечты, – призналась она с улыбкой. – И я использовала свой шанс.

Саид на мгновение опешил, пораженный красотой этой мимолетной улыбки, осветившей ее лицо. Впервые он заметил, что глаза у Джейн карамельного цвета, а ее энтузиазм придал им блеск драгоценного янтаря. Но почему, черт возьми, она не улыбается чаще, а постоянно ходит с постным, ханжеским выражением на лице?

Но ему как раз нужна была постная Джейн, напомнил он себе. Именно такой она была идеальна для роли, которую он для нее придумал. Ему был нужен короткий деловой брак, чтобы получить Дахаби-Макаан для своего народа, а впоследствии – быстрый развод по причине неполноценного брачного союза.

– Ты любишь мою страну, не так ли? – внезапно спросил Саид.

– Всем сердцем, – просто ответила она.

– А ты бывала там?

– Нет.

Джейн снова попыталась улыбнуться, но в этот раз улыбка была больше похожа на гримасу.

– Но ты бы хотела?

Она посмотрела на него с выражением ребенка, которого в раскаленный летний день спросили, не хочет ли он мороженого.

– Конечно, хотела бы. Но я не могу просто приехать. Для этого нужно приглашение. И в любом случае… – ее лицо сморщилось, будто она вспомнила что-то неприятное, – я не могу себе этого позволить.

– Но если бы ты получила приглашение, – медленно проговорил шейх, – а деньги не имели бы значения, ты бы поехала?

В ее умных глазах появилась тень нетерпения.

– Безусловно.

– Тогда, полагаю, мы могли бы быть полезны друг другу.

Она нахмурилась.

– Ваше высочество, я окончательно запуталась. Вы пригласили меня на ужин, а я все еще не знаю, с какой целью. Вы не расскажете мне, для чего пригласили меня сюда?

Он кивнул, напомнив себе, что нужно быть строгим, изложить основные принципы сделки и разъяснить, какую великую честь он собирается ей оказать.

– Мне нужна жена, – просто сказал Саид. – И ты – идеальный кандидат.