Леди и лев

– Я бы не отказался взглянуть на некоторые из этих сокровищ, чья история отмечена несчастливой звездой.

– О, боюсь, поздний час воспрепятствует подробному осмотру. А поверхностный не позволит воздать должное всем экспонатам. – Миссис Колвилл мягко взяла Дилана под руку и склонилась к его уху. – Я хочу, чтобы вы заранее знали мою позицию. Я уверена, что вы заслуживающий внимания ученый, мистер Пирс, даже если и причастны к переводу этих неподобающих стихов. Ваше профессиональное будущее не может быть поставлено под сомнение любыми обвинениями, которые вам могут предъявить сегодня вечером.

Дилан нахмурился:

– Простите, миссис Колвилл, но если вы хотите сказать, что меня отстранят от выставки по Долине Амона, меня бы устроило, чтобы я узнал об этом как можно быстрее.

– Позже, мистер Пирс. – Она похлопала его по руке.

Вошел дворецкий и низко поклонился: – Обед подан, мадам.

В тот же самый момент дверь гостиной со стуком отворилась. На пороге стояла женщина в мантии, спадающей с ее плеч свободными складками.

– Мы уже закончили. Моя дорогая Эдвина, – провозгласила она дрожащим голосом, – тебе будет приятно узнать, что здоровье Сомса к середине октября придет в норму. А к Рождеству твоя младшая дочь произведет на свет здорового сына. Только следи, чтобы дитя спало головой на запад.

Миссис Колвилл молитвенно сложила ладони.

– Какие изумительные новости вы сообщили нам, дорогая миссис Дансмор!

Очевидно, это и была тетушка Хейзл. Дилан уставился на женщину, которая сейчас двигалась по фойе. У нее были светлые волосы, почти такие же белые, как у Шарлотты, и светлые глаза. Очевидно, это было их фамильной особенностью. В Шарлотте она проявилась лучше всего, но Дилан надеялся, что сходство касается только внешности.

У тетки Шарлотты золотисто-белые волосы не были уложены в аккуратную прическу, они рассыпались дикой массой завитков, которые покрывали всю ее спину до талии. А поверх того, что оказалось всего лишь обычным голубым платьем, тетушка Хейзл носила жакет из серебристого сверкающего материала с немыслимыми ниспадающими рукавами. Когда она подошла ближе к светильникам, Дилан заметил, что у нее в руке хрустальный шар, а все пальцы унизаны огромными кольцами, каждое со сверкающим камнем. Несмотря на театральную внешность, он должен был признать, что тетушка Хейзл не производила отталкивающего впечатления. Более того, она была похожа на прелестную фею.

Шарлотта вышла в фойе под руку с мистером Колвиллом.

– Я предполагаю, это ваша тетушка, миссис Хейзл Дансмор? – спросил Дилан.

– Ну конечно, я ее тетка. – Тетушка Хейзл устремила на него свои серые глаза. – Каждый скажет, что она дочь моего обожаемого брата, который сейчас смотрит на нас с того света.

Он наклонил голову:

– Сочту за честь наконец познакомиться с вами. Я слышал очень много о вас и о вашем муже. Позвольте, в свою очередь, представиться. Я…

– Постойте… – Она поднесла хрустальный шар к лицу, так что почти коснулась им носа. – Я вижу совершенно точно, кто вы и что собой представляете, молодой человек. – Она скосила глаза к середине шара. – Вы не тот, кем кажетесь, даже для тех, кто вас любит. Вы настоящий кельт, упрямый и подозрительный. Вас зовут Дилан, что значит «рожденный в море», но это не то море, что манит вас, это пустыня и… и…

Неужели кто-нибудь, даже эти легковерные Колвиллы, может попасться на такую дешевку?

– И?.. – спросил он, не обращая внимания на предупреждающий взгляд Шарлотты.

Тетушка Хейзл подняла глаза к потолку и усмехнулась:

– У вас были плотские отношения с женщиной на вершине Великой пирамиды.

Миссис Колвилл в восторге зааплодировала.

– Миссис Дансмор совершенно неподражаема, не правда ли, мистер Пирс?

Дилан только покачал головой:

– Неподражаема, это уж точно.

Казалось, это было невозможно, но дальше вечер пошел еще хуже.

Сэр Томас и Хьюз взяли инициативу в свои руки. Они хвастались друг перед другом древностями, которые случайно в свое время обнаружили. В конце концов, можно было подумать, что они откопали не только древний ковчег, но и вытащили на свет живого Ноя.

Тетушка Хейзл время от времени прерывала их рассказы какими-то странными возгласами, которые не имели ничего общего с действительностью. Ее последним замечанием было:

– Внимательно следите за сумчатыми в зоопарке, потому что зима своим смертоносным дыханием касается их первых.

Колвиллы многозначительно кивали на каждое ее заявление, так что Дилан начал подозревать, что это они переговариваются с помощью какого-то секретного кода.

Единственной радостью было то, что его посадили рядом с Шарлоттой. Когда разговор приобретал слишком причудливое направление, он мог просто повернуть голову в ее сторону и почувствовать, как ее рука касается его руки, вдохнуть ее колдовской аромат.

Она поднесла к губам льняную салфетку.

– Не строй таких ужасных рож всякий раз, когда тетушка Хейзл что-нибудь изрекает, – проговорила она, прикрывшись салфеткой. – Колвиллы этого не любят.

Ему пришлось тоже воспользоваться салфеткой.

– Я морщусь не от речей твоей тетки, – прошептал он. – А из-за этих помоев, которыми нас кормят.

Очевидно, Колвиллы все свое богатство тратили на приобретение произведений искусства и скупились нанять хорошего повара.

– А еще говорил, что в Конго ты ел обезьян. – Она украдкой взглянула на него, ее глаза сверкнули весельем.

Он наклонился к ней ближе:

– Это правда, и они гораздо вкуснее, чем то, что нам подали.

Шарлотта хмыкнула:

– Только бы тетушка Хейзл об этом не услышала, она и так озабочена содержанием сумчатых в зоопарке.

– Может, это из-за того, что мы как раз одного из них сейчас и поедаем.

Шарлотта не смогла сдержать смеха и поспешила прикрыть рот салфеткой.

– Я вижу, что мы до смерти надоели нашим соседям напротив своими тоскливыми рассуждениями о заброшенных замках. – Сэр Томас барабанил пальцами по своей миске с пудингом из почек, который, как и большинство блюд, остался нетронутым.

– Вовсе нет, – ответил Дилан. – Я обожаю слушать всевозможные небылицы. Почему бы вам не рассказать еще одну, о том, как вы чуть не упали, споткнувшись о каменную дощечку с десятью заповедями? Все остальное вы, кажется, уже отыскали.

– Самонадеянный, высокомерный ублюдок! – зашипел на него Хьюз, но потом, кажется, сообразил, где находится. – О, прошу вас, простите меня, миссис Колвилл, мистер Колвилл. Именно такое звание заслужил этот выскочка с порочной репутацией. Я даже удивляюсь, как он вообще смеет называть себя археологом.

– Моя порочная репутация не помешала мне найти заброшенный город Бени-Алаан. – Дилан откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

– Это была чистой воды удача, что вы наткнулись на этот город. – Сэр Томас швырнул салфетку на стол.

– Удача? Так говорят все неудачники о тех, кто хоть немного их опередил. – Дилан широко улыбнулся. Он считал, что ему уже нечего терять. Хьюз и Хэйверс держат себя слишком уверенно. Так что в этих обстоятельствах безразлично, что он будет говорить или делать. – Просто стыдно, что ни вы, ни Хьюз не удосужились раскопать участок, который, по вашим словам, вы же и нашли, – продолжал он. – Все время висите у кого-нибудь на хвосте. Вы никогда не были настоящими исследователями, никогда не были первооткрывателями.

– Дилан, я не думаю, что здесь следует это обсуждать, – пробормотала Шарлотта.

– Лучше быть вторым, чем быть проклятым. – Хьюз ткнул в него своим мясистым пальцем. – Ведь мы об этом говорили, мистер Колвилл. Дилан Пирс приносит несчастье везде, где появляется. Вы же знаете, что этот негодяй чуть не спалил весь Каир дотла четыре года назад.

Дилан напрягся при упоминании о каирском пожаре. Он был благодарен Шарлотте за ее сочувственную улыбку.

– Не стоит снова вспоминать об этом. Скоро вы, наверное, повесите на меня и все знаменитые ограбления поездов.

– Да у вас мозгов не хватит организовать хоть что-нибудь. Просто вы человек, который приносит сплошные неудачи. – Сэр Томас кивнул в сторону Шарлотты. – Или вот, например, миссис Фэрчайлд.

– Это вывод, к которому вы пришли в результате научных исследований, сэр Томас? – спросила она.

– Этот вывод не требует научных умозаключений, миссис Фэрчайлд. Разве ваш отец не умер от загадочной лихорадки? А вашего первого прораба не укусил скорпион? – Выражение лица сэра Томаса становилось все более свирепым. – И разве вы не препятствовали своему мужу уехать из Египта, с помощью Пирса, кстати, и это не закончилось его трагической гибелью?

Дилан услышал, как Шарлотта глубоко вздохнула. Он потянулся и взял ее за руку.

– Мы услышали достаточно, сударь.

– Мистеру и миссис Колвилл тоже стоит кое о чем услышать. – Хьюз наклонился вперед. – С тех самых пор как Пирс был назначен руководителем выставки по Долине Амона, музей стал получать угрожающие письма.

Шарлотта и Дилан посмотрели друг на друга с удивлением.

– Мы ничего об этом не слышали, – сказала она.

– Боюсь, что это правда, – вздохнул Колвилл. – За это лето моя жена и я получили несколько анонимных писем. Все они написаны одной рукой, в них нас предупреждают о страшных трагедиях, которые начнутся, когда выставка откроется.

– Наверное, это Ахмед, – шепнула Шарлотта Дилану.

– Мы не хотели вас тревожить этими письмами, мистер Пирс. – Миссис Колвилл грациозно взмахнула веером. – Вы были так заняты, да и миссис Дансмор уверила нас, что звезды благоприятствуют выставке.

Тетушка Хейзл глухо стукнула рукой по столу.

– Духи пустыни поют песню. Им осталось петь еще два дня.

Когда все устремили на нее свои взоры, она, не обращая ни на кого внимания, сосредоточилась на тарелке со сморщенной спаржей.

– Ну что ж, я уверен, что теперь звезды изменили свой строй. – Сэр Томас бросил настороженный взгляд в сторону тетушки Хейзл. – Сначала произошла кража египетской кошки миссис Фэрчайлд.

– Но ее вернули, – вставила Шарлотта.

– Да, и что интересно, она обнаружилась в спальне мистера Пирса, – насмешливо произнес Хьюз. – Очень подозрительно.

– А потом эти скорпионы. – Сэр Томас перевел взгляд на мистера Колвилла.

Колвилл вздохнул:

– Должен признать, что я был обеспокоен, когда сэр Томас проинформировал меня сегодня утром о трех живых скорпионах, которых обнаружили в галерее Долины Амона. И именно трех!

– Очень несчастливое число. – Миссис Колвилл поежилась.

– Совершенно точно. – Сэр Томас выглядел триумфатором. – Более того, они появились именно тогда, когда миссис Фэрчайлд и мистер Пирс вошли в галерею. Такое впечатление, что эти твари их там поджидали.

– О, продолжайте, сэр Томас. – Дилан потянулся к своему бокалу и одним глотком выпил кислый кларет. Наплевать на малярию. Он чувствовал, что сегодня вечером ему необходимо напиться. – Сейчас вы еще заставите нас поверить в существование фей и драконов.

Сэр Томас не обратил внимания на его слова.

– Даже теперь, когда ваш музей кишит полицейскими…

– Всего двумя, – подчеркнула Шарлотта.

– И одного полицейского слишком много. Зачем тогда нам нужен Скотланд-Ярд? Я вам скажу: даже муниципальная полиция уверена, что в Коллекции Колвилла вот-вот должно что-то произойти. – Сэр Томас поднял руки, как бы взывая к небесам. – И после этого вы удивляетесь, что я советую удалить этих двоих из музея? И, без всяких сомнений, отменить выставку по Долине Амона.

– Отменить выставку? – Шарлотта стиснула руку Дилана так сильно, что он вздрогнул. – Три года все, что было выкопано в Долине Амона, лежало в ящиках и собирало пыль. Наконец мистер и миссис Колвилл любезно предложили Каирскому музею выставить экспонаты в своей Коллекции. Через два месяца весь мир наконец сможет увидеть, как мой отец провел последние два года своей жизни. Неужели вы действительно воображаете, что я позволю вам оставить работу моего отца без официального признания только потому, что вы считаете меня виновной в смерти Йена?

– Да, вас следует обвинить и в этом, – с вызовом ответил старик. – Послушайте, я должен предостеречь вас, мистер и миссис Колвилл. Если эти люди будут продолжать работать в Коллекции, я не смогу поручиться за чью бы то ни было безопасность.

– Это угроза, сэр Томас? – спросил Дилан. – Лучше уж продолжайте воровать кошек.

– Как вы смеете обвинять меня, что я притрагивался к этой мерзкой кошке?! – воскликнул сэр Томас. – Вы просто развратный пьяница.

– Который только и может, что пьянствовать да затаскивать дамочек в постель, – добавил Хьюз.

– Это как раз то, что предсказывала нам миссис Дансмор, – мрачно обратилась миссис Колвилл к мужу, который сидел, покачивая головой. – Между этими людьми существует давняя вражда, которую нельзя развеять.

– Я с этим согласен. – Мистер Колвилл повернулся к Хьюзу: – Поэтому мы вынуждены отказаться от ваших услуг. Я с сожалением расстаюсь с вами, мистер Хыоз, особенно после того как вы проработали у нас последние десять лет. Но боюсь, что вы не оставили нам другого выбора.

– Что? – Хьюз застыл в недоумении. – Вы увольняете меня?

– Сэр Томас, мы также просим, чтобы вы больше не предпринимали попыток входить в музей, даже в качестве платного посетителя, – добавил мистер Колвилл, обращаясь с сэру Томасу.

– Я… я не понимаю, – произнес сэр Томас дрожащим голосом. – С какой стати?..

– После длительного обсуждения всех событий, произошедших в Египте и здесь, мы сделали заключение, что именно вы двое являетесь причиной всех проблем. – Миссис Колвилл указала на тетушку Хейзл, которая послала своей племяннице улыбку. – Наша проницательная миссис Дансмор помогла нам разгадать, на ком лежит истинное проклятие.

– Что все это значит? – вскричал Хыоз.

– Причина в ваших амбициях и зависти, джентльмены. – Мистер Колвилл прикрыл глаза, как будто пытаясь скрыться от свирепых взглядов обоих разгневанных мужчин. – Вы мало что делали, только жаловались на миссис Фэрчайлд и мистера Пирса. Такое количество отрицательной энергии скоро доведет мою жену до обморока.

– Вы оба настолько пропитаны завистью, что это притягивает злых духов сильнее, чем египетское проклятие. – Миссис Колвилл улыбнулась Дилану. – Мистер Пирс по крайней мере достаточно молод, чтобы научиться держать в узде свое самолюбие.

Дилан не знал, что и сказать. Он был ошарашен не меньше сэра Томаса и Хьюза.

– Я постараюсь оправдать ваше доверие, – произнес он наконец.

Миссис Колвилл похлопала его по плечу веером.

– И еще. Ваше очевидное лингвистическое дарование ясно доказывает, что вы пережили множество воплощений. Прекрасное качество для директора музея.

Тетушка Хейзл ткнула в него пальцем, унизанным драгоценными камнями.

– Мой духовный руководитель подсказывает мне, что когда-то вы были главным писцом при фараоне Сети.

– Вот видите! – торжествующе произнесла миссис Колвилл. – О чем тут еще говорить?

– Я не могу в это поверить. – Хьюз тяжело ударил по столу кулаком, так что опрокинул графинчик с уксусом.

Мистер Колвилл не обратил на это внимания.

– Поэтому мы приняли решение предложить мистеру Пирсу должность директора Коллекции Колвилла.

Дилан посмотрел на Шарлотту, которая казалась изумленной не меньше его.

Что-то тут было не так. Несмотря на бурную радость, Дилан не позволил себе расслабиться.

– Я высоко ценю ваше предложение. Тем не менее вы можете не принимать окончательного решения, пока я не закончу подготовку выставки по Долине Амона. Может быть, вас не удовлетворят ее результаты.

– В этом нет необходимости. Миссис Дансмор заглядывала в свой хрустальный шар за месяц до того, как вы приехали, и сказала, что выставка по Долине Амона будет иметь сногсшибательный успех. – Мистер Колвилл поднялся из своего кресла, его длинная, стройная фигура выпрямилась.

– Вы отказали мне – и это после десяти лет самоотверженной работы! – Хьюз встал, резко отодвинув свой стул. – Вы стоите того, чтобы с вами что-нибудь случилось – с вами и с вашим проклятым музеем!

Дилан тоже рывком отодвинул стул.

– Вы призываете проклятие на свою голову, Хьюз.

– Посмотрите на себя! – засмеялся Хьюз, его мрачный пронзительный голос резал уши. – Чем вы занимались в Египте? Только лгали и воровали, а теперь пытаетесь изображать джентльмена. Вы думаете, что выиграли? Думаете, что в одной руке у вас Коллекция, а в другой – хорошенькая вдовушка, не так ли?

– Поберегитесь, Хьюз, – предостерегающе произнес Дилан.

– Мы не можем больше слушать эту перебранку, – сказала миссис Колвилл. – Если вы не прекратите, я буду вынуждена выпроводить вас из дома, мистер Хьюз. Небеса не выдерживают вашей злобы.

– Прежде чем вы выпроводите мистера Хьюза из помещения, надеюсь, вы позволите ему – и мне – представить вам свои доказательства, – заявил сэр Томас. – Я прошу лишь, чтобы вы разрешили мне зачитать всего один листок бумаги.

– Что такое? – спросил Дилан, которому не понравилось выражение лица сэра Томаса.

– Прошу вас, мистер и миссис Колвилл, – продолжал сэр Томас. – Прощальная просьба от коллег, которые проработали с вами несколько десятков лет. Не говоря уже о моей дорогой жене, если не остается ничего иного.

Колвиллы кивнули друг другу.

– Хорошо. – Мистер Колвилл снова сел, а сэр Томас вышел из столовой.

Шарлотта повернулась к Дилану.

– О чем они толкуют? Тот пожал плечами.

Когда сэр Томас вернулся в столовую, в руках у него была кожаная папка.

– Где вы взяли эту папку? – Дилана захлестнула волна гнева. И страха.

– Это та папка, которую ты сегодня днем оставил в своем кабинете? – спросила Шарлотта.

– Да, это она, – улыбнулся им Хьюз. – Мне кое-что понадобилось в вашем кабинете после того, как вы и миссис Фэрчайлд ушли. Поэтому, признаюсь, мне пришлось взломать замок.

– Значит, вы ворвались в мой кабинет и украли мои бумаги?! – Дилан готов был избить негодяя. – У вас не было на это никакого права.

– Все, что находится в музее, по праву принадлежит Колвиллам. – Сэр Томас спокойно достал из папки пачку листов.

Дилан похолодел.

– Вы оба отвратительные негодяи.

– Дилан, что там? – Шарлотта потянула его за рукав. – Скажи мне.

Он сделал глубокий вдох, прежде чем посмотреть на нее.

– Шарлотта, я как раз собирался показать тебе эти бумаги. Клянусь всей моей жизнью! Пожалуйста, запомни это. – Он схватил ее руку. – И помни, как я сильно люблю тебя.

Впервые с тех пор, как он узнал ее, она выглядела по-настоящему испуганной. – Это так ужасно? – прошептала она.

Он чувствовал, что небеса собираются рухнуть на его голову.

– Да.

Шарлотте захотелось подняться и убежать из столовой за тридевять земель. Сейчас произойдет что-то невыносимо ужасное. И даже Дилан, кажется, не в состоянии предотвратить этого.

– Ужасно? – как эхо повторил сэр Томас. – Что ж, это зависит от того, что вы имели в виду, занявшись расследованием частной жизни некоторых лиц с помощью Скотланд-Ярда.

– Скотланд-Ярд? – спросила миссис Колвилл. – Это не повредит репутации музея?

– Все может быть. Инспектора Самсона Поупа недавно попросили собрать материалы по некоторым лицам, связанным с Коллекцией Колвилла. Он проделал тщательную работу и раскопал эпизоды из жизни некоторых уважаемых людей, о которых порядочные люди предпочитают открыто не распространяться. – И сэр Томас многозначительно посмотрел на Дилана.

– Сожалею, что леди Хэйверс не вошла в список, – сказал он спокойно.

– По крайней мере вы не отрицаете причастности к этим исследованиям Скотланд-Ярда? Хотя если бы вы в этом не признались, мне и так было бы все ясно, поскольку список сделан вашей рукой. – С этими словами сэр Томас вытащил злосчастный листок бумаги.

– Но почему мистер Пирс должен поручать сбор сведений о леди Хэйверс Скотланд-Ярду? – Мистер Колвилл потянулся к своему кларету.

– Позвольте мне зачитать, что инспектор Поуп написал в своей докладной записке. – Сэр Томас прочистил горло. – «Дилан, здесь представлены результаты наших исследований по тем лицам, которых ты включил в свой список. Я постарался тщательно выполнить всю работу. Некоторые из этих лиц действительно вызывают подозрение. Если мне удастся еще что-нибудь обнаружить, некоторые из этих лиц могут предстать перед законом».

– Кто в этом списке? – спросила Шарлотта у Дилана. Но он не мог даже поднять на нее взгляд, а только неподвижно уставился в центр стола. Шарлотта почувствовала, что замирает от страха. Хьюз торжествовал.

– Почему бы вам не зачитать список вслух, сэр Томас?

– Сначала мистер Пирс попросил, чтобы исследовали мою частную жизнь. – Сэр Томас вздохнул. – Хотя любой знает, какую жизнь я вел все свои шестьдесят шесть лет.

– Пожалуйста, продолжайте, – попросила миссис Кол-вилл.

– Что ж, прошу. – Он еще раз откашлялся и стал перечислять имена: – Сэр Томас Хэйверс, Барнабас Хьюз, Ахмед Вартан. – Здесь он сделал паузу. – Соме и Эдвина Колвилл…

– Что? – Мистер Колвилл поперхнулся вином.

– Ты хотел, чтобы Скотланд-Ярд собрал материалы о частной жизни Колвиллов? – Шарлотта повернулась к Дилану, лицо которого было белым как снег. – Это просто смешно. Зачем тебе это было надо?

– Позвольте мне продолжить. – Сэр Томас посмотрел на Шарлотту. – Следующее имя в списке – это ваш покойный муж, Йен Фэрчайлд.

Комната вдруг стала вращаться вокруг нее.

– Ты просил полицию навести справки о Йене? Дилан наконец повернулся к ней.

– Я тебе все объясню позже. Пожалуйста, Шарлотта.

– Я не понимаю, как ты мог это сделать. Бедный человек уже мертв, а ты проявляешь такую бесчувственность, что…

– Я еще не закончил, – неумолимо продолжал сэр Томас. – Где я остановился? Ах да, вот здесь. Итак, Йен Фэрчайлд, сэр Реджинальд Грейнджер…

Шарлотта открыла рот от изумления:

– Мой отец?!

Она встала и поискала глазами, чем бы запустить в Дилана.

Он попытался схватить ее, но она оттолкнула его прочь.

– Позволь я объясню тебе!

– Мой отец! И вы просили полицию, чтобы она собрала сведения о частной жизни этого самого честного, самого высоконравственного человека, который когда-либо жил на свете! Как вы посмели?! Вы, самонадеянный, лживый, лицемерный… – Английского языка явно не хватало ей, чтобы выразить свои чувства, и она стала проклинать его по-арабски.

– Послушайте-ка, послушайте! – Хьюз поднял свой бокал с вином в качестве приветствия.

– Я никогда вам этого не прощу! Никогда, слышите? Достаточно того, что вы все еще продолжаете считать бедного Йена вором!

– В чем дело? – Сэр Томас выглядел встревоженным.

– Он сказал мне, что это Йен украл мое обручальное кольцо из раскопа в Секкаре. – Она вытянула руку, и золотое кольцо сверкнуло в пламени свечей.

– Вы и в самом деле опасный человек, Пирс, – произнес сэр Томас тихо. – Я думаю, что именно вами полиции следовало бы заняться в первую очередь.

– Я же говорил тебе, что у меня есть подозрения относительно твоего мужа, Шарлотта, – сказал Дилан.

– Может быть, вы и моего отца тоже подозревали в воровстве? Благословенные небеса, у отца вообще не было никакого богатства. Мы живем на Белгрейв-сквер только потому, что моя мать – дочь графа, а не потому, что мой отец торговал древностями на черном рынке. Где вы нашли столько желчи, чтобы возводить клевету на такого прекрасного, безупречного человека?

– Я еще не закончил. – Сэр Томас постучал по столу ложкой.

Тетушка Хейзл прикрыла глаза рукой, ее кольца загадочно сверкали.

– Я не хочу этого слышать!

– Еще одно имя в списке жуликов, составленном мистером Пирсом…

– Вы наслаждаетесь этим, подонок! – Дилан схватился за голову.

– … Шарлотта Фэрчайлд, – закончил сэр Томас с явным удовольствием.

– Я?! – У Шарлотты перехватило дыхание. – Вы просили Скотланд-Ярд собрать сведения обо мне?

Она чувствовала себя так, будто кто-то ударил ее в солнечное сплетение. На какое-то мгновение она не могла даже вздохнуть.

Дилан схватил ее за плечи.

– Шарлотта, я вовсе не подозревал, что ты могла действительно иметь отношение к контрабанде колец, но я не был уверен, не был окончательно уверен. И потому, что я люблю тебя так сильно, я должен был знать правду. Как ты не понимаешь? Я должен был выяснить все, что мог, о тебе… и все, что связано с тобой. Я должен был знать правду!

– Правду? – Она сбросила с себя его руки. – Я скажу вам вашу правду. Правда в том, что вы не в состоянии доверять никому! Если бы даже Скотланд-Ярд доказал, что все мы невинны, как ангелы, вы бы все равно нашли какие-нибудь причины сомневаться, причины, которые заставили бы вас думать, что мы лжецы. И это потому, что вы сами отвратительный лгун!

– Вы знаете, что это неправда!

– Я знаю? Но вы говорили, что пошли в Скотланд-Ярд, чтобы попросить их найти Нефер.