Мой страстный враг

Глава 1

Джемма Кардоне торопливо шагала по коридору компании «Верфь Маринетти», направляясь к кабинетам менеджеров. Сердце ее стучало, словно молот, нервы были натянуты, как струны. Звон церковных колоколов отчетливо прозвучал вдали. Шесть часов.

Девять месяцев, с самого первого дня работы в Виареджо, она наслаждалась неторопливыми утренними прогулками к офису. А высокие узкие окна здания, где работала Джемма, напоминали об арочных сводах железнодорожного туннеля, проложенного в пещерах на территории Чинкве-Терре,[1] из которых можно было увидеть кусочек бесконечного неба и Лигурийское море с вдающимися в него обрывистыми скалами.

Старинная деревенька Манарола, где Джемма родилась и выросла, располагалась на скальных уступах – ярко окрашенные дома выделялись на их фоне, как драгоценные камни. На тех же самых уступах рос виноград, из которого делали неповторимое по вкусу вино.

Все в деревне – ступеньки, узкие улицы – напоминало о старине, и временами Джемма безумно скучала по дому, так как нигде больше не находила того умиротворения, которое охватывало ее там.

В Виареджо, с его ежегодным карнавалом, многочисленными верфями и толпами туристов, все по-другому. Хотя отсюда до Чинкве-Терре легко можно добраться морем, Манарола словно принадлежит другой эпохе.

Виареджо, прибрежный город, растянулся вдоль бесконечных песчаных пляжей. И жизнь здесь кипит.

До сегодняшнего дня Джемма с радостью спешила на работу в судостроительную компанию Чезаре Маринетти.

Всего неделю назад жена Чезаре трагически погибла в аварии, а сам он оказался в больнице. Все это время компания не работала из уважения к хозяину и в память о синьоре Маринетти.

После похорон Джемма не находила себе места от тревоги за своего босса, с которым случился сердечный приступ. Всех служащих верфи тревожил вопрос: когда Чезаре сможет приступить к работе и кто до этого времени возьмет на себя руководство фирмой?

Ответ стал известен Джемме ранним утром.

– Врачи настаивают на шунтировании. Я им во всем доверяю. – Чезаре тяжело вздохнул, смиряясь с судьбой. – Работа компании сегодня возобновится, но когда я вернусь, сказать сложно.

– Понимаю, – сочувственно произнесла Джемма. Да, нелегко ему придется – сначала горе, вызванное смертью жены, теперь вот операция. – Вы уже решили, кто вас пока заменит?

Несмотря на свое тяжелое состояние, Чезаре от души выругался и только потом выдохнул:

– Мой сын.

Джемма моргнула. Это невозможно! Чезаре обратился за помощью к своему сыну, отказавшемуся от него пять лет назад?! Насколько она знала, все это время сынок ни разу не позвонил, не приехал навестить родителей. Он был слишком занят любовными похождениями.

– Я раскаялся в своем решении почти сразу после разговора с ним, но теперь уже поздно. Немедленно отправляйся в офис, забери все документы, касающиеся моей дочери и тебя, и спрячь их у себя дома, – продолжал Чезаре. – Я не готов к тому, чтобы открыть свою тайну, тем более Стефано.

Разумеется, босс прав. Если его тайна станет достоянием общественности, это немедленно отразится на «Верфи Маринетти» и ударит по семье. Джемма боялась представить себе, как это скажется на дочери Чезаре, у которой и без того слабое здоровье.

– Не волнуйтесь, я обо всем позабочусь, – заверила она босса.

– Спасибо. Будь осторожна. Стефано не должен ни о чем догадаться, особенно когда ты поедешь в Милан.

Это предупреждение звучало в ушах Джеммы всю дорогу до верфи. Город, с его барами, магазинчиками и кафе, спал, но скоро он начнет пробуждаться. Интересно, какие еще сюрпризы преподнесет ей сегодняшний день?

Джемма не желала даже думать об этом, поднимаясь на верхний этаж «Верфи Маринетти». Каблучки ее туфель громко стучали по деревянному полу в такт сильно бьющемуся сердцу.

Она не может подвести Чезаре. Им столько пришлось пережить!

Дойдя до конца коридора, Джемма услышала стук закрывшейся двери, эхом разнесшийся по лестничной площадке. Она тут же повернулась и замерла. Ей стало не по себе. Она никого не заметила, но этажом ниже – девушка была в этом уверена – кто-то закрыл дверь.

Для начала рабочего дня еще слишком рано – целый час. Может, это охранник совершает обычный обход? Да, скорее всего, так оно и есть.

И все же остаток пути Джемма преодолела чуть ли не бегом. Никто не должен ее увидеть! Это обязательно вызовет вопросы, а она совсем не умеет лгать.

Джемма почти ворвалась в свой маленький кабинет со стенами, выкрашенными в теплый желтый цвет, с удобным столом, креслом, несколькими стульями для гостей и столиком, на котором лежала стопка журналов и стояла настольная лампа. В окна лился солнечный свет, создавая праздничное настроение, но Джемме было не до красот.

Толкнув дверь, ведущую в кабинет Чезаре, она дрожащей рукой включила свет и прямиком направилась к сейфу у стены. Мягкий ковер заглушал шаги.

Невзирая на прохладное утро, на ее лбу выступили капли пота, спина и ладони стали влажными от нервного возбуждения и непривычного спринта, который ей пришлось проделать, в результате чего ее шелковая блузка кораллового цвета прилипла к телу, а голубая юбка задралась чуть ли не до бедер.

А в воздухе как будто пахло грозой. Или неприятностями?

Джемма взмолилась про себя, чтобы она ошибалась. Им и так пришлось несладко. И все же у нее было предчувствие, что появление в компании сына Чезаре чревато новыми проблемами.

Джемме было известно, что у Стефано Маринетти репутация жесткого дельца, принимающего решения за доли секунды, и это позволяет ему делать миллионы. А вне бизнеса он – еще тот волокита. Увидев Стефано на похоронах, Джемма даже не усомнилась в этом – достаточно вспомнить, что за пять лет он ни разу не удосужился навестить родителей. Сама она считала, что и сейчас он мог бы не откликаться на просьбу отца.

Джемма поджала губы, вспомнив последнюю статью, посвященную Стефано. Фирма, занимающаяся строительством суперяхт, которой он владел, процветала, в то время как «Верфь Маринетти» едва успевала вовремя платить по счетам. Конкуренты полагали, что Чезаре выдохся. Джемма знала правду, но не собиралась никому рассказывать о том, на что уходят деньги босса.

Джемма стала набирать шифр. Рука у нее по-прежнему дрожала, а единственными звуками, наполнявшими комнату, были громкий стук ее сердца и равномерное тиканье настенных часов. Услышав, как где-то в коридоре открывается дверь, девушка оцепенела, а затем ее сердце и вовсе остановилось, когда в коридоре послышались мужские голоса.

Мгновенное оцепенение сменилось лихорадочной поспешностью. Джемма схватила папку с нужными документами, сгребла фотографии в свою сумку, закрыла сейф и вернулась к себе.

За стеной раздались шаги – пружинистые, стремительные. Нет, это был не охранник. И вряд ли кто-то из сотрудников. Похоже, сейчас ей предстоит познакомиться с сыном Чезаре.

Джемма опустилась в свое кресло и запихала сумку под стол. Все, что теперь от нее требуется, – это придать лицу невозмутимое выражение и сделать вид, что она работает.

Дверь распахнулась, впуская высокого мужчину в костюме от Армани, подчеркивающем широкие плечи и худощавую мускулистую фигуру. Завидев Джемму, мужчина остановился и бросил на нее острый взгляд. Его удивление быстро сменилось раздражением – совсем как на похоронах матери.

Внешне Стефано был очень похож на своего отца в молодости. Его густые темно-каштановые волосы были уложены в стильную прическу, придавая ему дерзко-сексуальный вид, четко очерченные губы слегка скривились, выражая недовольство.

Так же как и на похоронах, его взгляд медленно заскользил по фигуре Джеммы, отчего ее кожу стало покалывать. Мужчины часто на нее засматривались, но всем им было далеко до Стефано Маринетти, в черных глазах которого при виде Джеммы появлялся откровенный чувственный голод. Он не просто раздевал девушку жадным взглядом, а ласкал каждый оголившийся в его воображении участок ее тела.

Джемма с усилием отвела глаза и сделала вдох, чтобы вспомнить, как нужно дышать. Напрасно она это сделала, так как в голову тут же ударил горьковато-пьянящий аромат, исходящий от Стефано и вызывающий легкое головокружение.

Джемма ненавидела себя за инстинктивное влечение к нему, однако ничего не могла с этим поделать. Это было унизительно, а потому раздражало.

Сердце в груди забилось с новой силой, когда она осознала, что с этим мужчиной ей предстоит работать бок о бок до возвращения Чезаре. «Нет, я не смогу», – с испугом подумала она. Впрочем, и отказаться она не имеет права…

Обещание, данное Чезаре, всплыло в ее памяти, а улыбающееся личико маленькой девочки, лежащей на больничной койке, придало Джемме сил. Девушка посмотрела на Стефано в упор.

Он, казалось, заполнил собой весь кабинет, и если бы теперь она захотела закрыть глаза, ей это не удалось бы. Джемма слышала о гипнотических взглядах, но еще никогда не сталкивалась с людьми, которые способны были бы подавлять ее волю.

Кое в чем она была согласна с таблоидами. Правильные классические черты лица Стефано могли поспорить красотой с ликами древнеримских божеств. Совершенный, как бог, и притягательный, как демон. При этом еще и властный. Не пробыв в его обществе и пары минут, Джемма уже не сомневалась – Стефано привык к тому, что все его приказы выполняются немедленно и беспрекословно.

Она без труда могла представить Стефано римским гладиатором, сокрушающим своих соперников. Или богом в окружении стайки прелестных девушек на берегу весело журчащего ручья.

Но все же красота Маринетти-младшего меркла в сравнении с исходящей от него энергетикой. Он знал это чертовски хорошо и активно использовал свой магнетизм. Как, например, сейчас он просто подавлял Джемму своим превосходством.

«Настоящий хищник», – мелькнуло в голове у Джеммы. Кажется, не только ради Чезаре, но и ради себя самой лучше не забывать об этом.

Она сложила губы в приветственную улыбку, надеясь, что голос не выдаст ее волнение:

– Доброе утро, синьор Маринетти. Позвольте выразить вам искренние соболезнования в связи с преждевременной кончиной вашей матери.

Стефано нетерпеливо кивнул и оглядел ее офис, словно в поисках чего-то:

– А где Донна?

– Она вышла на пенсию почти год назад.

Его брови сошлись на переносице, губы сжались.

– Давно вы здесь работаете?

– Почти год.

Стефано одарил Джемму пристальным взглядом, вызвавшим у нее румянец и заставившим ее почувствовать себя чуть ли не виноватой.

– И как вас зовут?

– Джемма Кардоне.

Одна черная бровь поднялась вверх – молчаливое повеление продолжать. Джемма все же досчитала про себя до двадцати, а затем представилась:

– Личная помощница Чезаре.

На скульптурно вылепленном лице не отразилось никаких эмоций, однако плечи Стефано напряглись.

– Вы всегда приходите на работу так рано?

– Нет, – честно ответила Джемма, чувствуя, что лгать под таким пронзительным взглядом бессмысленно.

Внешне Стефано держался с холодным высокомерием, но внутри – и это чувствовалось – он кипел, как вулкан, готовый извергнуться в любую минуту, разрушив все, что станет у него на пути.

Джемма остро реагировала на его присутствие – как и в первый раз, на похоронах. Но если тогда она убедила себя, что ей это показалось, сегодняшняя встреча подтвердила: Стефано Маринетти вызывает у нее чувства, которые она совершенно не желает к нему испытывать.

И разум, и инстинкт хором твердили, что Стефано опасен. И с каждой секундой ей становилось все сложнее притворяться спокойной и сдержанной.

– Я подумала, что за время вынужденного простоя могли накопиться письма с соболезнованиями.

Стефано чуть расслабился и кивнул:

– Приятно слышать, что вы решили проявить инициативу в сложившихся обстоятельствах.

– Чезаре попросил меня набросать ответы на письма близких друзей и многолетних деловых партнеров.

– Разве ему не предписан полный покой?

– Разговор не занял много времени. – Джемма смутилась и отпустила кольцо, которое начала рассеянно крутить на пальце. И что Стефано так на него уставился? – Пару минут, не больше.

– Отец велел ежедневно докладывать ему, как идут дела? – В голосе Стефано отчетливо послышался металл.

– Нет. – Судя по лицу Стефано, он ей не поверил, хотя это была чистая правда. Джемма не удержалась и язвительно осведомилась: – Вы разрешите мне держать его в курсе дел?

Чувственные мужские губы, которые, вне сомнения, знали, как довести женщину до исступления поцелуями, изогнулись в слабой улыбке.

– Как отец к вам обращается? Джемма или мисс Кардоне?

– Чезаре предпочитает обращаться к своим сотрудникам по имени. – И Стефано знал бы об этом, не отвернись он от своего отца пять лет назад.

Улыбка тут же исчезла с его лица. Джемме даже показалось, что ему совсем не по душе неформальные служебные отношения. Но это ее не касается. Она работает на Чезаре Маринетти, а если Стефано что-то не нравится, ей все равно.

Джемма вспомнила, какими тяжелыми выдались последние девять месяцев и как отчаянно Чезаре нуждался в помощи, и в душе ее вспыхнул гнев. Она понимала, почему Чезаре было так трудно обратиться к сыну, но если бы Стефано проявил хотя бы капельку внимания, его отцу было бы гораздо легче справиться с навалившимися на него проблемами.

Знает ли Стефано о финансовых трудностях, которые преследуют «Верфь Маринетти»? Конечно же до него должны были дойти кое-какие слухи. Будь он хорошим сыном, он сразу связался бы с отцом. Что для него парочка миллионов, которые он мог бы предоставить Чезаре на любых условиях? Сущий пустяк.

Но нет, он вернулся, лишь когда положение стало катастрофическим, а отец оказался в больнице.

Ради Чезаре она постарается сработаться с его сыном, но Джемма подозревала, что это потребует от нее и нервов, и усилий.

– Ну что ж, Джемма… – От того, как Стефано произнес ее имя – словно пробуя на вкус и одобрительно слизывая с губ, – Джемма мгновенно вспыхнула. – Как и отец, я предпочитаю на работе деловые, но достаточно дружеские отношения, поэтому для всех я просто Стефано. Предупредите менеджеров, когда они придут, что я хотел бы поговорить с каждым с глазу на глаз начиная с двух часов.

– Да, конечно.

Стефано зашел в кабинет отца. Дверь за ним захлопнулась, сигнализируя о не высказанном вслух распоряжении не тревожить его до этого времени. Разве она против? Да ей это только на руку!

Совсем не помешает передышка после того, как Стефано едва-едва не застукал ее, пока она лихорадочно рылась в сейфе Чезаре.

Джемма откинулась на спинку кресла и глубоко вздохнула. Да уж, ей придется приложить все силы, чтобы остаться равнодушной к этому неприлично притягательному образчику мужской красоты и помнить о том, что ее босс не доверил сыну свой тщательно оберегаемый секрет.

Ради Чезаре Джемма готова на многое. Она поддержит его в любом случае. Несколько минут назад она была ослеплена Стефано, но это не должно повториться. Теперь ей известно, какое влияние он может оказывать на нее, так что голову в его присутствии она больше не потеряет.

– Извините, Джемма, – вдруг услышала девушка голос Стефано и даже вздрогнула от неожиданности, так как не ожидала увидеть его так скоро. – Зайдите ко мне на минутку, пожалуйста.

«Не обращай внимания на то, как он произносит твое имя», – сурово велела себе Джемма, пытаясь справиться с волнением. Она поинтересовалась:

– Вам что-то нужно?

Его лицо озарила лукавая улыбка – странный контраст с прожигающим насквозь взглядом.

– Вы не поможете мне с кофе? Он у меня никогда не получается.

«С чего вы решили, что у меня получится лучше?» – так и хотелось спросить ей, но Джемма прикусила язычок.

– Да, конечно, – вежливо сказала она.

– Спасибо.

Девушка поднялась и отработанным жестом расправила юбку, постоянно задирающуюся до бедер. Взгляд Стефано не упустил ни одного ее движения, и Джемма сжала зубы, кляня себя за румянец, заливший щеки, и Стефано, который, казалось, обладал способностью вгонять ее в краску по любому поводу. Причем она готова была поклясться, что он делает это намеренно.

Ладно, кофе ему она приготовит, поскольку Чезаре каждый день выпивал большой кофейник. Так и быть, в отсутствие босса она будет делать то же самое для его сына, хотя он гораздо менее симпатичен ей.

– Какой? – спросила Джемма и не была удивлена, когда последовал ответ: «Черный, крепкий». Вот чего она не ожидала, так это внимания, с которым Стефано станет за ней следить. Это чрезвычайно нервировало.

– Глядя на вас, кажется, что все очень просто, – заметил Стефано, когда кофе был готов и его аромат распространился по кабинету.

Джемма посмотрела на него и тут же оказалась в ловушке его глаз, обжигающих молчаливым обещанием. Неужели он с ней флиртует?

Скорее всего, да. Ведь у него репутация Казановы. Просто Джемма с такими мужчинами еще не сталкивалась.

– Вам что-нибудь еще нужно? – холодно поинтересовалась она, надеясь, что ее тон отвадит его от дальнейших попыток заигрывания.

– Сейчас нет, – сказал Стефано, однако глаза его сверкнули.

Не желая разбираться, заключен ли в его словах некий намек, Джемма поспешила покинуть кабинет. Она недоумевала и злилась на Стефано одновременно. Как можно держаться с ней подчеркнуто по-деловому и тут же, не стесняясь, пускать в ход свое обаяние?

Джемма была готова держать пари, что пройдет совсем немного времени и Стефано отыщет еще какой-нибудь предлог, чтобы оторвать ее от работы.

Вернувшись к себе, девушка первым делом связалась с менеджерами отделов. Почти все сразу поинтересовались, когда Чезаре вернется на работу. Несколько человек беспокоились, будет ли он вообще в состоянии работать.

Джемма без труда читала кроющийся за этими словами подтекст. Что, если Чезаре придется преждевременно выйти на пенсию или – от этой мысли она похолодела – операция закончится неудачно? Она сама не так давно потеряла отца в результате несчастного случая. Как после этого примириться с мыслью о потере Чезаре? Да уж, ей предстоят долгие недели, наполненные тревогой и ожиданием.

А тут еще Стефано…

Несколько месяцев назад Чезаре признался ей, что он уже давно не общается с сыном. Джемма видела, как, заговорив об этом, расстроился ее босс.

Он любил своего младшего сына, но, по его словам, Стефано не нравилось, как отец и старший брат управляют «Верфью Маринетти». В итоге Стефано ушел из компании и занялся собственным бизнесом, отдаляясь от отца все больше.

Джемма снова задалась вопросом: что же заставило Стефано вернуться и встать у руля компании сейчас? Неужели он пошел на это лишь для того, чтобы, пользуясь отсутствием отца, переделать здесь все по-своему?

Раздался звонок внутреннего телефона, нарушая покой, в котором Джемма так отчаянно нуждалась. «Видимо, – уныло подумала она, – это становится несбыточной мечтой».

– Да, синьор, – ответила девушка.

– Стефано, – напомнил он, и его бархатный голос тут же пробудил в ней совершенно неуместные эмоции. – Вы мне нужны.

– Иду.

Джемма встала, как следует пригладила юбку, взяла блокнот и ручку и, сделав глубокий вдох, вошла в кабинет. Самовнушение, к которому она прибегла, стараясь убедить себя, что в Стефано Маринетти нет ничего особенного, не помогло, и, увидев мужчину, сидящего за столом Чезаре, Джемма сразу ощутила исходящий от него природный магнетизм. Дыхание у нее перехватило.

Узел его шелкового галстука был ослаблен, ослепительно-белая рубашка расстегнута на несколько пуговиц, обнажая оливковую кожу и поросль черных волос на груди. Рукава рубашки были закатаны, что позволило Джемме заметить точно такие же черные волоски на мускулистых руках. На одном запястье красовались часы от Гуччи.

Весь внешний вид Стефано кричал о богатстве и искушенности. Джемма восприняла это чуть ли не как личную обиду: Чезаре не мог состязаться в подобной небрежной элегантности со своим сыном.

Девять месяцев назад «Верфь Маринетти» еще наскребала кое-какой доход, занимаясь строительством рыболовецких судов и паромов. Компанию считали устаревшей, и до Джеммы доходили слухи – в последнее время усилившиеся – о возможном банкротстве. Слухи были недалеки от истины. Чезаре был вынужден экономить почти на всем, и тем не менее поступающие заказы не могли компенсировать убытки. Если бы у нее была возможность, она вернула бы деньги, которые взяла по настоянию Чезаре. Но деньги потрачены, и теперь единственным источником дохода Джеммы была зарплата.

Неделю назад Чезаре признался, что он в конце концов был вынужден продать значительную часть своих акций фирме «Канто ди маре», иначе ему было бы не на что жить. Если так пойдет дальше, совсем скоро он утратит контрольный пакет акций собственной компании. Стоит ли удивляться, что это отразилось на его здоровье?

Не глядя на Стефано, Джемма села, приготовившись записывать указания временного босса.

– Мне придется делить время между компанией отца и своей собственной, – начал Стефано, покачиваясь в кресле с ленивой небрежностью.

Чем, признаться, приятно удивил Джемму. Она кивнула и тихонько вздохнула. Хорошо! Она будет видеть Стефано реже, чем опасалась. А может, ему просто не интересен бизнес отца, кто знает?

Чезаре Маринетти принадлежал к старой школе и не принимал бешеные темпы современной жизни. Он, как и его предшественники, предпочитал подходить к делам вдумчиво и основательно. Большинство сотрудников компании – у некоторых даже сыновья пошли по их стопам – были его единомышленниками.

Ну что Стефано знает о традициях? Он ушел из компании, отдалился от семьи. Если ему не нравилось заниматься бизнесом отца несколько лет назад, то вряд ли он в восторге от вынужденного, пусть и временного возвращения.

– Мой секретарь в отпуске, – между тем продолжал Стефано, – поэтому вам также придется работать на два фронта.

Джемма оторопела. На секунду ей даже показалось, что он шутит. Ведь ей так много нужно сделать для Чезаре, съездить в Милан! И она работает на отца Стефано, а не на него.

– Это невозможно, – отрезала девушка. – Мое рабочее место здесь.

Глава 2

Обаятельная улыбка Стефано, которой Джемма любовалась помимо своей воли, превратилась в дьявольскую усмешку.

– В ближайшем будущем ваша работа будет состоять в том, чтобы находиться при мне, куда бы мне ни пришлось отправиться. И, – он поднял палец, призывая ее помолчать, так как Джемма открыла рот, собираясь возразить, – еще одно. С этого момента мой отец не должен волноваться из-за положения дел в компании. Ему предстоят операция, а затем восстановительный процесс.

От его слов Джемму пробрала дрожь. Ей только что ясно дали понять, чтобы она держалась от Чезаре подальше. Должно быть, именно так Стефано воздвиг стену между отцом и собой, а теперь возводит ее между Джеммой и боссом.

Может быть, поэтому Чезаре попросил ее спрятать кое-какие бумаги, догадываясь, что его сын примет руководство компанией на своих условиях? Как бы то ни было, хорошо, что она успела забрать документы. Они будут храниться у нее, пока Чезаре не попросит их вернуть. Стефано не узнает о них, чего бы ей это ни стоило.

– Вы хотите сказать, что я не могу даже навещать его? – спросила Джемма, стараясь скрыть тревогу при мысли о дожидающейся Чезаре в Милане маленькой девочке.

Они не имеют права ее подвести! И уж тем более не сейчас. Но для начала нужно как-то убедить Стефано, что работать на него она не сможет. Вот только как это сделать?

Стефано задумчиво потирал пальцем подбородок, словно размышляя над ее вопросом.

– Думаю, вы можете навещать его в больнице. После операции.

Если бы Джемма была уверена, что подобное распоряжение вызвано искренней заботой об отце, то, ладно, она смирилась бы с этим. Но в глазах Стефано появился холодный блеск – предупреждение, адресованное именно ей. Словно он знал о том, что Джемму и Чезаре связывают не только служебные отношения. Джемма на секунду даже перестала дышать. Неужели Стефано уже известна тайна отца?

Нет, они предприняли все меры предосторожности, обошедшиеся Чезаре в целое состояние.

Но чем же объяснить поведение Стефано? Может, он что-то подозревает? Скорее всего, она зря испугалась. Но в любом случае пусть Стефано даже не надеется узнать что-нибудь от нее.

Джемма встала, прижимая блокнот к груди, словно щит:

– Чезаре поручил мне подготовить подробную справку о заказах на следующий год. Если у вас все, я хотела бы приступить к работе.

– Это может подождать. – Стефано передернул плечами.

– Не может, – возразила Джемма. – Чезаре попросил, чтобы я занялась этим сегодня же.

– Пока я – ваш босс, и я говорю вам: это может подождать.